Проверка на гостя

Громкий стук в дверь раздается в полной тишине старого дома. Холодные от накатившего страха руки касаются дверной ручки. Капли пота ужаса стекают по прислонившемуся к глазку лицу. - Ты кто? - Мой голос твердый, не слышно как беспокойство пожирает меня изнутри. - Пусти. - Дрожащий голос раздается из-за тонких губ молодого парня в застегнутой куртке и шарфом на шее. Блять, ебаный придурок, ходящий в адскую жару в теплой одежде. - Ну или не пускай, жара мне и так не страшна. -Ты блять больной? - Срывается прямо с моего языка, хотя хотелось сказать что-то более милое незнакомцу. Все-таки меня воспитывали. - Почему ты в куртке? Пытаешься что-то укрыть от чужих глаз? - Мои глаза рассматривают ночного гостя. Я подмечаю его бледное лицо, отдающее странной зеленью, сальные волосы средней длины и пятна грязи и хуй пойми чего на одежде. Фрик. Я щелкаю языком, когда при разговоре он пытается улизнуть от ответа. Точно подозрительный тип. - Озноб - Он дрожит словно по его телу проходит немного тока. - Н-наверное подхватил что-то. - Он снова трясется, складывая руки на груди, будто пытаясь согреться. Его худые, кривоватые пальцы поправляют шарф на шее, затягивая его чуть покрепче. Я испускаю тяжелый выдох. Пущу, а потом проверю не гость ли он. Если реально заболел, то пусть остается, но если он гость…. В мой нос резко ударяет запах пороха. Я уже знаю что буду делать с гостями. - Проходи - Говорю я, снимая защелку двери и открывая ее полностью. - Правда? Спасибо. - Парень стоит на пороге. Все время моих раздумий он просто смотрел в сторону в темноту. На чужие дома, которые в случае отказа тоже придется просить о помощи, протоптанную тропинку, которую придется пройти, если скажут нет и на странный, высоченный силуэт изуродованного человека, который встретился по дороге. Слава богу он не заметил, потому что был повернут к нему спиной. - Шустрее - Я беру фрика за плечо куртки и, чуть ли не запихиваю в свой дом, что бы я мог закрыть входную дверь. Мы оба стоим и смотрим куда то по сторонам. Он мне просто не интересен и пустил я его не больше из жалости, а просто потому что сосед сказал держаться с кем то вместе. Ненавижу блять держаться с кем то. Он стоит и смотрит на ковер под нашими ногами, его грязные ботинки оставляют темные следы земли. Бабушка бы убила меня, если бы узрела это. Она постоянно драила и вытряхивала этот ковер на улице, зовя маленького меня помочь ей с хлопушкой. Старая была и руки быстро уставали хлопать по плотному полотну из узоров и семейных воспоминаний. А мне было в радость поизмываться над ним и вытряхивать грязь. А сейчас стоим мы и размазываем по уже вовсе не разноцветному ковру, а по серой мазне новый слой грязи. Даже уже некому поругать меня за неубранный дом. Только ругают во снах за неприбранные могилки с заросшей травой. Да, давно я не навещал семью. Уже наш дом превратил в какое то кладбище своих воспоминаний. -Можешь не разуваться- Я говорю это уже повернувшись к нему спиной и уходя на кухню выпить пиво. Что-то я так устал, но в сон все равно не клонит. Уже с отпитым пивом и теплом где-то в потаенном месте живота я иду в гостинную. Полы скрипят под моими немного покачивающимися шагами. Помню как в детстве узнавал кто как скрипит, ходя по этим полам. Теперь шум в доме создаю только я. Непривычно, но вроде уже похуй. Все равно в семье было все сложно. Уж лучше так. Еще глоток прохладного пенного обволакивает мой язык в маленьких, болящих язвочках от сигарет и скатывается по глотке в желудок. Отдается все это легкостью в голове и отступающей тревогой. Вот почему отец пил. Глоток и похуй. Глоток и ты один на старом диванчике лежишь под старым крестом, желая побыстрее уже напиться до отключки. Но фамильный диван оказывается занятым. Мой новый сосед сидит согнутым, утыкаясь бледным