Знаешь, чего бы я хотел, Блицси?

      Блиц с самого утра стоял рядом с дворцом Столаса. Он хотел лишь одного — чтобы Столас вышел к нему. Он орал, визжал, угрожал, и вскоре птичка действительно выпорхнула из клетки. — Ну чего тебе? — со вздохом спросил сов. — Долго тут орать ещё собираешься? — Столас, дружище, — протянул Блиц, натягивая беззаботную улыбку, — как у тебя дела? — Я тебе не друг. — Столас, давай поговорим. — Нет, Блиц! Разговоры окончены. Ты сделал мне достаточно больно, чтобы я перестал хотеть с тобой общаться. Не приходи сюда, не пиши мне, не звони мне. Я больше не хочу тебя ни видеть, ни слышать. Прощай.       Блиц посмотрел в глаза Столаса. Не так давно эти глаза смотрели на него с восхищением. Не так давно Столас готов был пойти на что угодно ради встречи с Блицем, но теперь… в этих глазах были лишь печаль и разочарование. Блиц почувствовал такую боль, что хотел сию же минуту обнять Столаса, прижать его к себе, но тот быстро ушёл, оставив беса ни с чем.       Блиц решился набрать номер, который так давно не юзал. Это был номер Сота. Когда-то давно они поссорились, но только Сот мог сейчас помочь адскому боссу. — Сот, приятель, привеееет. Как поживаешь? — Блицо, это ты? — послышался удивлённый голос из трубки. — Да, я. Только без «о» на конце. — Ого, с чего вдруг ты решил мне позвонить? — Слушай, мне кое-что очень нужно.

***

— Значит, тебе нужно вернуться в прошлое и всё исправить? — спрашивал Сот, заполняя очередной контракт. — Да, это произошло совсем недавно. Мне нужно не говорить некоторых слов в прошлом, и тогда я всё исправлю. — Сейчас что-нибудь придумаю.       Сот представлял из себя демона-лиса. Рыже-белый с хитрыми узкими глазками и по-лисьи пышным хвостом. Он куда-то отлучился, а затем вернулся с коробкой. — Так, выпей-ка вот это зелье, — сказал он, отдав Блицу пузырёк, который достал из коробки. — Ок, — Блиц выпил всё, не раздумывая. — А теперь что? — Теперь подумай о том моменте, когда с тобой случилась та ситуация, которую ты бы хотел исправить.       Блиц хотел вернуться в тот день, когда Столас признался ему в любви, а тот над ним насмехнулся. Но вдруг он понял, что начал причинять пташке боль задолго до этого. Поэтому он решил вернуться в ту ночь, когда он украл книгу. Блиц понимал, что Столасу в принципе будет лучше без него, поэтому он хотел изменить всё так, чтобы совёнок даже и не начинал своё общение с ничтожным бесом. — Я представил. — Отлично.       Сот взял в лапы нож и провёл лезвием сначала по своему запястью, а затем по запястью Блица. — Чтобы всё получилось, продолжай думать о моменте, который хочешь изменить, и давай скрепим договор рукопожатием.       Блиц пожал руку Соту, а затем с улыбкой встрепенулся. — И типа всё исправилось? — Пока ещё нет. — Но ведь сработало же? — Да. — Вау, спасибо тебе, Сот, я и не знал, что ты такой добрый. — Погоди радоваться, Блиц, — добродушное лицо Сота исказилось в хитрой лыбе. — Я не забыл нашу с тобой ссору. Ты что, думал, что я так просто забуду наш конфликт? О нет, Блиц, ты ошибаешься. — Что ты сделал? — теперь и Блиц почувствовал угрозу. — Ты подписал договор. Заклинание исполнится. Но ты будешь обязан умереть. Заколоть себя вот этим кинжалом. — Размечтался. — Я не договорил. Ты заколешь себя кинжалом, иначе умрёт Столас. — Ч-чего?! Ты чё, с дуба рухнул?! — Вот так вот. У тебя есть время до полуночи. Можешь пока что попрощаться со всеми. И держи, это твоё, — Сот с улыбкой сунул Блицу в руки кинжал.       Блиц в полном ахуе стоял и молча смотрел на Сота, за спиной которого уже появились накачанные демоны, готовые защищать своего лиса от всяких недовольных покупателей зелий. Блицу пришлось уйти. Всё равно он ничего не мог сделать, и, насколько он знал, зелья, продаваемые Сотом, не имели обратного хода. Теперь Блиц должен был погибнуть, чтобы спасти Столаса.