Вакцина для сердца

Оливер проснулся один. Пустота рядом с ним кричала о недавнем присутствии другого тела, но сейчас постель уже давно остыла, словно никого и не было. Жалюзи были плотно закрыты, не давая возможности понять сколько сейчас времени. Его брови тут же нахмурились. Он сел, вглядываясь в полумрак. Осмотрел комнату — всё на своих местах, вещи аккуратно сложены на стуле. Затем он заглянул в ванную , надеясь увидеть Майкла, но и там было пусто. Не было ни следа его присутствия. Обида захлестнула его с головой. Он чувствовал себя обманутым, использованным. Будто Майкл получил то, чего хотел, не желая ничего давать взамен. Будто он был для него лишь мимолетной прихотью, удовлетворив которую, можно забыть о нём. В горле пересохло, а губы предательски дрогнули. Он почувствовал, как уголки глаз покраснели, однако слез не было. Он не понимал, почему Майкл так поступил. Почему просто не остался рядом? Не обнял, не сказал доброе утро? Неужели он настолько ему безразличен, что тот даже не захотел принять ответную ласку от него прошедшей ночью? Однако ответов не было. Как и самого Майкла этим утром. *** Майкл был в лёгком смятении от собственных чувств. Он одинаково жаждал вновь прикоснуться к юноше столь же откровенно, как и не касаться его чистоты вообще. Оливера хотелось поставить на полку и любоваться им каждую минуту жизни ровно как прижимать его к себе, делать своим, оставлять отметины принадлежности каждую встречу. Он не мог определить какое из этих желаний сильнее. Однако увидеть его вновь хотелось почти непреодолимо. Они встретились после обеда. Людей почти не было, видимо они задержались в столовой, однако даже эти три человека напрягали. Выставлять их личную жизнь кому то для слухов кране не хотелось, как минимум чтобы не беспокоить этим младшего. Майкл вошел в лабораторию и увидел его, как обычно склонившегося над микроскопом. Тот, казалось, не замечал его присутствия. Солдат прочистил горло, аккуратно опираясь бедром о стол, чтобы привлечь его внимание. Оливер поднял голову, но его взгляд был холодным и отстраненным. — Полковник Корвин, — сдержанно произнес он, отворачиваясь обратно к микроскопу. И вот оно. Майкл ещё не понял, что именно случилось, но что-то определённо произошло. — Как самочувствие? — начал Майкл, чувствуя, как что-то странное расползается в груди. — Нормальное, — ответил Оливер, не отрываясь от окуляра. — Как продвигается работа? — попытался продолжить разговор Майкл. — Медленно, — ответил Оливер, не вдаваясь в подробности. Майкл нахмурился. Он не понимал, что происходит. Однако пояснять, судя по всему, юноша намерен не был. Полковник скрестил руки на груди, давая понять что отступать он не намерен. — Оливер, — сказал он уже более настойчиво. — Что случилось? Оливер вздохнул и отложил предметное стекло. Он повернулся к Майклу, но его взгляд оставался всё таким же отстраненным. — Всё в порядке, — ответил он. — Ну что-то точно не в порядке, — возразил Майкл. — Это из-за вчерашнего? В яблочко. Брови младшего чуть дернулись, но разве мог Корвин этого не заметить? — Нет. Это тут ни при чем. — Не надо врать мне. — Я не вру. Майкл тяжело выдохнул, набираясь терпения. — Оливер. — Для Вас доктор Лемар. Глаза Майкла опасно блеснули. — Давайка выйдем. Кажется они привлекли излишнее внимание находившихся здесь. И майкл абсолютно точно не хотел обсуждать момент их близости с еще парой ушей рядом. — Нет необходимости. Тут нечего обсуждать. — Если сейчас же ты не выйдешь со мной, я вынесу тебя отсюда сам. Оливер перевел на него взгляд, собираясь возразить, но быстро прикусил язык, убедившись, что полковник не шутит. Раздраженно выдохнув, он подънялся со своего места. Стул на колесиках от резкости движения отъехал почти до противоположного стола. Юноша, не глядя больше на Майкла, двинулся к выходу из лаборатории. Стоило пройти пункт дезенфекции, как дальше его повел уже старший, отводя подальше от лаборатории в один из пустующих сейчас