лицом в свои худенькие коленки. Его руки обнимают дрожащее тело. Он не то постанывает, не то просо мычит, клацая не сходящимися зубами от холода. Я усаживаюсь рядом, ставя пиво на настенные полки. От негромкого звука банки парень приподнимает красные глаза на меня, молча сверля меня своим притягательным взглядом. Надо бы его проверить. Уж точно он подозрительный. Конечно, странно верить телеку и их байкам про белые зубы только у «гостей», бритые подмышки только у «гостей» и всю другую хуйню, которую просто можно сделать у косметолога или просто приболев. Но….. Но хотелось бы еще пожить. Не знаю для чего, не знаю есть ли смысл мучаться в апокалипсисе, пытаясь выжить, но как будто тут инстинкт самосохранения правит над депрессивным желанием исчезнуть. - Покажи… - И тут я задумываюсь. Видя его красные от болезни глаза мне становится просто по человечески жалко этого фрика. Красные, бегающие, карие глаза, которые вот вот разревутся. Они внимательно смотрят на меня, изучают мое серое от усталости лицо с пробивающейся щетиной и мешками под глазами. «Не гость ли я?» Проносится в моей голове. Если я уже заражен какой-то хуйней и уже могу приносить кому-то вред? Я подпрыгиваю с дивана и иду в ванну. Старое, покрытое брызгами засохших капель зубной пасты зеркало встречает меня, искушая проверить себя самого. Я выпрямляюсь в полный рост и не отражение моего лица не влазиет. А когда то мне нужна было подставка что бы просто посмотреть на себя. По детски-розового, покрытого солнечными поцелуями и парой царапин от игр на улице. Сейчас это ебаное солнце хуярит так, что люди становятся какими то зомбаками и едут крышей. Знал бы я это раньше, то стал бы зацепером или нюхал бы клей с одноклассниками. Все равно сдох бы во время этой не прекращающейся жары. Опираясь одной рукой о раковину, я оттягиваю уголок своих губ, смотря на свои белоснежные, но немного кривые зубы. Говнище. Привычки и гигиена заставляют меня резко задрать свою вязанную кофту, пахнущую потом в перемешку с одеколоном, и уставится на свои подмышки. Густая копна волос встречает меня на впадинах. Я выдыхаю. Ладно, 1:1. Уши чистые. Отлично Десна кровоточат.       ⁃      Говно! - Срываюсь я, поднося лицо близко к зеркалу так, что можно разглядеть каждый сосудик своего глаза. Белые, немного желтоватые глаза смотрят на мои руки. Чистые. Грязи нет. Лишь чуть пороха на коже указательного и большого пальца. Я смываю его теплой, уже почти горячей водой и вытираю о воняющее сыростью полотенце. Я не гость. Отлично. От усталости я уже забыл про нагревающееся в комнате пиво, про нового соседа и с нудящей головой чуть ли не доползаю до постели. Я не раздеваюсь и заваливаюсь лицом в подушку. Заснуть не сложно. Спится легко, как будто ты снова ночуешь у бабушки и просто желаешь побыстрее оказаться уже в новом дне что бы сходить с дедом на рыбалку или найти новый гараж для прыжков с друзьями. Но тут спишь крепко и без снов просто потому что хочешь забыться. Нет желания что бы снился апокалипсис или твой чуткий сон отвлекали громкие оры сумасшедших прохожих. Хочешь оказаться в новом дне, что бы проснуться и понять что это просто кошмар. Страшный кошмар, который был просто сном, где ты мог делать выбор. А сейчас ты проснулся и, вставая с кровати, понял, что не дотягиваешься до пола и нужна подставка в ванной и раковины. Проснуться и выбежав на улицу не сгорать на солнце, мучаясь от ожогов и плавленой кожи на себе, а выйти под теплые лучи и улыбнуться, жмурясь яркому светилу над головой. Ну и конечно же не остерегаясь сумашедших и «гостей» просто знакомится со сверстниками и пинать с ними крапиву. Но я просыпаюсь. Просыпаюсь от духоты в комнате. Губы и рот пересохли, глаза слиплись. Я встаю с кровати и чувствую резкую боль в чуть ли не взрывающихся мозгах. Адски, адски жарко. Стою