Верный рыцарь императора

      «Эти балы так утомляют. Надеюсь, это не продлиться неделю.» — Думает Куникудзуши, прогуливаясь в одиночестве по тропинкам пустого дворцового сада с зайцем в руках.       На самом деле он хотел оставить эту животинку в кустах и вернуться в свои скромные хоромы, но ему почему-то стало невыносимо тоскливо от одной только мысли об этом. Поэтому он поступил иначе и поднял на руки зайца, решив, что он станет ему отличной компанией. А думать о том, что с ним делать дальше, он будет потом.       Шëрстка под немного мозолистыми пальцами ощущается довольно приятно, мягко, да и сам зверëк как будто какая-то игрушка. Удивительно ещё то, что он не вырывается, а спокойно лежит, забавно дëргая маленьким носиком и длинными ушами. Может быть, так реагирует на сущность гаммы внутри парня, а возможно, просто чей-то домашний питомец, который знаком с людьми, но по каким-то причинам сбежал. В любом случае, Куникудзуши это не касается. Было чьим-то, стало его.       Кивая своим мыслям и уже продумывая, как будет заботиться о своём новом друге, он внезапно вспомнил былые годы в Академии, особенно времена, когда только поступил туда.       Куникудзуши смог поступить туда только благодаря упорным и тяжëлым тренировкам, которыми мучил себя на протяжении многих лет под неодобрительные взгляды и замечания приëмной матери. Потому что она настаивала на том, чтобы сын выбрал науку, а не оружие и кровопролитные войны.       Однако он выбрал для себя иной путь. Ведь он помнит свою прошлую жизнь и вечную борьбу.       Его биологическая мать никогда не испытывала особой любви к своему чаду, она лелеяла только старшую дочь, которая обладала всеми желаемыми матерью качествами. Но, к сожалению, тем же — тогда ещë Кабукимоно — похвастаться не мог. Его выставили за пределы дома без денег, без поддержки, без всего, и ему пришлось долго искать своё место в этом мире. Пока он не оказался в дальнем, лесном государстве — Сумеру. Где его и нашла новая приëмная матушка.       Куникудзуши до сих пор помнит, как она ворчала, уперев руки в бока, когда провожала его в другое государство, и ему приходилось прикладывать немыслимые усилия, чтобы её успокоить. «Я скоро вернусь и стану таким человеком, которым ты сможешь гордиться.»       Он ясно помнит эти слова, а следом и крепкие объятия матушки, сказавшей самое простое, но всё равно такое необходимое «я и так тобой очень горжусь.»       Парень улыбается, вспоминая это и почëсывая зайца за ухом, а потом переводит взгляд к верхушкам зелёных деревьев. Он помнит и самые первые месяцы в Академии...       Линейный строй. Сапог к сапогу, а твëрдые и уверенные взгляды устремлены перед собой. Сегодня первый их день за пределами домов, в месте, которое научит сражаться за свои государства и отточит навыки до блеска острого меча.       — Пс, как тебя зовут? Выглядишь не местным. — Шепчет в ухо Куникудзуши один из студентов, пользуясь возможностью, пока преподаватель отвернулся поговорить с подбежавшим к нему человеком.       — А сам-то. Рыжий, так ещё и веснушками покрыт, — усмехается в ответ парень, задирая голову, чтобы впиться глазами в чужие.       — А у тебя зоркий глаз, надеюсь, мы с тобой поладим, если окажемся в одной группе, — продолжил своё неизвестный студент, улыбаясь такой широкой и дружелюбной улыбкой, что для других это могло показаться смешным.       Но Куникудзуши ничего не ответил.       А потом этот человек стал везде за ним таскаться и рассказывать самые разные истории из своей жизни, кажется, не умолкая ни на минуту. Их определили в одну группу ещё в первый день, но даже спустя месяц обучения Чайлд — так его звали — ни на минуту не затыкался, восторгаясь тем, с каким красивым парнем он вместе учится.       