коридоров. — Что, черт возьми, происходит? — выпалил Майкл, не скрывая раздражения. Оливер был раздражен не меньше него самого, глядя на него недовольно. — А что я должен был сказать? — огрызнулся он. — Спасибо за приятную ночь и до свидания? Майкл провел по лицу лодонью, поднимая глаза к потолку. — Может ты все таки немного прояснишь, что именно было не так? — Ты серьезно не понимаешь? — усмехнулся Оливер, и в его голосе слышалась горечь. — Серьёзно? Ты довел меня до оргазма и сбежал посреди ночи, словно все это нужно было только мне. О. Кажется теперь Майкл стал понимать. Его брови нахмурились, пока он смотрел прямо в карие глаза напротив, сейчас переполнявшиеся нескрытой обидой. — Оливер, это… — Что, я был недостаточно хорош для тебя, чтобы ты позволил мне хотябы коснуться?! — Это не так, — сказал Майкл, стараясь успокоить его. — Я просто… я не хотел заходить слишком далеко. — Слишком далеко? — Оливер всплеснул руками. — И как я должен это понимать? Хочешь сказать даже дрочка для тебя чересчур? Я в жизни не поверь что ты настолько девственнен и невинен. Если не хочешь меня, так и скажи! Не за чем ходить вокруг да около! — Я не невинен. Но ты - да. Майкл тяжело вздохнул. Оливер тупо хлопнул глазами, не понимая смысл такой простой фразы. — Дело не в том что я не хочу тебя, Оливер, — сказал он. — Это… Ты ещё такой юный, такой чистый… И я просто… — Чистый? — перебил его Оливер, и его голос сорвался. — Что прости? Майкл мягко обхватил юношу за плечи. — Оливер. Тебе едва за двадцать. А мне скоро тридцать. — При чем тут вобще возраст? Речь о другом. О том что ты… — Олли. Ты юн. И я просто хочу уберечь тебя от ошибки. Младший вздрогнул, отшатываясь. Однив резким движением он скинул с себя теплые ладони, на его глаза подступили слезы. — Я не невинный мальчик, которому нужна твоя защита, — прокричал он. — И мои чувства к тебе лично для меня никакая не ошибка! Ты сам всё это придумал, Майкл! Ты решил за меня, что я как чертова девственница, не знающая к чему все идет! ы даже не удосужился спросить меня, что я чувствую! Я хотел тебя, а не чертову няньку! Он резко отвернулся, но сташий заметил, как по его щеке скользнула слеза, которую он поспешил стереть рукавом кофты. Майкл замер, его сердце неприятно кольнуло. Но оливер не дал шанса сказать или сделать что нибудь еще. Он развернулся и двинулся прочь от него. Торопливо он удалялся все дальше, пару раз задев когото из возвращающихся к работе ученых, проходя мимо и не говоря ни слова. Он удалялся, пока не скрылся в лифте, скрываясь от хотевшего догнать его полковника. Майкл все испортил. Запорол все, что они вместе построили. И его собственное сердце, которое он думал уже очерствело и перестало жаждать любви после стольких лет, начало истекать кровью, словно он сам нанес себе ножевые раны. И от этого ему было еще паршивее. *** После этого случая Оливер избегал Майкла, как чумы. В лаборатории он появлялся только тогда, когда знал, что Майкла там нет. Когда Майкл принес ему новые образцы, в лаборатории был кто-то из ассистентов, но самого Оливера там не было. И в последующие дни всё повторялось — Оливер демонстративно уходил вовремя, не задерживаясь допоздна, как это бывало раньше. Даже в столовой он старался поесть пораньше, чтобы избежать встречи с Майклом. Майкл сразу понял, что происходит. Оливер был зол, обижен. В полне естественно, что он решил, что не хочет его видеть. В старшем это вызывало давящее чувство собственной неправоты в отношении его. Однако сделать ничего со своими чувствами он не мог. Пока что по крайней мере. Оливер отгородился от него не просто так. Это было вполне заслуженно. Он решил дать Оливеру время. Пусть успокоится, обдумает всё. Он знал, что рано или поздно им придётся поговорить, но сейчас, когда Оливер так явно демонстрировал свою неприязнь, было лучше немного подождать. Майкл попросил Эвана заменять его, присматривая за Оливером. Он попросил друга просто наблюдать за ним, следить, чтобы