Интернет сближает

С того дня прошло немало времени. Они всё так же редко виделись, но что-то в их отношениях стало меняться — почти незаметно, но ощутимо. Блс стал чаще писать, чаще звать Молвина к себе. На этот раз он говорил серьёзно, не в шутку. Молвин же, как обычно, смущался. Он не был против — просто волновался. Каждый раз находил повод отказаться: то дела, то погода, то просто страх сделать что-то не так. Но в этот раз всё сложилось по-другому. Они заранее всё обсудили: день, время и даже тему вечера — «уютное свидание дома». В конце договорились: посмотрят фильм, а потом Молвин останется ночевать у Блса. Молвин, разумеется, подошёл к этому с особой ответственностью. Он собрал сумку с таким усердием, будто ехал не на один вечер, а в другую жизнь. Пижама — мягкая, с узором из маленьких звёздочек. Щётка, паста, расчёска, запасные носки, жвачка, перекус, даже собственная кружка — «на всякий случай». Пока складывал всё, не мог не улыбнуться — какой же я глупый… но вдруг пригодится? Когда он стоял у двери Блса, ладони вспотели. Нажал на звонок — сердце ухнуло вниз. Через минуту дверь открылась, и на пороге стоял Блс — растрёпанный, в уютной кофте, пахнущий чем-то сладким, будто карамелью и шампунем. — Привет, — сказал он с мягкой улыбкой. — Привет, — тихо ответил Молвин, стараясь не выдать, как быстро у него бьётся сердце. Они слегка обнялись. Блс тепло прижал его к себе, и Молвин ощутил, как щекой касается его волос, как пахнет свежестью, теплом и домом. — Раздевайся, — сказал Блс, — я всё уже подготовил.—Молвин снял куртку. В зале и правда всё было готово: диван, заваленный подушками, разноцветные пледы, и крошечный столик, уставленный закусками. Блс, довольный, как кот, стоял посреди комнаты и наблюдал за реакцией. — Ну? — приподнял бровь. — Это… очень мило, — выдохнул Молвин. Блс фыркнул. — Милый тут ты, — сказал он, улыбнувшись. Молвин смутился, отвёл взгляд и быстро поставил сумку у дивана. — Так, что смотреть будем? — спросил Блс, плюхаясь рядом. — Что-нибудь популярное, — ответил Молвин. — Чтобы не скучно было. Блс начал листать телефон, бормоча себе под нос. — Угу… всякая ерунда… мемы… ой, подожди. “500 дней лета”. Видел, говорят, крутой. По скринам вроде норм. Люди же не будут смотреть фигню, да? — Ага, — усмехнулся Молвин, покачав головой. — Ты как всегда выбираешь по тиктоку. — И не зря, — гордо заявил Блс, нажимая «пуск». Они устроились под одним пледом. Блс сидел ближе, чем обычно — плечо касалось плеча, дыхание ощущалось слишком отчётливо. Молвин чуть подвигался, но Блс тихо прошептал: — Не уходи. Так уютнее. Молвин замер, а потом послушно опёрся на него. Пальцы Блса скользнули к его руке и мягко переплелись с его пальцами. Молвин почувствовал, как внутри становится тепло и спокойно. Вот бы так навсегда, — мелькнула мысль. Фильм шёл. Блс комментировал смешные моменты, тихо смеялся, а когда что-то трогательное — прижимался к Молвину сильнее, словно ища поддержки. Молвин только гладил его по волосам, улыбаясь. Когда в середине фильма у героя всё пошло наперекосяк, Блс вдруг замолчал. Потом шмыгнул носом. Молвин повернул голову — и увидел слёзы. Настоящие. Он ничего не сказал, просто аккуратно обнял его за плечи, прижал к груди. Блс тихо вздохнул, уткнувшись носом в его футболку. — Глупо, да? — прошептал он. — Нет, — ответил Молвин. — Это мило. Пальцы Молвина нежно скользили по волосам Блса, переплетаясь в мягких прядях. Фильм продолжался, но они уже почти не следили за ним. К концу Блс снова стал болтать — то смеялся, то тянулся за чипсами, то случайно касался колена Молвина, заставляя того вздрагивать. А потом, когда экран потемнел и появились титры, Блс вдруг повернулся, посмотрел прямо ему в глаза — близко, слишком близко. И поцеловал. Коротко, чуть неуверенно, но с каким-то щемящим теплом. Потом, улыбнувшись, прошептал: — Я считаю, это идеальный финал фильма. Молвин растерялся — дыхание сбилось, взгляд метался, но потом он улыбнулся, притянул Блса ближе и ответил поцелуем — мягким, тёплым, чуть дрожащим. — Тогда пусть будет продолжение, — прошептал он. Блс тихо засмеялся, ткнулся лбом в его плечо. — Обязательно. Только в нашем фильме не будет титров. Они ещё долго сидели под пледом, переплетённые руками, слушая, как за окном идёт тихий дождь. Блс обнимал Молвина, не отпуская ни на секунду, а Молвин гладил его по щеке, тихо улыбаясь. Мир стал крошечным — только диван, плед, дыхание и два сердца, бьющихся в одном ритме.