Грядет что-то зловещее (Something Sinister This Way Comes)

— Опять про вампиров? — спросила библиотекарь. Феликс лишь кивнул, терпеливо ожидая, пока она проверит нужную ему книгу. Он почти выхватил её из рук женщины, когда та ему её протянула. — Знаешь, парень, это твое увлечение не так безвредно, как тебе кажется. Фиолетовые губы библиотекаря поджались. — Тебе стоит держаться от этого подальше. Такой красивый молодой человек может найти занятие получше. Игнорируя пульсирующую боль в руке, Феликс натянул на лицо улыбку. — Обещаю, мэм, я не планировал и близко подходить к вампирам. Он взял книгу, квитанцию и вышел из библиотеки. На улице было холодно, теперь, когда осень была близко, темнело раньше. Парень поплотнеe обернул шарф вокруг шеи, закинул рюкзак на плечо и побежал ловить автобус. Он планировал начать книгу уже в автобусе, но тот был набит до отказа людьми, возвращающимися домой, поэтому следующие двадцать минут Феликс провёл, прижавшись к лобовому стеклу и наблюдая за проносящимся за окном миром. К тому времени, как он сошёл на своей остановке, на улице уже стемнело, поэтому Феликс торопливо пошёл по улице. До квартиры было не так далеко, но по пути ему пришлось остановиться, чтобы купить кошачьей еды и упаковку рамёна. Продавец в продуктовом ему улыбнулся, пока Феликс расплачивался, и парень на автомате улыбнулся в ответ. — Ты новенький? — спросил Феликс, набивая рюкзак кошачьей едой. Парень моргнул, его лисьеподобные черты вытянулись в широкую улыбку. — Как ты догадался? — Обычно только госпожа Юн меня рассчитывает, — Феликс вытянул шею, заглядывая в подсобку. — Она где-то поблизости? Парень облокотился одной рукой о прилавок и подбородком уткнулся в ладонь. — О, сейчас тут только я. Выручаю её сегодня ночью. Феликс кивнул, притягивая рюкзак. Он зашипел, почувствовав, как вес оттягивает руку. Ему понадобилось какое-то время, чтобы закинуть его на плечо. — Ты в порядке? — Всё хорошо, просто… — … меня почти насмерть задрал вампир, — Перетрудился в зале. Продавец кивнул с сочувствием. Задумавшись, он взял с прилавка леденец и протянул его Феликсу. Тот протянул в ответ руку. На мгновение он почувствовал, как волоски на руке встали дыбом. На мгновение сердце в груди пропустило удар. Он взглянул на парня, но тот лишь мило ему улыбался. Зубы были самыми обычными. — Поможет от боли. Стряхнув наваждение, Феликс взял леденец и улыбнулся с благодарностью. — Еще увидимся, — бросил ему вслед продавец. Феликс вышел на улицу. Там совсем похолодало, поэтому он запахнул пальто поплотнее и потащился в сторону дома. — Нола! — войдя в квартиру, позвал он, закрывая за собой дверь. Нола была породистой домашней кошкой, но это не означало, что время от времени ей не хотелось выбежать наружу. Феликс улыбнулся, услышав стук лап со стороны спальни и последовавшее за этим мяуканье, а затем выбежала и сама Нола, путаясь между его ногами там, где он поставил рюкзак. — Привет, малышка, — ласково произнёс Феликс, почёсывая ей голову. — Соскучилась? Нола уткнулась лбом в раскрытую ладонь, и Феликс почувствовал, как на сердце стало легче. Он повесил шарф и пальто у двери и снова взялся за рюкзак. Кошка пошла за ним на кухню. — Я купил тебе одну с курицей, — он сверился с этикеткой на банке, — И одну с рыбой. Какую хочешь? Он протянул ей две банки на выбор. Размахивая хвостом, рыжая кошка взглянула на него без особого энтузиазма. Парень вздохнул. — Знаю, ты любишь мясо, но пока что я не могу себе это позволить, так что выбери одну, ладно? Когда та не отреагировала, Феликс выбрал за неё, открыл банку с куриной смесью и выложил содержимое в миску. — Хён тебя разбаловал, — пробормотал он, разминая пасту из банки