Элита 2

But I sang 'em all to another heart

Но я уже спел их все другому сердцу

— Да не волнуйся ты, придет твоя Кейт. Адель же сказала, что родители поддержали идею вечеринки. Хочешь, оставь себе планшет? Вдруг Кейт тебе ответит. Я тебя найду после вечеринки и заберу его. Вай слышала слова Джинкс как сквозь плотное стекло. Ей было невыносимо жарко, сердце колотилось о грудную клетку. Почему Кассандра не отпустила дочь на престижную вечеринку, призванную показать дружелюбие Вильяссаре? В чем Кейтлин провинилась на этот раз и каким наказаниям будет подвергнута? — Вай? — позвала Джинкс. — Ответь что-нибудь, не пугай меня. Вай провела ладонью по лицу. «Возьми себя в руки, слабачка! Ты не поможешь Кейтлин своей паничкой». — Я оставлю планшет, — сказала она Джинкс. — И если Кейтлин не ответит в течение часа, возьму такси и поеду к ее дому. — Так, а вот этого делать точно не надо, — Джинкс положила руку на плечо Вай. — Подумай, что будет, если Кассандра тебя увидит. — Мне все равно! — рявкнула Вай. — Я должна выяснить, что с ней! — Этим ты только навредишь Кейтлин! К тому же… ой, привет, пап, — Джинкс перевела взгляд на кого-то за спиной Вай. Обернувшись, Вай увидела Силко, одетого в темно-лиловый костюм. Силко кивнул Вай, и в этот момент к девушкам приблизился Экко с напитками в руках. — Добрый вечер, — вежливо поздоровался он с Силко. — Добрый, — Силко смерил его убийственным взглядом. — Чтобы сразу после вечеринки моя дочь вернулась домой. Ты меня внимательно сейчас слушал? — Но папа! — воскликнула Джинкс. — Повтори, что я сказал. — Конечно, мастер Силко, — серьезно кивнул Экко. — Джинкс вернется к вам после вечеринки. Вай отстраненно наблюдала за ними. После эмоционального всплеска ее мозг воспринимал все как в замедленной киносъемке. Она даже не нашла в себе сил поздороваться с учителем. — Вай? — окликнула ее Джинкс. — Мы с тобой договорились, да? — Да… спасибо тебе, — выдавила Вай. Джинкс и Экко начали отходить от Силко, но тот неумолимо следовал за ними. — Пап, э-э… ты хочешь что-нибудь выпить? — неловко спросила Джинкс. — Экко тебе принесет. — Нет, благодарю, — изо льда, звеневшего в голосе Силко, можно было выковать целый сад ледяных скульптур. — Хорошо, тогда… тогда мы сейчас допьем наши напитки, да? — нервно смеясь, Джинкс подтолкнула локтем Экко, и тот вежливо улыбнулся. — А чем вы займетесь потом? — грозно спросил Силко. — Пап, ну хватит! — простонала Джинкс. Она повела Экко прочь, а Силко упрямо отправился за дочерью. Вай наблюдала, как Экко и Джинкс передвигаются туда-сюда около барной стойки, и как Силко неотступно следует за ними. В конце концов, когда троица снова оказалась неподалеку от Вай, Джинкс что-то шепнула на ухо Экко, тот повернулся к Силко и громко сказал: — Позволите пригласить вас на танец? Силко опешил от такой наглости, и Джинкс с Экко воспользовались его замешательством, чтобы скрыться среди танцующих пар. Вай уставилась на открытый диалог с Кейтлин. Она чувствовала себя бессильной и абсолютно одинокой в собственном горе. Ее друзья веселились, пока она сходила с ума от переживаний. — Да твою мать, а! — Вай ударила кулаком по стене и быстро отошла от нее, пока ее не объявили сумасшедшей. Вай задыхалась от ярости, она была в шаге от того, чтобы выбежать из школы и вызвать такси до особняка Кираманн. Вай останавливали только слова Джинкс о том, что этим она еще сильнее навредит Кейтлин. С другой стороны, однажды она уже увезла любимую из родного дома, что помешает ей сделать это снова? Вай решила в последний раз осмотреть зал, прежде чем принять решение. Она должна была убедиться, что Кейтлин точно здесь нет, и дать ей время ответить. Вай принялась обходить танцпол по периметру. На сцене уже готовились к выступлению «Аметиста» — сотрудники школы