Скульптор и Колыбельная

ПРОЛОГ

Хан Джисон и Ли Минхо - серийные убийцы, действующие в одном городе, но с абсолютно разными почерками и мотивами. они не знают друг о друге, пока одно жестокое стечение обстоятельств не сталкивает их лицом к лицу над одним и тем же телом. это не просто встреча двух монстров. это встреча двух половинок разбитой души, которые узнают друг в друге родственное безумие. их связь - это не здоровая любовь, а симбиоз двух хищников, обреченных либо уничтожить друг друга, либо вместе погрузиться в самую темную бездну

ночной зверь

Хан Джисон, он же «Скульптор».

Джисон не убивал просто так. он создавал произведения искусства. его жертвами становились те, кого общество считало «мусором»: жестокие домашние тираны, насильники, коррумпированные чиновники, уходящие от правосудия. он не просто лишал их жизни. он их... переупаковывал.

***

заброшенный мясоперерабатывающий завод. время - 3:47 ночи.

жертва: известный адвокат, недавно вытащивший из тюрьмы педофила по технической ошибке.

Джисон, в прозрачном пластиковом комбинезоне, работает с хирургической точностью. он не испытывает ярости. его лицо спокойно, почти медитативно. он вскрывает грудную клетку жертвы, аккуратно смещая органы. его цель - позвоночник. он очищает его от плоти с помощью скальпеля и костных щипцов, кропотливо, позвонок за позвонком. звук отделяемой плоти - влажный, щелящий. пахнет медью и хлоркой. в итоге, он «усаживает» своего адвоката в кресло, с идеально очищенным позвоночником, выгнутым в неестественной, но эстетичной арке. в руках труп держит собственное сердце. это его подпись. его послание: «загляни внутрь. увидь свою гниль». Джисон уходил с места преступления, чувствуя не кайф, а холодное удовлетворение санитара, выполнившего свою работу. он наводил порядок в хаосе человеческой порочности.

Ли Минхо, он же «Колыбельная».

Минхо был его полной противоположностью. его двигала не идея справедливости, а жажда... тишины. вернее, того звука, который возникает, когда тишину насильственно прерывают. его жертвы - случайные люди, часто молчаливые, скромные, те, чья жизнь была образцом спокойствия. он ломал их.

***

ухоженная, но безликая квартира в спальном районе. 

время - 21:12 вечера.

жертва: библиотекарь, женщина лет пятидесяти, чья жизнь состояла из книг и чая с котом.

Минхо не спешил. он мог часами сидеть с жертвой, говоря с ней. он узнавал ее страхи, ее маленькие мечты. он вскрывал ее душу, как консервную банку. а потом начиналось действо. он не использовал скальпель. его инструменты - бытовые предметы. дрель, кухонный нож, утюг. убийство библиотекарши он начал с того, что засунул ей в рот клубок ее же ниток для вязания, заставив подавиться собственным хобби. пока она задыхалась, он включил старую патефонную пластинку с детской колыбельной. он медленно, почти ласково, прижигал утюгом ее веки, шепча на ухо: «спи. просто спи». его подпись — убитая жертва в неестественно спокойной, «спящей» позе, с застывшей на лице маской ужаса, и звук заевшей колыбельной. Минхо получал оргазм от этого контраста - внешнего спокойствия и внутреннего, застывшего в глазах, адского крика.