вилкой. Когда Нола начала есть, Феликс решил принять душ. Воды из бойлера хватало только на 10 минут, но этого было достаточно, чтобы как следует ополоснуться. Приходилось выключать воду, пока намыливаешься. Стоило ему как раз это и сделать, стал слышен отчётливый звук кошачьих когтей, скребущих дверь ванной. — Ни в коем случае, Нола! — крикнул он. — Ты в курсе, что я считаю это стрёмным, когда ты хочешь наблюдать за тем, как я писаю! Скрежет продолжался ещё какое-то время, пока не утих. Довольный, Феликс снова включил воду смыть голову. Вымывшись и порозовев от горячего душа, он обмотал талию полотенцем и вышел из ванной. Свернувшись на его кровати, Нола подняла голову, чтобы бросить на него взгляд, полный чувства предательства. Феликс не сдержал смешка. Он склонился погладить её, проводя рукой по шелковистому меху. — Не смотри на меня так, малышка. Ты знаешь, я люблю тебя, но даже твоей любимой открывашке консервов на двух ногах иногда необходимо немного личного пространства, ладно? Нола в ответ мяукнула. Он не сразу почувствовал что-то под пальцами. А почувствовав, отнял руку, нахмурившись. Сердце почти остановилось, когда Феликс увидел на руке красные пятна. В панике он стал проверять Нолу на наличие ран, но всё, что он нашёл, это отпечаток руки. Идеальной формы, ярко-красный отпечаток ладони на кошачьей спине. Нола моргнула, совершенно не заинтересованная. Ужас заполонил внутренности Феликса, когда он поднёс руку к свету. Часть его уже всё поняла, но ему нужно было убедиться. На руке была кровь. Он проглотил зарождающийся в горле крик. На кошке был идеальный кровавый отпечаток. Ему, наверное, стоило закричать, но Феликс застыл, прислушиваясь к едва различимому звуку шагов позади. Этого не могло быть, это была ошибка. Но Феликс знал, что скрип половиц не был случайным. Медленно, очень медленно он обернулся. Посреди спальни Феликса стоял вампир. Всхлип вырвался из юноши, когда он упал на задницу. Это испугало Нолу, которая тут же спрыгнула с кровати и выбежала из комнаты. Феликс её не винил. С прошлой их встречи Бан Чан выглядел куда лучше. Это было первое, о чём подумал Феликс. Я скоро умру, — было вторым. Взгляд Чана не покидал его ни на секунду, пока вампир сокращал между ними дистанцию, подобно крадущемуся хищнику. Вампир медленно наклонился, приблизившись к Феликсу вплотную. Ужасная, прекрасная клыкастая улыбка расползлась по его лицу. — Привет, Феликс Ли. Феликс ничего не мог с собой поделать. Он закричал. Звук вырвался из глотки прежде, чем он сумел его сдержать. Вампир вздрогнул — или притворился, что вздрогнул, потирая ухо. — Приветствия было бы достаточно. Феликс был не в состоянии говорить. Паника сковывала конечности, пока он смотрел в сторону двери, окна, ванной. Любой путь отхода, который только мог найтись. — Даже не пытайся, — тон Чана был почти ласковым, но Феликс видел мелькнувшую в его глазах угрозу. — Я всё равно тебя поймаю. Он склонился ещё ближе. Феликс тряхнул головой, крепко зажмурив глаза. Он едва удержался от острой необходимости закрыть уши. Это не могло быть правдой. Бан Чана не было в его комнате. Бан Чана не было в его квартире. Бан Чана не было тут. Щеки коснулись прохладные пальцы, и Феликс сделал единственно разумную вещь. Он подпрыгнул, вцепившись в край полотенца, будто от этого зависела его жизнь, и бросился к двери. Он слышал, как Чан позади вздохнул. Феликс вскрикнул, врезавшись в диван, стоящий у него на пути посреди комнаты. Это его не остановило. Прихрамывая, он доковылял до входной двери и распахнул её. Очередной вопль вырвался из него, когда Феликс наткнулся на ещё одну пару багровых глаз. — Привет, Феликс! — помахал ему парень из