Кровь на игле - Другая сторона истории

Следующее утро. Крис проснулся, немного сонный.. Но вышел на кухню. — Крис, ты проснулся. Садись кушать. Крис сел. В тарелке была гречка. В соседней комнате был включен телевизор.. Там играла какая то передача. Крис поел и собравшись, мама сказала ему — Сегодня я тебя подкину, мне надо поехать по делам, поэтому, смотри не срывай уроки! Крис кивнул.. Они сели в машину. Приехав, Крис вышел и зашёл в класс. А там его внимание занимает Окно и Кваджик. — О, Крис! Ты наконец пришёл.. Мы думали ты не прийдёшь, и нам опять прийдётся скучать. Крис усмехнулся, подходя ближе: — Ну, уж нет… скучать без меня не выйдет. Кваджик, развалившись на стуле, откинулся назад: — Ты как всегда вовремя — мы как раз собирались обсуждать, кто больше всех опоздает на первое занятие. Окно хмыкнул: — Да, и ставки уже поставлены. Я, кстати, ставил на тебя. Крис вздохнул, но улыбнулся: — Надо же, какие вы добрые друзья. — Мы просто реалисты! — подмигнул Кваджик, доставая из портфеля бутылку газировки. — После вчерашнего я вообще не думал, что ты сегодня появишься. Крис сел за парту, вытаскивая тетрадь: — Да ладно вам, не так уж и поздно мы легли. Окно повернулся к нему, понизив голос: — Ага… но знаешь, после того, как я вспомнил тех уродов из бара… всю ночь не мог заснуть. Крис кивнул, его взгляд на мгновение стал серьёзным: — Главное, что всё обошлось. И спасибо вам, что были рядом. Кваджик, пожав плечами, лениво сказал: — Ещё бы. Мы ж команда. А команду не бросают. В этот момент в класс вошла Агата, в руках — кипа бумаг и чашка кофе. — Ну что, философы, готовы к новому дню? — сказала она с полуулыбкой, ставя чашку на стол. — Или опять устроим цирк, как на прошлой неделе? — Мы всегда готовы к цирку, — ответил Кваджик, вызывающе усмехнувшись. Агата глянула на него поверх очков: — Осторожнее с желаниями, Кваджик. Сегодня у нас контрольная. — …Я шутил, — мгновенно сник он. Класс засмеялся, атмосфера ожила. Крис, наблюдая за всем этим, чуть улыбнулся. Вчерашний вечер с баром, разговорами и теплом дома казался почти сном, но сегодня — началом чего-то нового, спокойного… пока что. В этот момент в класс заходит их бывший одноклассник.. Айдэн. Кваджик Окно и Крис тут же улыбнулись. Остольные либо окали либо шептались — Доброе утро, прошлая жизнь!! Кваджик встал — Какие люди на верблюде!! Айдэн! Как жизнь брат? Окно подошёл и протянул ему руку — Возвращатся пришёл или так, проведать? Айдэн огляделся и увидев Агату усмехнулся — Это что за красотка? У вас чё, одноклассницы настолько красивые? У нас в колидже просто мымры.. Он стал жамкать ей грудь, и все наблюдали и скорее ржали.. Чем удивлялись — Айдэн.. Я тебя огорчу.. Но лучше бы ты так не делал... Агата улыбнулась — Долго ещё будешь мацать меня? Айдэн отвёл руку и увидев бумаги и кофе понял, что это учитель — Бля.. чё же вы сразу не сказали, А? Класс взорвался смехом — кто-то хлопнул по парте, кто-то просто захлебнулся от неожиданности. Кваджик сквозь хохот сказал: — АХАХАХ! Айдэн, брат, ты как обычно — сначала делаешь, потом думаешь! Окно, держась за живот, добавил: — Ну ты и влетел, я думал, ты сдурел, но не НАСТОЛЬКО! Агата поправила кофту, при этом не теряя спокойствия. Она облокотилась на стол и, глядя прямо на Айдэна, сказала мягко, но с опасной ноткой: — Значит так, герой. Я тебе дам три секунды, чтобы объяснить, кто тебе дал право трогать учителя. Айдэн отшатнулся, заметно побледнел: — Э-э... я... я думал вы... ну, просто староста... красивая, мол, вот и... Кваджик подхватил с насмешкой: — Староста, ага. Только староста по уничтожению идиотов. Окно добавил, шепотом: — Готовься, ща похороны будут... Агата вздохнула, налила себе кофе и, сделав глоток, спокойно произнесла: — Садись, Айдэн. Раз уж вернулся — посидишь, послушаешь. Только попробуй ещё раз прикоснуться к кому-нибудь без спроса — я из тебя сделаю наглядное пособие по ошибкам молодости. Класс загоготал, а Айдэн тихо опустился на свободное место рядом с Крисом. Тот сдерживая улыбку, шепнул: — Ну что, вернулся с эффектом, как всегда. Айдэн покосился на него и усмехнулся: — Лучше уж эффектно, чем никак. — Да уж, — вздохнул Кваджик. — Главное, чтоб жив остался после урока. Агата поставила чашку и стукнула ладонью по столу: — Так, герои приключений, все внимание сюда! Начинаем урок. И, Айдэн… — она