Часть 2. Принять свои слабости
25 января 2026 г., 16:32
Стемнело. Один за другим в домах начали зажигаться фонари, чтобы ближе к ночи вновь погаснуть. Город погрузился во тьму, и лишь в одном из оконцев горел тусклый свет одинокой свечи. В такие моменты окна воспринимаются чем-то большим, чем просто стеклом, за каждым из них словно скрывается какая-то история. История тихой семейной жизни, или тяжёлых ночных переработок, одинокого существования или радости долгожданной встречи — мечтать можно бесконечно, ведь однозначного ответа нет и наверняка не будет.
А какую историю хранил этот тусклый огонёк? Уже и не важно, ведь фитиль догорает свои последние секунды и гаснет вместе с не дающими покоя вопросами и фантазиями.
***
«Да где же это он?» — вновь и вновь задавалась вопросом Эмбер, нервно посматривая на часы. Мика опаздывал уже как на полчаса. «Забыл? Решил не идти? Работает?» Она перечислила уже под два десятка возможных причин, но ни одна не казалась ей правдоподобной. Решив больше не терять время, девушка встала со скамейки близ фонтана и вновь отправилась на поиски мальчишки. Дело обещало быть не сложным, но к её удивлению, Мики не было ни в библиотеке, ни в забегаловках, ни в Ордо Фавониус. Последним предполагаемым местом была квартира, которую ему чуть ли не насильно вручила Джинн. Мика не желал такой роскоши и настаивал на проживании в казармах ордена, но действующий магистр была против, и даже дала распоряжение не допускать его к общим комнатам. Если где и можно было найти парня, то только там. Среди шума городских улиц раздалось несколько ударов в дверь, но никакой активности внутри дома не последовало. «Неужели, снова мимо?» Опыт Эмбер подсказывал, что эта тишина ещё ни о чем не говорит. Дернула дверную ручку и, к своему удивлению, обнаружила ее незапертой. Приняв это за дурной знак, начала осторожно, не издавая лишнего шума, пробираться по прихожей в гостиную, где обнаружила очаровательную картину. Мика лежал посреди комнаты, свернувшись рулетиком в несколько слоев одеял и был окружён множеством разбросанных книг, листов с записями и переписанными от руки картами. Мысль о то, что он вместо заслуженного отдыха снова работал, вызывала в Эмбер восхищённое переживание. «И все же, чем он так усердно занимался всю ночь?» Подняла с пола бумажку с записями, в которой оказались какие-то расчеты, судя по всему, отражающие время нахождения в пути. На обратной стороне — карта с десятком маршрутов, оканчивающихся в одной точке. Утолив своё любопытство, Эмбер направилась в выходу. В её планах не было попадать в неловкую ситуацию, но скрипучая дощечка на полу внесла свои коррективы. Рулетик зашевелился, открыл глазки и хотел было сладко зевнуть, как вдруг увидел стоящую в дверном проходе Эмбер, и от удивления закрыл рот. В комнате вновь повисла тишина, но уже куда более неловкая. — Эм… Мика, доброе утро! Я всё никак не могла тебя найти и решила проверить… В общем… я рада, что ты в порядке. Не хотела тебя будить, прости. Парень начал поспешно выпутываться из своего тёплого кокона, чтобы протереть глаза и убедиться, что это не сон. — Нет! Это ты меня прости! Я проспал нашу с тобой встречу… — Не вини себя, лучше отдохни. Я… уже ухожу, — опустив голову и плечи, Эмбер повернулась к выходу — Стой! Ты можешь остаться. «Остаться… Зачем?» — промелькнуло у него в голове. Разум Мики не находил ответа, но оттаявшее сердце настаивало на своём. Парень так редко прислушивался к нему, что уже и забыл это чувство. Разве у всего должна быть разумная причина? Взглянул на Эмбер, на лице которой вновь распустилась милая улыбка, перед которой он был не в силах устоять и вновь отвёл глаза. — Отлично! Тогда позволь я приготовлю завтрак?***
Через некоторое время, они уже сидели на полу с кружками чая и парой бутербродов, собранных из всего, что было дома. Мика по своему обыкновению чувствовал себя неудобно, а Эмбер просто была рада позаботиться о своем друге. — Так чем же ты занимался всю ночь? — Пытался спланировать обратный путь до экспедиции. — Ты возвращаешься обратно? — с поникшим голосом спросила скаут, — Зачем? Неужели это так необходимо? — Я — единственный картограф в группе, а актуализация карт северных земель это одна из приоритетных задач экспедиции, не говоря уже о том, что без меня они могут попросту заблудиться. К тому же… я не стану нарушать приказ, отданный Магистром Варкой. Эмбер не хотела вновь расставаться с зябликом, хоть и находила свои желания весьма эгоистичными. Недавняя встреча подарила ей столько удовольствия, что было трудно свыкнуться с мыслью