Возвращение

Боль.

      Первое, что почувствовал Лололошка после такого долгого нахождения в глухом небытие — острая боль, пронзающая грудную клетку и расходящаяся по всему телу тонкими иглами. Конечности чувствовались ватными и чужими, словно он уснул в самом неудобном из возможных положений. Голова налилась свинцом и упрямо ныла все сильнее с каждой минутой. Что, впрочем, неудивительно после стольких месяцев отвратительного сна.       Глаза слезились и чесались, и Ло, с трудом их разлепив, уже морально приготовился увидеть перед собой неизменный тускло-серый потолок. Но тот выглядел вовсе не так: белый и гораздо выше привычного, аж дышать стало легче.       Протерев глаза, мироходец быстро проанализировал ситуацию: «На сон или галлюцинацию непохоже — тело чувствуется слишком реальным. Но где же тогда я? Место кажется смутно знакомым».       Иногда Лололошке снилось его прошлое, которое он так и не смог полностью восстановить. Все места и голоса казались родными, но как только тот хватался за спасительную ниточку дежавю, под ногами все рушилось хрупкими осколками, и он раз за разом подрывался с жесткой кровати, в холодном поту пытаясь что-то из них составить, но только оставлял новые шрамы на своем сердце. Это мучило даже больше изнуряющих походов на улицу или неудобной мебели в бункере, потому что неизменно напоминало, что тот один во всем мире и вряд ли кто-то сможет помочь…       Внезапный удар двери о стену застал мироходца поднимающимся с пола. Уже вскинув приготовленный к опасностям взгляд, тот встретил им лишь своих друзей с ошарашенными лицами. Те выглядели измотанными, но с каждой секундой осознания они все больше расцветали от счастья. — О Боги, Лололошка! — Очнулась первой Окетра, подбегая к нему и сжимая его ладони в своих. — Я знала, я верила! Я так рада, что ты снова здесь!       Осторожно подошедшая Райя взяла Лололошку за плечо, словно на всякий случай удерживая его от очередного побега. Ее беспокойный взгляд медленно проходился по всему лицу Ло, с сожалением изучая его потрепанный вид, будто понимая все, что тому пришлось пережить в одиночестве за этот нелегкий год.       Окетра сгребла обоих в объятия, снова что-то восклицая, когда в проеме появился явно невыспавшийся ученый, еле перебирающий ногами. Джодах, все это время лишь мирно наблюдающий и улыбающийся картине воссоединения издалека, придержал чуть не споткнувшегося Джона крылом, на что тот лишь отмахнулся, вглядываясь неверящими глазами на обнимающихся друзей. — Неужели и правда сработало.? — Поправив месяцами не видевший утюг лабораторный халат, мироходец поспешил к эпицентру событий. Вежливо кашлянув, он терпеливо дождался, пока Окетра очнется от своего счастья и, ойкнув, отступит на шаг, давая Джону место, чтобы взглянуть его копии прямо в глаза. Использовав свою самую непринужденную улыбку, Харрис протянул руку, чтобы символически повторить то самое рукопожатие, с которого все и началось.       Лололошка долгую минуту рассматривал потемневшую кожу вокруг глаз, случайные следы от ручки на подбородке и искусанные губы. И наконец принял его ладонь. Но лишь для того, чтобы притянуть в крепкие объятия.       Улыбка чуть дрогнула, а взгляд пробежался по удивленным лицам, прежде чем Джона отвлекла чужая макушка, легшая на его плечо. Рука словно на автомате легла на голову, успокаивающе поглаживая, а спина расслабилась, едва сгорбившись.       Даже в вымотанном состоянии Джон никогда не переставал анализировать происходящее: волосы под подушечками пальцев ощущались тоньше и выглядели тусклее — питание "там" явно было ни к черту. Спина под второй рукой неровно вздымалась, словно тот долго держал дыхание под толщей воды, но наконец смог оттуда вырваться. Физическое и эмоциональное истощение налицо, что заставило Харриса помрачнеть, до сих пор гадая, в каких условиях его клон провел столько времени.       Уловив изменения на лице ученого, Райя взяла подругу за руку и тихо бросила: — Мы будем в столовой. Подходите, как сможете, Ло наверняка проголодался, — И повела недоумевающую Окетру на выход, прикрыв за ними дверь.       Простояв еще пару секунд, Джон мягко похлопал Лололошку по спине, как бы намекая, чтобы он наконец его отпустил, но тот лишь сжал его до скрипа костей, перемещая свои ладони на немного осунувшиеся, но все еще теплые щеки. — Живой… — Огладив лицо напротив, Ло вернул руки на спину, а подбородок на плечо, теперь лишь аккуратно обнимая с прикрытыми глазами. — Спасибо.       Теперь пришел черед Джона смотреть озадаченно, немного смущенного сбитого с толку внезапным приливом нежности своего альтер эго. — Кхм, это тебе надо жителей Алотерры благодарить, они на время без света остались. — Все же вызволившись из чужих рук, ученый мельком бросил взгляд на дверь, тут же возвращая на странно смотрящего на него Лололошку. — Пошли. Остальные наверняка заждались, да и взгляд у тебя какой-то… голодный.       Но мироходец не спешил никуда уходить, прокручивая в голове слова частички-галлюцинации Харриса, почти что в одиночку вытягивающего его ментальное состояние. Возможно, с помощью слияния получится вернуть ее Джону? Заодно так он восстановит часть сил и полноценно почувствует себя дома. — Погоди, не могли бы мы… слиться по-быстрому? — Замялся Ло, нервно перебирая пальцами за спиной. Последний раз был так давно, что то ощущение эйфории от увеличившейся силы почти стерлось из памяти. — Зачем? — Выгнул бровь ученый. У того было предположение причины этого желания, но он хотел услышать чужое объяснение. Делать этого именно сейчас не хотелось, тем более, когда ему было нечего особо предложить. — Ну, ты потом поймешь, — Объяснять будет трудно и долго, да и Джону бы перешли воспоминания его частицы, как только он получит ее назад. — Но это правда важно. — Я уверен, это может немного подождать. Тебе прежде всего стоит поесть и поспать, чтобы начать первичное восстановление. И после этого мне надо детальнее узнать о твоем пребывании там. Договорились? — Джон сделал пригласительный жест, делая несколько шагов по направлению к двери. — А еще я не хочу видеть дующуюся на меня Окетру за то, что надолго забрал ее ненаглядного. Удивлен, что она еще не вломилась сюда снова. — Пф, хорошо, — Наконец выходя из лаборатории, Лололошка придерживает дверь для второго. — Но мы обязательно должны поговорить. — Не волнуйся, я-то от тебя уж никуда не убегу! — Подмигивает ему Харрис, ухмыляясь с язвительным смешком.