кинула на него выразительный взгляд. — Без рук. После урока четвёрка вышла в коридор — Ну ты и зашкварился.. ХАХАХАХАХ Айдэн смутился — Если бы вы сразу сказали, такого бы не было! Кваджик буркнул — Это тебе ещё повезло, она тебя в пол силы опустила.. Если бы ты сделал что то хуже.. Ууу.. Мы бы не завидовали.. твои зубы литепи бы дальше школьных ворот.. Окно кивнул — Подтверждаю.. Кваджик вот один раз урок сорвал.. А чё там было.. ууу.. и Маты.. и угрозы.. Кваджик потом сидел и трясся.. Айдэн округлил глаза: — Да ладно, вы преувеличиваете… ну, женщина с характером — бывает! Крис хмыкнул, подперев подбородок рукой: — Женщина с характером — это если бы она просто кинула в тебя тетрадкой. А она, между прочим, работает в прокуратуре. Если бы захотела, ты бы сейчас не в коридоре стоял, а показания давал. Кваджик прыснул со смеху: — Представляю заголовок в газете: “Студент попытался взять учителя за грудь. Учитель — прокурор”. Окно добавил: — И под фото подпись: Айдэн, 17 лет, не дожил до выпускного. Айдэн схватился за голову: — Всё, хватит, блин, я понял! Сколько можно напоминать?! Крис, улыбаясь, хлопнул его по плечу: — Расслабься, мы просто рады, что ты вернулся. Без тебя тут скучно было. Кваджик хитро прищурился: — Да, теперь снова есть кому позориться на ровном месте. Окно засмеялся: — И нам будет что вспоминать на старости лет. Айдэн закатил глаза, но не выдержал и сам усмехнулся: — Ладно, ладно, смейтесь. Зато я вернулся эффектно. Крис: — Ага. Так эффектно, что теперь весь класс будет шептаться “тот самый Айдэн, который трогал Агату”. Кваджик кивнул с деланным уважением: — Легенда возродилась. Айдэн перевёл свою радость на серьёзность — Я не возврощаюсь в школу.. Я так, проведать.. Все тут же погрустнели — Та ну.. Нельзя так! Ты хоть день с нами проведи, а? Айдэн потёр затылок — Я бы с радостью, но коледж сами знаете.. Окно буркнул — Ну хотя бы ещё пять минут, броо.. Кваджик скрестил руки на груди и с укором посмотрел на Айдэна: — Да брось ты, брат, пять минут тебе мир не перевернут. Тем более, после такого возвращения ты просто обязан посидеть с нами — хоть в буфете, хоть на лавке. Крис добавил мягко: — Мы же не просим на неделю остаться. Просто… по-человечески. Поговорить, как раньше. Айдэн посмотрел на всех троих, вздохнул и чуть улыбнулся: — Вы, как всегда… давите на чувства. Ладно, чёрт с вами. Пять минут, — он поднял палец. — Только пять! Окно тут же просиял и схватил его за плечо: — Пять минут? Тогда пошли в буфет — там как раз пирожки горячие! Успеем и посидеть, и посмеяться. Кваджик добавил, смеясь: — Ага, и если повезёт — ты снова кого-нибудь случайно обнимешь. Айдэн закатил глаза: — Вот только не начинай! Крис усмехнулся и пошёл вперёд: — Пошли, пока Агата не заметила, что мы ещё не разошлись. А то решит, что мы тут революцию устроить собрались. Они четвером направились по коридору, мимо знакомых дверей и шумных классов, и на секунду всё будто стало, как раньше — те же друзья, те же шутки, тот же дух школы. В буфете они уже сидели и болтали — Да.. тут очень много поменялось после 9-того класса.. Учителя не те.. Хотя Агата довольно красивая. Заучь это вообще мама Криса.. Крис вон с аристократами живёт.. М-да... Кваджик улыбнулся — Всё бывает.. Главное что мы трое не меняемся. Окно выпел компот и сказал — Три дибила это сила, без мозгов зато красиво. Крис потёр затылок — А ты, Айдэн почаще залитай к нам! Айдэн усмехнулся, покачивая стакан с остатками компота: — Да уж… вас забудешь — самому скучно станет. В колледже всё как-то серо, без души. Там каждый за себя, никакого веселья, никакой движухи. Кваджик кивнул: — А у нас тут движуха — в крови. То маньяков ловим, то школу спасаем, то прокуроров раздражаем. Окно прыснул со смеху: — Ага, и всё это бесплатно! Даже без премий. Только моральные травмы в подарок. Крис улыбнулся, но взгляд у него стал немного грустнее: — Всё равно, это были хорошие времена… хоть и тяжёлые. После всех тех историй, всё как будто опустело. Айдэн на мгновение посерьёзнел: — Да… помню Алису, помню Тэвина. Помню, как мы думали, что это просто шутки и совпадения… а потом всё стало реальным. Кваджик тихо сказал: — После всего, что случилось — удивительно, что школа вообще осталась на плаву. Окно вздохнул: — Это потому что кто-то нас всё-таки вытянул. Агата и Арлекино. Они там кровь