лишь в одних трусах и не понимаю почему с меня течет пот рекой, почему утро такое жаркое или почему у меня такая горячка. А потом вспоминаешь, что ты здоров. Здоров в настоящем филиале Ада на Земле. Ебаный космос решил истребить человечество, вот я и бреду на кухню попить из-под крана, но рот обжигает такая же горячая вода из труб. - Блять, БЛЯТЬ БЛЯТЬ - Шиплю я, открывая холодильник и выпивая банку пива залпом. Облизываю сухие губы и улавливаю пару горьковатых капель. Сразу как то легче стало. Сидя за столом и доедая засоленные огурцы, которые нашлись в подвале бабушки, понимаю, что головная боль от духоты отступает. Солоноватый рассол приятно играет с вкусовыми почками языка и напоминает бабушку. Теплые, морщинистые руки, которые трепали мои щеки, когда просил добавки ее стрепни. Какой то ебучий огурец в соленой воде с зеленью может вызвать у меня настолько смешанные чувства, что банка нахуй разлетается о стену, оставляя подтеки рассола на старых, отковырянных в некоторых местах обоях. Я встаю из-за стола и иду в гостинную проверить нового соседа. Не сбежал ли он под покровом ночи или не сдох от своего непонятного недуга. Надо бы все равно его проверить. Отдохнуть ночку я ему дал, а сейчас пусть раскрывает все карты. Дверь с легким шуршанием открывается и я вижу то, как незнакомец дремлет лежа. Его ноги подсогнуты к его груди, как будто он сам пытается себя согреть как можно сильнее. Его без эмоциональное лицо повернуто ко мне и я вижу легкое подрагивание бледных век с редкими ресницами. Красный кончик носа на мертвенно - бледном лице. Он одет в бледно оранжевую куртку, которая кажется ему большой, светлые брюки из под которых торчат худющие волосатые лодыжки и согнутые пальцы ног в темных носках. Красный шарф развязался во сне и лежит рядом со своим хозяином на полу. Чувак реально похож на овоща, который бабушка бы точно отправила в банке в наш подвал. Пока я рассматривал его, под моим взором он начал просыпаться. Словно чувствовал мой пристальный взгляд даже сквозь дрему. Заметно, что его глаза уже не такие красные. Ладно, малюсенький плюс ему к его шансу выжить в моем доме. - Зубы. Покажи зубы. - Я надвисаю над ним и он испуганно сьеживается, не понимая, что я от него хочу. - Признаки, что ты не гость - Уже чуть ли не рыча говорю ему я, хватая за ворот куртки. - Ну же - Я держу его крепко, что бы не думал улизнуть. Прижимаю худое тело к спинке дивана. Незнакомец выглядит напуганным, но все еще не догоняет что мне надо. Я бесцеремонно свободной рукой приближаюсь к его тонким, трясущимся губам. Указательный и средний палец раздвигают на удивление теплые губы и за ними показываются ИДЕАЛЬНО. ИДЕАЛЬНО БЛЯДСКИЕ РОВНЫЕ ЗУБЫ. БЕЛЫЕ, СУКА, ЧУТЬ ЛИ НЕ СЛЕПЯТ МЕНЯ. я хватаю его за грудки крепче, моя нога резко упирается в его живот и я наваливаюсь на него сверху, прижимая его к дивану уже своим полным весом. Он вскрикивает, хочет меня оттолкнуть, что-то мямлит и снова стонет от боли, но я перехватываю его руку и смотрю на тонкие, словно паучьи лапки пальцы. Я цокаю, видя что его ногти погрызены, содраны, а на некоторых пальцах видно лишь кровоточащее ногтевое ложе. - Ублюдок - Мои слюни брызгают ему в лицо. Он выглядит до смерти напуганным. Я слышу лишь отрывки его жалобных фраз о пощаде, но все равно я не хочу его слушаться. Нога вжимается в него сильнее и слышен скулеж за плотно сжатыми губами и закатывающиеся от боли глаза. - Показывай свои ебаные подмышки - Я рычу ему в прикрытое сальной волосней ухо. Точно. Уши. Царапая его скальп, и игнорируя очередной всхлип, открываю вид на чистое ухо с проколом мочки. Ладно. Повезло, но ему не отвернуться. - Куртку не сниму. Холодно - Скрипя зубами от боли что-то пищит незнакомец. - Я не гость, поверь уже - Он поскуливает от моего колена на его впалом низу живота. У меня