Where the wild roses grow

Утро перед дорогой прошло в тягостном молчании. Фран и Айзек оба отказались от завтрака и теперь собирали свои, разбросанные по всему дому вещи, пытаясь сосредоточиться на текущих действиях и не думать о том, что произошло вчера. Рик Найт, приехавший за детьми, изменил своему правилу и пил кофе на кухне Эдит в ожидании того, когда два сложенных чемодана окажутся в багажнике джипа. Бабушка крепко обняла каждого из них. Погладила по голове Фран. Шепнула на ухо Айзеку: — Все будет хорошо. Он вздрогнул. Его передернуло от мысли, что она каким-то образом уже знает. Но прямо спросить Айзек не решился. И подумал, что это нервы играют с ним злую шутку, и бабушка говорила про школу или отношения с отцом. Сова прилетела их проводить. В машине Франсуаза только коротко сжала пальцы брата и отстранилась, глядя в окно. Отец гнал машину вперед, чтобы успеть до пробок, и Айзек сосредоточился на том, чтобы контролировать ситуацию и в случае чего предотвратить возможную аварию. Когда машина пересекла границу штата, ему стало немного спокойнее. Рик дослушал спортивную трансляцию по радио, убрал звук и спросил: — Ну что, как прошли каникулы? Франсуаза наклонилась к передним сидениям и принялась рассказывать цензурированную версию прошедшего лета. Айзек смотрел на нее и вспоминал прошлую ночь. То, как без колебаний и сомнений Фран встала на его сторону, как испачкала свои руки в крови ради него. Вчера он был в ужасе от этого, сегодня это наполняло его странной гордостью. И желанием. Тогда, во дворе дома с розовым садом, за секунду до того, как Фран обернулась Хайдом, он бросил на нее быстрый взгляд. Обнаженная, залитая лунным светом, она показалась ему самым прекрасным, самым восхитительным созданием на свете. Айзек поерзал, отвернулся к окну. Выдохнул, пытаясь успокоиться. Фран во всем вчера была смелее его. Но он не знал, был ли тот поцелуй продиктован подлинным желанием или сестра просто пожалела его и поддалась минутной слабости. Ему бы хотелось думать, что слова Лоис, сказанные за минуту до своей смерти, были правдой. Франсуаза тем временем, чтобы не злить Найта-старшего своим чрезмерным интересом к жизни нормисов, рассказывала о своих занятиях с бабушкой и о том, как ей не терпится отправиться в Невермор. Когда они добрались до дома, Айзек почувствовал облегчение. Было глупо думать, что они совсем ускользнули из лап копов, но вдали от Аппалачей он чувствовал себя куда уверенней. Их отец, конечно, сволочь, но он не даст в обиду ни его, ни Фран. Мама встретила их поцелуями и обедом. Айзеку по-прежнему кусок в горло не лез, но он заставил себя съесть половину того, что было на тарелке, отчего его желудок, казалось, свернулся в тугой клубок. Фран же, полюбившая за прошедшее лето мясо, моментально прикончила стейк с картошкой и попросила добавки. Айзек отказался от своей порции десерта в ее пользу, и пораньше вышел из-за стола, сославшись на усталость после дороги. В своей комнате он вытряхнул на пол содержимое чемодана, отнес грязную одежду в стирку. Он гадал, что сейчас происходит в горах, нашли ли уже тело Лоис, и когда в их доме раздастся звонок из полиции. Айзек слышал, как Фран отпросилась у родителей навестить подружек, и его сердце сбилось с ровного ритма. Она все-таки избегала его. Он ушел в лабораторию, провел пальцем по поверхностям, собирая пыль. В его отсутствие сюда никто не совался. Айзек поставил альбом «Disintegration» любимой группы The Cure, и устроился на кресле, мысленно представляя под собой электрический стул. Драма, которая при этом разворачивалась в его голове, не имела никакого отношения к Лоис. Айзек думал о себе, своем загубленном будущем и Фран, от которой должен был любой ценой отвести подозрения. Вскоре и эти мысли были вытеснены воспоминанием о их с Франсуазой поцелуе, и он подумал, что весь опыт, полученный с Лоис, и близко не стоял с теми ощущениями, что он испытал от одного прикосновения к губам Фран. Сестра вернулась от подружек вечером. Он слышал ее шаги на лестнице. Выждав десять минут, Айзек решился зайти и поговорить с ней. — Можно к тебе? — постучался он в плотно закрытую дверь. — Заходи, — ответила Фран. На полу, стульях и кровати валялось все содержимое ее шкафов. Кажется, она выбирала, что стоит взять с собой в Невермор. — Как ты? — Спросил Айзек, вкладывая в простой вопрос тот смысл, который был понятен только им двоим. — Кажется, лучше чем ты, — ответила Фран, бросая на него оценивающий взгляд. — Пытаюсь себя занять, как видишь. — Мне не хватало тебя сегодня. Не получается перестать думать о том, что случилось. И о плохом, и о хорошем, — он протянул руку и погладил ее по щеке. Франсуаза коротко выдохнула