Часть 8
19 декабря 2025 г., 00:00
Во дворце только и говорили, что о предстоящем бале-маскараде. Столас, ненавидевшая вечеринки, страдала.
— Это просто повод для Стеллы и её подруг поиздеваться над тем, как я одета или насколько я тихая. Казалось бы, они должны быть более уважительными, учитывая, что я принцесса, но все совсем не так. Им нравится тыкать мне в лицо моей неловкостью.
— Всё ещё думаю, что тебе стоит их всех порезать, — сказала Блицø. — После этого они и говорить о тебе не посмеют.
Блицø сидела на краю кровати Столас, одетая только в бюстгальтер и трусики. Они только что закончили предаваться любовным утехам, и Столас стояла голая перед зеркалом, поправляя взъерошенные перья. Бесовка не стала упоминать о вспышке гнева принцессы, когда та хотела сбежать с ней, и, хотя Столас думала об этом уже несколько недель, ей пришлось постараться отпустить эту мысль.
— Ах, как бы мне хотелось, — мечтательно вздохнула Столас. — И, возможно, мне стоило бы заодно порезать всех своих женихов.
Блицø на мгновение замолчала.
— Я забыла, что тебе приходится с ними связываться, — наконец сказала она.
— К сожалению, в этом и есть весь смысл бала, — вздохнула Столас. — Мне уже 19. Практически старая дева.
Блицø посмотрела на нее так, будто принцесса сошла с ума.
— Ты шутишь. Мне 20, и я ещё не замужем, — сказала она.
— Мне следовало выйти замуж в 18, а может, и в 17, если бы нашёлся подходящий жених, — мрачно сказала Столас, теребя непослушное перо. — К счастью, отец не сильно беспокоился, чтобы помнить о моём возрасте, до нынешнего года.
— Ладно, я за всю жизнь слышала много всякой хуйни, но эта, пожалуй, затмит их всех. Вы, королевские особы, поистине ебанутые. Вы молоды, и вы буквально бессмертны. Зачем вам так рано вступать в брак?
Столас вздохнула.
— Так принято в Гоэтии, — сказала она.
— Ну, это тупо, — решительно сказала Блицø. Она на мгновение замолчала, о чём-то размышляя. — Кто-нибудь тебя заинтересовал? — спросила она через мгновение.
Столас фыркнула:
— Умоляю. Ты же знаешь, что кроме тебя меня никто не привлекает.
— Ох, я тебя привлекаю, да? — сладко протянула Блицø. — Хочешь показать мне, насколько я тебя привлекаю?
Столас понимала, что Блицø меняет тему разговора. Она знала, что девушка намеренно уклоняется от смысла слов принцессы. Но бесовка выглядела так прекрасно, с полуприкрытыми веками и взъерошенными волосами, что Столас не могла не подыграть ей.
— Как мне это сделать? — спросила Столас с притворной невинностью. Она подошла к Блицø, покачивая бёдрами. Столас с удовольствием заметила, как взгляд Блицø следит за её движениями. — Поцеловать тебя? Поласкать? — спросила она. — Вылизать твою киску?
— Да, — выдохнула Блицø. — Всё вышеперечисленное, принцесса.
— Назови мое имя, — потребовала девушка.
— Столас, — тихо сказала Блицø. — Поцелуй меня.
— Да, мэм, — ответила Столас и сделала то, о чем ее попросили. Губы Блицø были мягкими, поцелуй — ещё мягче. Блицø схватила её за талию и притянула к себе между ног.
Столас просунула руку к промежности Блицø, потирая ткань трусиков об ее киску и наслаждаясь тихими звуками, которые она издавала своим ртом.
Когда они наконец прервали поцелуй, Столас, не теряя времени, опустилась на колени. Она поцеловала мягкое бедро Блицø, а затем ткнулась клювом в ее промежность сквозь трусики.
— Блять, Столас, — захныкала Блицø. — Давай, красотка, покажи мне, что ты умеешь делать своим языком.
Столас высунула язык, а затем снова опустила голову. Лизать Блицø через ткань было здорово, но даже близко не так классно, как пробовать её на вкус.
Она схватила край ее трусиков и потянула их вниз, позволяя Блицø приподнять свои бедра, чтобы принцесса могла стянуть белье вниз и снять.
