Пока свеча не погаснет

      Она все никак не может вздохнуть полной грудью. Воздух будто цепляется за что-то, что находится внутри, и не может пройти дальше. К горлу подбирается ком, мешающий говорить и здраво мыслить. Рюджин никогда не чувствовала себя так неуверенно перед обычной ночевкой с подругой. Все как всегда: пижамы с принтом котиков или красных сердечек, маски для лица, снэки и ноутбук с включённым на нём фильмом. Но, наверное, в этот раз ночёвка и не была обычной.       Рюджин уже долго ходит по коридору из одной стороны в другую, сжимая и разжимая пальцы. В душе что-то неспокойно. Что-то кричит, визжит, стучит. Все страхи и чувства сливаются воедино, и Рюджин отчётливо слышит стук своего сердца. Вряд ли это из-за того, что она одна дома. И вряд ли это из-за того, что она боится темноты и злых монстров под кроватью. Скорее, её очень тревожит, что Йеджи будет с ней так рядом, так близко, в одной кровати, единственные в большом доме. Всю ночь они пробудут лишь вдвоём. Не будет родителей, которые бы постоянно мешали смотреть фильм, не будет подруг, которые вечно придумывают какие-то активности и новые идеи для видеороликов в тикток.       Только они. Вдвоём. Всю. Гребаную. Ночь.       Стук в дверь. Шин чуть ли не подскакивает от испуга. Она, не раздумывая, открывает дверь, впуская Йеджи внутрь. Но подруга, прежде чем зайти в дом, прижимается к Рюджин всем телом, по-дружески обнимая за талию, ненадолго прячется в шее. Это её любимая поза для объятий, и Рюджин знает об этом. Она вроде бы даже привыкла, но сейчас каждое прикосновение и вдох Йеджи ощущаются так остро и горячо, что она забывает, как дышать. Когда Хван все же отстраняется, она легко вздыхает, наконец приветствуя подругу.       — Скучала по мне, да? — весело спрашивает девушка, разуваясь и снимая куртку. Она машет огромной сумкой прямо перед лицом младшей, улыбаясь. — Я набрала косметики, мы обязаны накраситься и пофотографироваться! Отказы не принимаются, «Я не умею краситься» – тоже. Я тебя сама накрашу, — Йеджи так счастливо улыбается, что кажется, своей улыбкой она может осветить весь дом и улицу.       — Ц, начинается. А я только радовалась, что раз мы без девочек, сможем просто полежать на кровати, — недовольно тянет Рюджин, но Хван самодовольно ухмыляется, доставая из сумки большую бутылку виски. — Ладно, ты прощена. Откуда взяла?       — Воу, Рюджин, малыш, вроде еще маленькая, а реакция на виски такая, будто на киндер сюрприз, — ухмыляется Йеджи, и если бы все происходило по переписке, она явно добавила две скобочки. — Ты такая непослушная девочка. — Шин вновь чувствует, с какой силой бьётся её сердце, и замирает, глупо пялясь на Хван. — Рю, все хорошо?... Родители ведь не дома, никто ничего не слышал? Ты стала бледной за долю секунды.       — А... Да, да, конечно. Все хорошо, просто холодно, дверь плохо закрыта, — неправдоподобно лжёт Рюджин, наконец проводя подругу внутрь дома. Йеджи хмурится, но когда её насильно тащат в комнату, она забывает о глупой отмазке. — Давай я сейчас притащу рюмку, а ты пока переоденешься и косметику подготовишь.       Шин уходит буквально на пару минут, не забывая взять любимые снэки подруги и захватить несколько конфет с вазы. Вздохнув и выдохнув пару раз, она решает умыться. Мокрыми руками зачесав волосы, Рюджин наконец идет к комнате, открывая дверь пинком с ноги. — Йеджи, помоги, у меня сейчас руки отвалятся, — ноет младшая, поднимая взгляд на подругу. Шатенка кивает и без проблем берет из рук снэки со своей рюмкой, пока Рюджин с удивлением и небольшим испугом пялится на её открытые части тела. Хван впервые на ночевку взяла не брючную пижаму с рубашкой, а короткие шорты и топик, что прикрывал лишь грудь, оголяя талию.       — Все хорошо? — вновь спрашивает старшая, в то время как Рюджин, наконец подняв взгляд с её стройных ножек на глаза, кратко кивает, стараясь как можно тише сглотнуть слюну, что появилась за считанные секунды. — Ты выглядишь нездоровой, тебя точно ничего не смущает? — наверняка Йеджи имела в виду другое смущение, но Шин понимает фразу по-своему, почти скуля. За что Хван над ней так безбожно издевается?       — Нет, все в норме. Сегодня утром голова болела... Может быть, из-за этого, — брюнетка отводит от неё стыдливый взгляд, положив еду на стол. Тогда она замечает, что Йеджи уже подготовила несколько масок для лица, крема и косметику. — Пообещай, что это все ненадолго и мы сможем по-настоящему повеселиться после этого всего, — умоляет Рюджин, и старшая кивает.       — Конечно, Рю, обещаю. Мы с тобой хорошо проведём время, — обещает Йеджи, шепча последние слова на ухо. Она обнимает младшую со спины, укладывая голову на плечо. — Мы так давно не виделись, я успела сильно соскучиться, — откровенничает Хван, прикасаясь губами к шее Рюджин. Младшая старается не дышать, лишь бы Йеджи не почувствовала, как сильно бьётся её сердце и подрагивают руки. — И если честно, — с каждой фразой её голос становится на тон тише. Рюджин ловит себя на мысли, что шёпот Йеджи манит ровно так же, как и ляжки. И Шин почти хнычет, лишь бы Хван прекратила эти пытки. — Мне радостно, что мы с тобой лишь вдвоём.       — Да, Йеддон, я тоже этому рада, — отзывается брюнетка. Она аккуратно кладёт свою ладонь на чужую, надеясь, что это поспособствует тому, чтобы Йеджи убрала свои шаловливые ручки. — Но еще больше буду рада, если мы наконец приступим к этой твоей косметике.       — Ну, Рюджин, ты меня не любишь, — посмеивается Джи, но все же, поцеловав девушку в щёку, отстраняется, присаживаясь на край кровати. — Так, смотри. Сначала масочки, потом косметика. Крема я достала на случай, если ты откажешься от масок, но не думаю, что ты бессмертная, чтобы отказывать своей любимой онни. Выбирай какие хочешь, мне не принципиально, — Йеджи говорит это, пока выбирает, какую пачку чипсов открыть первой, и Шин усмехается, наблюдая за ней в зеркало, что висело с краю от стола.       — Ого, это маска на губы? — единственное, что спрашивает младшая. На столе лежит эта «штука», которую Рюджин отныне будет называть просто «губы», патчи под глаза и две маски для лица с разными ароматизаторами. Хван поднимает на неё руку взгляд, кратко кивает и продолжает счастливо хрустеть снэками. — Хочешь сделать её? — Йеджи пожимает плечами, мол, мне без разницы. — Тогда я возьму.       — Не думаю, что она увлажнит твои губы так, как тебе хотелось бы. Мне вообще кажется, что это просто бесполезная вещь, но эта маска была в наборе, который мне подарила Джису, так что.       — А что тогда хорошо увлажнит мои губы?       Рюджин смотрит на подругу в зеркало, на что та лишь загадочно пожимает плечами, но, опустив голову, она чуть улыбается, думая о чем-то своем.       — Гигиеничка получше будет, — все же отзывается онни, и Шин оборачивается к ней. — Я знаю, что у тебя её нет. Хм, хочешь мою? — Йеджи недолго смотрит в глаза Рюджин, после на её губы, но в конечном итоге переводит взгляд на свою сумку. — Там в кармашке должна лежать.       — Йеддон, ты меня сейчас заболтаешь, и мы ничего не успеем, — аккуратно напоминает брюнетка, из-за чего Хван, дуясь, вытаскивает язык. — Раз мне вот эти губы, тебе патчи? И маску я возьму с медом, если что, — оповещает Рюджин и, запрыгнув на кровать, протягивает ладошку, дожидаясь, пока Хван положит чипсы ей в руку.

