Псины.

Голова трещит. Еще и этот противный голос преподавателя, который будто заигрывает со студентками. Слушать тошно, не то, что смотреть. Илья скрючился над файлом, в котором была написана инструкция, как пользоваться прибором, который ему попался сегодня на лабораторной работе. Что-то связанное с маятником.                В целом, дело не глупое, просто читаешь в методичке, что да как, и делаешь. Но иногда эти самые инструкции не совпадали, или было лень думать. А когда спрашиваешь у этого препода, что и зачем, он так отмахивается своим «Думайте сами», будто сам не вдупляет, что происходит. Раздражает.                Илья запускает маятник с каким-то определенным весом и ставит таймер.  Опять слышит этого мужика. Ладно бы он говорил что-то дельное, так нет, надо про какие-то танки, игрушки компьютерные. Большой ребенок. А ведь он закончил этот же самый университет на красный диплом.                В аудиторию стучатся. Опоздавший студент. Препод недовольно встает и медленно подходит к двери, отворяя ее. В кабинет заходит Валя. Под глазами мешки и вид полуживой. Видимо в клубе хорошо расслабились. Илья перевел глаза обратно на маятник, который уже остановился. Он наплевательски останавливает таймер и так же безразлично чиркает карандашом на бумаге показатели. Не правильно? Плевать. Главное подпись получить за лабу и гулять.                Валя взял у мужчины файл и подошел к Илье. В знак приветствия пихает того в плечо кулаком. Этого хватило, чтобы в голову стрельнуло. Болит после вчерашнего.                -Ты че вчера ушел-то? Мог на ночь остаться. – Говорит Валя, стягивая рюкзак.                -Спать валетом и нюхать твои ноги после клуба? – Илья хмурится от одного представления этой картины. И запаха.                -Давай не прибедняйся, да? Если бы кое-кто не перебрал, пошел бы с нами. – Парень листает файл. – Чего тут?                -Ты взял мою работу? – Возмутился Илья. Хотя особо причин и не было. Просто настроения нет и все раздражает.                -Нашу. – подправил Валентин, уже в наглую заглядывая в бланк. – Не дохуя ли времени для такого груза? – Спрашивает он, тыча в записанное пока карандашом время.                -Ой, блять, если такой умный, сам считай. – Илья снова возмущается, бросая карандаш на парту. Похоже преподаватель услышал его мат, но в ответ лишь недовольно смерил взглядом парня.                -За пивом? – Спрашивает почти шепотом Валя. Илья лишь приподнял бровь, молча требуя больше информации. – Ну на перемене. Похмелье еще не отпустило. Утром блевал еще.                -Можно. Если только ты побудешь моим папиком. – Ехидно тянет уголки губ Илья.                -Бомж, блять. – Усмехается Валентин.                Прошло еще немного времени, когда они подошли к преподу и протянули свои бланки. Тот прошелся взглядом и поставил подпись и выплюнул сухое «Сойдет».                И вот, Илья неаккуратно сует бумажку в рюкзак и идет за другом. Плевать, что помнётся. Плевать, скоро в мозг поступит расслабление. Возможно, даже голова перестанет болеть.                На улице не так уж и холодно. Люди только начали вытаскивать из своих шкафов ветровки, пожелтевшие листья совсем недавно начали покрывать тротуары. Среди этого осеннего пейзажа, в парке сидят два студента. Пьют пиво и курят сигареты. До пары еще пол часа, можно не торопиться.                Илья шаркает кроссовкой об асфальт. Заметил, как подошва начала отходить и не может оставить обувь в покое.                -Сколько платите за хату? _ Спрашивает Илья. Возможно не в тему.                -Тридцать. – Коротко отвечает Валя, на что Илья одобряюще кивает. Одной бутылки не хватает. – А что? Хочешь из общаги съехать?                -Не. Не потяну. Даже если делить с кем-то квадраты. – Делает глоток Илья.                -Тяжко тебе. Ну, общага тоже неплохо. – Илья ощутил какую-то безразличность в тоне друга. – Ты там только на стирку жаловался.                -Ага. Ну не знаю, там отопление еще не включили, а по ночам уже морозит. От стены дует. – Илья решил полезть в карман и достать сигарету. Вдохнул дым, зажигая кончик.                -Обогреватель? – Предложил Валя, уже протягивая руку, молча прося и для себя сигарету. На что Илья, конечно, не мог отказать.                -Нельзя их держать в общаге. Всем глубоко посрать, но, если попадешься при проверке, изымают. – Продолжает жаловаться парень. – Царство небесное прошлому обогревателю.                -Запара. Я бы не вывез. – Усмехается Валентин. – Ладно, давай выдвигаться, нам еще до корпуса топать.                Так они и шли на следующую пару, пропахшие сигаретами. Перед главным корпусом, как обычно, было много народа. Разноцветная масса из довольных, и не очень, лиц. Но глаза зацепились за что-то знакомое.                Никита. Опухлость немного спала за ночь, и выражение лица не такое кислое. Шел рядом с какими-то типами, наверняка учатся вместе, и теребит в руках четки с кисточкой на одном из бусин. Увлечен настолько, что не замечает на себе изучающий взгляд Ильи.                Илья пихает Валю в бок и кивает в сторону его соседа по квартире.                -Мусульман? – Раньше Илья видел четки только у них. Как они перебирают бусины и что-то шепчут себе под нос. Есть ли такие приспособления в других религиях, он точно не знал. Да и если судить честно, человеком он был далеким от Бога.                - Не. – Коротко отвечает Валя, затем немного щурит глаза, будто вспоминает. – Что-то типа буддиста… - Пожал плечами парень.                -По виду и не скажешь. – отметил парень, замечая еще и то, что теперь рожа Никиты его не раздражает. Вот может же не корчить из себя всякое.                -Он недавно начал увлекаться. – Валера придержал тяжелую дверь, заходя в корпус.                Пара идет мучительно медленно. Илья уже несколько раз успел помечтать о том, как он уходит обратно в комнату общежития. Но с другой стороны, что ему там делать. Покушает, да уляжется в кровать, листать телефон и поглощать ненужную информацию. С какой-то стороны это было грустно. Илья не любит людей. Не любит, когда к нему в комнату заходит кто-то помимо его соседа, не любит выходить из комнаты, и как все окружающие общаются между собой его тоже раздражает. Может с ним правда что-то не так?                Илья помнит, как в детстве его мама часто так же реагировала на гостей. Не любила, когда они приходят, особенно не предупредив, задерживаются. А когда они не слышали, бормотала себе под нос «Когда они уже уйдут…». Устало так, недовольно. И возможно, Илья нахватался такого отношения от родимой матушки. Чужие – плохие. Такое мнение выстроилось тогда у восьмилетнего ребенка.               Ее кстати Инна зовут. Вообще, если вспомнить, то Илья унаследовал не только отношение к людям, но и мнение о них. Всем лишь бы перемыть кости, неважно, насколько человек дружелюбно выглядит. Они сплетники и им ничего нельзя рассказывать. Если будешь делиться чем-то хорошим, они будут завидовать, а если плохим – злорадствовать.                Вот только ребенок то был болтливый. Матери пришлось долго его отучать от этой привычки, рассказывать все налево и направо.                Почему Илья думает об этом? Он готов был поспорить, что в этой аудитории сейчас никому не всралось, что там у него было в далеком детстве. И Илья никак не мог понять, что такого его задевает, что он не может отпустить эти воспоминания и ощущения того момента.                Его самокопания разрушил звонок. Студенты вяло собрали тетради и начали выплевываться из кабинета. Илья быстро попрощался с Валей и пошел к себе.                Согрел себе гречку с котлетой в общей микроволновке, на общей кухне, где уже какая-то девушка варила себе что-то. Илья так и не разобрал из-за кипящей воды, но запах стоял мокрого теста.                