Зачем?

      — Так, значит, отец заставлял тебя учить русский, — с уставшим тоном проговорил психотерапевт, записывая на листке, и посмотрел на парня. Тот в ответ кивнул. — А ещё он учил тебя стрелять.       На это парень тоже кивнул, и психотерапевт снова начал что-то записывать на листе.       — Окей. Ну а то, что ты рисовал что-то там на листке — зачем?       — Да… не знаю. Просто хорошее воспоминание из детства, — ответил Мартин и скрестил руки на груди, облокотившись на спинку кресла.       — Ну, значит, у тебя было херовое детство?       — Нет… вполне нормальное. — Мартин опустил взгляд, будто бы что-то недоговаривал. — Ну так я могу идти? А то мне в Лэнгли нужно. С президентом ещё встретиться придётся.       — Иди-иди, — психотерапевт помахал рукой, как бы говоря: «кыш». — Я тебя не задерживаю.       Мартин встал и пошёл на выход. Выйдя из кабинета, он стал спускаться по лестнице и через стекло двери увидел тот самый бежевый Ford LTD, на котором его привёз из Лэнгли в новую квартиру Адлер.       Сев на пассажирское сиденье, он увидел те же блондинистые волосы и авиаторы с оранжевым оттенком.       — Ну? Как всё прошло? — сказал Расс, нажимая на педаль газа.       — Нормально. Психолог ни на что не жаловался и сказал, что я могу идти.       — Ну это хорошо. По крайней мере, после жары в Амстердаме и Трабзоне на твою психику это никак не сказалось.       Перед глазами Мартина начали возникать образы полицейского участка. В комнате для брифингов он видел полицейского, а напротив него сидел мужчина с седыми волосами и что-то записывал в планшет.       Такое происходило часто: после рейдов спецназа или выполненного задания бойца отправляли на терапию, чтобы выявить признаки стресса. Это могло сильно повлиять на последующие задания.       Вместе с этим в воспоминаниях был ещё один мужчина — не отец, а будто его знакомый или друг. Именно он и был тем самым спецназовцем, который проходил через подобные проверки. И в отличие от отца, у него не было замазано лицо. Будто бы с отцом что-то произошло, и прошлое не хочет показывать его лицо.       — Эй. Мы приехали, — голос Адлера прозвучал, как колокольчик над ухом, неприятно звенящий. От этого Мартин резко отпрянул.       Однако он всё равно вышел из машины и пошёл за Адлером.       В Лэнгли всё было как обычно: агенты ходили в разные стороны по своим делам, а Мартин с Адлером шли мимо них в кабинет брифингов.       Там они увидели следующую картину.       В конце кабинета стоял Джейсон Хадсон и ещё какой-то агент в строгом костюме. За столом сидели Вудс, Мейсон и адмирал Тёрнер. Но теперь здесь были ещё две новые личности: глава аппарата Белого дома — Джеймс Аддисон Бейкер III и госсекретарь Александр Мейгс Хейг-младший, который только сегодня вступил в должность.       Двое поздоровались с остальными и сели за стол. Но перед этим Мартин заметил банку с мармеладом.       Он вспомнил репортажи с Рональдом Рейганом, который всегда носил такую банку с мармеладом — именно с её помощью он бросил курить. Тогда у Мартина тоже появилась любовь к этой сладости.       Адлер же закурил сигарету и посмотрел на Хадсона, который и созвал агентов сюда.       — Мистер Хадсон, могу спросить, что мы тут, собственно, делаем? — первым задал вопрос адмирал Хейг.       — Сейчас узнаете. Гарри, занавесь окна.       Стоявший рядом агент кивнул и выполнил просьбу. После этого Джейсон взял пульт со стола и включил телевизор.       — 1943 год. Подробные данные о Манхэттенском проекте из Лос-Аламоса похитил советский агент Персей.       На телевизоре мелькали кадры ядерных взрывов и участников Манхэттенского проекта.       — 1968 год. Вьетконговцы под командованием Персея пытаются выкрасть атомную бомбу с военной базы. Персей был признан погибшим.       На экране мелькнули джунгли Вьетнама, где американские солдаты вели бои с вьетконговцами.       — И ровно девять дней назад мы узнали, что Персей был как-то причастен к захвату заложников в Тегеране. Это было отвлечением от его возвращения на сцену.       Хадсон остановил запись на фотографии мужчины лет сорока.       — Персей. Аналитики ЦРУ считают его главной угрозой всему человечеству.       Гарри убрал занавески, и комната снова осветилась солнечным светом.       — Мистер Хадсон, мы прекрасно знаем о Персее, — подал голос Хейг, наливая себе кофе. — Мы также знаем, что он скорее миф, чем факт. Так что для меня Персей — просто страшилка.       — Генерал Хейг, позвольте представить вам кое-кого.       Хадсон указал рукой на Адлера, который выдыхал дым из сигареты.       — Специальный офицер Расселл Брэдли Адлер. Он один из немногих, кто смог хоть как-то приблизиться к Персею.       — Мистер Адлер, почему мы должны воспринимать этого Персея всерьёз? — возмутился Бейкер.       — Хм. Да вы и не должны, сэр, — спокойно ответил Адлер.       — Ага, — поддакнул Вудс, — но погибнет дохрена людей.       — С чего вы вдруг решили? — снова спросил глава администрации.       — Сэр, до сих пор каждый шаг Персея менял весь баланс холодной войны. И если спустя почти тринадцать лет он снова в игре, значит, он готовит что-то крупное. То, что затронет весь мир.       В этот момент двери кабинета распахнулись, и в них вошёл президент — Рональд Рейган.       Все присутствующие, за исключением Хадсона и Гарри, встали и поприветствовали президента.       — Сэр.       — Сэр.       — Мистер президент.       — Господин президент.       — Господин президент, это Джейсон Хадсон и Расселл… — начал представлять их Хейг, но его перебил сам президент.       — Я их уже знаю. Как вы думаете, кто одобряет их операции?       Президент посмотрел в сторону Адлера.       На лице Расса не было ни намёка на беспокойство, а вот у Мартина, стоявшего рядом, уже побелели костяшки пальцев от напряжения.       — «Так, Марти, спокойно. Ты, блядь, взрослый мужик. Просто стой смирно и всё».       К счастью, президент жестом показал всем садиться и все сели.       — Угроза реальна? — спросил Рейган Хадсона.       — Да, сэр. Мы уверены.       — Сможете убрать Персея? — спросил президент уже у Адлера.       — Можем, сэр. Я уже запросил всё необходимое.       — Эм, сэр, — вмешался Хейг. — Его запросы весьма необычны и даже… нелегальны. Если об этом узнает пресса…       — Вы прикалываетесь? — возмутился Мартин.       К нему сразу присоединились Мейсон и Вудс.       — Да что вы вообще несёте?! Знаете, кто мы?!       — Мы, блин, гору трупов в Амстердаме оставили, а вы…       — Сержант Вудс, — перебил его Хейг. — Правдоподобное отрицание — основа нашей работы.       — Эл, — вмешался президент, привлекая внимание. — Речь идёт об угрозе всему человечеству. Дайте Адлеру всё, что ему нужно.       Рейган указал рукой на Адлера, затем снова посмотрел на всех.       — Господа, у вас важнейшая задача: защитить наш мир от великого зла. И пусть о вашем подвиге будут знать единицы — я вас уверяю, весь свободный мир будет у вас в долгу. Я знаю: вы не подведёте.

