Guilt of the innocent

Из рассказов Беннета Кэйа сложил в голове определенный образ, под который как нельзя кстати подходил один человек. Нельзя было быть уверенным, что Кристиан - настоящее имя, но тем не менее капитан кавалерии знал одного Кристиана, частенько пропадающего в таверне. Вроде он был из какого-то аристократического рода, но в нынешних реалиях подобный статус мало кого заботил. Этот тип никогда не привлекал лишнего внимания: тихо сидел в каком-нибудь углу «Доли ангелов»  или за столом на улице, изредка ввязывался в словесные перепалки с посетителями или персоналом. Порой на него было одиноко даже просто смотреть, Кэйа даже пару раз предлагал составить ему компанию, но Кристиан всегда отдавал предпочтение собеседникам помоложе. И в этом не было ничего необычного, особенно если учесть его странное желание превосходить собеседника по статусу и быть уважаемым, потому что доверчивую молодежь проще всего убедить в необходимости быть вежливым по отношению к старшим. И Беннет, как бы капитану ни хотелось этого признавать, относился к ней как никто другой.  Сейчас Кэйа и Дилюк направлялись в штаб рыцарского ордена. Нужно было уведомить обо всем Джинн и получить приказ об открытии дела. Даже если у них не получится обвинить Кристиана в чем-то кроме причинения физического вреда, все равно он должен ответить за то, что сделал.  Дилюк шел рядом с капитаном, думая о чем-то своем. По его нахмуренным бровям было понятно, что это что-то не очень приятное. Засмотревшись на складку над переносицей на лице брата, Кэйа оступился: подошва ботинка соскользнула с края ступеней и он чуть было не покатился кубарем прямо до самого крыльца здания ордена. Хорошо, что Рагвиндр, даже мысленно пребывая где-то далеко, физически остается на той же лестнице. Он среагировал мгновенно, подхватив капитана под локоть. И когда Кэйа, поднимаясь на ноги, снова взглянул на Дилюка, на его лице было удивление, больше похожее на испуг, позже сменившееся на раздражение. - Извини, - капитан неловко расправил рубашку. Винодел цокнул языком. - Не город свободы, а город лестниц, - буркнул Дилюк. - Знал бы архитектора, я бы его как Кристиана вчера… Кэйа не понимал, ему кажется или Рагвиндр… переживал? Испугался, что только что один из презираемых им рыцарей чуть не протянул ноги? Винодел дернул за рукав своей рубашки, расправляя рукав под накидкой, а после, на всякий случай, проверил пуговицу. Сейчас они оба думают не о том. Разговор с Джинн был коротким: она доверяла одному из самых добросовестных рыцарей ордена, а еще по самую макушку была завалена стопками отчетов, запросов, поручений и писем, поэтому занимать голову еще и этим у нее не было сил. Дилюк думал, что со всей бюрократией они поручат разобраться Лизе, однако вместо библиотеки Кэйа начал подниматься в свой кабинет. Выудив из кармана ключ, он отпер старую на вид дверь, и предложил зайти в не менее старую на вид комнатушку. Дилюку, живущему в частном доме, было не понять, как капитан мог жить здесь. И дело было даже не в размере комнаты, а в том, что на винокурне чистоту и порядок поддерживают несколько десятков домработниц, а в этой комнате, кажется, и сам Кэйа никогда не убирался. Стоило Рагвиндру переступить порог, как он тут же наступил на что-то.  Как раз в этот момент к Альбериху подошел Альбедо, спрашивая когда у него будет свободная минутка.  Взглянув вниз, Дилюк обнаружил под подошвой связку с одним ключем. Кажется, запасной. Он оглянулся на отвлеченного болтовней капитана, и, не раздумывая, поднял ключ с пола, пряча его во внутренний карман накидки. Только поняв, что сделал, он вдруг задался вопросом для чего ему вещи Кэйи, но когда обернулся, чтобы отдать чужое, капитан уже закончил разговор и повернулся к почему-то не проходящему внутрь гостю. Достать ключ сейчас, причем из внутреннего кармана, было бы до ужаса странно. Только Альберих закончил разговор с коллегой и повернулся к брату, как заметил, что у него лицо кирпичом, будто только что его поставили в неловкое положение. Кэйа уже собирался что-то сказать, но Дилюк просто развернулся и вошел в комнату.  Он думал, что свободное время капитан предпочитает проводить беззаботно, отдыхая после рабочего дня, однако здесь не было ни одной свободной поверхности. Абсолютно повсюду лежали стопки бумаг с досье, поручениями и расследованиями различной давности. Взглянув на одну из стопок на полу, Дилюк заметил, что на самом верхнем листе стоит дата двухлетней давности. Даже Джинн не хранила столь давние документы, отправляя их в библиотеку. На замешательство брата Кэйа пожал плечами. - Я предпочитаю не спускаться по несколько раз и стараюсь держать все необходимое под рукой. Дилюку было очень любопытно, действительно ли капитану каждый день необходим настолько огромный объем информации: на большом письменном столе почти не было свободного места, только высокие стопки документов; нижний ящик не закрывался, из него торчало множество подписанных конвертов, что-то вроде небольшой картотеки. Макулатура была даже возле кровати, стоящей в углу. Судя по расположению некоторых стопок становилось ясно, что вместо праздного отдыха капитан кавалерии безустанно перечитывает документы. Было в этом что-то… жертвенное, что ли? Что-то, что ломало привычное представление о беззаботном  рыцаре, завоевавшем авторитет харизмой.  