с ним ничего не случилось, получая ежедневные отчеты. Это было неприятно и болезненно, но в этом была его собственная вина, так что жаловаться он не мог. Эван пару раз пытался поговорить с ним об этом, но не желая это обсуждать, Корвин от разговора отмахивался. Все так и продолжалось около недели. Пока все не стало определенно еще хуже. Это случилось, когда Майкл был на дежурстве. Они с командой были достаточно далеко от стен, ища новые образцы и зачищая территория от мертвяков. В сумраке они уже закончили, собираясь вернуться в джип к Джехёку, будучи в добрых сорока минутах езды от базы, когда послышался слабый хлопок и серый горизонт прорезала вспышка света. Ярче чем огни города, она блеснула огненной звездой, переположив этот тихий час. Если бы они не были уверены в собственной работе, стоило начать переживать, что сотни ходячих трупой бросятся прямо в город. Однако лучше от этого ситуация стала ненамного. В городе был взрыв. Причем учитывая, что даже они смогла его распознать, урон явно был значителен. Не сговариваясь четверо мужчин бросились к оставленной машине, спеша вернуться обратно. Отсюда им было не определить, был ли взрыв со стороны стены или же внутренний, однако он наверняка был именно в их внешнем корпусе. Кровь в жилах Майкла заледенела. Кажется еще никогда он не испытывал такой резкой волны паники и беспокойства. Оливер. Лишь бы он не пострадал. Безусловно они не были единственной группой на базе. Их было как минимум семь, пятеро, если не считать их, находились в здании, но беспокойное сердце это не утешало. Что именно произошло? Атака извне или спланированная изнутри? Снова повстанцы? На сколько сильны повреждения здания? Лишь бы он не пострадал. Они преодолели обратную дорогу за двадцать пять минут, и то что перед ними предстало заставило сердце Майкла замереть. Атака была изнутри. Стена Оплота повреждений не получила. Внутри базы выла сирена, разнося тревожный вой по всей территории. Свет в здании мигал красным, создавая хаотичную и пугающую картину. В воздухе витала пыль и запах гари. Майкл бросился к аварийной лестнице, собираясь добраться до лаборатории или хотябы встретить кого то кто мог бы ему ответить. Простые сотрудники спешили к аварийному выходу, кашляя или сверкая перепуганными глазами. Выцепив белый халат, он схватил мужчину за руку, останавливая. От перепугался еще сильнее. — Оливер. Оливер Лемар, где он? — Я… я… Ему пришлось с силой встряхнуть его, чтобы получить хоть какой то ответ. — Где он?! — О-он б-был в лаборатории, к-когда… Дальше слушать было необязательно. Пока люди стекались по лестнице вниз, Майкл и четверо следовавших за ним, спешил на верх, перепрыгивая через ступеньку. Лишь бы все было хорошо. Только бы он не пострадал. На этаже с лабораторией сработали датчики дыма, туша уже редкий огонь брызками воды. Двери лаборатории были открыты. Мужчина влетел внутрь и… никого. Сердце стучало в груди набатом. Вся лаборатория представляла собой хаос. Перевернутые стулья, разбросанные всюду бумаги и чьи то личные вещи. Каков шанс что Оливер уже покинул здание? Велик, правда же? Он подошел к его столу, ссилой подавляя панику. Очки в тонкой оправе лежали на полу. Он поднял их. Стекло в одной линзе треснуло. Нет, с ним все должно было быть нормально. По пути к лаборатории Майкл не встретил ни одного чужака. Это было странно. Если это был налет, то где нападавшие? Почему именно здесь? В сердце зародилась отвратительная догадка. В лабораторию ворвалась группа солдат. Эван кажется что-то им сказал. Нет. Сейчас не до этого. Ему нужно найти его. С остальным он разберется потом. Группа солдат доложила, что, судя по предварительным данным, взрыв произошел со стороны исследовательского блока. При осмотре места происшествия они обнаружили около десятка мутировавших зараженных, что отвлекло их от ситуации в самом здании. — Обнаружено было несколько нападавших, — доложил один из солдат. — Шестеро убиты при оказании сопротивления, трое — вырублены и задержаны для дальнейших разбирательств. Их задержанием занят третий отряд. Остальные сейчас действуют по протоколу зачистки. Майкл коротко кивнул. Сейчас было не всемя для самобичевания или тревог. Они спешили закончить зачистку здания, чтобы обеспечить безопасность оставшимся в живых. Лишь после этого будет точно ясен полный масштаб проишествия. В здании оставалось еще множество людей, в безопасности которых нужно было убедиться, как бы плохо ему не было. Протокол был исполнен. Сотрудников лаборатории отправили домой внепланово. И когда ситуация стала менее критической, начали всплавыть детали произошедшего. Все шесть групп, были собраны с одну из переговорных. Капитаны команд стояли вокруг стола, вместе с начальником базы, его секретарем и начальником канцелярии. В воздухе повисло напряжение. Зараженные, пока неясно как появившиеся прямо в здании после взрыва, были отвлекающим маневром. Все произошло быстро и спланированно. Повстанцы проникли в исследовательский блок, взяв в заложники четверо ученый. Трое ведущих специалистов, среди которых естественно был Оливер, и простой ассистент. Судя по камерам этот самый ассистент и был одним из сообщников внутри. Под дулом автомата их заставили покинуть лабораторию, направляясь на крышу, где сообщник номер два уже готовил вертолет. Четвертая команда получила уведомление о несанкционированном взлете слишком позно, когда одна из команд зачистки обнаружила и устранила захватчиков в блоке управления. Остановить взлет не удалось. Противник даже не пожалел оставшихся в здании собственных солдат, спешно покидая базу акурат в тот момент, когда Майкл с отрядом только прибыли. Худшие опасения Майкла подтвердились и стали реальностью за считанные минуты. — Что еще хуже, — продолжил офицер, — всё было организованно заранее. Была утечка информации. Среди сообщников должны были быть как минимум те, кто позволил им пройти незамеченными до самого корпуса. Взрывчатку предположительно заложил ктото из убитых либо мистер Лауд, ассистент доктора Мариена. Однако записи за этот период были стерты на данный момент убитыми. Майкл опустил голову, закрыв глаза. В голове проносились обрывки мыслей, вопросы без ответов. Кто? Зачем? И, самое главное, где сейчас Оливер? — Нужно найти сообщников, — сказал ктото абсольтную очевидность. Корвин поднял взгляд на начальника. — Я займусь допросом взятых под стражу. Нужно выяснить куда их забрали. — Выяснишь, и что дальше? — капитан третьей команды недовольно взглянул на него, не согласный с таким решением. — Отправишься на их спасение? Мы сейчас в уязвимом положении. — Да, отправлюсь. Ты можешь остаться здесь, Люциус. — Речь не только о твоей пассии, Корвин. Мне казалось ты умеешь разделять личную жизнь и работу. Начальник громко хлопнул по столу. — Отставить, полковники. Корвин, можешь заняться допросом. Генерал Клермон прибудет в скором времени. Ктото из полковников тут же спросил: — Клермон? А он тут при чем? Майкл невесело хмыкнул. — При том, что Оливер его сын. Так что его спасение не просто моя прихоть. Комната погрузилась в недолгое молчание. — Раз на этом все, то можете быть свободны. Приоритет всех групп поиск сообщников. Корвин, ты займешься Клермоном. Он собирался выйти из оперативного штаба в числе первых, намереваясь заняться делом, но глава остановил его. Мужчина в летах вздохнул. — Сперва поговори с генерадом. Мы оба идем к нему на ковер. Майкл взглянул на него, но ничего больше не сказал. В голове аульсировала только одна мысль: Оливер. Он не знал, где он, что с ним, но он был уверен в одном: ему вряд ли причинят вред. Его похитили не для того, чтобы убить. Но это его не успокаивало. Он найдёт его. Найдёт и убьёт тех, кто посмел его забрать. В сердце закипала ярость, готовая вырваться наружу. И те, кто стоял за этим, пожалеют, что встали на его пути. *** В кабинете воцарилась напряженная тишина, однако майкла это совсем не волновало. Как и то, что собирается