Зачем?

      — Эй, балда, подъём! Ты не сдох… наверно, — прозвучал голос мужчины, примерно сорока лет.       — А? Где я? — спросил он у незнакомца.       — Да хер его знает, но стоять на месте, думаю, не стоит. Трогай.       Мартин, а именно так звали молодого парня, решил его послушать — всё-таки тот был прав: лучше не стоять на месте. Заведя Chevrolet Camaro Z28 1987 года выпуска, они поехали дальше по шоссе. Он вообще не понимал, как здесь оказался, а уж тем более — с каким-то непонятным типом. Ведь буквально до отключки он был у себя дома в Дулуте, а теперь — в машине и, вдобавок, хер знает где и с кем.       Проехав немного дальше, он взглянул на свои часы «Луч» и увидел время — 6:27. Интересно, что он делал ночью, раз оказался в машине, а потом вообще хер знает куда попал. От мыслей его отвлекла заправка «Mobil». Хотя ладно она — смутило другое: на заправке стояли старые бензоколонки с механическими указателями, а не электронные, как в 1996 году.       Остановившись у неё и зайдя к прилавку, он увидел множество снеков с довольно старым дизайном — вроде Coca-Cola, Snickers и т.д.       — Что-то будешь брать? — монотонно спросил кассир.       — Пока выбираю. А ещё — полный бак 87-го.       Сказав это, он взял одну шоколадку Milka, а ещё… сигареты Marlboro. Странно — он ведь раньше не курил? Расплатившись (к счастью, при нём были старые купюры, и их хватило), он пошёл обратно к машине.       — Будешь? — сказал Марти, предлагая шоколадку и сигареты мужчине.       — Не, спасибо.       — Ну ладно.       Он раскрыл шоколадку, засунул одну дольку в рот и поехал дальше.       По пути в основном встречались машины 70-х, но были и начала 80-х — например, Cadillac Fleetwood Brougham 1980 года. Ни одной машины 90-х или хотя бы конца 80-х: все катались на довольно старых тачках. Самая «свежая» машина, которую он смог увидеть, — это всё тот же Cadillac Fleetwood Brougham 1980 года выпуска.       А когда он посмотрел вперёд, мягко говоря, охерел: он ехал не абы куда, а прямо в Вашингтон. То есть он, по сути, телепортировался из Дулута прямиком в Вашингтон? Ну ведь херня же.       По дороге в Вашингтон им попадались автостопщики и, конечно же, проститутки.       — Ну? Что молчим? — внезапно спросил незнакомец.       — Что?       — Ну мы так и будем молчать или поговорим о чём-нибудь?       — О чём хоть?       — Да о всём! Например, что планируешь делать дальше?       — Не знаю. Заселюсь пока в мотель, а дальше подумаю.       — Понятно. А потом что?       — Не знаю. Наверно… наёмником стану?       — Хм, наёмником…       — Ну, других вариантов нет.       — Ладно, проехали… О! Приехали! — крикнул незнакомец, когда они подъехали к городу.       Дальше они начали искать мотель и нашли его довольно быстро — будто он знал этот город с детства.

***

      — Wohin fahren wir?       — Nach Washington, Marty. Nach Washington.

***

      — Алё! Марти! Приехали, — снова крикнул незнакомец.       — Может, хватит орать? — его уже начинали бесить постоянные выкрики.       — А что? Ты же всё время спишь. Может, хватит витать в облаках?       — Ничего я не витаю. И вообще — ты кто? Я даже твоего имени не знаю.       — Не знаешь? — удивился он, будто они вот уже несколько лет друг друга знали. — Я же Брэдли! Не помнишь, что ли?       — Не особо.       В ответ он лишь отрицательно закивал. Он вообще ничего не помнил… Или помнил?       — Охереть, у тебя точно амнезия.       — Да… забудь.       Он решил обсудить это с Брэдли позже — после отдыха. Его уже клонило в сон, будто он не спал всю ночь.       Остановившись на парковке, он вытащил ключи зажигания, но, выйдя из машины, заметил, что Брэд почему-то продолжает сидеть внутри.       — Чего сидим?       — Я тут пока посижу. Надо с мыслями собраться.       — А в номере никак?       — Я хочу побыть один, Марти. Просто сделай, как я прошу.       — Ладно… как скажешь.       Он закрыл дверь машины и пошёл ко входу в мотель, не понимая, почему тому вдруг понадобилось побыть одному. Впрочем, он решил не забивать этим голову.       Кое-как добравшись до ресепшена, он увидел довольно молодую девушку — лет двадцати.       — Сколько кроватей?       Мысль о деньгах неприятно кольнула: он не рассчитал сумму заранее. Считать купюры прямо перед ней было неловко, поэтому пришлось выкручиваться.       — А что? — он достал бумажник и начал пересчитывать старые купюры, надеясь, что их хватит.       — Номер с одной кроватью — 12 долларов, с двумя — 15.       К этому моменту он насчитал 56 долларов старого образца. Приходилось экономить, так что, прости, Дарви, но кому-то из них придётся спать на полу.       — С одной. Вот, — сказал он, протягивая 12 долларов.       В ответ девушка дала ему ключ с номером 6. Почему-то эта цифра показалась ему знакомой.       Зайдя в номер, он никак не мог выбросить её из головы. Почему она казалась такой знакомой?

***

      — Сколько тебе лет?       — Шесть.       — Ого, а выглядишь будто тебе 9. Хе.

***

      Он мысленно попытался объяснить это совпадение: мол, сказал кому-то, что ему шесть, вот и всплыло воспоминание. Но в чём вообще смысл?       — Во многом есть смысл. — внезапно раздалось голос Брэдли рядом.       Мартин замер. Получается, он сказал это вслух?       — Раз услышал, в чём смысл? — спросил он у Брэда.       — Ну… ты мне рассказывал, что ты в Вашингтон приехал, когда тебе было шесть. А, точно — у тебя же амнезия.       Его это уже начинало бесить.       — Слушай, я понимаю, тебе может не нравиться, что я это напоминаю, но увы — это так. Ты нихера не помнишь: ни меня, ни город, в который ты переехал. Что не так с тобой, Марти?       — Да… в жопу, — он махнул рукой. — Я спать.       — Угу, самое то, — согласился Брэдли и пошёл с ним вглубь комнаты.       — Ах да, извини, но нам надо экономить, поэтому я взял номер с одной кроватью.       — Забей. Найду матрас и на нём посплю. Тут он точно должен быть.       Он удивился: Дарви и правда не возражал спать на полу. Странный тип.       Наконец, раздевшись и завалившись в кровать, он окончательно сдался усталости и уснул.