Кровь на игле - Другая сторона истории

Где то в классе по радио играла песня Кар-Мэна «Сан-Франциско» В это время в другом классе сидела тройка ребят и украшала класс. Знакомьтесь. Кваджик — 15. Философ с душой. дерзкий, не любит нытиков да и вообще, ВЫ ВИДЕЛИ ЕГО ПРЕКИД? Окно — 17 .говорящее погоняло, не так ли? Согласен, он как окно. Смотрит, молчит, спит. На уроках чаще смотрит в одну точку чем что то учит. Крис — Ему 16. Глуповат, смешен. Постоять за себя. редко может. Уроки не любит. Он любит музыку и в свободное от школы время ходит в музыкалку. Шёпотом — А ещё он главный герой истории! — Крис, ты куда вешаешь? НЕ ТУДА ВЕШАЙ! — Кваджик кричал и кричал. Окно в это время сидел и слушал музыку с соседнего класса — Кваджик. Расслабься, потанцуй. Всё будет окей! Чё ты такой напряжонный? Кваджик махнул рукой — Иди ты в жопу, мы тут пашем а ты ничё не делаешь! Окно встал — Я вам морально помогаю. В это время в класс зашла красивая зрелая женщина. Арлекино. Она у них заучь. А ещё и мама Криса. Плюсом работает в органах опеки. — Ну как, аболтусы, выходит? Кваджик не оборачиваясь сказал — О, Крис, твоя милфа пришла, иди обнимайся! Кваджику тут же прелител подзатыльник — Шутник херов. Работайте. Не забывайте что до дискотеки осталось 2 часа! Арлекино покинула класс. Они вроде кое как всё украсили. И сев за парты начали отдыхать, как тут в класс заходит их класный руководитель. Агата. Сестра Арлекино, и тётя Криса. работает учителем немецкого и является работником прокуратуры. А ещё у неё связи в суде. — Чё вы, класс. Как ваши жопы? Ещё не устали? Кваджик возмутился — Крис, твоя тётя всегда такая энергийная?. Коль она сестра твоей матери то по повидению приёмная… Агата тут же возмутилась — Чё, чё? Повтори? Окно тут же влез — Он просто. Пошутил, типо тематический вечер!.. Он не имел ввиду ничего плохого. Агата снова улыбнулась — Шутки, обожаю их! Только иногда. Надо уметь шутить! Кваджик выдыхнул — Ну спасибо, Окно. Прикрыл. Окно подмегнул ему. Агата уселась за стол — Кто после дискотеки едет со мной кутить? А? Крис улыбнулся — А можно? Она кивнула — Не можно, а даже нужно! Вы когда в последний раз отрывались? Никогда? Какой ужас! Крис насторожился — Я думаю. Мама мне не позволит. Агата улыбнулась — Да не ссы ты, ёб твою мать! Я будто зря в кабинете её упрашивала тебя отпустить! Кваджик усмехнулся — Крис, тебе повезло, ты едешь! Окно пробормотал — Крису повезло, он живёт с аристократами! У него вон, мать при бабках, бабушка при бабках, тётя тоже. Он блять в масле купается! Крис похмурел — Не завидуй, окей? В класс заходит их одноклассник. Авганец. Почему его называют авганцем? Нет, не только из-за того что он как-то по культуре и роду с ними схож, но ещё и из-за его странного поведения. Он особенный в каком то роде. Никто даже имени его не знает, все привыкли к его прозвищу. «Авганец» Авганец молча бросил сумку на парту и сел. Секунду он просто сидел, глядя в окно, будто его там, за стеклом, кто-то ждал. Класс ещё держал прежнюю, почти весёлую атмосферу — Агата что-то весело болтала с Кваджиком и Окном. Но потом Авганец тихо сказал, не глядя ни на кого: — Весёлые вы, конечно… Только странно всё это. Украшаете, смеётесь… а завтра половину из вас уже забудут. Кваджик усмехнулся: — О, началось… философия от человека без имени. Авганец посмотрел на него — спокойно, но так, что Кваджик осёкся. — У имени нет смысла, если никто не зовёт тебя по нему. Агата приподняла бровь, заинтересованно наблюдая за диалогом: — О, пошла философия… Ладно, мистер Безымянный, продолжай. Что ты имеешь в виду? Он чуть улыбнулся, устало: — Да просто… я видел, как быстро всё исчезает. Люди, шум, смех. Всё это — пыль. — А вы тут… готовитесь к