Парень чувствует себя вялым. Что за пара такая, которая высасывает столько энергии. Он ниче не делал, втыкал на задней парте и все тут. Может витаминов попить…                Поел он под какое-то видео, а когда лег на свою помятую кровать, снова ощутил холод. Недолго думая, он запер дверь, оставив ключ в замке, и выудил из шкафа маленький, дешевый обогреватель. Вообще он был соседа Тимура, но тот разрешал им пользоваться, так что Илья, без зазрений совести, воткнул прибор в розетку. Мягкий гудёж наполняет комнату, а за ним и потоки теплого воздуха.                Под такую колыбель то он и заснул, и сон ему снился на удивление сладкий. Как он еще маленький, спит под большим и пышным одеялом, а по голове гладят чьи-то теплые руки. Запах дома и кипящего на плите компота. Так спокойно и уютно, что и просыпаться не хотелось. Но сон прервался громким хлопком двери. Какая-то общажная мразь не отрегулировала силы и сильно закрыла дверь.                Недовольно кряхтя и вздыхая, парень встает с кровати. В комнате сухо. Аж дышать неприятно. Обогреватель все высушил, что аж во рту пустыня. Илья выключает прибор и ставит обратно в шкаф.                Отворил дверь и вышел из комнаты, чтобы в туалет сходить. А Тимура все нет. Люди в здании что-то оживились. Похоже все остальные бедолаги с пар вернулись.                Когда Илья шел по коридору с мокрыми руками, он видит здоровый силуэт у своей двери. Присмотрелся, а это Роман Викторович – заведующий этого муравейника. А за ним и тетка какая-то. Одна из вахтерш.                -О, Илья. Мы тут стучимся, а ты ходишь где-то. – Мужчина строит из себя дружелюбного товарища. – Открывай давай. Проверка.                Илья кидает сухое «Здравствуйте, и открывает дверь. По лицу гладит нехарактерное тепло, которое чувствуется контрастно, на фоне прохладного коридора. Попал. Еще и пахнет нагретым пластиком.                -Что-за тепло? Надышал? – Будто издеваясь, спрашивает Роман, а за ним заходит и вахтерша.                -Обогреватели запрещены, ты же не в первый раз предупрежден. – Своим писклявым голосом ругает женщина.                -А вы сами попробуйте тут жить в такую холодень. – Пытается защититься Илья. Но Роман Викторович тянет руку, мол, отдай что запрещено.                -Это даже не мое. – Все пытается упрямиться Илья. Нервы уже шалят, а сердце стучит.                -Так, Меньшов! Что за цирк? Плевать чья вещь, ты им пользовался! Это твое пятое предупреждение, ты знаешь, что после третьего выгоняют? – Мужчина немного наклонился, чтобы чуть-чуть приравняться с парнем. – Я уже делал тебе исключение, а ты ни в какую. Если в каждой комнате будут пользоваться обогревателями, это здание сгорит к чертям через пару дней. У нас проводка старая.                Илья краснеет. Отчитывают как ребенка. И что с того, что проводка старая? До этого же она вытягивала этот обогреватель. Но мужчина настоятельно тянет руку, а женщина что-то бубнит позади и продолжает поливать Илью. Стиснув зубы, парень открывает шкаф и сует обогреватель Роману. Тот хватает его и наматывает шнур вокруг.                -Даю неделю на съезд. – Строго цедит мужчина и поворачивается к выходу – Тимуру скажешь, чтобы забрал свой обогреватель домой.                -Как? Куда съезжать то, Роман Викторович? – Тело оцепенело.                -Найди квартиру, или напиши письмо в какие-нибудь другие общежитии. Может и примут, если место найдут. – Роман останавливается и смотрит на парня как-то оттаявше. По-отцовски, или Илья просто на это надеялся. - Ты пойми, если каждому буду делать одолжения и прощать все косяки - порядка не видать. – Будто оправдываясь, решил объяснить мужчина.                Илья и забыл на него злиться. Сейчас ему действительно стыдно. Он молча кивнул.                -К концу недели съеду.