о скорой разлуке. Только сейчас девушка поняла насколько быстро смогла вновь привязаться к давнему другу. Или… она не отвязывалась вовсе? Не находя места переполняющим чувствам, Эмбер постаралась проглотить накопившуюся грусть, пообещав себе провести с Микой Как можно больше времени. — Вижу, это достаточно сложно, если пришлось работать всю ночь. — Большая часть успеха путешествия зависит именно от подготовки, поэтому на неё не следует жалеть сил. — И… Как твои успехи? Мика сделал глубокий вдох и заметно опечалился. — Я испробовал множество маршрутов, но ни один из них не подходит для безопасного и быстрого возвращения. — Почему не получается вернуться тем же самым путём? — К сожалению, этот путь не подходит по времени. Совсем скоро, через месяц-полтора, на реках тронется лёд, что сделает их непреодолимыми, и тогда дорога займет столько времени, что страшно представить. — А нельзя ли как-то ускориться, сбросив лишний багаж? — изо всех сил старалась помочь ему подруга. Конечно её предложения были достаточно незамысловаты, но иногда самые простые решения и являются самыми верными. Её взгляд на ситуацию был иным, что могло помочь Мике вырваться из омута застоявшихся мыслей и взглянуть на ситуацию под немного иным углом. — У меня уже осталось только самое необходимое: медикаменты и инструменты для участников экспедиции, пища и тёплые вещи. При большей поклаже придется брать с собой второго человека. — Второго? — чуть не подавилась чаем Эмбер, — Ты отправляешься один?! — Не хочу брать с собой никого, кто не является участником северной экспедиции. Не хочу подвергать их таким тяжестям, а та группа, что сопровождала меня по пути обратно… Они слишком устали и будут лишь замедлять. — Я не отпущу тебя одного! — почти со злостью выпалила Эмбер. Мика виновато взглянул на сжатые в кулачки руки девушки, боясь встретиться с ней глазами, так как знал, что хватит одного лишь мгновения, чтобы он отступился от своих принципов. Принципов, ради которых он и работал всю ночь в тщетной попытке найти маршрут для одиночного путешествия. — Так… правда будет… лучше, — вновь начал запинаться он Эмбер не могла этого допустить. Она, конечно, верила в силу и стойкость юного картографа, но не желала даже думать о том, как он будет месяцами брести среди снегов в полном одиночестве. Никто не заслуживает такого, даже сильные. С другой стороны, Мика наверняка понимал в путешествиях больше её, и не стал бы без необходимости подвергать свою жизнь опасности. — В таком случае у меня будет одна просьба, — почти с жалостью в голосе просила девушка, — Произведи расчеты хотя бы для двух человек. Просто… произведи. Я не прошу тебя отказываться от своих планов, но… хочу, чтобы ты… В общем, просто посмотри на них.***
Умывая руки, девушка вышла из дома в самых тревожных чувствах. Она старалась найти хоть какой-то весомый аргумент, способный убедить Мику оставить свою гордость и принять руку помощи. Зная упёртость зяблика, она понимала, что задачка эта будет не из лёгких, от чего полностью погрузилась в размышления и шла куда несли ноги. Эмбер всегда была словно маяк надежды для любого заплутавшего путника, что поможет в трудную минуту, согреет и защитит от опасности. В ней было так много тепла, энергии и оптимизма, что казалось, будто этот огонь в сердце никогда не погаснет и будет вечно согревать окружающих своей любовью к жизни. Понимая Мику как никто другой, она знала, что в глубине сердца парень нуждался в попутчике, но не могла навязывать свою помощь насильно, от чего ощущала некоторое бессилие. Опомнившись от своих мыслей, девушка обнаружила себя рядом с одной из ветряных мельниц. Ещё со времён обучения в ордене, она часто любила залезать сюда и наблюдать за мирно текущей жизнью обитателей Монштадата, а как надоест — разбежаться настолько сильно, насколько позволяет подмосток, оттолкнуться от самого края и после секундного свободного падения распахнуть крылья планера, наслаждаясь встречным ветром и бескрайним чувством свободы. Эмбер чувствовала, что пришла сюда не просто так, что её сердце что-то пытается ей сказать. Лесенка-за-лесенкой, скаут поднялась на самый верх, вновь созерцая тот же вид, что и годы назад. Тут же волной нахлынули воспоминания о том, как училась в Ордо Фавониус, общалась с товарищами, находила друзей и… встретила Мику. Тогда он был куда более нелюдим, но от внимания Эмбер его это никогда не спасало. Как оказалось, за ранимой душой скрывался очень смелый человек, просто иногда он… вот такой, каким все видели его на вступлении. Для большинства людей не