уже нога затекла его так держать. Я встаю с него и отхожу назад, но все еще держа его за грудки куртки. - Показывай свои подмышки. - Я чувствую как мое лицо покраснело от злости и уже чувствую что сейчас не сдержусь и просто сверну ему бошку. Даже если не гость. - Сказал же. Мне холодно и - Он икает когда дуло винтовки оказывается у его потного бледного лба. Я оборвал его слова уже решивши его прикончить. - Доказывай, что не гость или хавай свинец - Я кричу, толкая его в спинку дивана. Его волосы, неряшливо спадают ему на лицо. Большие глаза в страхе бегают по комнате, пытаясь избежать взгляда на мою винтовку, чуть ли не пробившую ему череп ударом по лбу. - И так мерзнешь. Если снимешь куртку и покажешь подмышки, то я не думаю что все равно замерзнешь сильнее. - Слышно его мычание, шмыгание сопливым носом и наконец, его пальцы держатся за край куртки. Они неряшливо трогают ткань, оставляя пятна сукровицы от голых фаланг пальцев без ногтей. Я немного ухмыляюсь. Терзается. Точно боится что-то показать мне. Я щелчком подготавливаю винтовку к выстрелу. Эту голову от дробления на шматки мяса по моим стенам останавливает лишь маленькая железка под моим указательным пальцем. Чуть давления на нее и нас раскрасят брызги крови. - Не хочу долго ждать- Я смотрю на него сверху вниз, все-таки давая шанс на выживание. Выдох. Он расстегивает куртку с заедающей собачкой молнии и мне виден зеленый свитер из которого торчат нитки. Да тут не нитки, а клубок целый как будто торчит. Узор нарушен затяжками на пряже, парня как будто моль жрала до прибытия в мой дом. Но похуй, не мои проблемы. Моя проблема сейчас понять не паразит ли у меня дома. Что бы дать ему немного пространства я убираю дуло от его головы и делаю шаг назад. Как бы дружественный жест, словно «ну же, доверься». Парень сбивчиво дышит, грудь нервно поднимается и опускается рваными вздохами. Он встает на шатающиеся, косолапые ноги и отбрасывает куртку на диван. Свитер кажется на нем огромным мусорным мешком на тоненькой осине, трясущейся от зимних холодов. Я выжидаю. Все-таки да, стремно показывать кому то свои части тела. Особенно в такой обстановке. Особенно когда любой пролет может стоить тебе твоих мозгов еще пока в черепной коробке. Его зрачки резко сужаются в кошачьи, он запрокидывает голову и резко поднимает свитер. Я испуганно делаю пару шагов назад, прижимаясь спиной к двери. Моя винтовка с грохотом падает куда то на мои ноги, но от ужаса я не чувствую ее удара. Темная, с окровавленными кусочками кожи на концах, дыра в его ебаном теле. Я в шоке, завороженно смотрю на непроглядную тьму в чьем то теле. Просто нахуй пиздец. Мне реально конец. Мы стоим секунду, две, три. Кажется я уже даже успел отойти от ужаса, но парень не двигается. Он все еще ужасно смущенно, славно сам напуган запрокинул голову и дрожащими руками держит свой свитер. Над спирализующейся дырой видны ребра, обтянутые бледной, тонкой кожей. А под этой странной хуйней, кажущейся внутри бесконечной и вообще больше похожей на галлюцинацией, выпирающие кости бедер с волосней, идущей в бежевые брюки. Я все еще прижат к двери и без понятия что делать. Движение и я умер. Движение и эта дыра меня сожрет. Движение и этот ебаный гость, которого я первого блять пустил в свой дом и пожалел перед сном покончил со мной. Что блять за невезение такое. Я родился в пожирающей меня темноте. Жил в пожирающей меня темноте, пытаясь скрасить это засевшее где-то в кишках чем то обыденным. И, блять, сдохну от сожравшей меня, наконец, тьмы. Неудачник. Но гость все еще не двигается. Как будто, он даже трястись перестал и просто уже ждет моего решения. - Стреляй - Спокойным голосом говорит он, опуская свитер и смотря на меня уже в анфас. Его руки повисли по бокам, голова немного понуро опустилась вниз. Взгляд его лежит на