Из всех возможных “если”

Что если... Зоро превратился в женщину

***

Санджи понял, что что-то не так, не сразу. Он прошёл мимо, уже почти не глядя, и только потом шаг сбился. Тело затормозило само, без команды. Странно, подумал он. Я вроде сегодня ещё не пил. Вес рядом был знакомым. Присутствие — тоже. А вот контуры — нет. Может, стоило начать пить. Он обернулся медленно, надеясь, что сейчас всё окажется проще и это просто угол обзора. Зоро стоял у борта, скрестив руки. Та же поза. Та же уверенность. Та же манера занимать пространство, будто ему вечно тесно в любом месте. И всё же взгляд Санджи зацепился за детали, которые не складывались. Чёткий силуэт на фоне неба, новый изгиб плеча под знакомой рубашкой... Мозг на секунду завис, пытаясь сопоставить несовместимое. И выдал короткий и простой вывод: Это слишком. Санджи мысленно выругался. Отлично. Просто отлично. Как будто у него и без этого всё было слишком просто. — Какого чёрта… — начал он и осёкся. Зоро посмотрел на него спокойно. Даже с интересом. Как будто ждал, сколько времени потребуется. — Иванков, — произнёс тот тем же низким, узнаваемым тембром, но с мягкой текучестью. — Побочный эффект. Санджи на секунду прикрыл глаза. Мысль о том, что если открыть их снова, всё вернётся, была навязчивой и бесполезной. Но в подтверждение слов мечника с верхней палубы донёсся дикий, заливистый хохот самого создателя ситуации. «Йо-хо-хо! Простите, это был очень любопытный гормон!» — прокричал Иванков, и сразу же вслед раздался шлепок — Нами, кажется, быстро потеряла терпение. Мир продолжал жить своей безумной жизнью, не обращая внимания на их личную катастрофу. Санджи выругался уже вслух. Ну конечно. Только этот тип всегда умудрялся сделать ситуацию хуже и страннее одновременно. Он знал, что это не иллюзия. Тело было настоящим. По крайней мере, с этим он умел иметь дело. С телами у него всегда было проще, чем с чувствами. — И ты вот так… спокойно? — спросил Санджи и только потом заметил, что встал с подветренной стороны. Он сразу шагнул вбок. Зоро заметил. Разумеется. — А что мне ещё делать? — пожал плечами. Движение вышло плавнее, чем Санджи ожидал. — Паниковать? — Не твой стиль, — буркнул Санджи. — Вот именно. И вот тут началась проблема. Он ждал, что внутри что-то щёлкнет, включится привычный рефлекс — тот самый, что заставлял его восхищаться проходящей мимо Нами-сан или Робин-тян, превращая всё в безопасный, привычный спектакль. Но ничего не произошло. Никакого автоматического восхищения, никакого внутреннего поклона. И сначала это даже принесло облегчение. «Хорошо, — подумал он. — Значит, это не просто ещё одна красивая женщина». Ровно до следующей секунды. Потому что вместо привычного пришло другое — знакомое напряжение. То, что возникало в узких проходах, после боёв, в слишком близких паузах. Реакция была той же. Просто теперь её стало невозможно списать на что-то ещё. Он отвернулся и сделал вид, что рассматривает палубу, но взгляд всё равно возвращался. Чёрт. Это уже даже не ново. — Ты странно себя ведёшь, — сказал Зоро. — Ты тоже, — ответил Санджи автоматически. Потом добавил тише: — Хотя нет. Ты как раз слишком нормально. Он усмехнулся краем губ. — Значит, проблема во мне. Зоро сделал шаг ближе — спокойно, как делал это всегда. Санджи почувствовал, как тело тут же напряглось, сердце отозвалось глухим ударом под рёбра, — готовясь либо отступить, либо… Он не стал додумывать. Его злило, что Зоро не отходит. И чертовски тянуло. — Не подходи, — сказал он резче, чем собирался. Зоро остановился, но дистанцию не увеличил. — Почему? И тут Санджи понял. Зоро не давил и не играл. Он просто смотрел, изменится ли что-то на самом деле. Взгляд, расстояние, выбор остаться или уйти. — Потому что ты теперь… — Санджи выдохнул. — Чёрт. Зоро... Потому что если бы он договорил, пришлось бы признать — если бы перед ним сейчас стоял Зоро в прежнем теле, всё было бы ровно так же. Та же близость. То же желание сократить расстояние. Просто раньше у него было больше удобных слов, чтобы это объяснять. — Ты смотришь так же, — сказал Зоро тихо. Санджи не сразу ответил. — Я не могу перестать. Слова прозвучали тише, чем он ожидал. И уже после он понял, что сказал их вслух. Он поднял взгляд. Да. Вот в этом и была вся проблема. Он смотрел не на женщину. Он смотрел сквозь все эти новые линии — дальше. Туда, где всегда был тот же упрямый взгляд Зоро. И тело, пусть и изменившееся, было всего лишь оболочкой для присутствия, которое сводило его с ума с самого начала. Иванков ничего не создал нового — он лишь сорвал крышку с того, что тлело здесь годами. И спокойное желание, которое он упрямо хоронил под руганью, оказалось слепым. Ему было всё равно, в каком это теле. Дело всегда было не в форме, а в содержании. Не в «кто», а в «Зоро». Он сделал шаг назад, медленно, не отрывая глаз. Зоро не двинулся, но Санджи заметил, как тот чуть сильнее упёрся ногами в палубу. В этот момент они оба поняли одно и то же: то, что было между ними, больше нельзя было списать на обстоятельства. И это не исчезнет, даже когда всё вернётся «как было». Санджи развернулся, сделал шаг — и остановился. Ровно на секунду. Зоро не окликнул. И именно поэтому Санджи всё-таки ушёл — с прямой спиной, как будто ничего и не случилось. Но случилось. Мечник остался у борта. Он не смотрел вслед, но и не отвернулся сразу. Его пальцы медленно разжались. Ветер дул как раньше, палуба под ногами не изменилась. Только внутри всё наконец встало на свои чёртовы места.