Они вместе ходили на лекции, не пропуская ни дня, вместе обедали, даже зачастую вместе гуляли по городу, узнавая для себя что-то новое, к примеру, в Мондштате есть много утëсов и остро скалистых гор, на которых постоянно собираются крупные птицы. Куникудзуши в них не разбирается, но Чайлд говорил, что это журавли.       Ещё в этой империи растёт красивое раскидистое дерево, которое является чем-то вроде достопримечательности, потому что кроме него таких больше нигде не растёт. Ну и в целом в этом государстве очень много всего интересного и загадочного. Возможно, если бы парень решил всë-таки пойти в науку, то ему было бы интересно обо всём этом разузнать.       Ко всему прочему во время учëбы в Академии, уже ближе к выпуску, он познакомился ещё с несколькими людьми. Не со всеми, конечно, продолжил общение, но главное лицом засветился, его должны запомнить, а остальное не так важно.       — Вот в этом и главная проблема...       Куникудзуши, поглаживая зайца за ушами, вдруг останавливается, когда слышит чей-то незнакомый голос.       — Но как же нам быть с этой территорией? — звучит второй голос, принадлежащий, по всей видимости, мужчине чуть выше средних лет.       Рыцарь тихонько прячется за стволом дерева, не высовываясь, и нахмуривается. Прямо здесь, в императорском саду, проходит какой-то весьма интересный разговор о землях. Чьих же? Здешних? Почему?       — Не думаю, что наш план сработает на все сто процентов. К нему приехала гостья — родственница, как мне известно, — поэтому сейчас он будет настороже.       — По-моему, он всегда такой.       — Надеюсь, нам удастся с какой-нибудь делегацией провести товар в стены дворца. Он должен стать залогом.       «Залогом? О каком товаре и залоге идёт речь?» — Куникудзуши чуть-чуть высовывает нос из-за дерева, а следом наклоняет слегка голову, дабы увидеть лица говорящих, но те, к сожалению, стоят спиной и разглядеть мало что возможно. Кроме одежды.       Парень прищурился. Эта вышивка на костюмах ему мало известна, но одна кажется знакомой.. Шестигранный куб. Чëрт, кому же он принадлежит? Графский рот, маркизовский? Он не помнит.       Рыцарь прижался спиной к стволу, смотря сосредоточенным взглядом на землю, а потом ткнулся пяткой сапога рядом с деревом, но случайно наступил на иссохшую веточку.       — У нас ещё достаточно времени, чтобы всë перепроверить. Сейчас главное — не торопиться и... — внезапно голос стих, а Куникудзуши выругался про себя. Если его сейчас обнаружат, то мало не покажется. Окличат шпионом, изменником, а то вообще повесят несуществующие хвосты и приговорят к казни. Думается ему, императору не составит труда избавиться от какой-то гаммы, которой здесь быть не должно.       «Что ж, мой пушистый друг, выручай меня.» — решает парень и тихонько опускает зайца на землю, подталкивая лëгким хлопком сзади по направлению к говорящим мужчинам. Животное резво поскакало к ним, пробегая мимо и...кажется, это сработало.       — О, Боги, у меня чуть сердце в пятки не ушло. Пойдëмте отсюда скорее, что-то мне на душе неспокойно, — запричитал один из мужчин, а после послышались удаляющиеся шаги.       Куникудзуши вскоре осторожно показался из-за дерева, наблюдая за почти отдалившимися второнц дворца фигурами, и сжал руки в кулаки.       Неприятная ситуация. Не по своей воле он стал свидетелем явно чьего-то заговора и тëмных делишек, и теперь встаёт вопрос: кому об этом доложить и стоит ли вообще это делать? Совесть подсказывает, что да, но страх настаивает на более доверительных лицах, таких как господин Варка. Пока что это единственный человек здесь, который у парня в авторитете.       Кивнув своим мыслям, он пошёл в сторону башни, в которой живёт.