дискотекам. В классе стало тихо. Даже Окно перестал вертеть ручку. Крис опустил глаза — в его взгляде мелькнуло что-то похожее на понимание. Кваджик усмехнулся — М-да, барахлит у Авганца. Ну чё поделаешь. Крис усмехнулся — Вы сами говорили что он странный Окно ткнул в него ручкой — Он за то не сын аристократов! Его за это можно любить. Кваджик дал ему подзатыльник — Окно, ты щас специально на ссору выводишь? Окно пробормотал — Не ну а что? Он в масле купается, у него дом огромный, шмотки дорогие, его вон классуха по тусам таскает. Агата его перебила — И вас троих я тоже беру, аболтусы! Класс взорвался смехом. Крис прикрыл лицо рукой, Кваджик фыркнул, а Окно гордо вскинул руку: — А вот теперь я согласен! Агата улыбнулась: — Вот и отлично. Значит, собирайтесь. После дискотеки — все ко мне. Авганец вмешался — А Я?.. Вы что меня кидаете?.. Агата усмехнулся — Не бойся, тебя мы тоже бы взяли. но ты. вон дискотека, там кутить будешь, с остальными ребятами. Дискотека уже началась. Там же ребята уже тусили. Кваджик пил шампанское, вроде детское а по вкусу не совсем. Окно с кем то говорил, а Крис сидел с Агатой, которая распивала шампанское в кругу других учителей. Она смеялась громко, с характером, будто вообще забыла, что на работе. — Крис, ты хоть раз расслабься, — сказала она, чуть толкнув его плечом. — А то сидишь, будто тебя на допрос вызвали. Крис неловко улыбнулся, глядя на пузырьки в бокале. — Я просто… не привык к таким вещам. Агата хмыкнула, откидываясь на спинку стула: — Вот поэтому я и тащу тебя сюда. Привыкнешь. В это время заиграла песня Егора Летова «Отряд не заметил потери бойца» Крис усмехнулся — Фига се. Летов? Кваджик за его спиной фыркнул: — Вот это поворот… на дискотеке такой трэш ставить — это надо уметь. Окно приподнял бровь: — Не спорю, стильно. Хотя… танцевать под это я бы не рискнул. Агата, в этот момент подмигнув Крису, откинулась на спинку стула: — О, мне нравится! С музыкой, как с жизнью — смело, прямо в лицо. После того как дискотека кончилась, на улице Агата крикнула — Эй! Троица, поехали, со мной потусите! Или вы уже перехотели? Кваджик кивнул в сторону её машины мол «Пошлите» и троица подошла и села. В магнитоле играла Белая ночь. — Что вы, не устали после дискотеки? Ещё силы есть кутить? Крис оглядел Окна и Кваджика — В целом силы ещё есть… Окно лениво вытянул ноги: — А куда едем-то вообще? Надеюсь, не на допрос? Агата рассмеялась, тронув педаль газа: — На допрос — в бар! Там, где разговаривают только под музыку. Приехав в бар, они вошли в него. В нём было много людей, кто пьян, кто голоден, а кто уже дрыхнет. Только они зашли Окно заметил того кого упомянать не хочет — Вот говно. Кваджик и Крис насторожились — Чё такое? Окно не оборачиваясь сказал — Одноклассники с прошлой школы. Крис проследил взглядом — за столом действительно сидела шумная компания. Кто-то из них заметил Окна и сразу хмыкнул, толкнув соседа. Агата подняла бровь, ощущая перемену в настроении: — Проблемы, мальчики? Окно посмотрел на неё — Всё хорошо! Просто тут быть не привычно. Агата улыбнулась — Ладно, я пойду место выбирать, а вы меню изучите, окей? Они скрылась среди столиков и толпа подошла к троице — Какие люди, хуй на блюде! Окно, какая встреча! Как там мама? Кстате. как тебе вкус мочи?.. АХЪАХАХАХАА Когда ты с нами учился я видел что тебе понравилось! Крис напрягся, сжимая кулаки, Кваджик уже поднимал бровь, готовясь вмешаться. Окно же глубоко вдохнул, стараясь не показать эмоций, хотя лицо немного побледнело. — Чё молчишь? Позорище класса. ХАХАХП. Крис встал и потёрся — А у вас проблемы? Парень усмехнулся — Ооо, Окно, ты охрану себе купил? Боишься один на один идти? Кваджик молча встал взял парня за шкирку и