Непокорный дар.

— Что-то принц совсем забыл дорогу во внутренний двор, его визиты стали такими редкими, — тоскливо вздыхала одна из наложниц, лениво перебирая складки своего халата. — Верно подмечено, — тут же подхватила другая. — Раньше он хоть изредка заглядывал… — А вы не слышали? Сейчас за стенами дворца творятся настоящие страсти! — третья девушка понизила голос, и в её глазах загорелся азарт. — Все усилия брошены на истребление нечисти. Говорят, отряды едва справляются! — Точно, точно! Не до утех сейчас, — с деланным пониманием кивала её собеседница, хотя по выражению лица было ясно, что она едва ли представляла весь масштаб угрозы. Рейко слушала эти разговоры, как сводки с фронта, пытаясь по обрывкам фраз и намёкам сложить картину происходящего за высокими стенами. Мысль о побеге кружила в её сознании. Быть запертой в этой позолоченной клетке в роли безмолвной наложницы медленно, но верно убивало её морально. Вся её жизнь свелась к бесконечному циклу: танцы в учебном зале, трапезы, редкие уроки музыки и выговоры от госпожи Шу. Делать здесь было решительно нечего, кроме как ждать. А ожидание было самым тяжким наказанием. Слухи о тоскующих наложницах в конце концов дошли и до принца. После очередной изматывающей вылазки он сидел в своих покоях, чувствуя, как тяжесть доспехов вдавливает его в кресло. — Значит, вот о чём они говорят? — переспросил он, с трудом подавляя зевоту. — Так точно. Госпожа Шу почтительно намекнула, что подобные настроения не идут на пользу гармонии во внутреннем дворе, — доложил Дэ Мин. — Эхх, да мне сейчас и правда не до них, — устало провёл рукой по лицу Лун Яо. — Этих тварей вокруг дворца развелось, как муравьёв. — Вы могли бы провести ночь в покоях одной из наложниц. Без лишних церемоний — просто побеседовать и выспаться в спокойной обстановке. — Ну конечно, — фыркнул принц. — А если она соизволит приставать ко мне, что предложишь делать? Отбиваться подушкой? — Это решение остаётся за вами, ваше высочество. Но время от времени посещать внутренний двор… необходимо. Император также обращает на это внимание. При упоминании об императоре брови принца сомкнулись в короткой, но отчётливой гримасе недовольства. Он помолчал, обдумывая что-то, и вдруг лицо его озарилось наивным, но решительным воодушевлением. — Тогда так! Сегодня я хочу навестить Цзы Лин. Дэ Мин, обычно непроницаемый, не смог скрыть лёгкого удивления. Ведь куда разумнее было бы уделить внимание старшей наложнице — Юй Дзинь или другой. Такой внезапный выбор лишь сильнее бросал Цзы Лин в центр завистливых взглядов. Не роет ли принц для неё могилу в этом гадюшнике собственными руками? — Но, ваше высочество, старшие наложницы… приоритетнее, — мягко, но настойчиво попытался он напомнить. — Для меня они все равны, — отрезал Лун Яо. — А Цзы Лин, судя по её лицу, когда мы уходили, всё ещё чувствует себя нехорошо. Нужно убедиться, что с ней всё в порядке. Возможно, принц так остро переживал за здоровье Цзы Лин потому, что ещё не оправился от потери госпожи Вэнь? Та ведь тоже когда-то была отравлена, пусть и выжила тогда, но подорванное здоровье в итоге её и сгубило. Не была ли его тревога отголоском той старой, не до конца зажившей раны?