устанавливали и проверяли музыкальное оборудование. Вай пыталась разглядеть кого-нибудь из членов группы, но не смогла. Зато она наткнулась на образованный гостями круг, в центре которого раскрасневшийся, но довольный Хеймердингер танцевал с Медардой старшей. Медарда специально двигалась медленно, чтобы Хеймердингер поспевал за ней, зрители с улыбками аплодировали мастерам. — Ну же, дамы, не завидуйте! — обратилась Медарда к залу. — Кто еще хочет поучиться танцам у мастера Хеймердингера, вставайте в очередь! — Тогда я следующий! — раздался громогласный голос мастера Райза. Хеймердингер вытаращил глаза, а публика разразилась аплодисментами. Став свидетельницей этой сцены, Вай немного расслабилась. Она продолжила обходить зал, то и дело поглядывая в планшет. В какой-то момент Вай так сосредоточилась, что врезалась в Лиззи. — Прости, — вырвалось у Вай. — Да ничего, — сказала Лиззи, поправляя за ухо волосы. Она была одета в розовое с черными полосками платье, на руках красовались черные миттенки. — Ты чудесно выглядишь. Вай постаралась вложить в свой взгляд фразу «мне сейчас не до этого», но Лиззи проигнорировала. — Хочешь, потанцуем? — выпалила она. — Что? — вырвалось у Вай. — Ну, я вижу, ты проводишь День Влюбленных в одиночестве, — пожала плечами Лиззи. — Это ничего такого, просто танец. Скоро твои друзья выступают, можем потанцевать под их песню. — Нет, спасибо, — мрачно ответила Вай и продолжила путь. — Отшивая всех, кроме нее, ты и оказалась одна! — крикнула Лиззи ей вслед. — Задумайся, почему она не пришла на вечеринку! Вдруг она предпочла тебе другую девушку? Со мной такое случалось и не раз, я знаю, о чем говорю. Вай очень медленно повернулась к Лиззи. — Да, — кивнула Лиззи, приближаясь к Вай. — Я знаю. Сначала они клянутся в вечной любви, а потом вонзают нож в спину. Может, именно это произошло? После всех ваших разногласий, после твоих ошибок… Поэтому Кейтлин опаздывает? Мне жаль, что ты с этим столкнулась. Но никто не мешает тебе ответить ей тем же. Вай начало трясти. — Она не пришла на вечеринку по причинам, которые тебя не касаются и которые совершенно не связаны с изменой мне! — бросила Вай в лицо Лиззи. — Займись своей личной жизнью, может, тогда не захочется совать нос в чужие дела! Лиззи пожала плечами. — Я здесь единственная, кто способен открыть тебе глаза, но если ты не хочешь слушать… — Ты права, не хочу, — оборвала Вай и пошла прочь, не дав Лиззи возможность сказать что-то еще более чудовищное. Как в тумане Вай добрела до столика, за которым сидели Джейс и Виктор. Только она собралась к ним присоединиться, как увидела, что рядом с Виктором сидит одетая в черное платье Алекса и, ни на кого не глядя, попивает коктейль. Вай остановилась. У нее не выдерживали нервы. Она снова начала задыхаться. Ей нужно выбраться из громкого душного зала на воздух и подумать в одиночестве. В одиночестве. Вай прислонилась к стене, чтобы отдышаться. Она не воспринимала всерьез слова Лиззи, но та определенно подлила масла в огонь. Вай и без того себя накрутила, а теперь чувствовала, что у нее начинает ехать крыша. Вай боялась проверять диалог с Кейтлин. Да и какой смысл? Разве на сотый раз что-то изменится? Вай подошла к барной стойке, заказала себе воду со льдом и плеснула содержимое стакана себе в лицо. Ей стало немного лучше, но дыхание не восстановилась. «Сейчас я приду в себя и поеду к ней, — твердо решила Вай. — И лучше Кассандре держаться от меня подальше». — Уважаемые гости, — раздался из динамиков незнакомый голос, должно быть, тринадцатиклассника, который сегодня был ди-джеем. — Буквально через пять минут на этой сцене выступит группа «Аметист» со своим новым хитом! Прошу вас не расходиться и наслаждаться вечером! С Днем Всех Влюбленных! Тут Вай увидела Мика и Андре, пробирающихся