Блицø раздвинула ноги, совсем не смущаясь, в отличие от Столас. Её киска была прекрасна, с мягкими складками, которые Столас с удовольствием трогала и целовала, и с восхитительной дырочкой, в которую можно было просунуть пальцы, когда Блицø этого очень хотела.
Но пока Столас сосредоточила все своё внимание на клиторе Блицø. В отличие от Столас, Блицø не могла кончить, пока её там не потрогают. Столас это вполне устраивало. Ей нравилось ощущать, как этот маленький бугорок увеличивается и твердеет под языком. Она могла бы лизать и сосать его весь день, если бы Блицø позволила это сделать.
Бесовка стонала и вздыхала, держась за перья на макушке Столас и прижимаясь бёдрами к ее лицу. Столас ласкала её, держа язык плоским, чтобы Блицø могла тереться об него.
— Блять, Столас, — простонала бесовка. — Ты такая милая между ног. Такая хорошая для меня.
Столас просунула руку себе вниз и начала трахать себя, пока лизала клитор Блицø.
— Шлюха. Ты же не можешь себя не трогать, правда? — спросила Блицø. Столас застонала, обведя языком ее клитор.
— Блять. Еще раз. Я так близко, — потребовала Блицø. Силы покидали Столас, но она подчинилась, усердно вылизывая бесовку, пока Блицø наконец не напряглась под ней и не вскрикнула, когда кончила.
Столас вставляла два пальца внутрь себя и вылизывала влагу между ног Блицø, наслаждаясь вкусом и ощущением того, как отверстие Блицø сжимается под плоскостью ее языка.
— Блять, молодец, детка, — сказала бесовка. — Вылижи всё. Кончи для меня, принцесса. Столас. Ты так хороша.
Похвалы оказалось достаточно, чтобы Столас перешла черту, и она затряслась, покусывая бедро Блицø, когда ее охватил оргазм.
Принцесса поднялась с колен, прижала Блицø к кровати и поцеловала ее так, что бесовка почувствовала свой вкус на языке Столас.
— У меня ничего не запланировано на сегодня, — сказала Столас. — Как насчёт третьего раунда?
— Тебе всё мало, да? — спросила Блицø, но она уже ласкала тело Столас, явно готовая продолжать.
Ближе к вечеру в дверь её комнаты постучали. К счастью, к тому времени они обе уже оделись и выглядели более-менее прилично.
— Ты кого-нибудь ждешь, принцесса? — спросила Блицø.
— Нет, — ответила Столас. Кто сегодня стучится к ней? У неё не было никаких дел, и она сказала своим фрейлинам, что немного приболела, и что они могут проводить время так, как им заблагорассудится.
Блицø открыла дверь и нахмурилась, глядя на бесовку, которая стояла снаружи, почти утопая в ткани. Поверх платья, которое она несла, лежала маска.
— Я принесла принцессе подарок от маркиза Андреальфуса. Костюм для предстоящего маскарада, — проговорила бесовка, тяжело дыша.
— Да ты издеваешься, — сказала Блицø, забирая платье и маску у бедной девушки. Блицø, будучи выше ростом, держала его гораздо легче.
— Передай мою благодарность маркизу, — сказала Столас, вставая и подходя, чтобы осмотреть платье.
— Да, Ваше Высочество, — сказала бесовка и сделала реверанс перед тем, как уйти.
Ткань платья была ледяного голубого и белого цветов, и когда Блицø повесила его для осмотра, то обнаружила длинный шлейф, украшенный сверкающими бриллиантами, имитирующими иней. Маска была такого же ледяного голубого цвета, с неё капали сапфировые слёзы, а один край украшали павлиньи перья.
Оно было столь же красивым, сколь и вызывающим. Столас никогда бы не надела его, даже через миллионы лет.
Записка, приложенная к платью, была еще хуже.
Ваше Королевское Высочество,
Я придумал это платье специально для вас, чтобы вы могли надеть его на предстоящий бал-маскарад. Ослепительное, не правда ли? Мне будет невероятно приятно и радостно увидеть вас в нём через несколько недель. Уверен, к тому времени вы успеете идеально подогнать его по своей фигуре.
Мои самые глубочайшие пожелания,
Маркиз Андреальфус
— Иисусе, он прислал тебе ебанный павлиний костюм, — сказала Блицø. — Вот же наглая сука.