***

      Празднество продолжается в том же духе и это не может не радовать одних, и расстраивать других. Естественно, не у всех есть время на то, чтобы попусту чесать языками и сыскивать милость у других господ, даже если знаешь, что эта процедура важная.       Первые три дня считаются обязательными, приглашённые люди из знатных родов приходят с подарками, либо же с какими-то дипломатическими миссиями, а вот уже начиная с четвёртого – во дворец могут приходить только по желанию, или кто-то из близкого круга лиц. Поэтому такой расклад многих вполне устраивает.       Но в этот раз завлекающая идея, которая удержала гостей – масочный бал. Часть праздника, обычно проходящая в день летнего урожая, которую император решил устроить сегодня. Этот нюанс, в принципе, не является особенным, поэтому Альбедо посчитал по-своему. Плюс ко всему обычному люду не до всего этого. К слову, о нём.       — Я не припомню этих слуг, кто это и откуда? — крутя в руке бокал вина, украдкой спрашивает Альбедо у стоящего рядом с ним Варки. Второй мгновенно находит нужных людей, сканируя их взглядом, подмечая одежду, манеры и самое главное глаза, которые смотрят в пол даже в присутствии прочей дворцовой прислуги.       — Хороший вопрос. Мне их поймать и допросить? — Варка скрещивает мощные руки на груди и бегло осматривает незнакомых людей на предмет чего-то подозрительного, как оружие и так далее. Но ему ничего не удаëтся обнаружить помимо странного поведения. Зашуганные служки, мельтешащие за другими слугами и делающие вид, будто так и должно быть.       — Пока не нужно. Вполне возможно это люди кого-то из дворян, — осматривая зал, говорит Альбедо, а затем поворачивается, чтобы отыскать глазами Кли. К счастью, девушка находится быстро, сидящая в окружении прочих дам, прячущихся за масками. — Ненавижу шумные мероприятия, — вздыхая, говорит он, и идёт прямиком к своему трону. Варка следует за ним.       — Вы слишком редко устраиваете банкеты, поэтому не можете привыкнуть. Хотя могу быть уверен, что это отличная возможность также и жену най-       — Замолчи, — резко прерывает его Альбедо, прислонив пальцы к нахмуренной переносице и массируя её.       Замужество, наследники. О чём вообще речь, когда он печëтся о государстве и сестре. Возможно, матушка бы давно уже настояла найти себе партнëршу и продолжить золотой род, но её здесь нет. Однако были, есть и остаются порядки. Престолу нужен наследник, а дворяне в скором времени могут начать бунтовать из-за этого, пытаясь посеять смуту.       Каждый жаждет продвинуть своих детей выше по статусу, каждому хочется примерить на голову корону и почувствовать вкус власти. И если честно, какой-то отдалëнной частью мозга Альбедо знает, что с радостью бы отказался от этой привилегии, когда был маленьким. Только вот это ничего бы не решило.       Пустая болтовня, одним словом.       Пытаясь отогнать эти неприятные мысли, мужчина решил переключить внимание с слуг на сестру, которая во всю щебетала с другими люди, смеясь, прикрыв рот ладонью.       У Кли тоже выдалась судьба не из лучших. Осталась лишь мать, отец неизвестно где и жив ли — остаëтся загадкой. Но никто из них не унывает, а возможно только делает вид. В прочем, думать об этом сейчас нет смысла.       Альбедо вдруг прищуривается, смотря на то, как к группе девушек, среди которых находится Кли, подходит несколько мужчин, явно с намерениями пригласить на танец или представиться. Он осматривает каждого с ног до головы, подмечая костюмы разных фасонов и оригинальной вышивки, а потом взгляд натыкается на неизвестный раннее знак — шестигранный куб. Что это за род и из каких краëв прибыл?       Мужчина слегка машет ладонью, после чего к нему поближе наклоняется Варка.       — Собери всю имеющую информацию о людях, которым принадлежит герб шестигранного куба. Я не помню, чтобы одобрял им приглашения на банкет, — тихо сказал Альбедо, не отрывая взгляда от той компании.       Неужели что-то намечается?