сказать им Клермон. Он уже отправил Эвана заняться подонками, учивствоваших в похищении. Генерал Клермонт прибыл вскоре. Он ворвался в комнату, словно разъярённый зверь, его лицо было красным от гнева, а глаза метали молнии. — Что, блять, тут произошло?! — заорал он, оглядывая присутствующих. Глава изложил ему краткий отчет, стараясь быть хладнокровным, после чего лицо генерала сперва посерело, потом побледнело. — И как вы допустили это?! — взревел генерал, обрывая его на полуслове. — Это чертова военная база! А вы хотите сказать, что моего сына выкрали посреди дни, когда в здании находилось пять команд?! — Мы делаем всё возможное, генерал. Ведётся расследование, принимаются меры по поиску и возвращению похищенных. — Я не хочу слушать пустые слова! Я хочу увидеть результат! Найдите моего сына! Генерал обвёл взглядом присутствующих, останавливаясь на Майкле. Он гаркнул, чтобы глава убирался. Мужчина колебался, глядя на своего подчененного с легко нерешительностью, но увидев не дрогнувшего Майкла, все же поспешил оставить их вдвоем. Клермонт подошёл к Майклу. — Ты, — прорычал он, тыча пальцем в грудь Майкла. — Ты должен был следить за ним. — Я присматривал. — Хах! Присматривал! И где он сейчас?! — Я верну его. Клермонт пристально посмотрел на Майкла, словно пытаясь прочитать его мысли. И тут он начал ломаться. Ярость и гнев словно вытекли из него, оставив лишь опустошение и боль. Он рухнул в кресло, словно подкошенный, и прикрыл глаза рукой. — Вернешь? — Даже ценой жизни. Я не меньше Вас хочу обезопасить его, чтобы он не пострадал. — Верни его, — прошептал он, его голос был едва слышен. — Делай всё, что потребуется. У тебя полная свобода. Только верните моего сына обратно. В его голосе звучала мольба, отчаяние отца, готового отдать всё ради спасения своего ребёнка. Майкл смотрел на генерала и понимал его чувства. он желал вернуть Оливера не меньше, чем Клермонт. И он сделает всё возможное, чтобы выполнить свою клятву. *** Влажный хруст разорвал воздух в комнате на минус третьем этаже, наполнил его болезненным мычанием и запахом крови. Окровавленный зуб был брошен в металлический лоток. Однако щипцы все еще оставались у Эвана. Трое из четверых задержанных солдат приняли спрятанный в зубе яд, лишив их возможности получить хоть какую-то информацию. Оставался только один свидетель, который провалялся в отключке дольше остальных и теперь был приведён в чувство весьма оригинальным способом. Однако они "мило беседовали" уже полчаса, но их собеседник, казалось, готов был унести свои секреты в могилу. Что ж, это можно было бы организовать, учитывая настроение Майкла. Допрос был в самом разгаре, когда он присоединился к ним. Он попросил Эвана и остальных подождать его снаружи, собираясь как следует выместить хотя бы часть своего гнева. — Только не убивай его раньше времени. — Я знаю. Атмосфера в комнате сгустилась до предела. Голос его был холодным и сочился неприкрытой жаждой причинить боль. Его команда поспешила покинуть комнату скорее. — Мне точно не стоит остаться и присмотреть?.. — Пошёл вон, Эван. Другие попытки предпринимать было бессмысленно, так что дверь закрылась с металлическим лязгом. Мужчина перед Майклом сидел на металлическом стуле, скованный наручниками по рукам и ногам. Он был коротко подстригся, на вид ему было около тридцати, на щеках и подбородка пробивалась небрежная щетина. Его лицо уже было украшено ссадинами от ударов, бровь и скула разбиты и кровили. Он демонстративно слюну на пол кровавую слюну. — Думаешь я расскажу тебе хоть что-то? Щенок... Майкл не проронил ни слова в ответ, неспешно осматривать выбор инструментов для пыток. Раньше он часто занимался этой грязной работой, но после повышения до полковника нужды марать руки больше не было. Однако даже тогда он был известен своей жестокостью, нередко допытывая людей до смерти, но выуживая информацию. Мужчина видимо все-таки слышал об этом, потому что его наглая усмешка на губах застыла, прежде