пролили, чтоб нас не вычеркнули. Айдэн кивнул: — Вот поэтому я и пришёл. Хотел увидеть, что всё ещё стоит. Что вы ещё вместе. Крис посмотрел на него тепло: — Стоим. И будем стоять. Потому что трое дебилов и один, который всё время влетает в неприятности, — это уже традиция. Айдэн засмеялся: — Традиция, говоришь? Ну ладно. Тогда, пожалуй, я всё-таки зайду ещё раз. Хотя бы просто посидеть с вами. Кваджик поднял стакан: — За дебилов, которые не сдаются. Окно стукнул своим: — За дружбу и школьные приключения! Крис добавил: — И чтоб следующий визит Айдэна не закончился допросом в прокуратуре. Все рассмеялись. После буфета они пошли в коридор — Ладно, лоботрясы, я поеду в колледж.. А вы, что бы к моему следующему приходу не пропали! Крис улыбнулся, хлопнув Айдэна по плечу: — Договорились. Только не теряйся, понял? Без тебя как-то слишком спокойно становится. Кваджик ухмыльнулся: — Да, мы тут без твоих цирков заскучали. Так что появляйся хоть раз в неделю — для профилактики хаоса. Окно добавил, поправляя рюкзак: — И заранее предупреждай, если снова решишь лапать учителей. Мы хотя бы камеру подготовим. Айдэн засмеялся и покачал головой: — Да пошли вы, уроды… Крис усмехнулся: — Это мы так по-дружески. Айдэн, уже отходя к выходу, обернулся: — Серьёзно, рад был вас увидеть. Даже не думал, что вот так просто вспомнится всё старое. Кваджик крикнул вслед: — Эй, когда будешь в городе — пиши! Может, снова вместе в бар сгоняем! Айдэн махнул рукой и, не оборачиваясь, ответил: — Если не отчислят — обязательно! Он скрылся за дверью, а троица ещё стояла, молча смотря ему вслед. Окно первым нарушил тишину: — Вот так всегда… только привыкнешь — и снова кто-то уходит. Крис тихо сказал: — Главное, что он живой и что у него всё нормально. Этого достаточно. Кваджик кивнул: — Да… но всё равно как-то пусто стало. Они зашли в класс, а там уже представляли новую одноклассницу — Знакомтесь, это Кармелитта. Теперь она ваша новая одноклассница. Относитесь к ней с уважением. Кармелитта выглядела как какая то аристократка с века 19 или 18. Фиолетовое платье, красивое. Сама она выглядит как какая то вайфу из геншина — Ух ты, это шо за красотка из виницианского времени? Окно буркнул — Сестра Криса? Может ты в свои годы занимаешься бизнесом, или может уже крутишь казик, или у тебя родаки в суде работают? Кваджик прыснул со смеху и легонько пихнул Окно в бок: — Тише ты, ещё не хватало, чтобы она подумала, что мы тут базар какой-то держим! Крис глянул на Кармелитту и чуть нахмурился — что-то в её облике показалось ему странно знакомым. Плавные движения, взгляд спокойный, но холодный… будто она знает гораздо больше, чем показывает. Кармелитта вежливо присела в лёгком реверансе: — Приятно познакомиться. Надеюсь, мы поладим. Её голос был мягкий, почти музыкальный, и на мгновение в классе повисла тишина. Даже Окно, привыкший комментировать всё подряд, не сразу нашёлся с ответом. Кваджик, нарушая неловкость, усмехнулся: — Ну, если поладим, то точно не поссоримся. Добро пожаловать в цирк под названием «наш класс». Кармелитта слегка улыбнулась — без издёвки, но с какой-то старинной вежливостью, будто не совсем понимала, что тут за публика. — Цирк, говорите?.. Тогда надеюсь, вы — добрые клоуны. Окно, не удержавшись, добавил: — Мы не клоуны, мы… акробаты жизни. Класс засмеялся. Крис же всё это время не сводил с неё взгляда. В её глазах — фиолетовых, как само платье, — было что-то не от мира сего. Учитель объявил: — Ну что ж, Кармелитта, можешь выбрать себе место. И она, будто невзначай, пошла и села… прямо за Крисом. Кваджик настороженно сказал — Она красивая но.. При взгляде на неё мне вспомнился Тэвин... У него взгляд был такой же.. его когда вязали он просто лыбу давил... Окно покачал головой — Забей, думаю просто совпадение.. Крис молча слушал их, но не сводил глаз с Кармелитты. Она сидела спокойно, почти неподвижно — будто не дышала. Свет из окна падал прямо на её фиолетовое платье, и ткань поблёскивала, как шелк под стеклом. — Совпадение, говоришь?.. — тихо повторил Крис, всё ещё не отводя взгляда. — А ты видел, как она вошла? Ни звука шагов. Как будто скользит. Кваджик скрестил руки: — Ага. И голос у неё... такой холодный, будто она всё время шепчет над гробом. Окно усмехнулся: — Да может, просто манеры у неё такие. Аристократка, ты ж сам сказал. Им свойственно