Гибрид Майя

Металлические стены лаборатории блестят под холодным светом. Воздух пахнет железом, антисептиком и… страхом. Не моим. Их. Люди за стеклом смотрят, не отрываясь, как я поднимаюсь на дрожащих лапах. Мышцы — чужие. Хвост тяжёл, балансировать трудно. Когти скребут по полу, издавая режущий слух звук. Я делаю шаг — и мгновенно понимаю, насколько сильна. Каждое движение отдаётся в воздухе волной, будто я часть этой лаборатории, её хищное сердце. Но сердце моё бьётся слишком быстро. Слишком по-человечески. За стеклом двигается знакомый мужчина — тот, что назвал меня «Майя». Он говорит с другими. — Она проявляет необычные реакции. Задержка агрессии. Наблюдается… внимание к людям. Почти осознанное. — Это побочный эффект, — отвечает другой, раздражённый. — Вы добавили слишком много ДНК велоцираптора. Слишком высокий уровень когнитивных способностей. Слишком высокий уровень... Они говорят обо мне, как о машине. О проекте. О неудаче. Но я слышу всё. И чувствую нечто за пределами стекла. Тепло. Движение. Она. Другой инкубатор открыт. Белоснежное тело извивается в свете ламп. Кожа блестит, глаза — как осколки льда. Индоминус. Она смотрит прямо на меня. Не как зверь — как хищник, видящий соперника. Наши взгляды встречаются, и мир будто замирает. Её рык пробирает до костей — глухой, низкий, древний. Но я понимаю слова, спрятанные за звуком: — Ты не из нас. Моё тело напрягается. Когти впиваются в пол. Хвост дрожит. — Я… такая же, как ты, — шепчу я мысленно. Но она слышит. И отвечает. — Ложь. В тебе пахнет человеком. Сквозь стены лаборатории доносятся возгласы учёных — они что-то замечают на мониторах, мои показатели скачут. Сердце бьётся слишком быстро. Я чувствую, как животный инстинкт берёт верх. Желание напасть, укусить, доказать, что я сильнее. Но внутри голос — тихий, человеческий — тянет назад: не надо… ты не монстр. И тогда происходит нечто странное. Индоминус наклоняет голову, наблюдая. Секунда тишины. Она делает шаг — и вдруг ударяет хвостом по стеклу между нами. Трещина. Паутина по всему наблюдательному окну. Учёные кричат. Сигнал тревоги. Я отшатываюсь, но в голове звучит её шипящий смех: — Посмотрим, кто выживет первой. Стекло разлетается на куски. Сирены, красный свет, запах крови. И впервые я ощущаю вкус свободы — горький, опасный и настоящий.