сквозь толпу к Алексе. Вай пошла к друзьям, надеясь узнать, где Адель. Может, та что-то прочитала в соцсетях, может, не только Кассандра не пустила свою дочь на вечеринку… — Позвольте пригласить на танец! — обогнав Андре, Мик встал перед Алексой и предложил ей руку. Джейс и Виктор переглянулись и сделали вид, что заняты разговором. Алекса подняла взгляд на Мика и покачала головой. — Я же тебе говорил, дама не хочет с тобой танцевать, — сказал Андре, хлопнув Мика по плечу. Тот раздраженно сбросил его руку. — Ты не будешь со мной танцевать? — тихо спросил он у Алексы. Та снова покачала головой. Мик, привычный, дерзкий Мик в косухе и с шипами из волос на голове, выглядел растерянным. Он стоял с открытым ртом, но словно впервые не находил слов. Тогда к Алексе приблизился Андре. — Возможно, тебе будет приятнее провести вечер со мной? — галантно спросил он. — Не надо, — сказала Алекса. — Мне и так дорогого стоило прийти сюда ради вашего выступления. Дайте мне посидеть спокойно. — Не бойся, никто не посмеет причинить тебе вред, пока ты со мной, даю слово! — воскликнул Андре. — У меня… — губы Алексы задрожали. — У меня плохая репутация… — А мне все равно. — Тебе не нужна шлюха на танцполе… — Да брось, чего ты тут будешь сидеть тухнуть? Давай немного потанцуем перед выступлением, а потом мы исполним для тебя песню. Только для тебя, слышишь? Андре склонился над Алексой, желая взять ее за руку, как вдруг Мик с силой оттолкнул его. — Она же сказала, что не хочет с тобой танцевать! — рявкнул он. — Что ты пристал к человеку? — Хочу, — возразила Алекса. — Я… я хочу танцевать с ним, но не могу. Оставьте меня, оба, — попросила она, при этом смотря на Андре. — Пожалуйста… Мик отшатнулся. — С ним… — выдохнул он. — Ты хочешь танцевать с ним? — Мик, нам нужно на сцену, — позвал Андре. «Это мой шанс», — подумала Вай. Ей хватило времени, чтобы прийти в себя, и она устала вежливо ждать. Она поговорит с Адель, даже если ради этого придется задержать выступление. — Дамы и господа, осталась всего минута до грандиозного шоу от группы «Аметист»! — раздался голос ди-джея. Вай шагнула к Мику, как вдруг на ее плечо легонько тронула чья-то рука. — Блин, да вы все достали меня сегодня, кому ещё я понадобилась? — заорала Вай, оборачиваясь. — Вай… — услышала она голос, заставивший музыку замолчать, а время остановиться. Вай увидела Кейтлин, свою Кейтлин, она стояла прямо перед Вай и… дрожала. — Кексик… — вырвалось у Вай. Кейтлин была одета в черное платье в обтяжку, ее волосы были собраны в хвост, а на груди сверкала сапфирами платиновая звездочка, подарок Вай на прошлый Новый год. С Кейтлин что-то было не так. Бледное лицо, губы, неровно подведенные вишневой помадой, размазанная тушь под глазами, как будто Кейт плакала. — Что случилось? — выдохнула Вай. Она положила планшет Джинкс на стол, шагнула к Кейтлин и взяла ее за руку. Пальцы Кейтлин были ледяными. — Вай, я не хотела… — прошептала Кейтлин. — Что происходит, о чем ты? — воскликнула Вай. — У меня не было выбора выбора, я… — Кейтлин бросила нервный взгляд на танцпол. — Мне так жаль… Вай обернулась, пытаясь понять, куда смотрит Кейтлин. На сцене зажглись красные прожекторы, члены «Аметист» поднимались на сцену. — Вай, — Кейтлин крепко сжала ее руку. — Сейчас я… я пойду туда. Что бы ни произошло, не вмешивайся. Обещай не вмешиваться, прошу тебя. — Куда пойдешь? — спросила сбитая с толку Вай. — Объясни мне… — Она… — Кейтлин сглотнула, не сводя глаз с танцпола. — Она притворялась… Вай, я должна идти. Не вмешивайся. И Кейтлин быстрым шагом направилась к гостям, замершим в ожидании вокруг сцены. — Кейтлин! — крикнула Вай. Расталкивая людей, она с гулко бьющимся сердцем бросилась за любимой. Красные прожекторы ослепляли, время стало тягучим как деготь, отчего-то