чем бесследно раствориться. В его чёрных глазах мелькнул страх. — Что такое? Мы еще даже не начали, откуда страх? — Хах, с чего бы мне бояться? Я остался последний, так что убить вы меня не сможете. — Ты в этом так уверен? Наконец Майкл остановился на обычных плоскогубцах. Классика. — Итак. Я хочу знать, куда вы их увезли. Мужчина кажется пытался храбриться. Его губы изогнулись в усмешке, однако былой уверенности в ней уже не было. Корвин щелкнул металлом о метал, подходя в плотную к нему. Пленник смотрел ему прямо в глаза, но, когда Майкл ухватился плоскогубцами за ноготь на его левом указательным пальце, не смог не скосить туда взгляд. Зажав пластину между кусками железа, он начал медленно с силой тянуть на неё, мучительно долго вырывая, заставляя прочувствовать каждый миллиметр боли. Мужчина сцепил зубы, пытаясь превозмочь боль, однако слезы непроизвольно навернулись на его глазах, скатываясь по щекам, смешиваясь с кровью. — Куда вы их увезли? — Пошел нахуй… — Ладно, у нас осталось еще девять пальцев. Мужчина закрыл глаза, чувствуя липкий от крови металл у следующего ногтя. После еще трех ногтей, составивших компанию вырванному ранее зубу, Майклу показалось, что пленник вот-вот отключится от боли. — Ээй, не время спать. Он с силой врезал ему плоскогубцами по лицу. Раздался отвратительный звук, плоть была мгновенно рассечена. Темная, почти черная от крови кожа расползлась рваной линией почти до уголка губ. Раздался сдавленный стон. Майкл зло хмыкнул, кончиками инструмента разворачивая его лицо обратно на себя. — Да брось, я ведь нежно. С приоткрытых губ мужчины непроизвольно стекала кровавая слюна. — Ладно, возможно нам стоит попробовать что-то поинтереснее. Майкл отбросил плоскогубцы обратно на стол, брызгая кровью. Ему на глаза попался молоток. — Знаешь, Оливер мне очень дорог. Ты ведь знаешь Оливера? Ох, речь о сыне генерала, — под тяжелым взглядом пленного, он взял в руки молоток, взвешивая его в руке – не сильно тяжелый, но достаточно увесистый чтобы раздробить кости. —Из-за него я стал немного несдержанным. Раньше я бы определенно мог бы поиграть с тобой подольше, но сейчас… я немного спешу. В последних словах просочилась неприкрытая агрессия, после чего он с размаха впечатал металл в чужое плечо. Раздался отчетливый хруст костей вместе с безумным криком боли. Рука тут же неестественно изогнулась, что выглядело отвратительно. Удивительно, как кость не вышла наружу, прорвав плоть изнутри. — Дальше я собираюсь пойти по пальцам. Он вновь замахнулся, собираясь раздробить его кисть на осколки с улыбкой наслаждения и жестокости на губах. Он был даже разочарован, когда его прервал истошный вопль. — Они в горах! Голос мужчины сорвался. Он был хриплым, словно даже его горло начало кровить. — Они в горах… Майкл приопустил молоток, поднимая лицо мужчины его острым концом. Его улыбка исчезла, тон стал ледяным. — Конкретнее. — Т-там есть база. В горах на севере. Прямо по заброшенной дороге есть выход на плато. Они разместились там… — Вооруженные до зубов полагаю? — Да… — Ясно. Он отпустил его лицо, однако вместо того чтобы уйти, резко занес молоток и с силой ударил по до этого здоровому запястью, дробя кости с мерзким влажным хрустом. — ААААААА! — Это на прощание. Лишь теперь Майкл бросил инструмент на пол, отворачиваясь. Он вытащил из ящика у стены тряпку, стирая кровь с пальцев, прежде чем открыть дверь. Эван ждал его напротив, оперевшись спиной о стену. Его брови были нахмурены, а руки сложены на груди. Он оторвался от стены, стоило двери распахнуться. Никки и Джехёк сидели неподалеку на корточках, лицо самого младшего чуть скривилось, скорее всего из-за звуков за дверью. Они оба подскочили, когда увидели капитана. — Он на их базе на плато между гор на севере. Выдвигаемся через час. Эван, узнай присоединится ли к нам пятый отряд. Будем добираться туда на двух машинах, так будет тише. Обратно на вертушке. Солдаты молча кивнули и поспешили за капитаном.