блестящей винтовке, которую так с любовью чистил мой отец. Старый ублюдок только ее и любил. В моей голове каша мыслей надрывает мой мозг и я слышу лишь звон в ушах. Звон этот, это пульсация крови, которая с бешеной скоростью питает мои органы для быстрых действий. А стоп. Сильный шум в ушах. Голова по ощущениям трескается на части и я слышу то, как кусочки моего черепа рассыпаются по деревянному полу. Стоп А гости точно опасны? Подожди, блять, бред. Они убили…. А кого они пока еще убили? Кто сказал что … Подожди. Мужик. Солнце. Сосед. Гости. КЧС. Нет, стой….. опасно ли? Я не могу думать. Ни одна буква не хочет складываться с другой в слова, а потом в предложения. Кажись я реально сошел с ума и просто ловлю галюны под солнечным ударом. - Выстрели в меня. Пожалуйста. - Меня отрывает от забвения тихий шепот парня, который оказался ко мне ближе на пару шагов. Низкий, измученный незнакомец в теплой одежде при апокалипсисе. Словно мы оба в тупом анекдоте. - Прошу убей уже. Хули ты стоишь - Его ледяная рука хватается за мое запястье. Она даже обхватить его нормально не может. Но я стою и не отвечаю. Просто уставился на него и пытаюсь загрузить в свой мозг то, что происходит. Он дергает меня за руку снова, шмыгая сново подступившими соплями в нос. - А гости точно убивают? - Тихо спрашиваю я, смотря на его голое ногтевое ложе с засохшей кровью и кусками повисшего в виде заусенцев мяса. -Что? - Спрашивает он, точно ошарашенный. Он делает шаг назад. Шаг, еще шаг, еще шаг. Пока не падает на диван. Так и стоим по разные концы комнаты. Хах, и бабкин крест не спас от нечисти. Гость сидит прямо под деревянным крестом, который бабка заставила прибить деда к стене. Молилась ему, защиты просила. А сейчас не пойми что за черт сидит на ее диванчике да еще и под крестом. Блять, дважды тупой анекдот. - Гости точно убивают? - Снова спрашиваю я, но уже громче. - Я я- не знаю - Легкое заикание снова появилось в чужом голосе. Он прячет свое лицо в ладонях. Я подхожу к нему и сажусь рядом. Весом прогибая старенькие пружинки. - А ты докажи что не гость - Мои губы касаются его сальных волос и греют замерзшее ухо. Трижды тупой анекдот. От моего теплого дыхания я чувствую, как по его хребту проходит дрожь, пальцы его ног подгибаются, а сквозь руки, так старательно прикрывающие его лицо слышен томный всхлип. Слышится «М-ах» и меня тоже согревает его дрожащий голос, хотя в комнате и так душно. Он снова, но уже более уверенно поднимает свой свитер и мы оба игнорируем темное нечто на его животе и я смотрю на его подмышки. Да обычные. Не особо густые волосы покрывают впадину под суставом плеча. - Хорошо - Тихо говорю я ему прямо в ухо. Так тихо, как будто мы в полной комнате людей и я говорю ему какую то тайну только для нас. - Не опускай кофту.- Я медленно пробираюсь рукой к его бедрам, на которых болтаются штаны и моя грубая ладонь оказывается прямо на мясных краях черной, бездонной дыры, где обычно пупок и пресс. Фаланга среднего пальца подушечкой касается темноты. - мх - срывается с тонких, приоткрытых губ. Не стесняясь он смотрит прямо в мои глаза. Его взгляд полузакрыт трясущимися веками и влажными от слез ресницами. Парень сглатывает, снова захватывая губами воздух, когда я толкаюсь чуть глубже. На удивление тепло. Тепло обволакивает кончик моего пальца. Как будто в детстве греешь обмороженные руки в теплой воде. Покалывает, побаливает, но завораживающе тепло. Так тепло, что я забираюсь рукой чуть глубже и уже все мои пальцы по одну фалангу внутри. Спина парня упирается в диван, он положил затылок на его спинку и продолжает скулить. Его бедра раздвигаются, он выпрямляет ноги словно натянутые струны. Я не останавливаюсь и смотрю на то, как моя кисть уже полностью внутри. Я чувствую свою конечность, я могу ее контролировать. Но мне не