Элита 2

Yeah the only thing I have to think about

The only one I that can't live without

Да, единственное, о чём я могу думать,

Что в одиночестве я не смогу жить

— Ну что ж, сегодня у должников последний шанс нарисовать приличное полотно, которое можно хотя бы с натяжкой назвать «картиной», — сказала Мефиста. — Разумеется, вы должны быть в равных условиях с теми, кто уже сдал итоговую работу, так что в вашем распоряжении два спаренных урока и следующий. Советую не терять время! К остальным я сейчас подойду и скажу, что делать. Кейтлин приблизилась к мольберту, а Вай с содроганием вспомнила тот день, когда она, разбитая и уничтоженная, рисовала на холсте безмолвное послание возлюбленной. Словно почувствовав настроение Вай, Кейтлин посмотрела на нее и ободряюще улыбнулась. У Вай потеплело на душе. Осталось преодолеть последний рубеж, и прошлое навсегда останется в прошлом. — Бодлер! — окрикнула Мефиста. — Ваша экзаменационная картина была бы выдающейся, но вы допустили свою любимую ошибку — нарушили соблюдение пропорций. Сегодня работаете на планшете. Вам нужно набить руку, если собираетесь и дальше рисовать. Вот, пожалуйста, перед вами сетка, в которой вы должны изобразить тело и лицо человека, используя изображение выше, как пример. Инструкция, как выполнять упражнение, приложена. Советую использовать время по максимуму и создать несколько рисунков, чтобы я отследила ваш прогресс. Как сохранять файлы, вы знаете. Вай испытала разочарование, но не стала спорить с Мефистой. Идя на урок, она втайне надеялась на задание поинтереснее рисования по сетке. Ее душа требовала выражения чувств, на перемене Вай почти увидела образ будущей картины и истории, которую расскажет ее холст, но Мефиста разрушила эти планы. Стиснув зубы, Вай принялась за упражнение. «В конце концов, мне не обязательно творить на уроке под давлением вечно орущего мастера, — думала она. — Я могу купить краски и рисовать дома. Могу изобразить все, что пожелаю, карандашом в блокноте. Забавно, конечно, раньше я с таким пренебрежением относилась к рисованию, а теперь оно стало любимым занятием. Но кто же знал, что я стану примером для всего класса? Видимо, талант, если он у меня есть, передался по наследству, вот только от кого? Отец страстью к художеству не отличается. Может, моя мама… — Вай сглотнула. — Ладно, пожалуй, задание Мефисты не такое уж бесполезное. Если я захочу рисовать в дальнейшем, мне действительно нужно набить руку, пусть это и скучно до чертиков». — Мисс Беливет! — прикрикнула Мефиста на Алексу. — Переделывайте фон, если хотите получить самую низкую проходную оценку, большего я от вас и не жду. Алекса вздернула подбородок и продолжила рисовать, не споря. Вай поспешно отвела взгляд от девушки. В последнее время она старалась лишний раз даже не смотреть на Алексу — она служила напоминанием, что у Вай оставался секрет, отравляющий отношения с Кейтлин. Вай подумала, что чем дальше она оттягивает признание, тем хуже делает и себе, и Кейтлин. Она полностью доверяла любимой и все же в глубине души боялась очередной ссоры и возвращения к тем пустым неделям в темноте. Что, если Кейтлин взбесится, как только речь зайдет об Алексе, и снова вспомнит про «одной крови»? «Она не сделает этого. Она же так переживала и винила себя. А если бросит меня снова из-за такой мелочи… значит, наша любовь никогда не была настоящей». Вай провела резкую линию, в ярости удалила почти законченный файл и начала заново. Спустя два урока Мефиста проверила тех, кто выполнял индивидуальные задания. Подойдя к Вай и тщательно просмотрев ее файлы, она изрекла: — Если будете выполнять такое упражнение каждый день, может, однажды мир услышит о Вайолет Бодлер, великой художнице из Зауна. Я вышлю вам название электронных учебников по академическому рисунку для самостоятельного изучения, если, конечно, мои уроки не отбили у вас желание заниматься живописью. Лично я надеюсь, что не отбили. Ободряюще улыбнувшись, Мефиста поправила свой зеленый пучок и направилась к ученикам, уже закончившим картины. Вай пялилась ей в спину с открытым ртом. Говорила Мефиста без издевки или сарказма, но не могла же она всерьез пророчить Вай будущее «великой художницы»? Вай, которая ломала кисточки на уроках в младших классах от злости, что ничего не получается, Вай, всегда предпочитавшей грубую силу тонкому искусству? «Чем же я ее покорила? Из всех учеников нашего класса почему именно я та, на кого она сделала