и посмотрела на него так, как он помнил. — Мне это не приснилось, — прошептал Айзек, скользнул пальцами по тыльной стороне ее шеи и притянул Фран для поцелуя. Ее губы раскрылись, приглашая язык Айзека внутрь, а руки обвили его талию. Накатило было чувство нереальности происходящего, но легкий укус привел его в чувство. Айзек подтолкнул Фран к кровати, и она плавно опустилась на постель, прямо на разбросанные блузки и юбки, увлекая его за собой. Айзек навис над ней, опираясь на согнутый локоть. В полумраке его бездонные глаза казались абсолютно чёрными. — Как далеко ты готова зайти? — в его сознании снова мелькнула ее обнаженная фигура в свете луны. — Я не знаю, — прошептала Фран. Она смотрела на него, как завороженная. Айзек снова поцеловал ее, попутно забираясь рукой под футболку и мягко сжимая ее грудь. Франсуазе оставалось только надеяться, что поцелуи Айзека не оставят следов, когда он перешел к ее шее и груди. Она не могла попросить его остановиться, стоило приоткрыть рот, и из него вырывались стоны, которые могли услышать родители. Поцелуи спускались по ее животу все ниже и ниже. Айзек задрал ей юбку, сдвинул в сторону ее пропитанные возбуждением трусики и шумно вздохнул, обнаружив полное отсутствие волос. — Я в журнале такое видела, — непонятно зачем попыталась оправдаться Фран. Айзек стянул с нее белье, и Фран в предвкушении задержала дыхание. Он согнул в коленях ее ставшие безвольными ноги, и его рот прижался к ее складочкам. Франсуаза не смогла сдержать громкий вздох, и Айзеку пришлось поднять руку и протолкнуть пару пальцев между ее губами. Она с готовностью прикусила их и закрыла глаза, пока его язык то пробирался глубже внутрь, то поднимался к самой чувствительной точке ее тела. Айзек добавил пальцы и согнул их внутри нее так, что ее тело прогнулось и затряслось мелкой дрожью. Он не отпускал, пока она не расслабилась полностью. Потом медленно отстранился. Глядя в лицо Франсуазы, Айзек облизал губы, и ей стало жарко от того, насколько непристойно и горячо он выглядел в этот момент. Она смущенно спросила: — А как же ты? — Не хочу тебя торопить, — он поцеловал ее в правую коленку, — я сам справлюсь. Франсуаза благодарно кивнула. Эмоций и впечатлений на сегодня ей хватило с головой. Айзек пошел к выходу и обнаружил, что все это время дверь в комнату Фран была чуть приоткрыта. *** Звонок, которого ждали и которого опасались Фран и Айзек, раздался следующим утром. Необходимости ехать назад не было, Управление шерифа Ромни сделало запрос коллегам в Филадельфии. Младших Найтов с одним из родителей в качестве законного представителя вызвали поговорить о Лоис в ближайший к их дому полицейский участок. — Кто эта Лоис? — спросил отец, когда положил трубку. По телефону истинную причину вызова им не озвучили, поэтому Айзеку пришлось изобразить замешательство вместо ужаса. — Девчонка из местных, — Айзек помолчал, потом добавил, понимая, что правда все равно выйдет наружу, — Я ходил с ней на пару свиданий. Рик Найт недобро прищурился, но экзекуцию, очевидно, решил отложить на вечер. В ожидании визита в участок Айзек нервно вышагивал по гостиной, Франсуаза сидела на диване и делала вид, что читает, но на деле едва разбирала слова и забывала переворачивать страницы. Мать, разволновавшись от одного факта, что детей вызывают в полицию, выпила успокоительное и механически занималась домашними делами. — Я помогу тебе со стиркой, — сказала ей Фран, когда та спросила, все ли грязные вещи они сложили в корзину для белья. — Я тоже, — отозвался Айзек. Закрыв дверь в тесную прачечную, сестра бросилась ему на шею. — Мне страшно за тебя! — Это просто разговор, — Айзек крепко прижал ее к себе, — Если мы будем сохранять спокойствие и следовать нашей версии, все будет хорошо. Они шепотом проговорили все, чего решили придерживаться. Айзек был в тот вечер с Лоис, они расстались, но мирно. Он предложил ее подвезти, но она сказала, что пойдет через лес. Он не удивился, все знали, что в лесу Лоис чувствует себя как дома. Айзек заехал за сестрой к дому Талиты, и после оба вернулись в дом бабушки. Айзек коротко поцеловал Фран в губы, повторил, что все будет хорошо и они занялись сортировкой белья на цветное и белое. Несмотря на слова, которые он сказал Франсуазе, Айзек волновался. Время от времени на него все-таки накатывало чувство вины, а еще — неотвратимости злого рока. Отец отвез их в участок, заполнил необходимые документы. Когда им сказали, что тело Лоис обнаружили в лесу, Франсуаза так искренне заплакала, что Айзек не смог решить, игра это или нет. Ее первой увели на опрос. Пока Фран сбивчиво, то и дело хлюпая носом, рассказывала о том, как они познакомились с Лоис, у