делать всё "грациозно и пугающе". Крис хмыкнул, но не ответил. В этот момент Кармелитта медленно повернула голову и посмотрела прямо на них. Без тени эмоций. Просто… как будто оценила. — Что-то не так? — спросила она тихо, но отчётливо. Окно замер, чуть поперхнувшись. Кваджик кашлянул: — Да нет, всё нормально. Просто обсуждаем, кто тут у нас самый красивый. Кармелитта мягко улыбнулась, и почему-то эта улыбка не принесла тепла — наоборот, мурашки пробежали по спине. — Тогда вы очень... наблюдательные, — произнесла она. Крис почувствовал странное давление в груди — не страх, скорее ощущение, будто он кого-то уже знал, кого не должен был вспоминать. Он тихо пробормотал, почти себе под нос: — Кто ты, чёрт возьми?.. Начался урок Химии. На половине урока на руку Криса пришлась рука Кармелитты. — Крис, верно? А ты довольно красив.. Крис вздрогнул — будто кто-то капнул на кожу кислотой. Он медленно повернул голову, стараясь не показать удивления. — Эм… спасибо?.. — пробормотал он, стараясь отвести взгляд. Кармелитта чуть улыбнулась, склонив голову — плавно, без лишних движений, словно каждая её реакция была отрепетирована заранее. — Ты смущаешься. Это... мило. Не думала, что среди "обычных" найдутся такие. Крис нахмурился. — "Обычных"? Что ты имеешь в виду? Она ответила не сразу — будто обдумывала, стоит ли говорить. Потом тихо добавила: — Ничего. Просто… ты напоминаешь мне кое-кого. Он хотел было спросить, кого именно, но в этот момент учитель повернулся к классу: — Так, а вы там на последней парте! Может, хватит флиртовать во время лабораторной? Окно тут же прыснул от смеха, а Кваджик, не поднимая головы, прошептал: — Вот и началось… Кармелитта спокойно убрала руку, будто ничего и не было. Её глаза — фиолетовые, почти светящиеся при отражении ламп — ещё секунду смотрели на Криса. А потом она тихо сказала: — Извини, если напугала. Просто… мы с тобой скоро многое вспомним. Крис замер. — Что? Но она уже отвернулась и открыла тетрадь. После уроков, Кваджик и Окно начали шутить над Крисом — Официально, Кармелитта и Крис теперь вместе!!! Чё, как оно? Окно смеялся — Да не смущай ты его, он не может забыть её руку, наверное слишком нежная.. ХАХАХА Крис покраснел и резко встал из-за парты: — Да заткнитесь вы оба! Это просто случайность была! Кваджик хитро прищурился: — Случайность, говоришь? Ага… Случайно дотронулась, случайно флиртовала, случайно назвала тебя “красивым”. Ну-ну, Крис, расскажи это кому-нибудь, кто не видел твою рожу на химии. Окно подхватил: — Ага, глаза у него как у зайца под фарами! Я думал, сейчас упадёт в обморок прямо на пробирку. Крис вздохнул, взял рюкзак и направился к двери: — Всё, я пошёл домой. — Да ладно тебе, — Кваджик хлопнул его по плечу. — Мы ж прикалываемся. Просто ты нам теперь интригу устроил — кто она вообще? Слишком… не отсюда, понимаешь? Крис хотел ответить, но на парте заметил что-то. Маленький свернутый клочок бумаги с аккуратной фиолетовой лентой. Он развернул — и внизу, тонким почерком, прочёл: «Мы встретимся у старой оранжереи. После заката. Не опоздай. — К.» Крис побледнел. Окно, конечно, тут же заглянул ему через плечо: — Ооо, записочки пошли! Всё, парень, тебя точно поймали в сети любви! Кваджик усмехнулся, но в его взгляде мелькнуло что-то настороженное: — Старой оранжереи… Чего-то мне это не нравится. Крис выхватил бумагу у Окна — Сегодня в участке после уроков.. Бери с собой только Кваджика Окно возмутился — ЭЭЭ, Любовные интриги в ментуре и без меня? Не честно!! Крис тяжело выдохнул и спрятал записку в карман: — Это не интриги, Окно. Просто… что-то не так с этой Кармелиттой. Не знаю, но я это чувствую. Кваджик встал, сложив руки на груди: — Ну, если речь идёт о чём-то серьёзном — я с тобой. Но зачем именно в участок? — Хочу пробить её по базе, — спокойно ответил Крис. — Имя, место жительства, школа, всё, что найдётся. Окно округлил глаза: — Ага, а потом выяснится, что она дочь прокурора или сама агент Интерпола. И всё, пацаны — вы в бегах, а я с чипсами по телеку наблюдаю. Кваджик усмехнулся: — Зато весело будет. Крис уже шёл к двери: — После уроков, у черного входа. Не опаздывай. Окно закатил глаза и махнул рукой: — А я, значит, как всегда — сижу в стороне, пока вы вдвоём раскрываете заговор мирового уровня. Супер, просто супер. Он поднял тетрадь и, фыркнув, добавил: — Ладно, только если вас не будет к шести — я скажу Агате, что вы пошли нюхать реактивы в подвал. Кваджик усмехнулся: — Тогда у нас точно будет причина не возвращаться. Они пришли в участок.. Ткост поматерил их но пропустил, когда их оправдала Кармелитта.. Они шли по камерам.. и остановились в комнате переговоров с заключёнными.. стол, стулья а в комнате сидел.. Тэвин — Ты их всё таки привела.. Молодец, хорошая работа.. Ну, чего вы как не родные, садитесь.. поговорим.. Кваджик насторожился — Нам с тобой говорить нет смысла и повода... Тэвин улыбнулся — Ай ай ай... Весь в меня.. Хах.. Крис сел — Всмысле?.. Тэвин посмотрел на Криса — Ох.. если бы ты знал.. кто твой отец... Хмхм.. Кваджик сел и спросил — Так, давай по делу, мудила, у нас времени как кот наплакал.. Тэвин встал и сказал — Крис.. Как там у богатеньких живётся? Я слышал Арлекино заучем стала... Крис начал трястись — ОТКУДА ТЫ ЗНАЕШЬ?! Тэвин снова улыбнулся — А как ты думаешь.. кто твой отец?... У Арлекино нет супруга.. Но они все багаты... Она не разу тебе не говорила о твоём отце.. Знаешь почему? Да потому что я твой отец! У Криса словно ком в горле стал Кваджик вмешался — Всмысле..? И что значит "Ай ай ай весь в меня"? Тэвин ухмыльнулся, опершись руками о стол: — Ха… вот вы и докопались до сути, хоть сами того не хотели. "Весь в меня" — потому что ты, Крис, мой сын, кровь от крови, как ни крути. И в тебе течёт ровно то же безумие, что и во мне… только пока ты его не чувствуешь. Крис едва удерживал дыхание, глядя прямо в него. — Хватит нести чушь! Арлекино… она бы… — Она бы не стала говорить тебе, — спокойно перебил Тэвин. — Ей невыгодно. Ей нужно было, чтобы ты вырос "нормальным мальчиком", не зная, что в твоих жилах течёт моя кровь. Ха, ты ведь замечал, как иногда в тебе… будто просыпается что-то дикое? Как будто ты вот-вот не сдержишься и всё разнесёшь? Кваджик вскочил, прижав ладонь к столу: — Замолчи! Ты просто играешь на нервах! Я видел, что ты творил, когда тебя ловили — ты же животное! Тэвин посмотрел на него с холодной усмешкой: — А ты, Кваджик, зря лезешь туда, где не понимаешь сути. У Криса иная природа, и твои шуточки тут не помогут. Крис уже с трудом дышал, глядя в сторону. — Замолчи… ты врёшь… Тэвин тихо засмеялся, откинувшись на спинку стула: — Посмотри на себя, сынок. Ты даже злишься так же, как я. Арлекино пыталась из тебя вырастить святого, но кровь не обманешь… В этот момент дверь открылась — и в комнату резко вошла Кар­ме­лит­та. Она холодно посмотрела на всех, особенно на Криса, и сказала: — Время вышло. Но в её голосе было что-то… странно знакомое. Тэвин улыбнулся и на языке жестов передал ей "Ещё 5 минут" — А теперь к тебе Кваджик... Ты думаешь что Димор твой отец?.. Кваджик уже хотел закричать но спокойно промолчал — Димор не твой отец, Кваджик.. Твой отец это я... А вы с Крисом братья! просто от разных браков.. Какая забавная вещь, правда? Кваджик встал так резко, что стул отлетел к стене. — ЧТО ТЫ НЕСЁШЬ, УБЛЮДОК?! — голос у него дрожал, но не от страха — от бешенства. Тэвин даже не моргнул, глядя на него холодно, с лёгкой ухмылкой: — Хах… типичная реакция. Но если ты вспомнишь — мать тебе никогда не говорила, кто был твоим настоящим отцом, да? Только «он погиб»… старый, избитый сценарий. Кваджик опёрся на стол, сжав кулаки так, что побелели костяшки. — Ты врёшь... ты всё врёшь... — Хочешь правду? — Тэвин наклонился вперёд, глядя прямо в глаза. — У вас с Крисом одинаковая кровь. Посмотри, даже глаза — одна порода. То, как вы злитесь, как смотрите, когда пытаетесь скрыть слабость… Всё от меня. Крис ошарашенно глядел то на Тэвина, то на Кваджика. — Нет... нет... Это невозможно... Тэвин усмехнулся, чуть приподняв руки в цепях. — Возможное — то, что вы оба здесь. Судьба сама свела братьев. Один вырос под присмотром Арлекино, другой — на улицах. Один — с "высшими", другой — с грязью. Но оба мои. Кваджик едва сдерживал себя, его голос сорвался: — Если ты ещё хоть слово скажешь... я перережу тебе глотку прямо через решётку! Тэвин спокойно откинулся назад: — Вот оно, моё наследие. Ха... вот почему я вас так люблю. Кар­ме­лит­та вмешалась, подняв руку: — Всё. Время истекло. Я сказала — выйти! Тэвин, не отрывая взгляда от Криса, прошептал: — Береги его, Кармелитта. Им скоро придётся вспомнить, кто они есть. Они вышли, и дверь громко