Вальс северных ветров

      «Пианино… Как это вообще получилось? Пи-а-ни-но…», — вертелись в голове одни и те же мысли Мики, словно попав в замкнутый круг. Выступление с письмом Магистра Варки действительно сильно тревожило его, в чем-то, даже сильнее, чем приближающаяся метель в чистом поле. Он знал, что находясь в плену вечно повторяющихся мыслей, забыл кое что очень важное, но не мог найти в себе сил распахнуть зашторенное окно и впустить в голову немного свежего воздуха. «Нет, и все же, почему пиа…»              — Мика, привет! Вот ты где, — вырвал его из мыслей звонкий, до боли знакомый девичий голос.              Зяблик начал вспоминать всех своих знакомых, но точно определить хозяйку голоса так и не смог. Глаза боязливо пробежали снизу-вверх, ненадолго останавливались на лице, но спустя мгновение, смущённый взгляд вновь опустился к ногам. Тем не менее даже этого мгновения хватило, чтобы признать в гостье лучшего скаута Ордо Фавониус и обладательницу почетного титула чемпиона полетов на глайдере.              — Эээ… Ой, Эмбер! Привет, рад, что ты здесь!       — Я была на твоем выступлении с письмом. Ты выглядел подавленным, от чего захотела узнать, вдруг тебе нужна помощь? И… учитывая то, что ты забрался в самый дальний угол библиотеки, она явно не будет лишней.       — Надеюсь, я… не создал тебе проблем с поиском…       — Ни в коем случае! Я знала, что ты будешь в картографическом уголке, ведь он… — задумалась девушка, но Мика так и не дал ей договорить.       — Находится прямо напротив твоей любимой полки с книгами о элементальных механизмах, — с воодушевлением подхватил её мысли парень, затем опомнился и прикусил губу. Улыбка вновь пропала с его лица, уступив место сосредоточенности. В диалоге возникла неловкая пауза, но Эмбер не дала ей продлиться слишком долго       — Ищешь какие-то конкретные книги?       — Да… Старые карты северных земель. Хочу… получше подготовиться… к… возвращению к экспедиции.       Судя, по отобранным и аккуратно сложенным на краю стола атласам, юный картограф уже нашел все, что искал, а значит смысла оставаться тут было мало.       — Вот эти карты? — девушка подошла поближе и провела пальцем по обложке верхней книги всей стопки.       — Да, это они… Я… Эй! Зачем они тебе? Постой! Пожалуйста, положи обратно. — заволновался парень.       — Не переживай, я просто помогаю тебе перенести их.       — Перенести… Куда?       — К Хорошему Охотнику, — расплылась в очаровательной хитрой улыбке Эмбер, вновь затесняв своего собеседника, — Не переживай, я угощаю.       Мика хотел было уже начать возмущаться, но просто не мог погасить пылающую любовь к жизни своей подруги, которая смогла зажечь огонь и в нём.       — Ладно, хорошо… Я составлю тебе компанию, — сдался он       — Зато ты больше не думаешь о том, как назвал Джинн пианином, — захохотала девчушка, поспешив в сторону выхода       — Неправда! Я не думал! — поспевал за ней зяблик.       — Правда — правда!       — Нет!       — Да       — Не думал!       — Обманываешь!

***

      Распахнулись ворота замка Ордо Фавониус, открывая перед собой чудесный вид на город, а по плечам и шее пробежал озорливый нежный ветерок. Мика позволил себе на мгновение остановиться, закрыл глаза и сделал глубокий вдох, словно напитываясь теплом пригревающего солнца. Кажется, что он совсем отвык от такой безмятежной жизни, от чего воспринимал дни, подобные этому, как благословение Архонта.       Эмбер взглянула на своего друга и, кажется, только сейчас поняла насколько трудна была его жизнь там, в вечной дороге на север. Она ни разу не слышала от него жалоб и мольбы о помощи, от чего даже не задумывалась о всех тяготах и лишениях, что он перенёс. Остановилась рядом, словно отдавая должное стойкости и выносливости юного картографа.       — Извини… Я немного уснул, — опешил Мика, опомнившись от мимолётной слабости       — Всё в порядке, ты заслужил это.       Путь до Хорошего Охотника проходил в молчании, нарушить которое не осмеливалась даже Эмбер. Хоть она и любила подшучивать над Микой, хихикая с его реакции, но сейчас, как будто, не имела морального права делать это. Или… имела? Она же не желает нечего плохого. Наоборот, хочет подбодрить и поддержать. Взглянула на него. Парень выглядел взволнованным. Она смотрела на своего давнего друга и не понимала, идёт ли рядом с ней всё тот же человек, или северные холода сделали его вновь незнакомцем.       — Послушай… — вырвал её из размышлений робкий голос Мики, — Могу ли я взять у тебя книжки?       — Не переживай, мне не тяжело.       — Нет… Не поэтому. Просто… Просто… Стесняюсь, — с невероятным усилием выдавил он из себя, покрывшись милым румянцем.       На лице девушки распустилась улыбка, которую она была не в силах сдержать. Ей с момента первой встречи нравилась застенчивость и скромность картографа, свидетельствующие о добром чистом сердце. Она с большим удовольствием и озорством общалась с Микой, подкладывая веточки в его тихонько горящее сердечко, а затем любовалась разгорающимися чувствами и эмоциями. Не из злых умыслов, ни в коем случае! Просто хотела, чтобы такие люди как он сияли как можно ярче, озаряя мир своей красотой и добром, а сам мальчишка — не потушил свою добродетель в холоде одиночества и безразличия. Но сейчас она не имела намерения подшучивать над ним, от чего не понимала причину такого волнения.       — Стесняешься? От чего?       — Я… Мы… Мы идём рядом… И люди смотрят… Ещё и книжки мои несёшь. Просто не привык к такому.       «Какой же он, всё-таки, милый!» — зажмурила глаза Эмбер, чуть ли не мурлыкая от своих чувств.       — Кхм… — старалась она немного отойти от нахлынувших эмоций. Вот теперь она действительно вошла в азарт       — Но, ведь… Если я отдам тебе книги, то это не отведёт от нас взгляды. И, если уж на то пошло, то обычно именно мальчики помогают своим подругам носить тяжести.       От этих слов Мика выпрямился как струна, замерев на месте словно статуя, а румянец покрывал теперь не только лицо, но и плавно перетекал на уши. Похоже, что такая порция дров, подкинутая в и без того бушующий огонь внутри Мики, была чрезмерной. Казалось, что в голове началась настоящая паника: нейрончики бегали туда-сюда, рыскали по архивам в попытке найти план действий на случай пожара, издавая при этом крики ужаса. Лишь сейчас, осознав что натворила, Эмбер принялась принимать меры по тушению охватившего его друга племени.       — Мика! Шутка! Шутка! Извин, я немного увлеклась… — хотела было она потрясти зяблика за плечи, но вовремя вспомнила о находящихся в руках книгах, от чего просто опустила голову в знак признания своей вины.       — Давай я дам тебе половину стопки?       Такое предложение подействовало на Мику ободряюще.       — Да, думаю… Так будет лучше всего.