***

      — Хадсон, они уже начали?       — Адлер уже в Берлине. Скоро будет на конспиративной квартире.       — Ты ему веришь?       — Ха, тебе не меня надо спрашивать, Блэк.       — Его команда?       — Достойная группа. Он взял Симса, Азулая, даже умудрился привлечь Хелен Парк из МИ-6. Там будут ещё Мейсон с Вудсом.       — Не уверен насчёт Парк.       — Адлер давно с ней работает. Вот и привлёк её.       — А новые агенты?       — Насчёт Мартина не переживай, а вот с Беллом надо глядеть в оба.

***

      — Парни, будьте как дома, — сказал Адлер двум парням и закурил сигарету.       Перед ними стояла брюнетка, которая постучала по двери гаража, и тот начал открываться.       — Парк.       — Адлер, — ответила девушка, а затем перевела взгляд на двоих присутствующих. — Белл, Мартин.       — «Ого, не думал, что сюда будут вовлечены ещё и бриташки», — проговорил про себя Мартин, как только услышал, как она произнесла его имя.       Четвёрке открылся вид на просторный гараж, в котором находились ещё двое: чернокожий мужчина в тёмно-синей одежде, а также слегка смуглый мужчина лет под сорок.       Как объяснил Расс, это были Лоуренс Симс и Елезар Азулай, он же «Лазарь».       Уже шестеро подошли к столу, на котором лежали радио, пара паспортов ГДР, пепельница для сигарет и раскрытая пачка орешков.       — В последние дни замечен всплеск советской активности в эфире. ЦРУ и Минобороны запросили информацию, но пока что зацепок нет.       — У МИ-6 тоже никаких следов, — подала голос Парк, что подтвердило догадку Мартина об участии британской разведки в операции.       — Но с чего-то надо начинать, поэтому вернёмся сюда, — Адлер указал на первую зацепку, где лежали листы и фотографии. — Вьетнам, 1968 год. Тут нам Персей и попался в первый раз.       — Блин, я-то думал, что мы больше не вернёмся к этой операции, — высказал своё явное недовольство чернокожий.       — Не поспоришь, Симс, но, увы, придётся разобраться, — ответил ему Адлер. — Так, Белл, вспоминай. Ты же там тоже участвовал.       — Так-так-так, погодите… — остальные перевели взгляд на Мартина. — А на кой хрен нам нужно вспоминать Вьетнам? Какой толк от этого?       — А толк в том, Марти, что мы знаем Персея лишь по этой фотографии, — Адлер указал на фотографию по центру доски. — Мы бы, конечно, могли воспользоваться Беллом, который был внедрён к Персею… но у Араша были далеко не лучшие отношения с ним. Он подстрелил Белла, задел мозг, и Белл потерял память. Поэтому мы должны анализировать каждый шаг Персея, узнать его повадки и методы, чтобы ими же его и убрать. Есть вопросы?       Ответом послужила тишина.       — Отлично. Лазарь, подними всё что есть по Данангу и скинь Парк — она пробьёт по базам МИ-6.       — Нам нужны позывные, шифровки, отчёты о совместных операциях — в общем, любые возможные зацепки, — выдвинула Парк своё требование, доставая из футляра сигарету.       — Есть. — ответил Лазарь и пошёл в другой угол конспиративной квартиры.       — Тут вступаешь ты, Белл, — резко объявил Адлер и подошёл к доске. — Понимаю, память у тебя желает лучшего, но нам надо хоть что-то узнать о Персее. Как будешь готов — зови.       — Хорошо.       Белл сел за стол и начал прокручивать события во Вьетнаме, а Мартин и Лазарь одновременно подошли к Парк, которая настраивала проигрыватель. Сам Лазарь был с коробкой, наполненной папками.       — Медикаменты в другом ящике. Если нужно — обращайся.       — Спасибо, агент Азулай, — поблагодарив, она закурила сигарету.       — Помочь? — спросил Мартин с руками в карманах своей тёмно-коричневой куртки.       — Спасибо, Мартин, но я сама справлюсь. Может, займёшься тем, в чём ты лучше всех здесь присутствующих?       — Да… я только в боевых задачах хорош. Ну и немного в компьютерах, но их у нас пока нет.       — Ну тогда займись Симсом или Лазарем. Может, они не откажутся от твоей помощи, — она улыбнулась и снова вернулась к настройке проигрывателя.       Мартин решил подойти к Азулаю, который был возле оружейного стола и заряжал магазины к 1911.       — Помочь?       — Не помешает. Заряди магазины к штурмовым винтовкам. Остальное на мне.       — Хорошо.       Мартин сел и начал заряжать магазины к АК-74.       Во время работы Лазарь решил задать вопрос:       — Слушай, а ты выглядишь немного… знаешь… как ариец.       — Ну да. Моя мама была немкой, так что да — она и я арийцы.       — А папа?       — Американец. Познакомились во время войны во Вьетнаме. Там она и забеременела.       — Ух… она рассказывала, что начальство говорило ей, когда они узнали?       — Нет. Она получила ранение в спину и уехала обратно в Лондон. Она бежала туда ближе к концу Второй мировой.       — То есть она во время Рейха жила? И как там жилось?       — Мать сказала, что сначала было нормально, но потом началась полная жопа. «Зиг хайль» и всё такое.       — Понятно.       Лазарь уже переходил к пистолетам-пулемётам, а Мартин начал заряжать магазины к XM177E2.       — А ты откуда? — спросил уже Мартин.       — Я из Вашингтона, а потом родители увезли меня в Израиль. У двойного гражданства, знаешь ли, свои плюсы.       — А нахрена?       — Ну… они евреи.       После этих слов Мартин жутковато улыбнулся и вдруг сказал по-немецки:       — Ааа… Jude.       Услышав такую речь, Лазарь застыл и просто не знал, что делать — ударить Мартина, спросить что он имел в виду или промолчать.       — О, Симс, смотри! Кажется, Лазарь обосрался! — с улыбкой выдал Адлер.       — Да я прикалываюсь! — сразу объяснил Мартин и стукнул магазином по предплечью Азулая.       Симс, Расс и сам Мартин начали смеяться.       Чёрный юмор был главной проблемой, с которой столкнулся Адлер. С человеком с таким острым чувством юмора довольно тяжело работать в команде, особенно когда напарниками являются представители разных наций.       Лазарю ещё долго придётся терпеть шутки про евреев от Мартина. А ведь он ещё даже не добрался до Симса, который вообще был чернокожим. С расовыми шутками Мартин тоже мог разгуляться: азиатов он называл «узкоглазыми», мог пародировать их речь.       Если дело доходило до китайцев и те ошибались, Мартин принимал на себя роль верховного лидера Китая и говорил: «Ты позор партии Китая! Вы будете депортированы в трудовой лагерь!»       В общем, многим придётся терпеть выходки Мартина.       — Ребят! — громко сказал Белл. — Я с уверенностью могу рассказать про фиаско в Дананге!       Этой фразой он дал понять, что всей команде нужно собраться.