продуктового, облокотившись о дверной косяк и выглядя откровенно счастливым. И когда он послал Феликс улыбку, та больше не была обычной. — Сказал же, что мы ещё увидимся. Феликс в ужасе уставился на него, пока взгляд не зацепился за ещё одного вампира. И если парень из продуктового выглядел так, будто рад быть тут, то вампир рядом с ним явно предпочёл бы находиться сейчас где-нибудь в другом месте. Он удостоил Феликса вниманием в той же мере, сколько бы от него получило пыльное пятно. Феликс заметил, что в оправе его очков не было линз. Благодаря им он выглядел как самый мертвый в мире ботан. Но им было не провести Феликса. Он знал, что любой из них может разорвать его на части, даже не прикладывая особых усилий. Парень захлопнул дверь перед их лицами, инстинктивно подаваясь назад — прямиком в холодную твёрдую грудь. Чан обхватил его руками, поднимая в воздух, будто веса в Феликсе — не более, чем в пёрышке. Феликс закричал и попытался вырваться, цепляясь за руки вокруг своей талии, но без толку. Тот просто швырнул его на диван в гостиной. Феликс был достаточно в своём уме, чтобы додуматься схватить одеяло и завернуться в него, иначе бы перед вампиром он оказался не просто напуганным, но ещё и голым. Чана это, казалось, не впечатлило. Его куда больше заинтересовала свернувшаяся на кресле Нола. Он принялся издавать воркующие звуки, поглаживая шёрстку. Феликс ощутил, как конечности охватывает новая паника. — Не делай ей больно, — прошептал Феликс. — Пожалуйста. — Я здесь не для того, чтобы сделать больно ей. Нола замурчала, когда Чан стал чесать ей за ухом. Это вызвало у вампира улыбку. В ответ на всхлип Феликса Чан поднял на него взгляд, и в нём не было ни нежности, ни заботы. — Я здесь, чтобы сделать больно тебе. Феликс ничего не мог с собой поделать. Он издал ещё один испуганный звук, громче простого всхлипывания, что-то живое и уязвимое. Это, кажется, порадовало Чана, который посмотрел на него почти одобрительно. — Отлично. Ты не совсем тупой. А теперь Феликс ощетинился. Несмотря на поселившийся внутри страх, он рявкнул: — Я не тупой! Чан в ответ едва поднял бровь. — Ты вломился в мой дом. Он стал загибать пальцы. — Обманул самого уязвимого члена моего клана. Нола спрыгнула с его колен, когда Чан её отпустил. — И что самое важное, ты меня обокрал. Феликс чувствовал, как всё его бахвальство куда-то исчезает, когда Чан сел рядом на диване. Глаза вампира были такими тёмными, что Феликс мог разглядеть в них смерть. Он незаметно попытался отодвинуться назад и бросил взгляд на окно. Это, кажется, удивило Чана, который, напротив, приблизился. Холодные пальцы взяли Феликса за подбородок, заставляя смотреть вампиру в глаза. — Мне казалось, мы уже прошли всю эту ерунду с попыткой сбежать, разве нет? Пойманный, Феликс просверлил Чана взглядом, и тот отклонился назад, поднимая обе руки в примиряющем жесте. Его улыбка была искренней и без клыков. — Конечно, ты волен попробовать снова. Возможно, тебе даже удастся прорваться дальше входной двери. Чонин будет в восторге. Он обожает хорошенько поохотиться. При мысли о двух вампирах у входной двери Феликс нахмурился и зарылся поглубже в диван. Ехидство было его единственной защитой, поэтому он использовал его, чтобы звучать резче. — Чего ты хочешь? Ни сарказм, ни вопрос, казалось, не впечатлили Чана. — Разве не очевидно? Ты кое-что у меня украл. Я хочу, чтобы ты это вернул. — Нет. Впервые, вломившись в дом Феликса, Чан выглядел искренне шокированным. — Нет? — Нет, — Феликс скрестил руки на груди, стараясь выглядеть сильнее, чем чувствовал. — Не знаю, что, по-твоему, я у тебя украл, но ты только что вломился в мой дом, так что то, что я вломился в твой, уже не считается. А