выкинул его с бара Крис и Окно переглянулись. — Ну… спасибо, — пробормотал Окно, слегка расслабляясь. Агата, которая только что вернулась к ним с меню, улыбнулась во весь рот: — Вот так, мальчики! Правильно воспитывать незваных гостей. Кваджик лениво отряхнул руки: — Вот так всегда — кто лезет, тот летит. Кваджик посмотрел на толпу — А вам особое приглашение надо?.. Толпа сама по себе вышла из бара. — Так, ладно, чё заказывать будем — Спросил Крис потирая руки. Агата заказала пиво, а троица по лопше быстрого приготовления. — Так, аболтусы, что в итоге за ребята это были? Кваджик хмыкнул, размешивая вилкой лапшу: — Да обычные шкуры, Агата. В каждом классе такие есть. Орут, смеются, пока им в морду не прилетит. Окно откинулся на спинку стула, глядя в бок, будто стараясь не возвращаться мыслями назад: — Они меня… раньше доставали. Постоянно. Типа шутки у них такие… А потом, когда я перевёлся — всё, забыл. Думал, не увижу больше. Крис спокойно подвинул к нему стакан с лимонадом: — Ну, сегодня ты уже точно им ничего не должен. Агата кивнула, делая глоток пива: — Так, значит, бывшие «короли школы». Я таких терпеть не могу. — Она прищурилась. — И что, они прям вот до сих пор носятся с этой детской злобой? — Ага, — буркнул Кваджик. — У таких всё просто: мозги — где-то между шутками про туалет и сигаретами за гаражами. Агата улыбнулась, облокачиваясь на стол: — Ну и ладно. Сегодня вы не в школе, а со мной. Расслабьтесь. Пусть эти идиоты теперь сами варятся в своей моче. Окно невольно усмехнулся. Крис тоже, чуть слышно, рассмеялся. Тяжесть как будто спала с их плеч, а за окном вечер начал превращаться в глубокую, уютную ночь — с неоном, пивом и теплом внутри бара. Крис сидел и думал о чём то… Кваджик болтал с Окном, Агата же заметила задумчивость Криса — О чём думаешь? Крис посмотрел на неё. — Переживаю. Агата стала серьёзнее — О чём? Крис ответил, потерая пальцы — За маму боюсь. Да, я знаю что с ней всё будет хорошо, просто переживаю. Агата подсела к нему — Поверь, с Арлекино всё нормально, я как её сестра, знаю, что с ней всё нормально. Крис чуть улыбнулся, но взгляд его всё ещё был тяжёлым, усталым. — Просто… я чувствую, что она от меня что-то скрывает, — произнёс он тихо. — Слишком часто уходит, слишком часто говорит «не твоё дело». Иногда кажется, что я даже не сын, а сосед, которому разрешили пожить. Агата выдохнула, облокотившись на стол: — Она такая не потому, что не любит. Ты ведь знаешь, Арлекино всю жизнь в броне. Снаружи — холод, внутри — буря. Она просто не умеет показывать слабость, даже перед родным сыном. Кваджик, заметив их разговор, притих и бросил короткий взгляд на Криса. Окно сделал вид, что читает надпись на бутылке, но слушал каждое слово. Агата продолжила мягче: — Если хочешь правду — ты для неё якорь. Без тебя она бы давно сорвалась. Она положила ладонь на плечо Криса. — Так что не мучай себя. Всё, что ей нужно — это знать, что ты рядом. Крис посмотрел на неё, кивнул, потом опустил глаза в кружку: — Знаю… просто иногда хочется, чтобы она хотя бы раз сказала это вслух. — Скажет, — ответила Агата уверенно. — Когда придёт время. У нас в семье всё через край: или молчим, или орём. Кваджик усмехнулся: — Похоже, семейная традиция. Агата рассмеялась и подняла кружку: — За традиции тогда. И за то, чтобы хоть кто-нибудь из нас когда-нибудь научился просто говорить, что чувствует. Стол наполнился тёплым смехом и лёгким звоном кружек. Музыка в баре сменилась на что-то спокойное, глухое — под стать моменту. Кваджик вдруг сказал — Интересно, как ваша семейка аристократов вообще добилась такого высокого уровня? М? Окно посмотрел в потолок — Два варианта. Либо богатые родаки были. либо насоса.! — его перебил звук