Мы поклялись, что только смерть разлучит нас

Что такое сны? По мнению науки, сновидения — это субъективные восприятия образов (зрительных, слуховых, тактильных, вкусовых, обонятельных), возникающих в сознании у спящего человека. На этом всё. Другие ученые полагают, что сны вызываются определенными мыслями и желаниями человека, а некоторые думают, что увиденное ночью является отражением того, что происходит с человеком днем. Нань Фэн не считал себя романтиком: в отличие от других художников, его работы всегда были полны экспрессии, они больше походили на взрывы, запечатленные на холстах, чем на эстетичные мягкие образы. Коллеги полагали, что дело в складе ума и холеричности Нань Фэна, который не умел и не желал по жизни ни скрывать эмоции, ни сдерживать гнев, словом, жил так, как ему было комфортно. И только сам парень знал, почему ни одна из его любимых картин ни за что не переместится из квартиры даже в рабочую студию, не говоря уж о выставках, на которых он уже был завсегдатаем для ценителей современного искусства. Холсты, изображения на которых трогали душу самого Нань Фэна, он не показал бы, наверное, ни одной живой душе, потому что не мог толком даже объяснить причину, по которой так трепетно относится именно к этой «линии». На них он изображал мужчин, которых еще с юношества однажды начал видеть во снах. Парень не знал, кто эти двое, почему он видит исключительно их. Не понимал Нань Фэн также и то, почему от воспоминаниях о человеке, что вечно закатывал глаза, цокал языком и смешно кривил бровь на каждую насмешку, ему в груди не хватало воздуха. А от мысленного образа мужчины с высоким хвостом и длинной саблей на боку его собственное сердце отдавалось таким громким стуком. Много исследований перечитал художник в университетской библиотеке с тех пор, как каждую ночь начал проживать одновременно чужую и как будто свою жизнь. В основном речь шла о контроле сновидений и их программировании, что Нань Фэна абсолютно не интересовало до тех пор, пока он впервые не увидел во сне поцелуй. Вернее, не почувствовал, как целует мужчину, с которым до этого только и делал, что ссорился и заканчивал любой разговор чуть ли не дракой. Губы напарника были мягкими и слегка солеными. Открыв на пару мгновений глаза, Нань Фэн понял причину: возлюбленный плакал от осознания того, что долгие века скрываемые чувства оказались взаимными. Не смог сдержать слез тогда и сам мужчина, главный герой снов. В ту «ночь» дальше поцелуев и объятий они не зашли, но это не помешало Нань Фэну, проснувшись, в чуть ли не животном страхе схватиться за грудь — как он мог влюбиться во сне в человека, которого ни разу не видел? И он ли вообще испытывал эти чувства? Ведь в видениях его звали как-то по-другому, только художник раз за разом забывал поутру, как именно к нему обращался... напарник? Друг? Любовник? Нань Фэн не знал, понимал лишь только то, что после того сна он потерял всяческий покой: каждый день он начинал с новой зарисовки увиденного ночью, заполняя постепенно огромную пробковую стену бесконечным множеством листов из очередного изрисованного блокнота. Но однажды сновидения закончились. Просто и внезапно, больше Нань Фэн ничего не видел и не помнил. Просыпаясь утром, художник тупо пялился в стену, а потом шел умываться и приступать к работе. Официально в его жизни ничего не изменилось, но парень чувствовал всей душой, что, черт подери, ему безумно не хватало человека из своих снов. Он скучал, тосковал и терзался от того, что больше не видел темных обсидиановых глаз, не слышал дерзких высказываний и не мог вспомнить, какие на вкус те тонкие, чаще насмешливо искривленные, губы. Нань Фэну понадобилось несколько тяжелых и долгих месяцев на то, чтобы наконец решиться. На следующей выставке художник с собранными в кривой пучок темно-русыми волосами стоял в центре одной из комнат и не сводил глаз с первого полотна, которое он предложил в качестве экспоната. Организаторы выставки тут же согласились на картину, стоило им увидеть, что Нань Фэн впервые готов представить публике что-то сюжетное. Правда, никто из них даже не представлял, насколько люди на холсте важны для художника. Двое мужчин в длинных великолепных одеждах; за их спинами лук и длинный меч, а на лицах изображена сама серьезность. Тем не менее, они двое — команда, товарищи, друзья и нечто большее. Возлюбленные. — Прекрасно… — Тихое восклицание заставило Нань Фэна повернуть голову на чужой голос. Мгновение показалось мучительной тоской, а долгие месяцы, прожитые в разлуке, внезапно ощутились взмахом ресниц. Его ресниц. Художник столкнулся взглядом с ярко сияющими обсидианом глазами, которые уже несколько месяцев желал увидеть больше всего на свете. Тонкие губы незнакомого доселе, но такого родного юноши в удивлении были чуть приоткрыты, а брови приподняты, но это не мешало Нань Фэну созерцать человека, которого он полюбил, ни разу не увидев в реальности. Но теперь, во все глаза глядя на этого человека, он точно и четко понимал свои чувства. Оставалось лишь их выразить вслух. Художник проглотил вставший поперек горла ком, не желая ни на секунду отводить взгляда от вернувшегося в его жизнь возлюбленного, и позвал его — тихо, но уверенно: — ..Му Цин? — Фэн… Синь?