страшно. И доставать я оттуда ее не хочу. Пальцы как будто засосало внутрь и тепло ласкает мою мозолистую кожу рук. Наши губы жадно впиваются друг в друга. Мой язык залезает в его рот и я чувствую как больно моему языку в маленьких ранках касаться чужих зубов. Мы не останавливаемся, желая сожрать друг друга в поцелуе. Он открывает рот шире, разрешая моему языку оказаться на корне чужого, разрешая мне исследовать то, что он еще недавно даже просто посмотрел не хотел давать. Моя рука все еще внутри и я чувствую, как обе его руки держится за мою, заставляя меня еще задержаться в его поглощающем нутре. Его пальцы оплетают мое запястье, поглаживая. Я прикусываю его соленые губы, он случайно несколько раз прикусил мой язык в ответ и все равно так же жадно, как будто в его легких бесконечно кислорода, вылизывает мой рот в ответ. С тяжелым вздохом я отрываюсь от его рта и мы оба ловим остатки кислорода в этой комнате. От наслаждения он хнычет, все еще держа мою руку в его животе. Его губы покраснели и блестят слюной. Свои я вытираю тыльной стороной свободной руки. - Давай немного глубже - Парень хрипит, его глаза немного закатились, он не смотрит на меня, а пялится в потолок, иногда жмурясь, когда я дергаю рукой. Он стонет, поднимая плоскую грудь при тяжелом дыхании. Наконец я перестаю смотреть на его живот и подмечаю то, така раздвинуты его ноги. Его худощавые бедра торчат под спадающей с них ткани брюк, а между ними виден небольшой бугор. Я ухмыляюсь и освобождаю руку из теплой дыры чужого живота. - Вижу тебе понравилось - Мои губы гладят раковину его уха, мокрый язык игриво лизнул слуховой проход. От влажных звуков парень вздрогнул. Моя ладонь накрывает бугор, заставляя незнакомца выгнуть спину и напряженно дышать через нос. Я тру ткань и чувствуя тепло чужой плоти, осознаю что тоже возбужден. Член в моих трусах затвердел и намок. Я облизываю влажные от чужой слюны губы и вижу, что он смотрит на меня. Сука, симпатичный фрик. Я поправляю ему волосы за ухо. Он шипит, когда я обхватываю его член сквозь штаны. Я смеюсь, видя его неудобство. Я встаю с дивана и помогаю ему снять штаны. - Что то больше ты не мерзнешь, да? - С насмешкой спрашиваю его я, видя как он недовольно поднимает тонкие брови. - И никогда не мерз - Резко отвечает он, но последнее слово смазывается, потому что я приспустил с него трусы и обхватил его голый, твердый член. Не двигая рукой, я просто глажу горячую плоть небольшого паха, пальцами гладя мокрую головку. Парень выгибается в спине вновь, его покалеченные пальцы впиваются в выцветший диван. - М-ах - Стон ласкает мои уши и я двигаю рукой вверх, рассказывая по розовой головке выступивший предэякулят. Решивши сразу доконать парня, я забираюсь лицом под его кофту и языком ласкаю маленькие соски. Они быстро твердеют и я слышу новую симфонию из вздохов и стонов только для себя. Я вылизываю ореол, захватываю губами твердый пик соска, якобы не специально перед тем как опустить задевая его зубами. Незнакомец замычал и положил мне одну руку на мое плечо. Он то оттолкнуть меня пытается, то наоборот берет за затылок и притягивает так, что мой нос тыкается в плоскую грудь. Я меняю соски, но свободной рукой, не занятый ртом сладкий сосок покручиваю между указательного и большого пальца. Моя ладонь двигается в сбивчивом ритме, иногда делая это даже грубовато для чувствительной плоти. Но, видимо, парню это нравится и он полностью расслабился, превратившись лишь в постанывающую жижу из мяса и чувствительной плоти. Я чувствую, как под моей рукой его яйца напрягаются, он с громким стоном жмурится и мои пальцы окрашиваются в белые, густые капли спермы. Его член обмяк и еще немного пульсируя лежит в моей ладони, подтекая остатками спермы. Я убираю лицо от груди, и придерживаясь край свитера смотрю на опухшие от ласк