«Право Собственности»

Тишина в комнате была обманчивой. Она была не спокойной, а звенящей, как натянутая струна перед разрывом. Аластор сидел, пытаясь удержать в сознании образ матери — ее тепло, ее голос. Это был его единственный якорь в реальности, которая медленно, но верно теряла всякие очертания. Вокс вошел без стука. Его экран излучал деловую, почти бюрократическую холодность, что было пугающе неестественно. — Я подумал о нашей вчерашней беседе, — начал он, остановившись перед Аластором. — Вернее, о ее отсутствии. Ты прав. Сидеть здесь без дела — скучно. Деградируешь. А я, как ответственный владелец, должен заботиться о своих... активах. Найти им применение. Аластор не реагировал, продолжая смотреть в стену, но внутри все похолодело. — И знаешь, я нашел для тебя идеальную вакансию, — Вокс сладко растянул слова. — У нашего общего друга, Валентино. Ему как раз требуются... новые лица. А с твоей-то харизмой, со твоей пластикой! О, ты стал бы настоящей звездой. Не той дешевкой, как этот его розовый паук, а элитным, эксклюзивным товаром. Слова впивались в Аласторa, как отравленные иглы. Его желудок сжался в тугой, тошнотворный узел. Мысли о прикосновениях чужих рук, о взглядах тысяч демонов, о том, чтобы его тело, его личность стали разменной монетой в этом грязном бизнесе... Это было не просто отвратительно. Это было полным уничтожением всего, что он из себя представлял, даже в его нынешнем, сломанном состоянии. Он предпочитал бы, чтобы его пытали. Убили. Что угодно. — Мне... это не интересно, — выдавил он, и его голос прозвучал хрипло и слабо. — А кого это спрашивают? — Вокс фальшиво удивился. — Разве спросили меня, когда ты ушел на семь лет? Нет. Решения принимает тот, у кого сила. А сила, — он постучал пальцем по своей груди, где должна была быть душа Аластора, — сейчас у меня. Так что считай это своим возвращением в шоу-бизнес. Правда, в несколько ином амплуа. Он повернулся к выходу. —Вечером зайду. Мы... подготовим тебя к новой работе. Освойся с мыслью. Дверь закрылась. И с ней захлопнулась последняя дверь в сознании Аластора. Бежать? Бессмысленно. Его душа была здесь, в заложниках. Сопротивляться? Вокс использует магию контракта и заставит его подчиниться. Паника, острая и слепая, поднялась в горле. Он вскочил с кровати, его взгляд забегал по стенам, ища выход, которого не было. Он был в ловушке. Совершенной и бесповоротной. И тогда, отчаявшись, он сделал единственное, что мог. Он закрыл глаза и ушел внутрь себя, в тот тихий, нетронутый уголок памяти. «Мама?» — мысленно позвал он, чувствуя себя нелепо и по-детски беспомощно. «Он... он хочет заставить меня... стать одной из тех игрушек. Я не могу. Я не перенесу этого». В его воображении возник ее образ. Теплый, спокойный. Он не слышал ответа — он не был сумасшедшим. Но он помнил ее слова, ее уверенность. «Ты сильный, мой мальчик. Сильный духом. Они могут забрать твое тело, но твой разум... твоя воля... только ты сам можешь их отдать». — Но как не отдать? — прошептал он в пустоту комнаты, обхватив голову руками. — Как?... --- В это же время в студии «Vee's Tower» Энджел Даст, томно потягиваясь на потертом диване, строил планы. Команда искала Аластора по всему городу, но он решил копнуть там, где было логичнее всего — в логове его главного врага. — Эй, мальчики, — обратился он к паре охранников-наемников, слонявшихся неподалеку. — Не слыхали, чтоб у вас тут что-то новенькое появилось за последние месяцы? Ну, типа... штуковина поинтереснее? Наш шеф-повар, — он кивнул в сторону невидимого Валентино, — любит экзотику. Один из охранников, скучающий мордой лица, пожал плечами. —Да хрен его знает. Месяца три назад, кажись, какой-то груз особый привозили. В лифт к пентхаусу Вокса. Ребята, которые разгружали, потом молчали как рыбы. Даже денег за молчание им впаяли. Энджел насторожился, но сохранил безразличный вид. —Ничего так тайна. И что, сам Большой Босс стал таким скрытным? — Да с тех пор он сам не свой, — буркнул второй охранник. — Закрывается у себя, то кричит, то смеется. Как будто с говорящим радио поселился. Энджел почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Это было слишком похоже на правду. —Весело живете, — флегматично протянул он. — ЭЙ, МОЯ ЗВЕЗДУЛЬКА! — проревел из дальней студии голос Валентино. — Хватит трепаться! У нас съемки! — Бегу-бегу, сладкий! — крикнул ему в ответ Энджел, с отвращением отряхиваясь. У него была информация.Смутная, но единственная зацепка. И он теперь знал, куда нужно смотреть. На самую вершину этой проклятой башни. А в своей комнате Аластор, прижавшись лбом к холодной стене, продолжал свой безмолвный диалог с призраком прошлого, пытаясь найти в памяти матери силы для того, чтобы пережить грядущий вечер.