Псины.

                  В голове одновременно столько голосов и столько мыслей, что все это, вливаясь в один большой комок неопределенного шума, теряется, оставляя Илью в прострации. Он так откисает совсем немного, но стоило ему приподнять голову, что далось с трудом, видит какие-то новые лица в квартире. Тоже уже не в трезвом состоянии. До мозгов доходит, что чувство времени у него дает сбой.                Его голова тяжелым весом падает на спинку дивана. Глаза чуть ли не закатываются под веки. Руки и ноги гудят, а череп вообще отдает микровибрации. «Растаманы знают толк в траве», подумал Илья. Сам не знает, что ему дали. Может это тот же гашиш или шишки, но качественнее?                Сейчас он откидывался на диване своего одногруппника – Валентина. Они познакомились года полтора назад, и почти сразу нашли общий язык. Пиво на длинной перемене, снюс между парами. Однажды они переборщили и Илью вырвало прямо на паре Экономики.                Вспомнив это, парню сразу становится смешно. В таком состоянии все смешно. Ты ему хоть что скажи, он будет давить лыбу и смеяться. Да можно вообще ничего не говорить и молчать, все равно пробьет.                Так уж получилось, что Валя знает чуть ли не половину городских травокуров. Сейчас у него дома один из растаманов, который и надыбал травы для половины тусы.                Илья чувствует, как диван рядом прогнулся под каким-то весом. Он не поднимает голову, а просто поворачивает ее. Видит Олю. Ресницы черные, тонкие, белые волосы, и в губы вкачено миллилитров десять. Парню от этого снова становится смешно. Он блаженно улыбается, Оля что-то говорит, но слова так тяжело разобрать. Она еще и пьяная и говорит не прямо-таки ровно и со смыслом.                Тут Илья хмурится. Понимает, что к горлу подступает. И это не от того, что к нему подсела девушка в короткой юбке. Ему хочется блевать от смеси спиртного и дыма травы в организме. Он еле как встает. Качается, шатается и дет в сторону туалета. Опирается на стену, тянется за плывущей ручкой и тянет. Она не поддается. Занято.                Илье сейчас вообще не до церемоний, он либо блюет в туалете, как все культурные люди в этой квартире, либо прямо в коридоре. Он долбит дверь кулаком. Спустя короткое время, дверь открывается и оттуда выползает какой-то парень.               -Забыл, как трусы натягивать? – Процедил сквозь зубы Илья, демонстрируя свое недовольство. Не закрывая за собой дверь, он приклоняет колени перед унитазом и расслабляет горло. Глаза начали слезиться от той смеси, которая наконец выпросилась наружу. Он приходит в себя.                Либо ему кажется, либо перед глазами немного прояснилось. Он смывает все, что испражнил и смотрит на того парня, который вышел из туалета пол минуты назад. Ожидает его осуждающий взгляд. Как на дерьмо или алкаша уличного. Вот же гад.                Илья был странным. Он будто совмещал в себе все существующие противоречия. От низкой самооценки, до чувствительного эго. Он старался мало об этом думать, ведь чем больше капаешься в себе, тем больше шанс отрыть что-то неприятное, слабое, и беспомощное.                А этот придурок ситуацию легче не делал. Илья в целом на всех высокомерных людей реагировал агрессивно. Будто пытаясь доказать им, что они в хер никому не уперлись со своим чувством превосходства. Что они такие же мерзкие люди, как и все. Но зачастую, им было плевать, и Илье оставалось доказывать это уже себе.                Он встал, качаясь, держась за стены. Парень сделал шаг в сторону, пропуская Илью, но тут он был сбит кулаком в челюсть. От падения его остановила лишь стена. Как и ожидалось, он толкнул Илью в ответ, тот упал рядом с унитазом, задев головой белую керамику. Послышались охи и ахи, народ отреагировал на громыхание и тут же столпился рядом. Илья ничего не мог разглядеть и услышать. Голова трещит. Кто-то , будто из под толщи воды, поддерживает Илью, подбадривая, чтобы тот встал и продолжал драку, а кто-то, пытался успокоить.                