Айзека сняли отпечатки пальцев. Потом пришла его очередь. Он сел рядом с отцом, на стул, который еще хранил тепло тела Фран. Детектив, пожилой уже мужчина, перевернул страницу блокнота, нажал на кнопку диктофона, и спросил у Айзека, где он был вечером накануне своего отъезда из бабушкиного дома. — Я был в доме с розовым садом. С Лоис. У нас было… — он бросил взгляд на отца. — Прощальное свидание, так сказать. Он не пытался скрыть, что нервничает. Ему казалось, это вполне нормальная реакция, когда узнаешь, что девушка, с которой ты встречался, погибла при невыясненных обстоятельствах. Айзек признал, что они немного выпили и поговорили. Сказал, что ему было обидно, когда Лоис сказала, что не собиралась ни звонить ему, ни тем более ждать. — Разговаривать после этого нам было не о чем, и я засобирался домой. Предложил ее подвезти, но она сказала, что пойдет через лес. — Одна, ночью? — Лоис знает… знала, — поправился Айзек и отхлебнул воды из пластикового стаканчика. — Она знала эти места как свои пять пальцев, и ничего не боялась ни днем, ни ночью. «Она знала, что умрет не в лесу», — мысленно добавил он. Айзек вышел из кабинета измученный. Им с отцом сказали, что он может ехать в школу, если будет необходимость, с ним свяжутся. На пути домой домой отец напряженно молчал. Ничего хорошего это не предвещало. — Айрис, прекрати плакать, — Рик терпеть не мог женских слез. — Возьми Франсуазу и съездите за покупками к школе, — сказал он за обедом. Впрочем, было понятно, что это не предложение, а ультиматум. — Я тоже поеду, — Айзеку хотелось поскорее сбежать из-за стола. — Сначала выясним, куда именно тебе стоит собираться. В школу или тюрьму, — сказал отец и неприятно улыбнулся. «Дом, милый дом», — невесело подумал Айзек. Он ушел в лабораторию, как только доел. Неизбежный разговор с отцом пугал куда больше, чем допрос в полицейском участке. Визит старшего Найта не заставил себя долго ждать. — Айзек, мне нужна правда. Ты причастен к смерти этой девчонки? — спросил он, внешне абсолютно спокойный. — Все было так, как я рассказал детективу, — ответил Айзек, сумев придать голосу твердости. Рик обошел небольшое помещение, посмотрел на аппаратуру и будущий компьютер. — Знаешь, я тоже попадал в неприятности в твоем возрасте. Спрошу еще раз. Ты имеешь к этому отношение? Айзек упрямо покачал головой. — Ладно, — кивнул отец, лицо его было бесстрастным. — Знаешь, сын, в последние годы мы потеряли контакт. Думаю, пришла пора уделить больше внимания твоему обучению. Айзек попытался вспомнить, когда именно у них был «контакт», но перебивать не стал. — Это хорошо, что ты стал сильнее. Ты прекрасно обращаешься со своим даром, когда речь идет о технике. Но с людьми надо действовать тоньше. Если ты будешь применять силу да Винчи в пылу гнева, то добьешься только того, что вокруг тебя начнут летать предметы. Ты покалечишь или себя, или кого-то еще. И это ни на шаг не приблизит тебя к нужному результату. — Я не такой как ты, — прошипел Айзек. Он стоял спиной к верстаку и крепко держался ладонями за его края. Рик слегка улыбнулся, отошел к противоположной стене. — Не нравится то, что я говорю — попробуй заставить меня замолчать. Айзек резко выкинул вперед правую руку и направил ее в сторону отца. Но тот был быстрее, и возле глаза младшего Найта в ту же секунду оказался острый металлический стержень. Айзеку удалось развернуть его и направить обратно, но он пропустил момент, когда в него полетели стеклянные колбы и пробирки. Он увернулся, осколки слегка задели лицо и левую руку. Боль заставила его отвлечься, и сила Найта-старшего обхватила металлическое сердце, угрожая смять тонкий механизм. — Вместо того, чтобы просто направлять в кого-то поток неконтролируемой энергии, подумай, где их слабое место. Твое слишком очевидно. Хватка ослабла, и Айзек сполз на пол, хватая ртом воздух. — Найди меня, когда созреешь до серьезного разговора о твоих способностях, — как ни в чем ни бывало сказал Рик на выходе из лаборатории. — Спасибо за урок, — ядовито прошептал Айзек и облизал пересохшие губы. Айрис и Фран вернулись с кучей пакетов, в которых было несколько новых вещей и для Айзека. Она бегом поднялась по лестнице в его спальню. — Посмотри, что мы тебе купили! — ее радостный голосок затих, когда она увидела свежие порезы на его лице. — Тебе влетело от него, — сказала Фран и добавила с мрачным видом, — Знаешь, я могла бы обратиться и отплатить ему за все. — Он этого не стоит, — Айзек притянул ее в объятия. — И потом, мы скоро уедем, — в последнем он не был уверен до конца, но хотел успокоить Фран. Она обвила руками его талию, уткнулась лицом в грудь и пообещала: — Я приду к тебе, когда все уснут.