DISARM

Существует множество легенд о Богах и их невероятном мире, подчиняющемся собственным законам, непостижимым для людей. Число историй в разных культурах, где человек познает божественность и возносится, оставляя позади все грехи, данные ему от рождения, неизмеримо. Вера в Богов и их чистоту, непорочность, в искренние и бескорыстные намерения, позволяет людям идти дальше, находить опору там, где можно бы было сдаться. Боги непоколебимы, недостижимы, идеальны, прекрасны. Они разные, всевидящие – следят с икон, картин и гобеленов за каждым шагом. От них не скрыться в темной захламленной комнате – им не страшна тьма, они поселятся в голове. Они пошлют ангелов, направят послов, подстроят случайность, чтобы помочь несчастному. Они везде и нигде, они над всеми и одновременно ниже всех, ведь Богам не свойственно властолюбие, а те, кто нес в себе зло, были изгнаны с небосвода. Христиане считают, что Бог един. Рожденный из той же материи, что и вселенная, он может повелевать её процессами. Создал Землю и людей, являясь себе Отцом, Сыном и своим же Духом. Бог есть создатель, и живет он в людях, и люди живут в нем. Буддисты верят в дэвов, как в божественных духов, но не отождествляют их с Творцом. Дэвы смертны: они страдают и умирают, хотя живут и знают больше, чем люди. На все воля судьбы – сансары: человек взойдет или падет – все зависит от того, как он прожил жизнь. Действия порождают последствия. Синтоисты считают, что Боги есть повсюду: в траве, в солнце, в любом крохотном явлении – все подчиняется божествам. Добродетель, совесть и ясный ум создают собой гармонию, которая приводит человека на свое место. Ненависть, эгоизм, попытка нарушить порядок – все это есть зло. Существует и утеряно еще невероятное количество религий, теорий и чтений. Столько, что даже легенды до сих пор не успели охватить все детали. Главное, что люди при жизни никогда не знают, как отличить правду от лжи, видят то, что доступно их глазам, а то, чего не видят – додумывают из того, что успели познать, и верят. Так, люди не узнают, что стоит “над ними”, потому что не смогут представить то, чего не познали. Но что если каждый человек на планете прав? Что если религии и теории – каждая как одна – верны? Если существует и единый Бог-Творец, и что если Бог был создан судьбой, что если судьба породила еще Богов, и не остается сомнений, что существует и Бог, который спасет от Судного дня, и Бог, который красит траву по весне в зеленый. Выходит, тогда каждый человек на планете прав. Получается, что, если сказать об этом людям, то, непременно, от одного к другому начнет прорастать семя зла: потому что не может быть каждый прав, и не сможет один человек понять другого, чтобы признать общее равенство. Каждый человек от рождения порочен, и всякая религия говорит о пороках как о зле – выходит, зародится недоверие к Богам. Множество богов исчезнет под гнетом ненависти – великого зла, которое они не смогли предотвратить. Убитые собственными детьми, безвозвратно выкинутые из хаотичного водоворота жизни. Но если представить, что Боги не могут бороться со злом, и что вся непорочность, в которую верили люди, на самом деле такая же додуманная, как и их врожденная слепота? Ведь если Бог живет в каждом, и если Боги отвечают за малейший сдвиг, получается, пороки должны жить и в них. Что если Боги тоже испытывают эмоции, гневаются, любят и живут жизнью, ощущая такие же светлые или всецело гадкие чувства? Что если Земля – кукольный домик, изображающий переживания Богов? Получается, что Боги сами не знают, как помочь несчастным, потому что, в первую очередь, должны помочь себе. Придется пенять на себя — человек это не оценит. Кто-то должен рассказать о том, как Боги любят, переживают и скорбят. Если существует такой Бог, что живет уже тысячи и тысячи лет, видел войны, мог топтать горы и танцевать среди новых, поднимающихся к небу? Он потерял так много, что, как любой человек, после сильного потрясения не может оправиться сам. Что если он отказался от любви и доверия, добровольно желая погрязнуть в разочаровании и злости? Его божественная душа осквернена горем, желая одного: вновь обрести величие. Кто спасет пропащего, безнадежного странника? Кто вернет ему корону? Насколько глуп и несчастен должен быть добровольно примкнувший к нему? Как много печали должно быть в дураке, чтобы разбудить спящий вулкан.