Он вскакивает и снова бьет бедного парня в щеку. Чувствует жжение в кулаке, похоже попал по скуле. Паренек снова кидается и пьет под дых. Илья спешит ответить, но тут их уже разнимают посреди коридора. Суетятся, спрашивают о причинах этой бессмысленной потасовки. Илья слышит, сквозь начинающийся звон в ушах, имя «Никита». Так зовут этого ублюдка, который, похоже, ударил по печени или селезёнке.               -Да я ебу, чё он на меня накинулся? Я стоял никого не трогал. – Громко возмущается Никита, пытаясь скинуть с себя чужие руки, крепко держащие его, чтобы драка не продолжалась. – Вы его видели? Белку поймал!                Илья видит, как парень кивает в его сторону. А сам зубы стиснул. Нечего сказать. Его тащат в дальнюю комнату, толкают на свободную кровать.                -Может тебе тазик притащить? – спрашивает Валя, поддерживающе сжимая плечо друга. – Сильно приложился?                -Да ничего. Отвали. – Илья откидывает руки одногруппника. – И не нянькайся со мной. Я не пьянь, за которым нужен присмотр.                -Да ты считай просто так на пацана напал. Или все-таки по делу? – Валентин наклонился, чтобы видеть лицо Ильи.                -Просто рожа его не понравилась. И всё. – Грубо выплевывает парень.                Валя устало выдохнул, и решил не разбираться с этим. Может у человека просто было настроение кулаки почесать об чье-нибудь табло. А тут так подвернулось. Короче, он оставил друга одного в темноте, закрыл за собой дверь и ушел дальше расслабляться.                Ну и пусть валит.                Илья аккуратно лег на кровать. Голова и правда болит и в ушах до сих пор неприятный звон. Головой что ли сильно приложился? Сильно толкнул. Урод. Сейчас Илья не хочет никуда выходить. В пизду все.                Из-за того, что трава полностью не выветрилась из организма, да и в целом комната все еще немного качалась, Илья уснул быстро.                Прошел от силы час, Илья просыпается от сухости во рту. Было еще что-то странное. Тишина. Илья еле как перекидывает ноги с края кровати. Кости ломит, во рту сухо, язык будто приварился к небу. Он заставляет свое тело подчиниться и встать. Медленно идет к двери, поворачивает ручку, а в зале никого. В кучу собраны пустые бутылки и упаковки из-под чипсов и всякой подобной дряни. Затем что-то звенит на кухне. Илья шаркает ногами в сторону звука.                Там над раковиной ссутулился Никита.                -Где остальные? – Спрашивает Илья настолько недовольно, как может.                -В клуб поперлись. – Никита даже не оборачивается. – Тебя не стали будить. Решили, что хватит с тебя на сегодня.                -Я не спрашивал че они там решили. – Рявкает Илья и тянется к чашкам. Он замечает, что Никита моет миски и тарелки, в которые засыпали закуски. – А тебя че не взяли? Тоже хватит?                -Не твое дело. Я сам не пошел. – Так же грубо отвечает парень.                -Опять нарываешься? – Илья пихает парня в плечо. Замечает, как скула опухла. Хорошо приложил, но мог бы лучше.                -Кто бы пиздел.                -Да ты урод! – Пелена перед глазами, Илья хватает Никиту за шкирку и встряхивает. – Ты че так смело базаришь? Мало получил?                -Да тебя до сих пор штырит. – Язвительно выплевывает в ответ Никита. И это очень сильно злит Илью.                Илья пихает парня к стене, затем наносит удар по ребрам. В ответ он слышит хриплый выдох. Он хочет ударить еще раз, но Никита согнулся и упал на пол, вбирая в легкие жгучий воздух. Илье ничего не остается, кроме как опустить кулак. Этот мудак его так злит. Что аж тошно. Он трясет руками, осматривает раковину, кран, из которого до сих пор течет вода. Пытается понять, что его так злит, по мимо самодовольного лица.                -Пошел вон отсюда. – Никита садится на пол. – Выблядок.                Илья нахмурился.                -Это чё, твоя квартира? – Валя ему говорил, что снимает квартиру с еще каким-то студентом, чтобы было дешевле. Но, похоже, имя его он забыл упомянуть.                Ну и ладно. Ответ он не слышит. Поэтому решил не ждать очевидного и повернувшись, пошел прочь из кухни. Потом и из квартиры.