захлопнулась. В коридоре стояла мёртвая тишина. Они вышли с участка, а с ними и Кармелитта — СУКА! ЧТО ЗНАЧИТ ЧТО МЫ ЕГО ДЕТИ?! ПОЧЕМУ?! СУКА, ПОЧЕМУ?!?!??!!?!!! Кваджик дрожал — Теперь мне жить не хочется.. зная что этот мудак мой отец... Крис кивнул — Он мой отец.. и НА МОИХ ЖЕ ГЛАЗАХ ОН УБИЛ АЛИСУ, ОН МЕНЯ ЖЕ УКРАЛ В ПОДВАЛ! СУКА, ДА НЕ МОЖЕТ ТАКОГО БЫТЬ! Кармелитта обняла Криса и Кваджика — Вам стоило это знать.. Крис дал ей по лицу — ТЫ МОГЛА НАС НЕ ПРИВОДИТЬ!!? ЕСЛИ ТЫ ЭТО ЗНАЛА, ТО ПОЧЕМУ СРАЗУ НЕ СКАЗАЛА?! Кармелитта лишь отряхнулась и сказала — А вы бы меня послушали?.. Вы бы сказала что я брежу! Тем более я такого же возроста как и вы. Вы бы спёрли что я просто шизанулась.. Вы же оба слышать не умеете. Крис стоял, тяжело дыша. Глаза налились слезами и злостью. Воздух будто стал плотным. — Мы не должны были туда идти… — прохрипел он, — мы вообще не должны были его видеть! Кваджик ударил кулаком по ближайшей стене, кровь выступила на костяшках. — Вот оно, блядь! Вот почему он улыбался, когда мы его вязали! Потому что знал, что мы — его! Сука... Он сполз по стене и сел на тротуар. — Мать… всё это время… знала?.. Крис сжал голову руками: — Она… никогда не говорила о нём. Только «он ушёл, когда ты был маленький»… — голос дрогнул, — но теперь я понимаю — не ушёл, а сидел в тюрьме! Кармелитта встала чуть поодаль, скрестив руки. На лице ни капли эмоций, только лёгкий холод. — Вам это нужно было услышать. Чем дольше бы вы жили в неведении — тем больнее было бы потом. Кваджик зло поднял взгляд: — Да пошла ты со своей философией! Ты не понимаешь, каково это — узнать, что твой отец — убийца, который притащил твоего брата в подвал! Кармелитта тихо сказала: — Я понимаю больше, чем кажется. Мой отец… тоже не святой. Крис посмотрел на неё с ненавистью, но голос был тихим, надломленным: — Уйди… просто уйди, Кармелитта. Она ничего не ответила, просто отошла в сторону и растворилась в вечернем тумане улицы. Кваджик медленно поднялся, пошатываясь. — Крис… если он реально наш отец… что теперь? Крис выдохнул, глядя в небо: — Тогда мы — его ошибка. Пауза. — Но мы её исправим. Прийдя домой, Крис насторожено сказал — Он ушёл когда ты был маленький.. АГА, в итоге ушёл в другую семью и наплодил тебя потом ушёл с твоей семьи и начал заниматся подпольем и чёрными делами.. КЛАССНО ОН УШЁЛ! не верю что мой отец это ублюдок который похищал детей, продавал наркоту в школе и был связан с сектой Мисс цыркуль и её последователями! Они вышли в коридор. Шум класса затих за дверью, и теперь слышно было только гул ламп и шаги где-то вдали. Арлекино посмотрела на Криса — взгляд твёрдый, но в нём чувствовалась тревога. — Ты был у него… да? — тихо спросила она. Крис не ответил сразу. Губы дрожали, кулаки сжаты. — Откуда ты… знаешь? — Кармелитта позвонила. Сказала, что вы были в участке. Он взорвался: — А она тебе не сказала, что он сказал?! Что он — мой отец?! Что он — отец и Кваджика?! Что ты всё это время мне врала?! Арлекино на секунду замерла, потом глубоко вздохнула. — Я не врала. Я просто… не смогла. Крис сделал шаг вперёд: — Не смогла?! Он убивал людей! Он вёл чёрные дела! Он сектант, мать! А ты — молчала?! Арлекино отвернулась, её голос задрожал, но оставался собранным: — Ты был ребёнком. Если бы ты знал тогда — ты бы возненавидел весь мир. Я хотела, чтобы ты хотя бы часть жизни прожил спокойно… хоть немного. Крис отступил, тяжело дыша. — Значит, это правда… Он мой отец. Арлекино тихо кивнула. — Был. Но не теперь. Ты — не его продолжение. Ты — мой сын. Крис опустил глаза. — Почему ты не сказала правду раньше?.. — Потому что надеялась, что он останется там навсегда, — её голос дрогнул, — но, видимо, прошлое всё равно находит нас, как бы мы ни прятались. Крис долго стоял, молча глядя в пол. Потом тихо сказал: — Я не знаю, смогу ли когда-нибудь простить тебя… — И не нужно, — прошептала она, — просто не повторяй его путь. Крис ушёл в класс.. Он последний раз посмотрел на Арлекино.. он смотрел на неё с сожалением и обидой.. а ещё и с призрением... А затем зашёл.. Кваджик уже во всю болтал Окну о произошедшем.. — …и вот, прикинь, он заявляет — “Я ваш отец!” Я думал, сейчас встану и вмазать ему, — говорил Кваджик, размахивая руками. — А Крис аж побледнел, как мел. Окно чуть не поперхнулся соком: — Стой… Тэвин? Тот самый псих из подвала? Твой отец? Кваджик