***

      — Вопрос. Почему нас поставили сторожить вход в банкетный зал, будто мы псы какие-то? — впервые за этот день слышится недовольство в голосе Куникудзуши, у которого от нервов уже дëргается бровь.       — Лучше бы спросил, что вообще мы тут делаем вместо положенной тренировки и подготовки к экзамену, — в той же манере говорит рядом стоящий Сайно, который то сжимает, то разжимает руки в кулаки за своей спиной.       Ситуация сложилась довольно забавная, если начинать копать с самого начала. Сегодня, по разрешению Варки, у новоприбывших рыцарей появился один единственный выходной благодаря второму дню банкета. Парни задавались вопросом, почему такого не было в первый день, спрашивали, на что получили самый простой что ни на есть ответ — про них забыли.       Что ж.. Это и не удивительно.       Однако Варка сказал, что даже если бы и помнили, то это не отменяет важности первого дня, тут как ни крути присутствовать должны все. Хэйдзо же с Лини добавили в ответ что-то вроде: «Так мы же обычные выпускники академии, на кой чёрт нам там быть?» Видимо, эти слова были благополучно забыты.       Сегодня им разрешили отдохнуть. И прямо сейчас вся компания рыцарей находится в своей общей комнате, валяющиеся на кроватях. Но для некоторых была и остаётся одна большая проблема — сон, потому двое человек из присутствующих любят поспать подольше, а из-за общей комнаты это невозможно. Поэтому Чайлд сидит на кровати, обнимая подушку и клюëт в неё носом, а Флинс повернулся лицом к стене, наверное, думая, что она сможет загипнотизировать его на долгий сон.       — Давайте по секрету, у кого уже сколько тайных отношений было? — выдвигает новую тему для разговора Сайно, потягивая противный отвар, заглушающий его феромоны. Вчерашним вечером Варка принëс эту «радость» в мешочке и наказал всем заварить и выпить до того, как они снова выйдут из башни.       — Если мы сейчас это расскажем, разве это уже не перестанет быть секретом? — усмехаясь, спрашивает Сетос, периодически поглядывая на Куникудзуши, за которым сидел и разминал ему плечи. К сожалению, по пробуждению парень начал жаловаться на ломоту в теле, а Сетос, как преданный друг, согласился помочь.       — С каких пор тайные отношения стали тем, о чём в принципе можно кому-то рассказывать? — ворчит из дальнего угла Флинс. — Подумали бы лучше о своей репутации.       — Да ладно тебе, — отмахивается от этих слов, словно от пыли, Сайно, улыбаясь во все тридцать два.       — Ну, знаешь, может там, откуда ты родом, это и нормально, но здесь — нет, — говорит внезапно Куникудзуши, порой морщаясь от боли в мышцах. Вроде тренировки каждый день, но ощущения такие, будто всё его тело одеревенело.       — Не нормально, но я подумал, что это станет хорошей темой, чтобы нам всем сблизиться. Теперь, кажется, я понял, что это не так... — кивая, уже немного с грустью в голосе говорит Сайно и одним большим глотком опрокидывает в себя небольшие остатки отвара, а затем поднимается, принимаясь одеваться.       Никто ему на это отвечать ничего не стал, как и следовать за ним. Но, кажется, все задумались об одном и том же. Пустынный регион.       Всё государство Сумеру делится на два: основная, где находится, собственно, дворец — в цветущей части, и при-государственная — пустыня. Там как нет правителя как такового, но есть свои законы, которые, в основном, связаны с особенностями климата, так и обычаи там тоже отличаются, ну и там сконцентрирована большая часть жрецов, почитающих их общих Богов.       — Жестоко ты с ним, вы же всë-таки почти из одного теста, — сочувствующе говорит Хэйдзо, качая головой и смотря в окно, на улице он быстро находит удаляющийся на тренировочную площадку силуэт Сайно.       — У него иной раз как будто язык без костей. Поверьте, он не обижается, — фыркает Куникудзуши на этот упрëк и, бросив короткое «спасибо» Сетосу, поднимается с кровати, подвигав плечами и потянувшись. Раз сегодня наметился один единственный выходной, значит надо провести его с пользой, а именно сходить в сад и попробовать найти того зайца, которого парень выпустил во имя своего спасения.       — Эй, ты куда? — окликнул того Сетос, спуская ноги с кровати на пол и смотря на одевающегося Куникудзуши.       — По делам, — даже не бросив на друга взгляд, ответил он и покинул комнату.       Как только дверь за ним закрылась, оставшиеся присутствующие переглянулись, даже Флинс перестал лицезреть стену и глянул на других с вопросом в глазах.       — И не говорите. Я сам иной раз не понимаю, что творится в его голове, хотя живём в одном месте и учились тоже, — отмахивается Сетос с наигранно уставшим выражением лица.       — А какими они были до поступления в академию? — зашивая рукав рубашки, спрашивает Лини, после чего делает один узелок и отгрызает прямо рядом с ним, а потом снова принимается что-то подшивать.       — Хм.. Сайно я плохо знаю, да и не стремился с ним сблизиться, по каким-то причинам он меня не особо жалует. А Куникудзуши...он сложный. Иногда кажется, будто в некоторые моменты он становится совсем другим человеком, — подняв взгляд к высокому потолку, говорит Сетос и вздыхает. — Надеюсь, вам удастся найти с ними общий язык лучше, чем это выходит у меня.       — Просто ты такой же болтливый, как и Сайно с Чайлдом, — с усмешкой в голове замечает Хэйдзо, на что ему кивает Флинс, с недавнего времени также поглощëнный этим разговором.       — Эй, не правда. Не наговаривай, я хотя бы думаю, прежде чем говорить, — ворчит Сетос, пригрождая соседу сверху кулаком, однако, когда видит удивлëнный взгляд обладателя рыжих волос, начинает заливисто смеяться, следом поймав увесистую подушку.       И так они и продолжают веселье, разбавляющееся разговорами, планами на будущие тренировки.