существовало другой стороны Мики, ведь он редко с кем общался так же, как с Эмбер, по той простой причине, что не искал друзей, а скорее ждал пока они сами его найдут. Многим парень казался отшельником, но на самом деле ему просто не нужно было много людей. Чтобы быть счастливым, хватит и одного, но такого, кому бы он посвятил всю свою жизнь. А что же сама Эмбер? Она могла назвать своими друзьями добрую половину всего города. Она не желала ограничивать свой круг общения, с каждым разом находя новые знакомства. Но не смотря на такую общительность, редко кто получал от неё столько же внимания, как юный картограф. Вспомнила свои первые задания и патрули, когда они были не просто приключением, а настоящим служением Монштадту. Тогда она, юный скаут, впервые осознала весь груз ответственности: от её бдительности на патруле могла зависеть безопасность торгового каравана, а от своевременного донесения — принятие важного решения в ордене. Со временем патрули и задания действительно стали привычными, но не потому, что потеряли ценность, просто… она научилась нести свою службу легко и эффективно. Девушка вновь обратила свой взор на родной город. По улицам всё так же беззаботно резвились дети, разыгрывая сцены сражения грабителей с полуночным героем, а на крышах по-прежнему нежились в солнечных лучах уличные кошки, и, даже, вечно пьяный чудак, как и раньше плескался в фонтане в поисках мелочи. Мирная и спокойная жизнь, не отягощённая напастями. Именно ради таких беззаботных дней Эмбер бдительно охраняет город от всех угроз. Среди множества улочек, взор пал на крохотный дом Мики, находившийся почти вплотную к стенам на окраине города. Такой непримечательный, что даже с высоты огромной мельницы виднелась лишь небольшая часть его крыши. Отстранённый от всех, юный картограф всё ещё является частью Монштадта, и, что ещё более важно, её другом, что нуждается в помощи как никто другой. «Нуждается в помощи… Разве не в этом состоит мой долг?» Бремя ответственности тяжкой ношей всё больше и больше давило на плечи. Ордо Фавониус, Джинн и жители страны ветров с одной стороны и Мика с другой. Кто из них более важен? Может ли она бросить всё и отправиться бог знает куда? Слишком много вопросов и так мало ответов. — Любуешься видом? От неожиданности Эмбер чуть ли не подпрыгнула, едва не упав с подмостка. — Эола! Я даже не услышала как ты поднялась! — Не удивительно, учитывая то, с каким многосложным выражением лица ты сидела так высоко в полном одиночестве. Ну давай, рассказывай, я вся внимания. Подруга села рядом и приобняла девушку за плечо. Она редко видела скаута в таком состоянии, и, если уж до этого дошло, дела у неё были действительно плохи. Наверное, Эола была единственным человеком, кому была открыта такая сторона Эмбер. Она всегда выслушает и поможет в трудную минуту, ведь даже таким солнечным людям как Эмбер свойственно испытывать тоску, одиночество и тревогу. — Ты правда думаешь, что с твоим уходом Монштадт погрузится в хаос, — с наигранным пренебрежением пошутила Эола, выслушав свою подругу. — Нет! Вовсе нет! Мне не даёт покоя мысль о том, что это выглядит, как будто… я просто бросаю вас всех. — Эмбер, — чуть посмеялась с её слов девушка, — Оглянись вокруг. Хоть местная молодежь уже и отбилась от рук, они, всё же, прекрасно справляются со всеми трудностями. Не хочу недооценивать твой вклад в общее дело, но и ты не приуменьшай заслуги других. Пойми, город не превратится в руины за несколько месяцев, уж я-то точно не позволю этому случиться, поверь. Сейчас ты нужна не Монштадту, а Мике. Только представь, что будет если он попадёт в беду. Если для тебя и этого мало, то подумай и о других участниках экспедиции. Что станет с ними после потери своего главного навигатора? К тому же, трудно найти человека, что лучше тебя справится с такой сложной задачей, а с бандитами и хиличурлами мы и сами как-нибудь справимся. Эола сделала некоторую паузу, давая Эмбер время переварить сказанное. — К тому же… вы отлично смотритесь вместе, — рассмеялась аристократка. — Хей! — Ладно-ладно, просто хотела, чтобы ты пришла в себя. — Спасибо, — прошептала Эмбер, крепко обняв подругу, — Но, ведь… это означает, что мы долго — долго не увидимся. — Я всегда буду помнить о тебе. Пусть нас и будут разделять снежные долины, я всё равно буду ждать и надеяться на скорое возвращение. — Я тоже буду с нетерпением ждать встречи. Сложно сказать как долго они ещё сидели на вершине мельницы, не в силах выпустить друг друга из объятий. Казалось, что это могло длиться вечность. Прощание всегда даётся тяжело, особенно если расстаёшься с кем-то родным. Не смотря на это, сквозь тоску расставания была различима железная уверенность в своём выборе. Теперь она может отдать долг своему народу, выйдя далеко за рамки стен Монштада. Куда-то туда, за границы горизонта, куда был направлен её взор. — Так чего же ты ждёшь, — нарушил тишину голос Эолы, — Давай. — Сделаем это вместе? — Не, это твоё путешествие, я же останусь тут. Эмбер кивнула, вновь устремила взгляд в даль, взяла разбег, оттолкнулась, и с лёгкой душой воспарила над городом на крыльях своего глайдера, наслаждаясь встречным ветром и чувством бескрайней свободы.***