скривился: — Не напоминай. У меня теперь кризис идентичности. В этот момент дверь скрипнула — Крис вошёл. Тишина сразу накрыла класс. Он прошёл мимо них, даже не посмотрев, и сел за парту. Окно шепнул: — Он будто… сломался. Кваджик нахмурился и тихо сказал: — Я знаю. Он только что с матерью говорил. — И как она? — спросил Окно, понижая голос. — Подтвердила всё, — ответил Кваджик, опуская глаза. — Он теперь знает, что всё, во что верил, — ложь. В классе царила неловкая тишина. Окно покосился на Криса, потом на Кваджика: — Может, поговоришь с ним? — Не сейчас, — буркнул Кваджик. — Пусть остынет. Кармелитта вошла в класс, села позади и посмотрела на троицу. Её взгляд был странный — будто она знала, что дальше будет только хуже. Кваджик буркнул — А теперь мне не хочется видеть Димора.. А ЕСЛИ И ОН ВСЁ ЗНАЛ.. Я наверное на улице лучше жить буду, чем с ним... Окно похлопал его по плечу — Слава богу у меня таких проблем нет, крипись... Кваджик сорвал его руку с плеча — Нет, Окно, щас серьёзно, твоё крипись - до одной жопы! Крис сидел.. а потом вышел а потом сидел в роздивалке.. — СУКА.. Он начал плакать... И к нему зашла Агата — Эй, а ты чего тут сидишь..? И что с лицом? Крис молчал.. Агата подошла ближе, присела рядом, глядя на него снизу вверх — в глазах тревога и мягкость, которой она редко пользовалась. — Крис… — тихо сказала она, — ты ведь не просто так тут сидишь. Крис выдохнул, голос дрожал, но злость пробивалась сквозь каждое слово: — Почему вы все… молчали?.. Почему мне никто… ничего не сказал?! Агата нахмурилась. — О чём ты?.. Крис сжал кулаки. — О нём! О ТЭВИНЕ! О том, что он — мой отец! Что мать всё знала, а ты — тоже! Агата замерла. Пару секунд она просто смотрела в пол, будто решая, стоит ли вообще говорить правду. Потом, тяжело выдохнув, произнесла: — Да, я знала. Но не всё. Я знала только то, что он когда-то был рядом с вашей семьёй. Арлекино не хотела, чтобы ты узнал. Крис вскинул голову: — А ты?! Ты тоже решила промолчать?! — Потому что я не хотела ломать тебе жизнь, Крис! — сказала она громче, чем хотела. — Ты только начал выбираться из всего этого дерьма! После подвала, после Алисы… Ты снова стал улыбаться. Я не могла снова тащить тебя в то, из чего мы тебя еле вытащили! Крис сжал кулаки так, что костяшки побелели. — Лучше бы вы тогда не вытаскивали. Агата чуть отпрянула. — Не говори так… — Почему нет?! — он вскочил. — Всё, что вокруг — ложь! Школа, мать, прошлое… Всё! Я живу в семье убийцы, а вы делали вид, что всё нормально! Он ударил по металлическому шкафчику. Эхо прокатилось по раздевалке. Агата встала и просто обняла его, даже когда он пытался оттолкнуть. — Хочешь — кричи, бей, ненавидь. Но не закрывайся. Не превращайся в него. Крис дрожал, но не вырывался. Он тихо сказал: — Я… не знаю, кто я теперь. Агата положила руку ему на затылок. — Ты — Крис. Этого достаточно. — А ещё он так лыбу давил.. будто на зло сделать хотел!.. Я.. СУКА! ИДИТЕ ВЫ ВСЕ В ЖОПУ! ЧТО ТЫ ЧТО АРЛЕКИНО!.. ВЫ ОБЕ МНЕ ЛГАЛИ!.. ВЫ МЕНЯ ОБМАНЫВАЛИ!! В ЖОПУ ВАС! Он вышел с роздивалки и покинул школу.. и ходил олядывая город... — Почему.. Не хочу я так... Не хочу.. ВИДЕТЬ НИКОГО НЕ ХОЧУ! В жопу всех.. в жопу Окна, в жопу Кваджика.. В жопу всех!! Меня обманули! Он сел в какой то подворотне и рыдал.. Крис сидел в подворотне, губы перекошены, глаза горели от слёз. Ночь вокруг казалась чужой — фонари и окна домов будто смотрели мимо него. Он повторял вслух те же слова, что сорвал с себя в школе: «в жопу всех», «меня обманули», — и эти слова давили так, будто самим воздухом наполнялась боль. Вдруг где-то рядом послышались тихие шаги. Он не хотел ни с кем говорить, но шаги приблизились — и голос, который он знал по тону, мягче, чем обычно, произнёс его имя: — Крис… Это была Агата. Она стояла в тени, без громких жестов, в руках — плащ, который она почти не сняла. Не упрёков, не обвинений — только холодное ночное небо и её спокойный взгляд. Он повернул голову, выдавил сквозь рыдания: — Уходи. Я не хочу слышать. Я больше не хочу, чтобы вы лгали мне. Агата присела рядом, но держалась на расстоянии, как будто давала ему простыню пространства. Никаких «я знала» в её голосе — только одно, честное и тяжёлое: — Я знала не всё. Я знала больше, чем могла сказать. И я оберегала тебя, потому что знала, что правда может сломать тебя раньше