Температура холода

Автобус возвращался в город. В салоне гулки́й смех, шутки, кто-то пересматривал лучшие моменты игры на телефоне, кто-то уже строил планы на выходной. Победа дарила всем лёгкость — но не всем. Кирилл ехал в автобусе, уткнувшись взглядом в окно. За стеклом мелькали огни витрин, вывески, редкие прохожие, спешащие по тротуарам — всё расплывалось в отражении, будто плывущие краски на воде. Автобус покачивался, издавая привычный ритмичный гул, а Кирилл отбивал ногой невидимый такт — будто пытался поймать мелодию дороги. Он держал телефон в руках, пролистывал ленту. Внутри было тепло, и экран казался ещё теплее, словно в нём сосредоточилось всё живое, что связывало его с внешним миром. И вдруг среди рутинных уведомлений появилось одно, которое сразу изменило выражение его лица. «Алина: С победой, мой хоккеист». Он невольно улыбнулся — не широко, но так, что в глазах на секунду вспыхнул свет. Пальцы тут же застучали по экрану: сначала быстро, уверенно, потом чуть медленнее, когда он подбирал слова. «Спасибо, скучаю», — написал он. Потом, подумав, добавил: «Хочу увидеть тебя». Он посмотрел на отражение в окне — усталое, но довольное лицо, лёгкий наклон головы, шапка сбилась набок. Кирилл машинально поправил её, будто проверяя, как смотрится, словно хотел быть готовым, если бы Алина вдруг оказалась рядом. Автобус тряхнуло, кто-то за спиной тихо кашлянул, двери зашипели, впуская вечерний воздух. Кирилл снова взглянул на экран — сообщение отправлено. И пока город проезжал мимо, он невольно улыбался, глядя в стекло, где отражались огни и та самая короткая фраза: «Жду тебя». За ним, в два ряда позади, Морозов замечал каждое его движение — и делал вид, что не видит. Он усмехнулся, повернулся к другу: — Пора заканчивать эти любовные истории, — пробормотал он. — Что задумал? — поинтересовался приятель. — Скоро всё станет ясно, — ответил Морозов и глянул в сторону на экран телефона, где мелькали смс-строчки Кирилла. Через минуту в обмене с Алинй проскочило фото — нежная, провокационная картинка комплектa белья. Он хмыкнул, провёл пальцем по экрану и быстро набрал: «Хочу увидеть это на тебе». Ответ пришёл почти сразу: «Приедешь — увидишь.» Кирилл усмехнулся шире. «Тогда считай, уже почти приехал», — написал он. ——— Прошло несколько дней. Ребята снова втянулись в тренировки. Была лёгкая усталость после выезда, но настроение — боевое. Алина в медкабинете привычно заполняла документы: отчёты, формы, аптечку для следующей тренировки. На столе — кружка остывшего кофе и её телефон. Экран мигнул. Новое сообщение. Номер неизвестен. Подпись короткая: «Не всё так красиво, как кажется.» И прикреплён файл — видео. Она нахмурилась, мысленно надеялась на глупую шутку кого-то из студентов… и нажала «play». Пошло изображение. Раздевалка. Гул голосов. Камера будто спрятана — видно Кирилла, Морозова и ещё пару парней. Разговор — будто между делом, но каждое слово пробивает насквозь. Их голоса слышны почти шёпотом, но микрофон улавливает всё: заказ, спор, ставка. — Спорим? — слышно, как говорит Морозов, голос его насмешлив и ровно так леденящ, как всегда. — В течении месяца? — Десятку, — отвечает Кирилл. — Если я проиграю — плачу. Но я выиграю. — Тогда по рукам: ты должен переспать. Слова точат как песок. Всё звучит плоско, жестко, без улыбки. В конце — смех, и кадр обрывается. Алина ощутила, как в груди холод ужаса и предательства. Спор. Её имя. Их голоса. Всё это врезалось в голову так глубоко, что ноги подкосились. Телефон выскользнул из рук — она поймала его и включила повтор. Теперь слова звучали уже не «в тумане»: они были ясны. Смех. Хлопок по плечу. И обрезанное «по рукам». Мир Алины остановился. Сначала она просто сидела, не веря. Потом включила снова. Она