When I open my heart

Следующие несколько дней Вай продолжала копаться в жизни Кирамман, часами просиживая за компьютером, изучая записи, совершая телефонные звонки, подделывая документы и разрешения, чтобы глубже проникнуть в маленькие тайны, про которые никто и не думал, что они вообще могут иметь значение. Большинство предположило бы, что по роду своей деятельности она должна выполнять большую часть работы в одиночку, но Вай никогда не стала бы отрицать тот факт, что часто ей помогали — и не только ее координатор, но еще и Экко, Джинкс, а также полезные в преступном мире контакты, которые время от времени протягивали ей руку помощи. Однако сама казнь, выполняемая на месте (казнь, ха—ха) обычно проводилась в одиночку. Именно на этом настаивала Вай: меньше беспорядка, меньше ответственности, меньше причин для того, чтобы все пошло наперекосяк из-за дополнительной переменной в лице человека. - Итак, Экко, что ты раскопал? - Вай позвонила ему однажды днем, Экко сидел перед ней на экране компьютера, в точности повторяя ее позу, заложив руки за голову и откинувшись на спинку стула. - На самом деле, то же самое, что и ты, - ответил Экко, но затем прищурился, пробегая глазами по экрану. “Хм...” - Что? - Просто... Вай у меня такое чувство, что кто-то еще делает то же самое, что и мы, прямо сейчас”. - В смысле кто-то еще? - Вай наклонилась вперед, нахмурив брови. - Когда я взламываю другие сети, иногда я перепроверяю, кто еще в ней есть. На всякий случай, вдруг понадобится, не знаю, проверяю, не заходила ли служба безопасности или что-то в этом роде. В большинстве случаев, как ты знаешь эти компании, - фыркнул Экко. "Имеют самый низкий уровень безопасности, поэтому чаще всего журналы доступа просто показывают, как я захожу и выхожу”. - Так. И? - Либо этот парень любитель, либо я параноик, но во всех сетях, к которым мы обращались, я видел, как один и тот же адрес входил и выходил. Прямо как мы. - Они... смотрят то же самое, что и мы? - Похоже на то. Кто бы это ни был. Вай не редко сталкивалась с конкурентами по работе — иногда работодатели предпочитают нанимать нескольких наемных убийц, чтобы прикрыть себя. Вай не винит работодателя за это, учитывая, что она знала, сколько ненадежных людей в ее профессии, это может привести к повышению цены за обычное убийство. Но также это задевает гордость Вай, снова, особенно когда она узнала, что у кого-то другого хватило наглости попытаться убить саму Кейтлин Кирамман. Экко и Вай провели часть дня, обобщая полученную информацию, и вдвоем пришли к выводу, что Кейтлин посетит частную экскурсию по одному из новейших музеев города. Одной из самых странных деталей, которые Вай узнала о Кейтлин это то, что эта девушка была необыкновенной и эксцентричной покровительницей искусства и наук (разумеется, всегда анонимно), но она вкладывала немалую часть своего состояния в Академию и различные стипендиальные фонды. По-видимому, ночная экскурсия Кейтлин по новому музею была любезной "благодарностью" за ее пожертвования, но это событие предоставляло довольно хорошую возможность… На следующий день Вай обследовала местность. Она бы не сказала, что все убийцы думали одинаково, но если этот парень шел по тому же следу, то… Вместо того чтобы занять идеальную обзорную площадку на крыше, где окна выходили вниз на выставку музея, Вай потратила некоторое время на то, чтобы соорудить и смоделировать фальшивый кондиционер на крыше, в котором она могла бы спрятаться. Втиснувшись в металлическую коробку, Вай наблюдала сквозь маленькие прорези, которые она сделала в кондиционере, и ждала, когда появится ее настоящая цель. Довольно скоро наступила ночь. Взглянув на свой телефон, Вай просмотрела взломанные (благодаря любезности своих друзей) камеры здания и обнаружила, что Кейтлин и сопровождающая ее охрана прогуливаются по выставочным залам во главе с куратором, который указывает то тут, то там на бесценные произведения искусства или научные достижения. Затем что-то мелькнуло в поле зрения Вай, и она, прищурившись, сквозь щели в своем укрытии увидела еще одну фигуру, взбирающуюся на край крыши. Рыжеволосая женщина в облегающем черном костюме, вооруженная пристальным взглядом и брутальными клинками на бедрах. Она двигалась с убийственным изяществом, скользя по крыше с отточенной скоростью. Катарина. Вай была наслышана о достижениях этой женщины — она была профессионалом, но Вай отказывалась позволить другому киллеру убить ее цель. Это была ее работа. Она не могла позволить другому человеку убить богиню прямо у нее на глазах. Она в последний раз проверила свои стальные перчатки. Затем Вай отбросила свое металлическое укрытие и открылась своей противнице, которая за долю секунды обернулась с выражением удивления на лице, прежде чем оно сменилось суровым взглядом. Рванувши вперед, Вай направила удар перчаткой, как раз в тот момент, когда Катарина низко пригнулась с клинками в руках, и эти двое уставились друг на друга в молчаливом признании своих противоречивых целей. Это была не самая честная драка. Вай должна признать, что в предыдущих боях она справлялась лучше; Катарина была чертовски быстра, и эта женщина орудовала своими клинками, как проклятый демон. Ярость между ними обеими было безжалостной, перчатка встречалась с клинком, лязгал металла о металл — на каждую жестокую рану, которую Катарина наносила Вай, Вай, в свою очередь, отвечала еще более суровым ударом. Когда Вай, пошатываясь, отступила, истекая кровью из-за многочисленных порезов, нанесенных ей по всему телу, Катарина, шатаясь, стояла перед ней, сжимая в одной руке свой последний клинок, другая рука была сломана. Они обе, тяжело дыша, смотрели друг на друга... И Катарина рухнула на колени как раз в тот момент, когда Вай выпала навзничь из окна на крыше. В ту секунду свободного падения, в ту секунду, когда она увидела, как вокруг нее мерцают осколки стекла, у Вай мелькнула безумная мысль: "Я выживу", потому что она проходила через худшее, боролась с более сильными противниками, и раньше совершала невозможное. Но она также знала, что прямо под ней была Кейтлин Кирамман... Ударившись о землю, Вай потеряла сознание, как только увидела удивленное лицо Кейтлин, девушки, стоящей там, и ее охранников, собравшихся вокруг нее при виде неминуемой угрозы. Последнее, что помнила Вай - этот ослепительный голубой взгляд, устремленный прямо на нее.