насчёт остального, — Феликс задрал подбородок, демонстрируя неповиновение, — Понятия не имею, о чём ты говоришь. Чан внимательно на него смотрел, пока уголок его губ не дёрнулся в невесёлой улыбке. — Вором ты уже стал, Феликс. Не становись ещё и лжецом. Феликс почувствовал мурашки по коже, когда Чан сжал его руку — ту самую, которую укусил. Холодные пальцы коснулись едва заживших колотых ранок, и Феликс ждал, что Чан снова в них вопьётся, но не похоже, чтобы тот планировал. Ему и не требовалось. — В тебе мой яд, Феликс. Куда бы ты ни сбежал, я везде тебя найду. Ты ничего не сможешь сделать, чтобы помешать мне добраться до тебя. Ты никуда не денешься от меня, поэтому говори. В горле Феликса нарастал ещё один всхлип. Он проглотил его и помахал головой. — Ты не можешь меня заставить. Феликс сглотнул, увидев, как Чан открыл рот и его клыки вытянулись. Это было одновременно и угрозой, и обещанием. Феликс знал, что тот их исполнит. — Подумай ещё раз. Феликс понимал, что его время на исходе. Терпение Чана истончалось, а Феликс читал о нём в интернете достаточно, чтобы знать, насколько тот опасен. Но то, что он прочитал о нём в сети, могло его и спасти. Бан Чан первым из лидеров сеульских кланов подписал национальный мирный договор между людьми и вампирами. С ним явно можно было договориться. По крайней мере, он готов был слушать людей. — Если я скажу тебе… — Феликс облизнул губы. — Если я скажу тебе, где он, ты разрешишь мне его оставить? Клыки Чана исчезли, когда он засмеялся. — Ни в коем случае. Ты хотя бы в курсе, что украл? Феликс нахмурился. — Конечно! — Тогда зачем это тебе? — в противоположность резкому тону, пальцы Чана коснулись кожи Феликса почти невесомо, словно пёрышко. — Какая польза тебе от справочника? Хочешь продать? Губы Феликса сжались в тонкую линию. — Мне он нужен. — Для чего? — рассмеялся Чан. — Не терпится умереть, солнышко? Справочник поможет тебе найти любого вампира в этом городе, но тебе бы стоило знать, что не все такие вежливые со взломщиками, как я. Используешь то, что украл у меня, и это тебя убьёт. — Мне просто нужно кое-кого найти. Хватка Чана незаметно стала сильнее. — Ещё одного вампира? Феликс отвернулся. — Может быть. Чан фыркнул, отпуская его руку. — Думал, мы закончили и с попытками мне солгать. — Может быть, потому что я не знаю наверняка, вампир ли он. Но он должен им быть! Иначе он… Это единственный вариант. Феликс почувствовал, как дыхательные пути сдавило. И ещё до того, как он успел вытянуть себя в очередной приступ паники, Нола запрыгнула к нему на колени, заставив вздрогнуть от неожиданности. Уперевшись лапами в грудь, кошка боднула его головой в челюсть. Феликс обнял её. Он ненавидел то, как глаза покалывало от подступающих слёз. Он плакал всякий раз, когда злился, и это смущало. Это делало его слабым. — Феликс, — голос Чана был непривычно ласковым, успокаивающим. — Что ты пытаешься сделать? Объясни нормально, и я передумаю тебя убивать. Феликс знал, что это может быть ложью. Знал, что Чан, возможно, просто сменил тактику, чтобы расколоть его, но это сработало. Феликс устал, а голос Чана был таким завораживающим, обещал, будто всё плохое в жизни Феликса закончится, если только он заговорит. А Феликсу хотелось, чтобы всё закончилось. — Мне нужно кое-кого найти, — всхлипнул он. — Поэтому я украл справочник. Теперь он — он может быть вампиром, поэтому если я проверю все гнёзда, в городе, то в конце концов найду его. — Это исключительно тупой план, — Чан нахмурился. — Ты не можешь просто прийти и постучать вампирскому клану в дверь. — Но я могу попытаться. Чан усмехнулся. — И этот может-быть-вампир действительно стоит больше, чем твоя жизнь? Несмотря