падения со стула, кто то упал в дали бара Агата прыснула со смеху, чуть не расплескав пиво: — Ахах, Окно, ты аккуратнее с языком, а то он тебе когда-нибудь боком выйдет! Крис только вздохнул, но на лице появилась слабая улыбка. — Никакие мы не аристократы. Просто… мама когда-то спасла жизнь очень влиятельному человеку. С тех пор всё и пошло — связи, знакомства, помощь, должности… Кваджик поднял брови: — Спасла жизнь? Типо реально? Крис кивнул. — Реально. Это было ещё до моего рождения. Тогда Арлекино работала на особых заданиях… не знаю, что именно, но в один день она вытащила из передряги какого-то прокурора. А он потом вытащил её — в прямом смысле. Агата ухмыльнулась: — Да, старые долги. И этот прокурор, кстати, мой бывший начальник. До сих пор ей обязан, хотя она это никогда не напоминает. Окно задумчиво покрутил вилку: — То есть, всё пошло не из-за денег, а из-за… случая. Кваджик кивнул: — Значит, судьба. А не насос. Они все засмеялись. Смех вперемешку с музыкой и гулом разговоров наполнил бар, и на короткое время между ними установилось редкое, почти домашнее чувство — будто трое друзей и их немного странная, но добрая наставница были одной семьёй. Агата откинулась на спинку стула и, глядя на них, сказала: — Вот видите, парни, даже в аристократии бывает грязь под ногтями. Главное — не бояться ею запачкаться ради правильных дел. Крис улыбнулся — Окно, елси что по вопросам юридическим можешь к нам приходить. Правда не уверен что у нас есть юристы. Агата улыбнулась — У меня муж юрист. Кваджик улыбнулся — У вас культурным кодом передаются высокие должности? Это на всех работает? Тоесть если взять бомжа он станет начальником полиции? Агата рассмеялась — искренне, громко, так, что несколько человек за соседним столом обернулись. — Ахах! Нет, Кваджик, если взять бомжа — он, скорее всего, просто станет бомжом с удостоверением! Крис усмехнулся, качнув головой: — С удостоверением, но всё равно без крыши над головой. Агата вытерла глаза от слёз после смеха: — Слушай, у нас, может, и связи есть, но всё держится не на фамилиях, а на наглости и упорстве. Мой муж, например, был обычным адвокатом по мелким делам, пока не вытащил из тюрьмы какого-то чиновника, которого подставили. После этого ему предложили место в городской прокуратуре. Кваджик хитро прищурился: — Так это всё-таки работает… просто нужно знать, кого вытаскивать. Агата приподняла бровь и с ухмылкой постучала пальцем по его лбу: — Не кого, а как. Если лезешь помогать людям ради выгоды — грош тебе цена. А вот если вытащил кого-то просто потому что не можешь иначе — вот тогда тебе судьба сама подкинет шанс. Окно тихо буркнул, ковыряя остатки лапши: — А мне бы кто шанс подкинул… кроме бутылки лимонада и этих двух дебилов рядом. Крис усмехнулся: — Мы — тоже шанс. Только не факт, что удачный. Все трое рассмеялись, и даже Агата улыбнулась мягче, чем раньше — не как учительница или старшая, а как человек, которому действительно стало уютно среди этих троих. Музыка сменилась — заиграла медленная, почти ностальгическая композиция. Бар уже пустел, но им не хотелось расходиться. Агата улыбнулась и встала — Ладно, аболтусы, встаём и пошли в мак! Вам кстате что заказывать? Кваджик задумался — Хм. Даже не знаю. Окно тут же встрял, подняв палец, будто на уроке: — Мне чизбургер, картошка и кофе! Только не американо, а нормальный, человеческий. Агата фыркнула: — Кофе ночью? Ты потом до утра будешь глазами по потолку стрелять. — Зато бодрый, — ответил Окно, вставая. Кваджик зевнул, потянулся и ухмыльнулся: — А мне двойной бигмак и колу, раз мы уже дорвались до фастфуда. Крис поднял взгляд от стола, чуть улыбнувшись: — А я просто наггетсы. Без соуса. Агата удивлённо повернулась