***

      Через несколько минут, они уже сидели за столиком самого известного Монштадского ресторана, перебирая имеющиеся в меню блюда. Мика, по своей привычке, искал что-то простое и сытное, а Эмбер — то, что по её мнению действительно хотел бы заказать Мика. Через некоторое время стол буквально ломился от угощений.       — Эм… Эмбер, можешь, пожалуйста, позвать Сару? — попросил он, находясь в явном замешательстве, — Мне кажется… она принесла нам чужой заказ.       — Нет, это наш заказ. Точнее… мой. Но похоже, что одной мне с ним не справиться, поэтому надеюсь на твою помощь, — с хитрыми глазками надеялась сохранить свой план в тайне она.       Спорить зяблик не стал, но всё же предпочёл начать со своего блюда, видимо, надеясь на то, что его подруга таки съест хоть что-то из заказанного.       — Такой обед — настоящая роскошь, — с нескрываемым наслаждением констатировал он, — В дороге еда совсем другая… Как и вся жизнь.       — А какая она? Расскажи!       — Не думаю, что тебе правда понравится мой рассказ. Да и… если честно… рассказчик из меня никудышный.       Эмбер всем своим видом выражала неподдельное любопытство. Поддалась чуть вперёд, чтобы не пропустить ни одного слова и приготовилась к рассказу.       — Если ты действительно того хочешь… — Мика делал глубокий вдох, словно собираясь с мыслями.       — Экспедиция вышла… тяжёлой. Ни я, ни Магистр Варка, ни кто-либо другой не мог предположить что нас ждёт там, на севере. Мы всё время идём вперёд сквозь снега и вьюги. Целыми днями, а иногда и после заката. Почти до изнеможения. Останавливаться нельзя, ведь запас провизии ограничен. При необходимости, ежедневный паёк урезается вдвое, иногда и в четверо. Собаки от голода начинают грызть собственную упряжь, а ты, смотришь на них и не знаешь кого больше жалеть: их, голодающих товарищей или себя.              Мика больше не запинался, не делал долгих остановок, его голос не дрожал, а выражал уверенность и скрытую ранее силу. Даже его лицо изменилось. Глаза перестали бегать из стороны в сторону, взгляд был обращен внутрь себя, словно он находился не здесь, а среди беспощадной к заплутавшим путникам ледяной пустыни.       — … Всюду тебя окружает нестерпимый холод, от которого не спасает ни одежда, ни одеяла. При сильном морозе нос и щеки коченеют, теряют чувствительность, а затем чернеют. Единственный способ не замёрзнуть — продолжать идти вперёд, надеясь на скорый привал и возможности погреться у костра, а утром, ещё до рассвета вновь собраться в путь к давно забытой цели.       От таких подробностей сердце Эмбер наполнилось искренним состраданием. Она, конечно, догадывалась о трудностях экспедиции, но имеющиеся у неё представления не отражали и доли всех трудностей участников северного путешествия. Она хотела поддержать своего друга, но не знала какие подобрать слова. Казалось, что все они были как будто бесполезны.       Протянула руку и осторожно положила её поверх ладони Мики, от чего он тут же вышел из транса и с удивлением взглянул сначала на подругу, а затем на ладонь. В голове вновь разгоралась активная суета, вытесняющая неприятные воспоминания, но в этот раз Эмбер не дала ему возможности впасть в паническую краску.       — Но ты преодолел всё и вернулся живым, а значит невероятно силён! Путешествие закончилось успехом, и вы никого не потеряли. Всё это уже позади. Юный картограф робко кивнул головой, отведя взгляд в сторону.       — Да, ты права… — спокойным голосом ответил он. Он относился к своему путешествию куда более смиренно, и пережитые трудности уже не вызвали в нём тех же ярких эмоций, что испытывала Эмбер. Он давно научился жить по законам Севера. Да, закон суров, но справедлив. Его стоит не бояться, а уважать, ведь только принимая правила этого другого мира можно выдержать все испытания судьбы.

***

      Стемнело. На улице один за другим в домах начали зажигаться фонари, чтобы ближе к ночи вновь погаснуть. Город погрузился во тьму, и лишь в одном из оконцев горел тусклый свет одинокой свечи.