ставку?» — задалась Вай вопросом. — Отличная работа, Кираманн! — похвалила Мефиста Кейтлин после долгого и придирчивого изучения ее холста. — По сравнению с прошлым разом прогресс на лицо. Вернее, возвращение к изначальным навыкам, так как рисовать вы умеете, этого у вас не отнять. Что ж, поздравляю с возвращением и успешно сданной итоговой работой! — Спасибо, мастер, — с улыбкой ответила Кейтлин. Ее глаза светились ребяческим восторгом. Вай тоже не смогла сдержать улыбки, глядя на любимую. Ей нравилось, когда Кейтлин становилась такой милой и искренней, словно тьма ревности и печали, что таилась в ее душе, исчезала без следа. Воспользовавшись тем, что Мефиста отвлеклась на комментирование-оскорбление работы Алексы, Вай подбежала к Кейтлин и взглянула на ее холст. У Вай отвисла челюсть. Это была та самая картина, которую Кейтлин недавно в деталях ей описала. Одинокая башня на неприступном утесе, лазурные волны бьются о скалы, вот только вместо грозовых туч ясное небо, и лучи солнца ласково падают на мачты корабля. — Похоже, морякам больше не грозит шторм, — шепнула Вай на ухо Кейтлин. — Не грозит, — тихо ответила она. Вай улыбнулась и вернулась на свое место. Картина Кейтлин дала ей надежду на хороший исход предстоящего разговора. В том, что он состоится сегодня, Вай больше не сомневалось. Им с Кейтлин пора преодолеть последний шторм на пути к счастью. — Похоже, это становится традицией, — сказала Вай, когда девушки прошли мимо рядом огромных розовых и голубых цветов. — Мне нравится это место, — ответила Кейтлин, мечтательно оглядываясь по сторонам. — Словно оно только наше. Такое ощущение, что больше сюда никто не приходит. — И заросли скрывают нас от камер, — подмигнула Вай. Кейтлин хихикнула и прислонилась спиной к перилам лестницы. — Надеюсь, нас не обольет водой как в прошлый раз, — сказала она. — Можем подняться выше на несколько ступеней, — предложила Вай. — Туда вода попадала не так сильно. — Но мне казалось, она лилась отовсюду, — рассмеялась Кейтлин и бросилась на верх. — Давай же, иди сюда! Вай последовала за Кейтлин, и девушки оказались в окружении разноцветных, будто чуть светящихся цветов, и гирлянд из листьев, плотно заслонявших их от чужих взглядов. От сказочной, интимной обстановки и от близости Кейтлин у Вай перехватило дыхание. Она подумала, что, если забудет обо всем и поцелует свою любовь прямо сейчас, даже ее собственное сердце не сможет стать свидетелем их страсти. Она было слишком очаровано этими дурацкими цветами и их мягким светом, отражавшимся в глазах Кейтлин. Кейт стояла на ступеньку выше, давая Вай возможность любоваться ее изящным, темным в свете находящейся за спиной лампы силуэтом и лицом, на котором блуждали завораживающие блики. — Ты хотела в чем–то признаться, пока мы шли сюда, — сказала Кейтлин, когда Вай перестала что–либо соображать от красоты своей возлюбленной. — Я готова выслушать. Вай вздрогнула. Это же Кейтлин, напомнила она себе, та Кейтлин, которая признала ошибки и готова исправиться. Нужно собраться с духом, признаться во всем и двигаться дальше. Какой смысл в любви, если она целиком состоит из сомнений? — В общем… — Вай стало очень жарко, и она принялась снимать пиджак. — Погоди, ты уже готова к такому? — воскликнула Кейтлин. В ее глазах горел игривый восторг. — Ох, нет, нет, я… — смутившись, Вай выронила пиджак, и тот упал в густые заросли. — Вот черт! — воскликнула Кейтлин. — Пойдем, я помогу тебе найти… — Я говорила с Алексой, пока мы с тобой были в ссоре, — выпалила Вай. Кейтлин чуть приподняла брови. «Вот и все, — обреченно подумала Вай. — Назад пути нет. Теперь тебе решать, как повлияет на наши отношения этот секрет». Кейтлин внимательно смотрела на Вай, ожидая продолжения, но по ее лицу невозможно было понять, расстроена она или сердится. — Она подошла поблагодарить меня, — быстро продолжила Вай. — За то, что я вступилась за нее… в тот день… и… наваляла Оливии. Вот. С тех пор мы с Алексой не разговаривали. Я должна была тебе сказать раньше. Прости, что так долго молчала. — И только? — воскликнула Кейтлин. — Ты боялась признаться в такой малости? — А ты считаешь это малостью? — удивилась Вай. — Вай, я, может, порой и веду себя как бешеный мангуст, но я не стала бы устраивать тебе скандал из-за того, что жертва насилия поблагодарила тебя за спасение! — в голосе Кейтлин звенело отчаяние, смешанное с неподдельным ужасом. — Как ты могла решить, что я разозлюсь? Я же… — Кейтлин