И, несмотря на небольшое раздражение от издевки, Ло понимает одно: как же ему этого не хватало.

***

      Оказывается, так же сильно ему недоставало плотного приема пищи в хорошей компании. Их длинные, но такие уютные разговоры тянулись патокой, из минут превращаясь в часы, но Ло был только рад этому. Он с трудом мог вспомнить, когда так ненапряжно проводил время в кругу друзей, узнавая и удивляясь всему, что умудрился пропустить за столько лет.       Погладив набитый всякими вкусностями (хотя сейчас таким являлось для него все, кроме томатного супа) живот, мироходец ощутил приятную усталость, мерно текущую по венам и убаюкивающе воздействующую на разум.       Лололошка направился в свою комнату по маршруту, которым с ним преждевременно поделилась Райя. Кто бы мог подумать, что его друзья будут настолько великодушны, что подготовят комнату, предназначенную специально для него. А ведь он почти потерял надежду на возвращение обратно…       Кровать встретила его ослабевшие мышцы мягкими объятиями, обещая крепкий сон в долгожданной тишине. Но сомкнуть глаза не дала одна внезапно пришедшая мысль. Он совсем забыл о разговоре с Джоном. Лололошка резко поднялся, но неуверенно застыл, не решаясь двинуться дальше. Стоит ли ему тревожить его в столь поздний час или все же подождать завтрашнего дня? Зная, насколько непредсказуема его судьба, Ло не хотел откладывать важное дело на потом, но и он сам так устал…       Долго терзаться раздумьями не пришлось — их прервала приглушенно скрипнувшая дверь, за которой медленно показалась каштановая макушка с оранжевыми очками. Их обладатель, быстро скользнув глазами по встревоженной позе Первого, встретился удивленным взглядом с таким же и, очевидно, замялся, но всем видом попытался это скрыть. — ...Я думал, ты уже спишь, — Ло выгнул бровь, но промолчал, ожидая более подробного объяснения. — Значит, поговорим завтра, тебе необходим сон для восстановления.       Лололошка так и не понял, что именно забыл Джон в его комнате, но ему внезапно до смерти стало страшно остаться одному. — Постой! — Мироходец вытянул руку в попытке остановить неожиданного гостя, хотя расстояния между ними было немало, но просьба и так была выполнена. Ученый стоял вполоборота, с тускловатой искрой интереса глядя на замявшегося. — Не мог бы ты… остаться тут ненадолго? — Пфф, не знал, что наш бесстрашный герой боится спать один, — Джон выглядел несколько озадаченным этим вопросом, словно это последнее, что он ожидал услышать. Он уже хотел отказать, поскольку у самого веки невозможно слипались, однако подкупающая надежда в голосе и лабрадоритовых глазах напротив сделала свое дело. Вспомнив рассказ Ло о его бесконечном одиночестве в том мертвом мире, Джон осознал, что тому сейчас как никогда нужна чужая компания, чтобы успокоиться, да и ему не помешает…       Поэтому Харрису не остается ничего, кроме как примирительно вздохнуть и взять ближайший стул, разместив его у изголовья кровати. Эти по-щенячьи благодарные глаза волшебным образом придали ему немного сил, и, пронаблюдав, как Ло поплотнее заворачивается в одеяло, он пробормотал: — Спокойной ночи… Постарайся выспаться. — Спокойной… — На большее Лололошку не хватило, и через минуту тот уже мирно сопел, уютно свернувшись калачиком лицом к Джону.       Джон лишь лениво изучал смягчившиеся родные черты, решив, что можно никуда не торопиться и посидеть еще чуть-чуть.       А когда «чуть-чуть» превратилось в час, уходить уже никуда и не хотелось, особенно когда место рядом с Ло выглядело так удобно, маня своим теплом…