времени. Крис резче, почти шепотом: — Ты прикрывала его. Ты прикрывала того, кто убил Алису! Ты прикрывала Тэвина! Агата тихо: — Я прикрывала вас от того, чтобы прошлое не стало вашим будущим. Я думала — если ты подрастёшь, если ты станешь другим человеком, то у тебя будет шанс жить. Я ошибалась? Быть может. Но я не хотела снова терять тебя. Он яростно отшвырнул голову назад, закрыв лицо ладонью. Сердце разрывалось между ненавистью и тем, что ещё цепляло — воспоминания о доме, о её редкой мягкости. — Ты бы тогда просто сказала! — выдавил он. — Сказала бы — и всё! Я бы знал, я бы подготовился! Агата вздохнула, и в этом вздохе было столько усталости, что Крис невольно усмехнулся сквозь слёзы: — Я не захотела лишнего веса на твоих плечах раньше времени. Но теперь — достаточно. Я не буду больше держать это от тебя. Мы сделаем так: я расскажу всё, что знаю, как есть. И если хочешь — мы сделаем тест. Если хочешь — я помогу разоблачить Тэвина так, чтобы он не смог вернуться к вам. Но ты не сможешь делать это один, и ты не должен превращаться в него. Он задрожал, потому что в словах Агаты прозвучало не «поверья», а план. И где-то в груди смутно зародилось нечто похожее на опору. — Я не хочу быть им, — прошептал он. — Я не хочу. Агата кивнула, и впервые за вечер голос её был не суров, а простой: — Тогда не будь. Позволь нам быть с тобой честными. Встань, и пойди домой. Пусть мать увидит, что с тобой. Завтра мы начнём выяснять правду — по шагам. Я буду рядом. Ты не один, даже если сейчас так кажется. Он не сразу встал. Долго смотрел на мокрый асфальт, на отблески фар. Потом медленно поднялся. Руки ещё дрожали, но шаги стали тверже. Ночь не исчезла, но где-то рядом загорелся маленький, человеческий огонёк — обещание не сгореть в ответ на зло. В это время Кваджик пришёл домой к Димору — Ну привет... "Отец" Чё, как тебе, классно было строить илюзию того что я твой сын? А? Димор сидел за кухонным столом, на котором догорала сигарета в пепельнице. Он поднял глаза на Кваджика — и на секунду в его взгляде промелькнуло что-то похожее на боль, но тут же исчезло под привычной маской спокойствия. — Значит, уже узнал, — тихо сказал он. — Быстро дошло. Кваджик засмеялся — горько, нервно. — "Быстро дошло"? Да ты, сука, хоть понимаешь, что я узнал?! Я всю жизнь думал, что ты просто строгий, немного ебанутый, но хотя бы честный! А теперь выходит — я даже не твой сын! Димор выдохнул, встал и подошёл ближе. — Я не строил иллюзий. Я растил тебя, как мог. Ты был мне как сын, даже если не по крови. — Как сын? — Кваджик ударил кулаком по столу. — Я тебе был просто проектом! Ты играл со мной, как с куклой! Всё знал, но молчал! Димор опёрся ладонями о край стола, глядя в пол. — Я знал не всё. Когда я тебя нашёл, у тебя не было никого. Ты был избит, потерян, в больнице сказали — шок, амнезия. Документов не было, только медальон с буквами «К. М.»... Я думал, это твой знак, твоя память. Кваджик сжал зубы, но в глазах мелькнула тень сомнения. — И ты решил просто... взять и назвать меня сыном? — Я решил, что лучше дать тебе семью, чем оставить никем, — устало ответил Димор. — Потом, когда начал копать, узнал, чьи вы дети. Да, я знал, что вы связаны с Тэвином, но не хотел, чтобы вы жили с этим клеймом. Кваджик отвернулся, упёршись взглядом в стену. — А сказать мне? А предупредить? — Ты бы поверил? — спросил Димор. — Ты бы не сбежал тогда, думая, что я просто манипулирую тобой? Тишина. Только слабый гул холодильника. Кваджик стоял, сжимая кулаки, и наконец выдавил: — Я не знаю. Но теперь я не могу тебе верить вообще. Димор кивнул, будто ожидал этих слов. — Имеешь право. Но одно я скажу: я всё равно твой отец. Не по документам, не по крови — а потому что ты мой выбор. И если ты решишь уйти, я не буду держать. Только знай — если тебе понадобится правда, вся, без прикрас… я покажу тебе папку, которую держу под замком. Кваджик резко обернулся. — Какую папку? Димор молча достал ключ из кармана и положил на стол. — Верхний ящик, под старым журналом. Там всё. И про тебя, и про Криса. Повисло тяжёлое молчание. Кваджик подошёл, забрал ключ, долго смотрел на него — а потом просто прошептал: — Если хоть одно слово там ложь… я клянусь, я сожгу этот дом к чертям. Он направился к коридору, не оглядываясь. Димор только тихо произнёс вслед: — Главное — не сожги себя, сын.