к нему: — Без соуса? Ты же не из этих… здоровых, да? — Просто соус — это уже перебор, — пожал плечами Крис. — М-да, — протянул Кваджик, надевая куртку. — Жизнь без соуса — как любовь без обнимашек. Все трое засмеялись, и компания направилась к выходу. На улице было прохладно, асфальт блестел от недавнего дождя, фонари отражались в лужах, а где-то вдали мерцала вывеска «Макдональдс». Агата, засовывая руки в карманы, сказала: — Вот и хорошо. Бар — для взрослых, а «мак» — для детей, которые решили, что они взрослые. Идеальное завершение вечера. Крис посмотрел на неё и тихо сказал: — Звучит… как про нас. Агата усмехнулась: — А я и имела в виду вас, троица. Приехав в мак заказы уже были выполнены, они выбрали столик на улице и сели там — Кстате, получается если Крис найдёт себе богатую девушку, это удача или родственное? Агата прыснула, едва не уронив стакан с соком: — Ахах! Вот это вопрос, Кваджик! Родственное, говоришь? Ну ты и философ. Крис закатил глаза: — Да при чём тут родственное?.. У меня что, фамилия проклята — богатые липнут? Окно, жуя картошку, не упустил шанс вставить: — Ага, карма! Типа судьба такая: женишься — и сразу тебе бизнес, яхта и дом с охраной. Только детей потом будут звать «наследники Криса». Кваджик хмыкнул: — И всё бы ничего, но Крису, как я понял, деньги не особо упали. Он скорее возьмёт девку с книжкой, чем с яхтой. Агата усмехнулась, подперев подбородок: — Да, он весь в мать. Та тоже могла выбрать богача, а выбрала приключение. Впрочем, не зря — у неё хоть жизнь интересная. Крис усмехнулся, глядя в свой пакет: — Похоже, у нас семейное — притягивать проблемы, а не богатство. — Ну, — сказал Окно, делая глоток кофе, — зато не скучно. — Да, — добавил Кваджик, поднимая бургер, — зато живём! Все засмеялись. Вечер был тёплым, воздух пах дождём и картошкой, вокруг тихо проезжали редкие машины. Город будто замедлился, оставив только их — четверых под фонарями, с мягким светом на лицах и редким, настоящим чувством покоя. Окно с интересом спросил — Вы добрее и энергичнее чем Арлекино, хотя вроде сёстры. почему вы такие разные? Агата улыбнулась, но взгляд у неё стал задумчивее — на секунду будто ушёл куда-то далеко, за шум ночного города. — Потому что мы с ней росли в разное время, Окно. И в разных мирах, — сказала она, грея руки о стакан с кофе. Кваджик поднял бровь: — Типа метафора или реально в разных мирах? — Почти реально, — усмехнулась Агата. — Когда я была подростком, у нас ещё была семья. Родители, дом, шум, жизнь. А вот когда родилась Арлекино… всё уже рушилось. Тогда всем пришлось выживать, а не жить. Крис опустил взгляд. Он это знал — но слышать из уст тёти было всё равно больно. Агата продолжила: — Она выросла в холоде. Я — в доме, где пахло кофе и яблочным пирогом. А она — в мире, где пахло пеплом и железом. Вот и разница. Я научилась улыбаться, а она — не показывать боль. Окно медленно кивнул, задумавшись: — Но ведь она не злая. Просто… будто всё время держит дистанцию. Агата кивнула. — Да. Потому что если подойдёшь слишком близко — можешь увидеть, как сильно ей больно. Она не хочет, чтобы кто-то это видел. Даже Крис. Крис вздохнул, чуть кивнув. — Я понимаю. Наверное, слишком хорошо. Кваджик откинулся на спинку скамейки, посмотрел на небо, где между облаков мелькнула звезда: — Получается, вы две стороны одной семьи. Одна — свет, другая — броня. Агата мягко улыбнулась: — Знаешь, Кваджик, может, поэтому мы обе до сих пор живы. Она держит удар, я — смягчаю. Баланс. Окно усмехнулся: — Как в химии — реакция и катализатор. Крис посмотрел на них всех и сказал тихо, но уверенно: — Главное, что вы обе есть. Остальное — ерунда. И снова на пару секунд за столом стало по-домашнему тихо. Только