розовые соски. Я продолжаю мять его пах, но чувствую как уже сам не пределе. Это милое тело заставило меня затвердеть так, что я уже готов кончить только от взгляда на лицо этого парня. Он все еще немного жмурится с приоткрытым ртом. Одна из его рук гладит меня по моим коротко подстриженным волосам. Приятно. Давно никто не гладил меня по голове. Особенно так нежно. Такое ощущение, что его рука как шелковая ткань касается меня, принося лишь мурашки в области позвоночника и дергающийся в трусах член. Он отдышался и видит, то, как напряжен я. Я сижу перед ним на полу и смотрю на него с чем то больше, чем просто желанием. Странная, пьянящая аура загадочного гостя хочет большего. Хочет полностью забраться в мою душу и сожрать. Только это темнота теплая, словно кокон согреет тебя, закрывая от прошлой мерзлоты. Я глажу его бедра и сам сажусь на диван. Как будто читая мои мысли, он заползает на мои коленки так, что мой член соприкасается с его. Наши размеры отличаются и парень замечает это. Он смущенно отводит взгляд и выгибает спину, головка моего члена касается теплой кожи впалого низа живота. Даже ебучая черная дыра в животе гостя не смущает меня что бы сейчас трахнуть его. Я поддаюсь соблазну и придерживая чужие бедра на расстоянии от своих вставляю один покрытый спермой палец в его зад. Узкий анус дрожит под одним пальцем, пытаясь вытолкнуть его обратно, но я просто задерживаю его в горячем нутре своего нового соседа, стараясь растянуть мышцы. Парень стонет, выгибает спину, запрокидывает голову и кладет свои руки мне на плечи. Он дрожит на моем пальце, ерзая задом. - Больно? - Чисто из-за воспитания спрашиваю я. А так, даже если ему будет больно, я все равно его трахну его. - Нет - слышен скулеж с чужих губ, потому что я толкаю второй палец и анус парня принимает его быстрее чем первый. Я сгибаю их, и, словно, марионетка с нитками, гость сгибает под стать моим пальцам. Его потный лоб ложится к собственной руке на моем плече. Я чувствую влагу его плаксивых глаз на своей коже, но не собираюсь тормозить. Пальцы ритмично сгибаются и я нащупываю пухлую точку где то в кишке. Подушечки тыкаются в нее и незнакомец уже хнычет прямо в мое ухо. - Еще - Словно в горячке слышу и я сгибаю пальцы вновь, ударяя по комку нервов. - Блять - Шиплю я, видя как струнки спермы тянутся от моего живота с чужому члену. Он кончил лишь от пальцев и от пары движений. - Мило - Я говорю ему на ухо и достаю пальцы с хлюпающего влагой зада. Головка моего члена упирается в упругое колечко мышц, которое немного сжимается и разжимается при каждом вздохе парня. Не терпя ни секунды я вставляю самое начало. Адски узкий поцан. Я тоже запрокидывать голову, выпуская воздух сквозь сжатые зубы. Мой член пульсирует внутри, но я еще не до конца вставил. Парень уже обмякше лежит на мне, лишь вкусно постанывая прямо мне в кожу. Его голос отвлечься мне в нервах, когда я вхожу до конца. Его худой зад шлепается о мои яйца. Я беру его за ягодицы и помогаю подниматься вверх- вниз. Каждое такое движение дает я ему и мне с трудом потому что я каждый раз тыкаюсь в его простоту, а его дырка из-за этого сужается. Через пару минут таких мук для нас обоих мы быстро целуемся, а потом я кладу руку на его живот, где видно небольшое округление от моего члена. Видя это, гость отворачивается, заводя свои руки за спину. Я грубо сжимаю его тонкую кожу груди и продолжаю трахать до ощущения полного напряга в яйцах. Мы оба стонем, когда кончаем одновременно. Теплая сперма выстреливает мне на живот, а я заполняю ему кишку до самых краев. Когда я приподнимал его что бы помочь слезать с моего члена, та пара капель моей густой спермы стекла мне на ляжки жирными каплями. Проверка на гостя отняла у меня слишком много сил. Хочется спать. Похуй если он сожрет меня. Меня уже точно не спасти.