      — Прискорбно, что мой поход по делам закончился этим, — вспоминая своё хорошо начавшееся утро, говорит Куникудзуши, разглядывая толпы людей в банкетном зале. Ощущение, будто их не стало меньше, по сравнению с первым днëм. Сайно, нахмурившись, утвердительно кивнул головой.       Он всего лишь планировал освежить голову и поразмыслить о некоторых вещах, но потом его поймал Варка, который уже вëл под руку Куникудзуши.       Подумать, поговорить, отвлечься — полный провал. Кажется, с того момента день нельзя назвать удачным.       — Сколько нам тут стоять? И почему именно мы... — это, скорее, были отчаянные слова, чем вопрос, ответ на который жаждали получить, и Сайно это очень не устраивало. Однако его мысли не успели зайти в более негативное русло, ведь совсем рядом оказались множества других.       Небольшая толпа юных девушек с заинтересованными улыбками что-то щебетали друг другу, то и дело поглядывая на двух рыцарей, охраняющих всебанкетный покой и умиротворение.       — Неужели простые рыцари могут быть такими красивыми?       — А вдруг они из знатных рыцарских родов?       — Тогда это меняет дело..       — Ох, вы только посмотрите на взгляд того, что с тëмными волосами. Он выглядит так, будто тоскует по своей любимой и готов прямо сейчас всё бросить и сбежать отсюда во имя любви!       — Ах! Вот это любовь!       — А тот блондин!..       — Девушки, не позорьтесь перед другими гостями, — сказала вдруг одна из них, прикрыв глаза и раскрыв веер перед ртом. Те послушно стали говорить ещё тише.       А у Сайно начала дëргаться бровь. О, Архонты, он и отвык от подобного внимания. Живя в пустынном районе Сумеру и будучи сыном генерала, ему редко приходилось сталкиваться с людьми противоположного пола в принципе из-за постоянных тяжëлых тренировок. И хоть матушка часто говорила, что её сын, когда станет взрослым, будет получать много писем с признаниями и прочее, Сайно не думал, что это будет выглядеть вот так..       Мельком глянув на своего напарника, Сайно с удивлением понял, что тому как будто вообще плевать. Куникудзуши выглядит так, будто происходящее в порядке вещей и случается с ним не в первый раз. Парень усмехнулся про себя. Что ж, оно и не удивительно, учитывая, какой внешностью обладает Куникудзуши. Привлекательные, аккуратные черты, подтянутая, крепкая фигура. Для многих такая внешность является эталоном. Наверное, в сравнении с ним, Сайно как что-то невзрачное и...       — Эм, простите, — поток мыслей вдруг прервала подошедшая незнакомая девушка. Её лицо выглядит крайне смущëнным, а руки нервно теребят платок. Сайно поворачивает и опускает тут же голову в её сторону, отчего она смущается пуще прежнего. Шëпотки той же группы девиц возобновляются с новой силой. — Вы, случайно, не скажете как Вас зовут? Вы ведь новоприбывший рыцарь из академии? — стараясь проговорить каждое слово, спрашивает девушка и всë-таки поднимает взгляд.       — Приветствую, — парень склонил голову, сохраняя холодное выражение лица, — меня зовут Сайно Аль-Ахмар. Да, я выпускник военной академии, приятно, что вы так хорошо осведомлены.       — Ч-что вы... Это.. Просто вы и ваши друзья как на слуху у многих. К тому же..мне известно, ч-что вы прямой потомок великого царя Дешрета.. — так и запинаясь, говорит девушка.       Сайно вдруг ощущает, как улыбка расползается у него на губах, и он не старается её сдержать. Девушка же от такого жеста прикрывает свой рот ладошкой, красная щеками так сильно, как будто пытается подражать помидору.       — Очень приятно слышать это. Но как Вас зовут?       — Ах! Меня зовут Глория. У меня только недавно случился дебют, поэтому я пока плохо знакома с порядками в высшем обществе.. — пояснила она.       — Вот как. Надеюсь, у Вас всё будет хорошо, леди Глория, — сказал Сайно, вновь дружелюбно улыбнувшись.       — Д-да.. Спасибо..       