на то, как колотилось в груди сердце, Феликс чувствовал себя спокойно. — Найти его — это всё, что имеет для меня значение. Поэтому он вломился в дом Чана. Поэтому он украл справочник. И ради этого он готов был умереть, если потребуется. Презрение в голосе Чана было осязаемым. — Потому что ты любишь его? Феликс покачал головой. — Потому что он мой брат. *** Чан смыл свиную кровь с кошки, смеясь над полным разочарования взглядом, которым она его одаривала всякий раз, как вампир проходился влажной губкой по меху. — Можно мы войдём? — канючил Чонин снаружи. — Тут скучно. Я его нашел, значит, и я могу поиграть с человеком! — Ты останешься там, где стоишь, — произнёс Чан. Пусть между ними и были стены, оба члена клана прекрасно его слышали. —Ты с ним такой милашка, — сказал Сынмин, делая вид, что ему скучно, но Чан знал, что это не так. — Поэтому не разрешил Минхо тоже пойти? Хочешь оставить человека в живых? — Никто и пальцем его не тронет, — ответил Чан, услышав звук мягких шагов в сторону кухни. — Это приказ. Обернувшись, он улыбнулся, видя, что Феликс замер на пороге, уставившись на него. К удивлению Чана, в штанах и в худи парень выглядел куда неувереннее, нежели когда полуголый огрызался на него, сидя на диване. Вампир положил губку, поднимая невесёлую Нолу из кухонной раковины. — Вот, — он протянул ее Феликсу. — Снова чистая. Тот резко подался вперёд, взял кошку и уткнулся лицом в её мех. Чан последовал за ним к кухонном столу, используя возможность осмотреть человека при ярком освещении. Его кожа больше не была розовой, как после горячего душа, но все ещё выглядела очень притягательно. Глаза Чана вспыхивали при виде оголяющегося каждые несколько секунд изгиба шеи. Он должен был найти способ добавить в гардероб Феликса пару-тройку кофт с высоким воротом. Щеголяй так Феликс перед любым другим вампиром, мирный договор точно был бы нарушен. Чан моргнул, подавляя вздох. Он знал, что это его яд в венах Феликса заставляет думать о подобных вещах. Клыки зачесались, и он стиснул челюсти. Вот поэтому он никогда не пьёт из источника. Это помогало не зацикливаться. Превратив выражение лица во что-то более-менее приятное, он сложил руки на столе между ними. — Итак, твой брат. Думаешь, он стал вампиром? Феликс кивнул. — Почему? — Чанбин пропал два месяца назад, — Феликс указал на стену справа. На ней висела пробковая доска с чеками, листовками службы доставки, и прямо посередине всего была приколота газетная вырезка. «МЯСНИК ИЗ ПЕРЕУЛКА ЗАБРАЛ ЕЩЁ ОДНУ ЖЕРТВУ!» — гласил заголовок. Ниже было фото какого-то тёмного переулка и рядом с ним — ещё одно, немного поплывшее пикселями изображение молодого улыбающегося мужчины. Это была обрезанная семейная фотография. Оригинал висел над статьёй. Он нахмурился, касаясь тонкой газетной бумаги. Он слышал об этом. Как всегда, когда в человеческом мире что-то идёт не так, полиция первым делом стучит в его дверь. Они пытались получить от него сведения, пытались обманом вытянуть из него какую-нибудь инсайдерскую информацию о вампире-одиночке, промышляющем в городе. Чан им ничего не сказал, потому что ничего не знал, но принимая во внимание свыше дюжины тел, найденных на улицах города, он начал связываться с лидерами других кланов. И сказал начать расследовать. — Думаешь, за всеми этими исчезновениями стоит вампир? — спросил он Феликса. Феликс кивнул, и Чан промычал в ответ. Может, человек был не так глуп, как он думал. — На моего брата напали ночью недалеко от клуба, куда ходят и вампиры, — объяснил Феликс. — Тела они не нашли. Никто бы и не знал, что он там вообще был, если бы нападавший не оставил на месте его сумку и лужу крови. Будь это обычный убийца-человек, следов