шелест пакетов, запах картошки и мягкий свет фонаря над ними. — Так а теперь вопрос повеселее! Почему ещё и вы пришли к нам в школу? Ладно Арлекино, за этим аболтусом следить, чтоб не умер случайно. А вы то куда? Агата усмехнулась — Ну слушай, она бы одна не справилась с вашими залётами. Напомнить как вы боролись с маньяками ценой своей жизни работая с полицией? Школе тогда пришлось больно. После случая с братом Зипа, школа уже на волоске была. После смерти Оливера, школа ели как отвертелась. А после смерти Алисы. Школа была уже не на плаву. Кваджик насторожился — Понятно, но мы вроде всё закрыли. После закрытия Тэвина всё как-то само рассосалось. Нам даже не пришлось вмешиватся. Агата посмотрела на фанарь — А кто после вас закрывал ваши пропуски и вопросы? Вы пока на каникулах были школа притерпела массу изминений. половина учителей уволилось, директора уволили. Школу чуть не рассформировали, если бы не Арлекино и я. Школа бы рухнула. Окно на минуту замолчал, посмотрев в тарелку: — То есть вы… прикрывали нас? Вы за нами расплачивались? — Прятали, — коротко сказала Агата. — И рисковали. Я писала бумаги, давила на нужных людей, махнула парой связей в суде. Арлекино — делала то, что у неё получается лучше всего: решала вопросы на месте. Иногда не особо законно, иногда — чуть грубее, чем положено. Но вы жили, школа стояла. Крис сжал кулаки, но в голосе стало слышно и облегчение, и вина: — Мы думали, мы сами… что мы — это всё. — Вы — часть этого, — тихо сказала Агата, положив ладонь на стол. — Но без «тёплых рук» сверху всё могло закончиться иначе. Понимаете? Мы с ней платили цену, чтобы вы могли быть детьми и делать то, что делаете. Кваджик откинулся назад и, не в силах скрыть любопытство, спросил: — А что за «цена»? Агата посмотрела на них всем своим взрослым взглядом, и в нём мелькнуло что-то усталое, но спокойное: — Разные вещи. Пригрозить увольнением, подать пару справок, несколько удачно начатых проверок, пара идей в нужных кабинетах. Иногда — личные сделки. Иногда — испытание отношений в семье. Это не красиво. Но это работает. Наступила пауза — только хруст пакета, где внутри ещё оставались наггетсы. Ночь вокруг будто притихла, слушая их разговор. Крис тихо спросил, почти шепотом: — Значит, всё это — ради нас? Агата кивнула: — Ради вас. И ради того, чтобы школа не стала очередной забытой страницей в городе. Она улыбнулась, но в улыбке чувствовалась усталость войны: — Но не думайте, что это подарок. Просто считайте: у вас есть время быть молодыми. А мы заплатим за это позже. Кваджик хмыкнул, но в голосе его прозвучало новое уважение: — Ладно, тётя Агата. Тогда мы как минимум должны не уёбываться совсем. Чтобы не подставлять вас зря. Окно поднял голову, впервые серьёзно и прямо посмотрев на Агату: — Спасибо. Агата кивнула, убирая стакан в сторону: — Всё. Хватит ностальгии. Завтра новый день, у вас учёба, у меня — дела. Но помните: не делайте так, чтобы я снова приходила спасать вашу шкуру. Крис тихо усмехнулся и, сжав пакет с едой, добавил: — Обещаем. По крайней мере — постараемся. Ночь вокруг них снова стала обычной — шум редких машин, далёкие разговоры, и ощущение, что на эту компанию лежит маленький, мягкий мирок, который кто-то оберегает. — Ладно, аболтусы. Доедайте и айда завезу вас по домам. А то уже ночь. Кваджик погрустнел — Ыыы… Крис, твоя тётя нас бросает!!! Крис просмеялся — Кваджик, кому кому, но тебе грустным быть не идёт. А Окно уже тихо зивал, пытаясь не заснуть. Агата рассмеялась, собирая мусор в бумажный пакет: — Я вас не бросаю, а отправляю в тёплые постели, пока вы мне тут не упали лицом в картошку. Особенно ты, Окно. Окно, с трудом держа глаза открытыми, пробормотал: — Я не сплю… я просто… тестирую