И после девушка поспешно вернулась к своей компании, что-то им бурно, но в то же время тихонько рассказывая, а те с благоговением на лицах слушали, сложив ладони вместе.       — Наконец-то ты повеселел, а то как в воду опущенный, — послышалось рядом, отчего Сайно тут же обратил внимание на источник голоса. Куникудзуши смотрел на него более чем довольно, как будто радовался за друга не меньше, чем он сам.       — Мне немного непривычно подобное, всë же я рос в строгой семье, где даже общение с кем-либо подбирают специально.       — Тебе бы с моей матушкой пожить. Она водила меня на всевозможные мероприятия, лишь бы я хоть с кем-то общался, — закатывая глаза, сказал Куникудзуши, вспоминая эти тяжëлые времена.       — Думаю, она так проявляла свою любовь по отношению к тебе, — хмыкая, сказал Сайно, возвращая взгляд к залу.       — Не знаю, наверное, — Куникудзуши задумался, задерживаясь взглядом на подоле одеяния какого-то дворянина и прослеживая его взглядом всякий раз, когда местоположение менялось. — Всë же мне...       — А-а-а! — умиротворëнную атмосферу внезапно разрезал пронзительный крик одной из леди, отчего все присутствующие повернули головы в ту сторону.       Куникудзуши, жестом руки дав понять, чтобы Сайно оставался на месте, бросился к нужному месту, попутно выкрикивая «Лекаря!». Подбежав, он увидел лежавшую на полу девушку, лицо которой было очень белым. Вокруг столпились другие леди, с ужасом смотревшие на всё происходящее и...двоюродная сестра Императора, руки которой так сильно дрожали, что она тут же уронила бокал с вином, отшатываясь назад.              — Что тут случилось?! — послышался приближающийся голос самого Императора. Мужчина, не медля, приблизился к Кли, мягко касаясь её плеч и пытаясь успокоить. — Ты в порядке? Что произошло? — однако, не получив ответа, он грозно посмотрел на лежавшую пострадавшую и склонившегося над ней рыцаря, проверяющего пульс.       — Ваше Величество, кажется, у неё признаки отравления, — заключил Куникудзуши, поднимаясь на ноги и пытаясь найти взглядом сосуд, из которого пила девушка.       — Ах! — воскликнула Кли, прячась за спиной брата и вжимаясь в неё так, будто это единственное, что сейчас могло ей помочь. — Братец...       По залу мгновенно прошëлся шëпот. Музыка прекратилась вовсе. И после повисла тишина, стоило Императору взмахнуть рукой.       — Вы уверены? — прищурившись, спросил он, глядя недоверчиво на парня, что поднял бокал, осматривая его.       — Теперь уже да. Сервиз на столах сделан из серебра, а он, как вы знаете, чëтко реагирует на яды, — сказал Куникудзуши, после чего взял платок со стола и обернул в него бокал.       — Всем немедленно проверить свои бокалы! И запереть ворота до выяснения обстоятельств. Ни одной живой душе не позволено покидать эти стены, — отдал приказ Император, обняв сестру, а взгляд его становится мрачнее любого пасмурной дня.       Все скучковались кто с кем, с волнением наблюдая за развернувшейся картиной. Пока прибежавший лекарь осматривал и пытался привести в чувства леди, Варка, Куникудзуши и прислуга проверяли чужие бокалы, однако ничего обнаружить не смогли.       Одни так и продолжали неистово шептаться о каких-то заговорах, подставах, разгоняя слухи до каких-то безумных масштабов, а другие предпочитали отмалчиваться.       — Ваше Величество, думаю, нам нет смысла сейчас задерживать здесь гостей, — наклонившись к Императору, проговорил Варка.       — Верно. Всех прогнать, — и сказав это, Альбедо направился вместе с сестрой в свой кабинет. — Ты, — внезапно он остановился, чуть повернувшись и смотря на Куникудзуши, стоящего рядом с Варкой, — пойдëшь со мной.       «Да что я сделал-то?» – как-то нервно подумал про себя парень, выдавив из себя сухое «слушаюсь», и пошёл позади Императора, а когда слегка обернулся, чтобы найти глазами Варку, то лишь наткнулся на его озадаченный взгляд и руки, уперевшиеся в бока.       Что ж, это не выглядит как то, что заставляет уверенности в себе пробудиться.