Раним утром, с наступлением нового дня, Мика уже заканчивал последние приготовления, когда в дверь его дома снова постучали. Он догадывался о том, кто это мог быть, от чего вжался в плечи подобно черепашке в надежде найти спасение от предстоящего разговора. Но выпрыгивать из окна он не хотел, а выхода на крышу у него не было, от чего, осознав безвыходность своего положения, отправился открывать дверь. — Мика! Привет! — не находила себе места на пороге Эмбер. — Доброе утро… Я… я так понимаю… Ты хочешь узнать результаты? — Хм… Вообще-то… я думала просто выпить чаю после сдачи смены. Мика узнал эти нотки хитрости в её голосе. — Вообще-то… У меня там… эм… такой беспорядок, что страшно представить! Не хочу чтобы ты… его видела. — Прямо как в тот раз? — захихикала Эмбер своим щебечущим смехом, — Не переживай, помехой это точно не станет! — Но… Я… Хорошо, — смирился со своей участью зяблик. Пропустил подругу вперёд, а затем поплёлся следом за ней с низко опущенной головой. Гостиная была заставлена различным снаряжением для путешествий, продовольствием и тёплыми вещами, а посреди комнаты лежала пара широких напарафиненных лыж. Мика был пойман с поличным и с закрытыми глазами ожидал своего приговора. — Я вижу, ты уже всё приготовил, — на удивление спокойным голосом констатировала Эмбер. — Да, — через силу выдавил из себя Мика. — А как же расчеты для двух человек? Ты их произвел? — Да… — И как? — Они… Отличные. — Тогда почему ты едешь один? — Потому что… — Мика сделал значительную паузу, словно пытаясь подобрать слова, — … Потому что должен. Зяблик ощутил себя невероятно виноватым за эти слова, хоть и заранее их подготовил, неоднократно репетируя у себя в голове. Но к его удивлению, действительность сильно отличалась от того сценария, который он сам себе напридумывал. Эмбер вела себя на удивление сдержанно, словно с момента последней встречи уже догадывалась о таком исходе событий и приняла его как должное. — В таком случае я иду с тобой. Произошло то, чего Мика опасался больше всего. В его жизни не было никого, кем он дорожил бы больше чем Эмбер и старался всячески оградить её от желания присоединиться к экспедиции, так как знал, что она не остановится ни перед чем, чтобы достигнуть своей цели. — Разве тебя не остановили мои рассказы? Разве ты не понимаешь, что это очень опасно? — голос Мики приобрел невиданную ранее смелость, в котором читалась настойчивость родителя, объясняющего своему ребенку простые истины, -… Это путешествие продлится не месяц, ни два и не три, а вероятнее всего год или, даже два, ведь обратно мы вернёмся только лишь вместе со всей экспедицией! И все это время ты будешь изнывать от холода, голода и усталости, будешь засыпать лишь после заката солнца, а встать ещё до его восхода. Ты уверена, что хочешь всего этого? Он замолчал, смотря Эмбер прямо в лицо. Она ещё ни разу не видела насколько пристального, пронизывающего насквозь взгляда, перед котором, признавая своё бессилие, отвела глаза в сторону. Он и сам не ожидал от себя такой экспрессии, от чего немного смягчился. — Твое место здесь. Ты нужна Монштадату. Нужна Джинн… Нечего не ответив, девушка подошла к нему, достав из поясной сумки свиток с гербовой печатью Ордо Фавониус и вручила в руки. Мика с удивлением принял документ, который гласил об отстранении Эмбер от своей штатной должности скаута в Монштадте, в углу которой стояла подпись действующего Магистра. От увиденного, он чуть не выронил свиток из рук. — Джинн не хотела его подписывать. Когда она узнала о твоём намерении возвращаться одному, то собиралась просто издать приказ о включении меня в состав экспедиции, по которому ты бы был вынужден взять меня с собой. Но я попросила её не делать этого. Я хочу, чтобы это решение оставалось за тобой.***
Стемнело. Мика лежал на кровати в окружении ещё большего количества припасов и смотрел на вторую пару лыж, прислоненных к стене. «Да уж… И как так вообще вышло…»