включила видео в третий раз— будто пыталась поймать ту самую ошибку в записи, ремарку, искажение. Но всё было одинаково ясно: смех, расчёт, аккуратно поставленные слова. Те же слова. Та же ухмылка. То же лицо, которое она… любила. Пальцы задрожали. Телефон чуть не выскользнул из рук. Она резко встала, словно подкошенная. На глазах выступили слёзы, но она их смахнула. Взгляд стал холодным. Посмотрев на часы. Обеденное время. Кирилл сейчас должен быть в столовой. Не думая о куртке, шарфе, она выскользнула на улицу в медицинской одежде. Холод пробивал кожу, нёс резкость и требовал сосредоточения: пар изо рта становился белыми облачками, они тянулись, рассеивались. Она шла по ковру снега, шаги быстрые, жесткие, ногти в пальцах сжаты. Мысли — как стекла: режут, и каждая брала своё место. «Он смеялся надо мной?» — думала она. «Это, все было не по-настоящему» — думала она же. С каждым шагом сердце колотилось сильнее, как барабан на старом корабле. В университетской столовой шумно. Студенты смеются, кто-то кричит через весь зал, пахнет кофе и котлетами. Алина вошла — и сразу стала искать его глазами. Кирилл сидел с Игорем Крепчуком и Владом Самсоновым, обсуждая что-то с привычным азартом. — Алина… здесь? — тихо сказал Игорь. Кирилл поднял взгляд — и замер. Алина. В халате. Без шапки. Щёки пылают от мороза, глаза — от чего-то гораздо горячее. Он нахмурился, и взгляд встретился с её глазами. Алина молча подошла, не поздоровавшись. И не смотря ни на кого. Она положила телефон прямо перед ним и включила видео Голос Морозова. Голос Кирилла. Слова. Смех. Всё как нож по сердцу. За соседними столами притихли. Влад и Игорь наклонились вперёд, не веря своим ушам. Кирилл побледнел. Он попытался что-то сказать, но ком подступил к горлу. Только протянул руку, чтобы выключить видео — и взять Алину за ладонь. Она отдёрнула руку, не глядя. — Досмотри, — тихо сказала она. — Там дальше интереснее. Потом полезла в карман халата, достала несколько купюр и положила их перед ним. — Держи. Ты победил. — Голос сорвался. — Честно… И, не дожидаясь ответа, развернулась и вышла. Кирилл сидел секунду, будто его прибило к стулу. Потом вскочил и бросился за ней. Догнал уже в коридоре. — Алина, подожди! — схватил за руку. Она развернулась — и тут же ударила его по щеке. Гулко, звонко, на глазах у студентов. — Я… Я…? — дрожащим голосом. — Какая же, я дура… Слёзы катились по лицу, но она говорила, не останавливаясь: — Спор? Деньги? Это всё, чем я была для тебя?! — Алина, послушай! Это не так! — Кирилл попытался приблизиться, но она отступила. — Не смей, — прошептала она. — Просто… не смей… Ко мне подходить. Голос сорвался. Она покачала головой, будто отмахиваясь от него и от собственной боли. — Оставь меня в покое. Она ушла, не оглянувшись. Он стоял в коридоре, с красной щекой и взглядом, полным отчаяния. Все вокруг замерли. Кто-то снимал на телефон, кто-то просто смотрел. Кирилл резко обернулся и рявкнул: — Чего уставились?! Шоу закончилось! Он направился в столовую за своими вещами. Влад и Игорь подошли к нему в тёплый полутень. Влад положил ладонь на его плечо, голос у него был ровный, товарищеский: — Что теперь будешь делать? — Я хочу одному придурку морду набить, — вырвалось у Кирилла. В его глазах вспыхнула угроза. Игорь пожимая плечами, как будто напоминал о рамке: — Ты же знаешь он не учится в нашем универе. Не делай глупостей сейчас. Подожди тренировку — там разберемся. Кирилл кивнул, опустился на стул, обхватил голову руками, пальцы запутались в волосах. А после. Резкий стук по столу: — Чёрт… — проговорил он, ощущая бешенство и бессилие одновременно. Влад и Игорь молча наблюдали, каждый по-своему оценивая напряжение, которое висело в воздухе, словно лед перед столкновением.