Столас так рассмеялась, что согнулась пополам, а на глазах у нее навернулись слезы.
— Серьёзно, он, должно быть, шутит. Ты же не собираешься его надевать? — Блицø выглядела ошеломлённой при одной только мысли об этом.
— Нет! Ни за какие грехи я бы не стала носить подарок от Андреальфуса, каким бы красивым он ни был. Даже если бы он не был связан с павлинами, — сказала она, содрогнувшись.
— Может, сожжем его? — спросила Блицø, слишком уж воодушевленная этой идеей.
— Нет. Но, может быть, что-то можно сделать с драгоценностями, — задумчиво сказала Столас.
Блицø склонила голову, явно заинтересованная.
— Что ты задумала, принцесса?
***
Последующие недели перед балом-маскарадом выдались для Блицø напряжёнными. Столас порой чувствовала себя неловко, особенно когда находила бесовку, сгорбившуюся над платьем, которое она шила, и ругающуюся во весь голос. Однако всякий раз, когда Столас предлагала ей сделать перерыв или попросить помощи, Блицø сердито смотрела на неё и не слишком любезно указывала, куда ей следует засунуть это платье.
Поэтому Столас оставила ее в покое.
Дни пролетали в тумане прикосновений рук и языков, нежных и грубых ласк. Наслаждением наполнялось каждое мгновение, которое Блицø не тратила на работу над платьем Столас, а Столас не занималась другими делами во дворце.
Прикасаться к Блицø и чувствовать ее прикосновения стало для принцессы обыденностью, но никогда не теряло своей изюминки. Блицø научила её, что можно получать удовольствие, когда тебя связывают, шлепают, завязывают глаза и обращаются с тобой, как с игрушкой.
Но были и такие встречи, когда бесовка обращалась с ней нежно. Когда Блицø позволяла ей прикасаться, гладить, лизать и сосать, и всё это было так нежно и сладко, что сердце Столас ныло.
— Ебанный сисястый Сатана на пого-стике, думаю, с ним наконец-то покончено, — сказала Блицø, вырывая Столас из задумчивости.
— Дай мне посмотреть! — сказала принцесса, подлетая к бесовке. Блицø держала дизайн платья в секрете, и Столас не терпелось его увидеть.
— Та-да! — сказала бесовка, раскладывая его на диване принцессы.
Столас ахнула. Оно было так прекрасно, что у неё перехватило дыхание.
— О, Блицø, ты превзошла саму себя. Оно идеально, — восторженно воскликнула Столас. Она поцеловала Блицø в рог и с удовольствием заметила, как на лице её возлюбленной появился румянец.
— Ага. Ахуенное, — сказала Блицø. — Мне осталось только надеть его на тебя, чтобы закончить последние стежки. Я сделаю это перед самим балом.
— Чем я смогу отплатить тебе? — спросила принцесса с дразнящими нотками в голосе.
— Ты буквально платишь мне деньги, Столас, — сказала Блицø, но все равно придвинулась ближе, как будто принцесса притягивала ее к себе.
— Да. Но ты же, конечно, заслуживаешь чего-то большего? — спросила Столас. — Чем я могу тебя отблагодарить?
— Ты можешь встать на колени передо мной, принцесса, — сказала Блицø хриплым голосом.
Столас выполнила приказ и опустилась на землю, разложив вокруг себя юбки.
— Какая хорошая девочка, — сказала Блицø, поглаживая ее длинные перья на голове.
Принцесса радостно защебетала в ответ на похвалу.
Блицø медленно сняла с себя одежду, а Столас смотрела на неё голодными глазами. Когда бесовка полностью разделась, она какое-то время просто гладила Столас, разглядывая ее с нежностью.
— Чего бы ты хотела, красивая птичка?
Столас уткнулась носом в живот Блицø.
— Хочу попробовать тебя на вкус, — тихо сказала она. Блицø запрыгнула на столик и раздвинула ноги. Её киска всё ещё была потрясающим зрелищем. Мягкие губы, ещё не затвердевший клитор и лёгкий блеск смазки вокруг дырочки, которую Столас так хотелось вылизать, что у неё кружилась голова.
— Давай, дорогая. Попробуй, — подбадривала её Блицø.
Столас практически набросилась на Блицø, заставляя ее смеяться.