***

      Атмосфера в помещении стоит крайне тяжëлая, и как бы Альбедо не пытался сдержать свои феромоны, ему это практически не удавалось, поэтому даже сидящая на другом конце дивана Кли содрогалась от страха каждый раз, стоило ей мельком взглянуть на брата. Она видит его таким впервые.       После того, как гостей сопроводили обратно по каретам, а пострадавшую доставили в лекарскую, Варка вернулся и рассказал обо всём, что ему успел поведать сам лекарь.       — Значит, нельзя точно сказать, кто подмешал в бокал яд? — прерывая тишину, спросил Альбедо, скрестив пальцы перед лицом и хмуро смотря в пол.       — Мы смогли поймать только служанку, которая причастна, но пока что она отказывается сознаваться, по личным причинам или же по чьему-то приказу это сделала, — сказал Варка.       — Та девушка, которую отравили, выживет? — внезапно подала голос Кли, прижавшая кулаки к своей груди. Её дрожь никак не унималась и она не знает, как взять себя в руки.       — Она...буду откровенен, в весьма тяжëлом состоянии, ведь попавший в организм яд, насколько мне известно и как заверил лекарь, имеет неизвестное происхождение. Но из-за него температура тела той леди быстро упала, с чего удалось сделать вывод, что этот яд сделан из растения, растущее в довольно экстремальных условиях, — пояснил мужчина.       — Понятно.. — кивнув и опустил голову, сказала Кли, а потом вдруг устремила обеспокоенный взгляю на брата. — На самом деле, скорее всего отравить хотели меня, хотя я не могу быть уверенной..       Глаза Альбедо округлились.       — Что ты хочешь этим сказать?       — Просто так вышло, что мы с той леди по ошибке обменялись бокалами.. Я даже не заметила ничего, правда! — с дрожащими губами сказала девушка.       — Перестань говорить так, будто это ты виновата в случившемся, — с прикрытыми глазами вздыхая и массируя переносицу, проговорил Альбедо, после чего вдруг посмотрел на всё это время молчащего Куникудзуши. — Вас в Академии тоже этому учили, определять где яд, а где нет? Хотя не важно, — тут же отрезал мужчина, поднимаясь со своего места и подходя к рыцарю, становясь напротив него. — Благодарю за помощь и столь быструю реакцию, — и он протянул руку вперëд.       — Это мой долг, Ваше Величество, — склонив голову, сказал Куникудзуши и неуверенно, но всë же пожал протянутую руку.       — Варка, останься. Нужно обговорить всё. А ты, — он обратился снова к парню, — проводи мою сестру до её покоев и скажи служанкам, чтобы следили за её самочувствием по моему приказу.       — Но брат, я хочу по-.. — хочет было возразить Кли, подскакивая с места.       — Тебе нужно отдохнуть. Ступай в свои покои, — впервые холодно обратился к ней Альбедо, краем глаза глянув на недовольное, грустное лицо.       — Хорошо... — кивнув, девушка больше не пыталась возразить, а молча развернулась и ушла, а вслед за ней направился и Куникудзуши.       Они шли молча почти до самых покоев девушки. Парень не смел даже слова сказать, вместо этого рассматривая эту часть дворца, а Кли с понуро опущенной головой шла, сминая платье в кулаках.       Ей до сих пор тяжело принять тот факт, что-то какой-то человек со злыми намерениями смог проникнуть во дворец и совершить подобное преступления, да и к тому же ускользнуть от зорких глаз рыцарей. Неужели это тот человек, которого они хорошо знают? Но с кем она сегодня вообще контактировала? Не счесть..       — Мы прибыли, — тишину и мысли прерывает голос парня. Он подозвал ожидающих возле дверей слуг, передав слова Императора, после пожелал девушке хорошего отдыха и поспешил вернуться в башню, в общую комнату.       Кажется, после всего ему предстоит поговорить с Варкой и желательно с Его Величеством. Особенно касательно того, что он видел в саду.