Кэйа до этого момента даже не замечал, насколько захламленной выглядит его комната, поэтому под внимательным взглядом Дилюка он переставил несколько стопок бумаг на полу, чтобы комната казалась посвободнее, а потом со стола вниз, освобождая рабочее пространство. - Я оформлю дело, посиди пока на диване, - предложил капитан, доставая из верхнего ящика стола новую папку. Рагвиндр так и сделал, но сразу понял, что это диван уже давно должен был оказаться на какой-нибудь свалке. Жесткие пружины, казалось, не знали, что не должны ощущаться сквозь обивку, и впивались во все, что оказывалось на диване.  - Я постою. - Когда-то давно Дилюк слышал, что состояние дома отражает мысли живущего в нем человека. И Рагвиндр мог поверить, что у Кэйи в голове хранится не меньший объем информации в не менее неупорядоченном виде. Хотя, скорее всего, порядок есть, просто не тот, который он сможет понять. Тем временем капитан отыскал укатившуюся куда-то в угол комнаты ручку и подписал папку именем, которое назвал Беннет. Не исключено, что позже его придется изменить, но на ближайшее время сойдет. Туда будут помещаться все показания, улики и заметки по делу. - Я догадываюсь, кого мы ищем и где его искать, так что первым делом убедимся, что мы собираемся обвинять правильного человека. - Знакомый? - Поинтересовался Дилюк. - Ну, наверное можно и так сказать. Он частенько посещал «Долю ангелов», возможно ты его видел, - Рагвиндр постарался представить себе этого человека, но он не рассмотрел его лица вчера, потому и определенного образа в голове не было.  - И как мы будем оповещать его о том, что он подозреваемый? Не думаю, что у тебя есть его домашний адрес, - Дилюк скрестил руки на груди, обдумывая возможные дальнейшие действия. - Он мне и не нужен. Наверняка Кристиан не изменит своей привычке выпивать по вечерам. Разве что не решится заявляться в таверну, владелец которой врезал ему вечером ранее.  - Ты клонишь, что он наведается в «Кошкин хвост»? - Именно. Не стоит его пугать сразу, вместо этого предлагаю оповестить Диону и прийти ближе к закрытию, когда количество посетителей уменьшится. На утро можно сводить его в церковь для опознания. Беннет точно помнит его лицо, и не станет врать, если это не тот Кристиан. Дилюк смерил Альбериха еще одним внимательным взглядом. Они не провели вместе даже половины дня, однако уже сейчас Рагвиндр понимал, что составил слишком предвзятое мнение о Кэйе. В конце концов, он капитан, и, судя по вполне неплохой обстановке в городе, заслуживает занимать этот пост.  - Тебе часто поручают расследования? - не удержался винодел от вопроса. - Да, частенько, - пожал плечами рыцарь. - Разве это не специальность исследовательской группы? - Не совсем. Часто в штабе формируют расследовательскую группу из добровольцев, свидетелей или просто из тех, кто свободен.  - То есть работа так слабо организована, что приходится выполнять больше своих обязанностей, - заключил Рагвиндр. - Когда речь идет о помощи, обязанности не должны быть ограничением. - Ответил Кэйа так уверенно, что Дилюк не смог пропустить его слова мимо ушей. Он все больше понимал, что совсем не знает капитана кавалерии. Хотя ему следовало понять это еще тогда, когда Кэйа пропал на четыре месяца.  Альберих сделал несколько надписей в папке и оставил ее лежать на столе, чуть потягиваясь и направляясь к выходу. - И это все? - Удивленно спросил Дилюк. - Я не расспрашивал Беннета слишком подробно, поэтому просо записал то, что сходится с тем Кристианом, которого я считаю подозреваемым. У тебя тоже будет шанс добавить туда что-нибудь позже. Первым делом нужно определить преступника. Это был не самый профессиональный подход, но, скрепя сердцем, Дилюк решил просто позволить капитану выполнять его работу.  - Теперь займемся сбором данных, - Рагвиндр отчего-то решил, что Кэйа говорит о походе в библиотеку, но оказавшись на выходе из ордена понял, насколько нелепой была эта догадка. Искать криминальную историю неподтвержденного преступника, учитывая что на поиски уйдет полдня, было плохой идеей. - Собираешься найти свидетелей общения Беннета и Кристиана. - Догадался Дилюк. - Вообще, первоначальной целью было пообедать. Не возражаешь против «Хорошего охотника»? - Спросил Кэйа, а увидев раздражение на лице брата усмехнулся. - Конечно, свидетели это тоже важно, но они никуда не денутся. Все равно расспрашивать людей будет легче ближе к вечеру, когда главные болтуны стекутся в «Долю ангелов». Дилюк чувствовал, как недоговорки капитана начинали раздражать его. А еще он немного злился на себя самого за то, что не думал о вещах так тщательно, как это делал Кэйа даже не напрягаясь. На торговой площади Альберих занял стол, за которым несколько дней назад обедал с Алэйной, мысленно напоминая себе проверить почту. Дилюк сел напротив, так и не возразив против обеда.  Выбор обеда был мучительным испытанием: в последнее время Кэйа все чаще пропускал приемы пищи. Он ел, потому что в ином случае страдал от заметного недостатка сил, но еда все реже выглядела привлекательной.  Когда заказ оказался на столешнице, Кэйа больше ковырялся в курице в медовом соусе, чем ел, а потом и вовсе скормил чуть ли не половину собравшимся вокруг стола кошкам, а Дилюк наблюдал за этой сценой со странным чувством - то ли беспокойством, то ли тревогой.