— Ого, кто-то проголодался, — поддразнила она, и на середине фразы ее голос оборвался, когда Столас провела полоску от ее промежности до клитора.
Столас застонала, зная, что Блицø тоже голодна до ласк. Она лизнула клитор, снова и снова обводя его языком, пока Блицø не начала издавать тихие звуки с каждым вдохом.
— Люцифер, мне это нравится, — выдохнула Блицø. — Обожаю чувствовать твой язык между своих ног.
Каждое слово было похоже на ласку, оно было искренним, добрым и теплым.
Бёдра Блицø напряглись, но она ещё не была близко к оргазму. Столас нахмурилась и подняла руки, массируя бёдра Блицø, пока та снова не расслабилась.
Блицø кончила через несколько мгновений, Столас вылизала ее.
— Голая, на кровать, принцесса. Быстро, — потребовала Блицø. Столас начала двигаться ещё до того, как та закончила говорить. Она встала и повернулась, позволяя Блицø расстегнуть её. Затем она сбросила платье. Бесовка одобрительно замычала, и лицо Столас вспыхнуло от того, что ее оценивали с такой страстью.
Она бросилась на кровать и, смеясь, подпрыгнула.
Подняв глаза, она увидела, как Блицø нежно улыбается ей.
— Что такое? — спросила Столас.
— Ничего, — сказала Блицø. — Ты просто очень красивая, вот и всё.
Столас почувствовала, как улыбка расцвела на ее лице, так же как тепло расцвело в ее груди.
— Как и ты, — сказала она, протягивая руки. — Иди сюда.
Блицø забралась на кровать и устроилась в объятиях Столас. Они поцеловались, их рты, словно магниты, притягивались друг к другу. Это было так приятно, так прекрасно.
Столас застонала в рот Блицø.
— Я хочу, чтобы это было медленно, — пробормотала Столас. — Хочу, чтобы ты разобрала меня на части.
— А что, если я не смогу собрать тебя заново? — спросила Блицø, и шутка прозвучала странно серьезно.
— Тогда так тому и быть, — сказала Столас. — Оно того стоит. Ради тебя.
— Иди сюда, — сказала Блицø. Она сползла со Столас и села, похлопывая себя по бедру.
Столас устроилась на ней, её клоака прижалась к ноге бесовки. Руки Блицø заставили её бёдра двигаться, медленно и с наслаждением.
— Давай, милая, — сказала Блицø. — Трись сильнее. Пусть всё моё бедро намокнет.
Столас последовала ее словам, потирая свою клоаку о мягкую кожу под собой.
— О, Блицø, — вздохнула Столас. — Как мне хорошо.
Бесовка улыбнулась и просунула пальцы между ног принцессы. От дополнительного трения Столас застонала и сильнее задвигала бёдрами, ускоряя движение.
— Нет-нет, не торопись, детка, — подбадривала её Блицø. — Не торопись. Наслаждайся.
Столас замедлила движения, чувствуя давление пальцев Блицø вплоть до ее когтей.
Она кончила, медленно и размеренно скользя по бедру и пальцам Блицø. И затем снова, когда Блицø набрала темп, играя с её клитором всё сильнее и быстрее.
— Блицø! — закричала она, кончая. — Я… ох, я…
Столас поцеловала рога бесовки, чтобы заставить себя замолчать, ее тело прижалось к лицу Блицø.
— Мфф! Ммм ммф, — пробормотала девушка сквозь перья Столас.
— Прости! — вскрикнула Столас, позволяя бесовке отстраниться, чтобы сделать глоток воздуха.
— Я чуть не умерла в твоих пернатых сиськах, — сказала Блицø. — Что за пиздатый способ сдохнуть.
Столас так засмеялась, что сама чуть не задохнулась.
— Серьёзно, смерть от сисек — одна из лучших смертей, которые я могу себе представить.
— А как насчет смерти от киски? — спросила Столас, когда пришла в себя.
— Ммм. Тоже неплохо. Смерть от утопления в шоколадном фондю?
— Ох, тоже хорошо, дорогая, — ответила Столас, и в ее груди наполнилась радость.
И пока они обменивались все более нелепыми способами умереть, Столас почувствовала, как слова, которые она так отчаянно избегала ранее, были сказаны в рога Блицø.
Она любила её. Так же верно, как-то, что звёзды сияли на небе, она любила Блицø.