Вай вспомнила дым, принявший форму кольца. — Уважаемые гости, прямо сейчас группа «Аметист» впервые на этой сцене эксклюзивно для вас исполнит свой новый хит! — объявил диджей. — Ваши бурные аплодисменты! — Кейтлин! — крик Вай потонул в шуме хлопков и радостных воплей. — И под эту песню, — продолжил диджей, — обладательница первого места в рейтинге Вильяссаре Кейтлин Кираманн исполнит парный танец! Прошу вас освободить немного пространства для этого выступления! Вай застыла, остановилась и Кейтлин в центре образованного публикой круга. Секунда, растянутая до вечности. Вечность, лишенная звуков и красок. В эту роковую, проклятую небесами секунду Кейтлин смотрела не на Вай. Ее взгляд был устремлен на девушку, вышедшую к ней из толпы. Перед глазами у Вай заплясали черные пятна, зал зашатался, поплыл, увлекая ее за собой. Кто… кто это подстроил? Почему Кейтлин должна сейчас танцевать, об этом же не было известно, Адель не предупреждала… Вай посмотрела на Адель и увидела ее ошарашенное лицо. Шейн и Андре переглядывались, Мик взял микрофон. — Кексик… — подумала-прошептала Вай. Ее ноги подкосились, она чудом устояла. Девушка, хрупкая, миниатюрная девушка с короткими рыжими волосами приблизилась к Кейтлин и положила руки ей на талию. Вай сжала кулаки, пол снова начал уходить из-под ног. Она уже видела эту девушку прежде, она вспомнила это лицо, потому что часами пыталась воспроизвести его в воображении, гадая, какую опасность представляет для Кейтлин Лелиана Горлокс. — Поприветствуйте Кейтлин Кираманн и ее партнершу Мэдди Нолан! Кейтлин улыбнулась ей. Улыбнулась Лелиане. Мэдди... Положила руки ей на плечи. Ударили первые оглушительные аккорды, и на глазах разбитой, уничтоженной Вай Мэдди увлекла Кейтлин в глубь площадки, где закружила в танце. Кровь моя горяча, моя воля сильна, Я отважен и молод! И моя, и моя наступила весна, Но в душе моей холод! У находящейся в состоянии шока Вай по спине побежали мурашки от громкого голоса Мика. Он пел, смотря на Андре, словно бросая ему вызов, словно обращаясь к нему одному. Вай замечала это, теперь она замечала многое, например, свет красного прожектора, отраженного от звездочки на груди Кейтлин. Вокруг Вай танцевали ученики школы, задевая и толкая ее, а Вай стояла прямо под прожектором, под направленным на ее лицо алым лучом, растерянно наблюдая за танцем Кейтлин и Мэдди. Я стою, словно дело мое — сторона, Я глаза свои прячу, Но не меньше других я имею права На любовь и удачу! Мик пел о себе, Вай знала это, но вместе с тем он пел и о Вай. Кровавые строки были написаны для них обоих. Внешне Вай оставалась каменным истуканом, но ее сердце яростно колотилось о ребра, музыка пускала по венам адреналин, побеждавший шоковую заморозку. Ее подсвеченная алым светом рука на талии Кейтлин, ее маленькое юркое тело, жмущееся к девушке, которую Вай называла своей… Вай ненавидела эту суку так сильно, что желала ей смерти. Притворщица. Дьяволица. Рыжая бестия, явившая наконец миру свое настоящее лицо. Вай хотела свернуть ее тонкую шею, и Мик пел об этом: Почему не нашел свою смерть в ядовитом он дроте? Почему злые льды не убили его где-нибудь на Фрельйорде? Вай наконец нашла в себе силы пошевелиться. Голос Мика поддерживал ее, Вай чувствовала, что она больше не одна в своей борьбе. Она шагнула вперед, желая оттащить Лелиану, Мэдди или как там еще зовут эту тварь от Кейтлин, вышвырнуть ее из зала, избить ее до потери сознания и… Не вмешивайся. Вай замерла. Слова Кейтлин вспыхнули у нее перед глазами. Почему она попросила ее об этом? Что будет, если Вай вмешается? Кейтлин кто-то угрожает или… Ваше дело меня проклинать и бранить. Вы одно только знайте: Этой паре не быть, этой паре не быть, Не бывать этой паре! Вай все еще не верила. Не могла поверить, что