было бы больше. Скорее всего, это вампир, и, если бы вампир его убил, он бы оставил и тело брата — так, как оставлял другие тела. Но тела нет, а значит, Чанбин все ещё жив. Чан не мог не восхититься непоколебимой уверенностью в глазах Феликса. Он уже и не помнил, каково это — надеяться на что-то так сильно, чтобы всеми силами это осуществить. В этом было что-то очень человеческое. — Ты и правда в это веришь. — Я знаю то, что знаю, — Феликс выпятил подбородок. — Феликс, — ласково произнёс Чан. Люди были хрупкими, и речь шла не только о теле, а он не хотел сломать его. Больше не хотел. — Ты рассматривал вероятность того, что твой брат мог умереть в процессе? Феликс резко выдохнул, глядя на него с невыразимой обидой. Чан поднял руки. — Я не говорю это, чтобы сделать тебе больно. Я говорю это как кто-то, кто сделан из того же теста. Если на твоего брата напал вампир, учитывая, как много крови на фото, вариантов может быть лишь два. Первый: вампир напал на твоего брата и куда-то утащил его, чтобы выпить до последней капли. Второй: вампир напал и утащил, чтобы обратить. Даже если ты надеешься на последнее, не думаю, что это возможно. Новообращённые вампиры не могут выжить сами по себе. Их слишком переполняет жажда крови. Им невозможно спрятаться. Если бы по городу бегал новообращённый вампир, я бы знал об этом. Мне жаль это говорить, но не думаю, что твоему брату удалось через подобное пройти. — Он не умер. — Это… — Не умер, — глаза Феликса были переполнены слезами. — Не умер! — крикнул он и снова зарылся лицом в кошку. Чан вздохнул. Он чувствовал, как мигрень вновь подступает. Это было непродуктивно. И не решало проблему Чана. Водя пальцем по одному из пятен на столе, он взвесил имеющиеся варианты. Конечно, всегда оставалась возможность ликвидировать угрозу клану, убив Феликса, но Чан мог себе признаться, что ему этого бы не хотелось. Джисону он понравился, — сказал себе Чан. — Он будет плакать, если я его убью. Плачущий Джисон — это всегда плохая идея. Плачущий Джисон приведёт к смертоубийственному Минхо, и в итоге весь его клан погрязнет в кровавом хаосе. Нет, Чан должен найти другое решение. Он наблюдал за тем, как Феликс гладит голову кошки, очевидно, извиняясь за то, что размазал по ней сопли и слезы. — Если я помогу тебе искать брата, ты вернёшь мне мой справочник? Феликс резко поднял голову. Чан слышал, как участилось его сердцебиение. Нола мяукнула и спрыгнула с рук. — Ты сделаешь это? — глаза Феликса сузились. — С чего бы мне тебе верить? Говорить «А тебе и не стоит», Чан не стал. Он вздохнул. Угрозы на Феликса не действовали, но может подействует немного честности. — То, что ты украл, не для человеческих глаз. Из-за этого каждый вампир в городе, и особенно мой клан, раскрыт. И это не то, что я готов стерпеть. Ты ясно дал понять, что плевать хотел, убью ли я тебя, поэтому я предлагаю сделку. В этот раз Феликс, казалось, всерьёз задумался. Его рука коснулась груди — туда, где висел этот проклятый крестик, который едва не оставил навечно на шее Чана след. — Как я могу быть уверен в том, что ты не убьёшь меня в ту же секунду, как я отдам тебе флэшку? — Ты и не можешь, — Чан откинулся в кресле, улыбаясь. Он знал, что выглядит зловеще. И ничего не мог с этим поделать. В конце концов, он и был чем-то зловещим. Так или иначе, Феликс протянул руку. Удивлённый, Чан принял её. Они скрепили сделку рукопожатием, и Чан позволил себе едва скользнуть пальцем там, где прощупывался пульс Феликса. Под прикосновением он забился сильнее. Чан улыбнулся. Феликс был так аппетитно напуган. И так поразительно храбр. — По рукам, — сказал Феликс. — По рукам, — ответил Чан. И вот так просто — дело было сделано.