горизонтальную осознанность… Крис усмехнулся и похлопал его по плечу: — Тест не пройден, братец. Кваджик встал, потянулся, глядя на звёзды: — Всё-таки классный вечер вышел. Без драк, без безумия… просто — спокойно. Даже непривычно. — Ну, — хмыкнула Агата, поднимаясь, — не говори «спокойно», пока я вас не довезу. Зная вас, ещё что-нибудь взорвёте по дороге. — Мы? — сделал удивлённое лицо Кваджик. — Никогда! Окно, уже идя к машине, пробормотал: — Один раз… и то случайно… Все трое засмеялись. Они вышли на ночную улицу — неон подсвечивал мокрый асфальт, воздух пах осенью и кофе из открытого окна «мака». Агата открыла двери машины, и компания, один за другим, села внутрь. В салоне играла тихая мелодия — старая песня «Город под подошвой». Крис смотрел в окно, наблюдая, как свет фонарей медленно уходит назад. Агата улыбнулась, глядя на троицу в зеркале заднего вида: — Знаете… иногда вы напоминаете мне нашу молодость. Только у нас не было ни «мака», ни шансов на второй шанс. Так что не просрите свои. Кваджик отозвался, глядя в окно: — Постараемся. Машина плавно поехала вглубь ночного города, оставляя за собой дорогу, наполненную тихим смехом и редкими словами, в которых чувствовалось то, чего они, возможно, не признавали вслух — настоящее чувство семьи. Агата развезла Кваджика и Окна по домам. и когда дела коснулось Криса она сказала — Можно тебя кое о чём попросить? Крис насторожился — Да. Агата повернулась к нему — Береги свою мать, она у тебя хорошая. Да, может строгая и выглядит как нелюбящая, но на самом деле она без тебя жить не сможет. поверь, я её сестра и я её знаю. Крис выдохнул — Хорошо, я обещаю что буду её беречь. Агата улыбнулась — Ладно, беги в дом! А я поеду к себе! До завтра, аболтус! Крис усмехнулся и, открыв дверь, обернулся через плечо: — До завтра, тётя Агата… и спасибо. За всё. — Ага, ага, — махнула она рукой, стараясь скрыть лёгкую улыбку. — Только без философских соплей, я не вывожу это перед сном. Он тихо захлопнул дверь и направился к дому. На крыльце горел тёплый жёлтый свет, окна были слегка запотевшие — внутри явно кто-то не спал. Крис на секунду остановился, оглянувшись: машина Агаты уже отъезжала, красные огни задних фар мерцали в темноте, словно два глаза ночи. Он помедлил, поднял руку и махнул ей вслед. Ветер прошелестел листьями, и где-то далеко раздался тихий звук сирены. Крис улыбнулся сам себе и тихо сказал: — Обещаю. Он открыл дверь и шагнул внутрь — в дом, где пахло чаем, корицей и домом. Крис закрыл дверь за собой, тихо скользнув по коридору. В доме стояла тёплая полутьма, пахло свежим чаем и только что испечённым хлебом. — Крис, ты где шлялся так долго? — послышался знакомый строгий, но мягкий голос. Он поднял взгляд и увидел мать у кухонного стола. На её лице была привычная серьёзность, но глаза слегка блестели. — Я… с Агатой и друзьями, — немного сбивчиво ответил он. — Хм… — она не осуждала, просто покачала головой. — Ты голодный? — Немного, — улыбнулся Крис. Она указала рукой на тарелку с горячим супом: — Тогда садись, ешь. И не переживай, что поздно — ты дома. Крис сел за стол, чувствуя, как напряжение вечера постепенно уходит. Мать наливала себе чай, а потом протянула ему кружку: — Знаешь… я вижу, что ты переживаешь. Но ты должен знать — я всегда рядом. Он кивнул, слегка смягчившись: — Я знаю, мама. Я просто… хочу, чтобы тебе было хорошо. Она улыбнулась тихо, почти незаметно, и слегка коснулась его руки: — А мне уже хорошо, Крис. Пока ты здесь. Тишина заполнила комнату, только шум чайника и редкое постукивание ложки об тарелку создавали уютный ритм. В этот момент Крис понял, что, несмотря на все сложности и страхи, дом — это место, где он всегда будет в безопасности.