Кейтлин танцует с другой, хотя это происходило прямо сейчас, на ее глазах. Ужасные, непостижимые мгновения. Конечно, Кейтлин делала это по велению Кассандры, конечно, ее шантажировали, но… почему Кейтлин ничего толком не объяснила Вай, даже не рассказала, что Лелиану на самом деле зовут Мэдди и что все это время она была в зале, а Вай ее не узнавала из-за цвета волос? Красный прожектор на миг выхватил из тьмы лицо Лиззи. Она, не моргая, смотрела на Вай, ее взгляд словно твердил «ну, что я тебе говорила». — Нет… — выдохнула Вай, беспомощно наблюдая за тем, как Кейтлин обняла Мэдди в танце. — Кексик… остановись… прошу тебя, остановись… Кейтлин и Мэдди превратились в черные силуэты. Мик упал на колени и нежно зашептал: Прошу тебя, не торопись, Пойми, ведь я тебя люблю И никому не уступлю, И никому не отдам! «Не отдам, — повторила про себя Вай. — Я не отдам тебя ей. Неважно, решила ты меня бросить или тебя заставили, я не уступлю тебя никому, слышишь?» Слова песни стали ее мыслями, сердце бешено колотилось в груди, вторя ритму песни. Прошу тебя, не торопись, Подумай о судьбе своей, Не отвергай любви моей – Любовь моя навсегда! Мик вскочил, подбежал к Андре и продолжил петь, глядя ему в лицо: Ни на что не смотря, Он лишает меня и мечты, и надежды, Значит вправе и я, ни на что не смотря, Отвечать ему тем же! Вай было плевать, каким страшным грехом станет ее расправа над Мэдди, но она знала, что не пощадит эту обманщицу. Пусть Вай выгонят из Вильяссаре, пусть Кейтлин навсегда отвернется от нее, она вправе бороться и она не станет стоять и смотреть, как у нее из-под носа уводят любимую! Не вмешивайся. Вай бросилась к Кейтлин. Она бежала, и Мик бежал по сцене вместе с ней, отыгрывая метания души, пораженной ревностью. Пусть на высшем суде снисхождения к себе Я ни в ком не увижу. Всё равно я её никому не отдам – Не хочу, не могу, ненавижу! Вай сбили с ног. Она пыталась подняться, но ей мешали веселящиеся, не замечающие ее влюбленные пары. Задыхаясь, Вай поднялась на колени и увидела, как рухнул на колени Мик у самого края сцены. Вай перевела взгляд на Кейтлин с Мэдди, и слезы бессильной ярости обожгли ей лицо. Кейтлин, ее Кейтлин танцевала с другой. Их танец не получился таким страстным, как у Эрика и Ракель, но был полон нежности, во всяком случае, со стороны Мэдди. Кейтлин двигалась скованно, Вай замечала это, она отчаянно пыталась поймать взгляд любимой, чтобы прочесть ответ, выяснить правду, но Кейтлин смотрела только на Мэдди, отбрасывающую гротескную тень Николаса. Прошу тебя, не торопись, Пойми, ведь я тебя люблю И никому не уступлю, И никому не отдам! Вай чувствовала себя сокрушенной. Боевой запал угас, на его место пришло ледяное осознание случившегося. После всего пережитого, после стольких мытарств Вай не была готова к увиденному. Даже ненависть не придавала ей сил. Она смотрела на Кейтлин, уже не пытаясь бороться, смотрела, готовясь потерять ее навсегда, и неосознанно повторяла вслух за Миком: Прошу тебя, не торопись, Подумай о судьбе своей, Не отвергай любви моей – Любовь моя навсегда! Не отвергай меня. Не после всего, через что мы прошли. Пойми, пожалуйста, пойми, я люблю тебя больше всего в этом мире, я не отдам тебя ей, ты же знаешь, что не отдам. Я буду сражаться за тебя, только попроси меня об этом, только скажи, что я нужна тебе, что ты не предпочла ее мне. Ты же не выбрала ее, да, кексик? Тебя заставили это сделать? Это со мной ты должна была танцевать сегодня, меня должна была танцевать… ты ведь… ты ведь все еще любишь меня? Кейтлин и Мэдди застыли, прижавшись друг к другу, их руки были сплетены. Кейтлин смотрела на губы Мэдди. Не отвергай любви моей! Не отвергай любви моей, Любовь моя — навсегда! Прозвучал последний аккорд. Алый прожектор погас, оставляя Вай в темноте.