осеклась и виновато посмотрела на Вай. — Прости, я… Ох, снова я вышла из себя… Я понимаю. С твоей стороны было логично предположить, что я В ОЧЕРЕДНОЙ РАЗ выносу тебе мозги. — И тем не менее, я должна была рассказать сразу, как мы начали работу над отношениями и… — Нет, Вай, — остановила Кейтлин, неосознанно, либо для пущей убедительности выставив вперед ладонь. — Тебе больше не нужно ни в чем передо мной оправдываться. Я уже давно поняла, что мои подозрения насчет тебя и Алексы беспочвенны. Да пусть бы она хоть с поцелуями к тебе полезла, я бы не стала слать ее, потому что знаю, что ты справишься с этим лучше меня. Я доверяю тебе, Вай. И я не хочу, чтобы ты терзалась чувством вины за то, что кто-то когда-то подошел к тебе, а я не увидела. Мне… — Кейтлин на миг зажмурилась. — Мне очень стыдно, что я поставила тебя в позицию жертвы. Наши отношения не должны быть такими. Кейтлин говорила это, чуть не плача. Как же сейчас она отличалась от той жестокой, хладнокровной Кейтлин, перед которой Вай стояла на коленях. Сердце Вай сжалось, она поднялась на ступеньку и обхватила любимую за плечи. — И не будут, — прошептала Вай, смотря Кейтлин в глаза. — Мы станем работать над отношениями каждый день. Допускать ошибки и пробовать снова, потому что безумно любим друг друга. Мне плевать, насколько ненормальна наша связь, ведь она наша, она нужна нам обеим, и точка. Кейтлин всхлипнула. — Ты, наверное, решила, что я снова скажу это, да? — с болью спросила она. — Что ты одной крови с Алексой? Вай не ответила, но, похоже, Кейтлин все прочла в ее взгляде. — Вай, я… мне становится плохо, когда я вспоминаю свои слова… когда вспоминаю, как смотрела на тебя, а ты беспомощно сидела в этих листьях и умоляла меня остаться… — по щекам Кейтлин потекли слезы, в ее голосе звенела пугающая, сокрушительная ненависть к себе. — Прости меня, прошу, я не хотела говорить такие отвратительные вещи! — Кейт… — Мне даже страшно представлять, что ты почувствовала, когда я сказала это! Я ведь словно намеренно подчеркнула разницу между нашим положением, а может, намеренно, я уже не помню, было слишком много эмоций… У меня ощущение, что я глупая девчонка, создавшая проблему из воздуха, решившая со скуки поиграть на нервах возлюбленной, как же низко я себя вела! — Кейтлин скривилась. — Никогда себя не прощу, я не достойна прощения… Как ты можешь любить ту, кто из обиды и глупой ревности причинила тебе столько боли? Вай обняла девушку, и Кейтлин лихорадочно обхватила Вай за плечи, прижавшись к ней всем телом. — Сегодня я позвала тебя для того, чтобы мы смогли преодолеть последние препятствия и двинуться дальше, — сказала Вай на ухо Кейтлин. — Нам нужно двигаться, кексик. Мы с тобой застряли на одном месте, но должны прекратить это, согласна? Иначе ты постоянно будешь возвращаться мыслями в тот день и корить себя за ошибку. Настала пора отпустить прошлое, — Вай обхватила лицо Кейтлин ладонями и посмотрела ей в глаза. — Я правда больше не злюсь на тебя и не держу обиду. Я простила тебя, слышишь? Ты искупила вину, поверь. Теперь простить себя должна ты. Сделай это ради меня, кексик. Мне нужно, чтобы ты была со мной, целиком со мной. Только так мы вернемся к тому, кем были друг для друга. В глазах Кейтлин сверкала любовь, которую Вай мгновенно узнала. Это было искренне и глубокое чувство человека, готового принять смерть за то, что он любил. И тогда Вай поняла, что стена изо льда давно раскололась вдребезги, просто девушки слишком медлили с принятием этого, с тем, чтобы сделать последний шаг. Вай больше не могла тратить ни мгновения их жизни на ссоры и выяснения отношений. Она прильнула к губам Кейтлин и поцеловала любимую, жарко, до боли, по-настоящему. Кейтлин ненасытно ласкала губы Вай, жадно водила по ним языком, чтобы Вай целовала и всасывала его кончик. Вай чувствовала, как колотится сердце в груди Кейтлин, балдела от ее жаркого дыхания и едва слышных стонов, по которым Вай так скучала. Она обхватила девушку за талию, приподняла над ступеньками, и в этот момент на девушек хлынул теплый дождь. Они и не думали уходить. Растворившись друг в друге, они стояли под этим дождем, чувствуя, что готовы остаться здесь навечно. «Почему мы так долго ждали?» — хотелось восклицать Вай, а в следующий миг последняя здравая мысль улетучилась из ее головы. Ради такого поцелуя она готова была прождать еще сотни лет. Ради поцелуя и полного эйфории осознания — она наконец-то вернула свою любовь.