***

      — Бум-бая! — Йеджи по-мастерски вращает руками и головой в бит, по крайней мере, напившись, девушки думали, что они пляшут в такт музыке. Шин казалось, что её онни как минимум свернёт себе шею, поэтому очень внимательно, насколько это позволял градус в крови, она наблюдала за тем, чтобы она действительно не пострадала, расставляя руки и ноги в разные стороны. И, если честно, она откровенно засматривалась на бёдра старшей, что с каждым движением и очередной рюмкой раскрывались всё больше с каждым разом.       Они выпили уже больше половины бутылки и явно были не в самом трезвом состоянии. Натанцевавшись, Йеджи плюхается на кровать, всё ещё напевая песни. Рюджин наблюдает за онни, пока та, вновь встав с кровати, плетётся к столу, подхватывает свечу с зажигалкой и подсаживается к Шин.       — Играем в правду или действие, пока свеча не погаснет, — заявляет Хван, и младшая хочет было ей отказать, но она добавляет. — 18+ правда или действие, Рюджин-и. Давай, пора взрослеть, малявка.       — Эй, сама ты такая, — Шин корчит рожицу, в то время как онни уже успевает поджечь фитиль. — Тогда я первая. Правда или действие?       — Правда.       — Хм, сколькими пальцами дрочила? — начинает Рюджин, сходу задавая игре нужный темп. Хван усмехается, чуть задумываясь, пока наливает себе добавку спиртного.       — Три – это мой максимум, — гордо заявляет старшая, на что Рюджин лишь хмыкает, закатывая глаза. Она кивает, как бы принимая ответ, и вместе с этим просит налить и ей. — Правда или действие?       — Правда.       — Давай тот же самый, мне теперь интересно, сильно ли ты от меня отличилась, — мурчит Хван и видит, как Рюджин неловко забегала глазками по кровати. — О-оу, больше?       — Вообще-то... Мой максимальный рекорд — это один палец на всю длину, — стеснительно оповещает Рюджин, пока почёсывает нос, дабы скрыть смущение. Йеджи приподнимает брови, явно удивленная этой информацией.       — И как же малышка доводит себя до пика? — хитро интересуется онни, и брюнетка, ещё раз неуверенно взглянув на неё, тянется к прикроватной тумбе и достает из неё наружный вибратор. Йеджи ещё больше удивляется, подползая ближе. — Ого...       — Теперь твоя очередь, — переводит тему Рюджин, кладя игрушку под подушку. — Правда или действие?       — Правда, — немного подумав, отвечает старшая.       — Ты когда-нибудь представляла своих подруг в роли половых партнёрш? — невзначай любопытствует Шин, осушая очередную рюмку виски.       — Каждый день, — она отвечает так, будто это что-то совершенно простое и обыденное. — Правда или действие?       — Действие, — Йеджи вновь хитро улыбается и лезет к Шин ещё ближе, смотря ей прямо в глаза. Рюджин нервно усмехается, чувствуя, как старшая залазит рукой под подушку. — Онни...       — Ты выбрала действие, Рюджин-и. Будь добра, исполни его. Если не хочешь наказание, — она кратко подмигивает младшей, вручая ей в руки собственный вибратор. — Включи его на среднюю мощность и... Поласкай себя. Через одежду, конечно.       — А какое у нас наказание? — интересуется младшая, на что шатенка лишь усмехается. — Я серьёзно.       — Выполню твоё задание вместо тебя. Только ты будешь в одних лишь своих белых трусиках.       — Это угроза?       — Да, Рюджин. Так что будь послушной девочкой, слушайся свою онни, — Рюджин сглатывает, но краем глаза замечает, как свободная рука Йеджи ложится на её бедро, чуть сжимая. — Пора приступать к делу.       Шин кивает, устраивая вибратор в своих руках. Она удобнее ложится на кровати, слегка раздвигая ноги. Её очень смущает пристальный взгляд Йеджи, но она ничего не говорит, наконец включая прибор. Он негромко жужжит, находясь возле бёдер Рюджин, и она готова мгновенно взвыть лишь от этого звука. Хван наблюдает за её действиями, склоняя голову в бок. Она чуть подталкивает руку Рюджин, и игрушка наконец касается промежности, заставляя Шин прогнуться дугой и протяжно простонать.       — Мне так нравятся звуки, что ты издаёшь, — мурчит онни, нависая сверху. Шин прикрывает глаза, лишь бы не видеть этот взгляд Йеджи. Он опьяняет её ещё больше, пока подруга была почти трезва. — Моя малышка, — Рюджин скулит, стоит ей почувствовать, как Хван стягивает с неё пижамную рубашку. — Это тоже входит в твоё действие, Рюджин-и.       — Ты перебрала? — любопытствует Шин, но почти сразу же её затыкают настойчивым поцелуем. Йеджи языком пробирается внутрь, проводя им по ряду зубов, коленом сильнее давит на вибратор, а тот, в свою очередь, на клитор. — Не думала, что когда-то скажу тебе это, — стеснительно начинает Рюджин. — Но ты не представляешь, как я хочу ощутить тебя внутри.       Хван самодовольно ухмыляется, и первое, что она делает, это стягивает с неё штаны, кидая вслед за рубашкой. Почти насильно вырвав из рук Рюджин вибратор, Йеджи выключает его, откладывая подальше. Шин беспомощно глядит на свою онни, что нависает над ней и начинает оставлять свои багровые следы на шее, ключицах, медленно подбирается к груди, на которой, к сожалению, ещё красуется бюстгальтер, напоследок целует животик, прежде чем схватить запястья младшей и, перекрестив их, цепко держать левой рукой.       — Онни! — Шин скулит, когда осознаёт, что всем теперь будет управлять одна лишь Йеджи. Но та счастливо улыбается, свободной рукой расстёгивая лифчик и стягивая промокшие трусики с худых ножек. Рюджин закусывает губу и закрывает глаза, когда видит, что Йеджи направляет свой взгляд на одни только её эрогеные зоны.       — Ты такая мокрая, — сладко, будто пробуя застенчивость младшей на вкус, тянет Хван, и тут же проводит указательным пальцем от входа до клитора, распространяя естественную смазку по всей промежности. — Думаю, многие восьмиклассницы отдали все свои деньги, лишь бы ты на них взглянула. Так жаль, что твой взгляд направлен лишь в мою сторону, — ласково смеётся Йеджи, чувствуя, как Рюджин закипает. Она вновь проводит вдоль половых губ, собирая смазку. — Смотри, как ты любишь свою онни, — она демонстрирует блестящие пальцы подруге, но та в ответ ещё больше краснеет, отводя взгляд в сторону. — Хочешь, чтобы я вошла?       — Угу, — тихо соглашается Рюджин, и Йеджи, не проронив больше ни слова, возвращает руку на промежность, пару раз обводит вход пальцем и, кратко кивнув младшей, осторожно входит внутрь. Она слышит, как неровно дышит брюнетка, поэтому медленно растягивает её, входя почти полностью. — Боже, Йеджи...       Хван осыпает Рюджин поцелуями, оставляет багровые пятнышки на плечах, удобнее ложась корпусом возле неё, всё так же продолжает свои незамысловатые движения рукой, запястья Рюджин в это время оставляя неподвижными. Шин стонет, когда Йеджи наконец входит на всю длину, ладонью потирая клитор, сжимает и разжимает палец внутри неё.       — Примешь второй? — осторожный поцелуй в висок, младшая послушно кивает, и Хван, всё так же аккуратно, добавляет второй палец, вновь входя в неё. Сначала медленно, на одну фалангу, старается сделать всё как можно безболезненней. Но когда слышит расслабленные стоны Рюджин, она успокаивается, набирая длину и темп. Постепенно входит уже двумя пальцами до костяшек и, решив, что этого для первого раза достаточно, лишь наращивает темп.       Шин стыдливо стонет, прогибается в спине, слёзно умоляя Йеджи быть быстрее. Пошлые хлюпающие звуки заполняют всю комнату, и Рюджин готова оглохнуть, лишь бы не слышать их и не заводиться с каждым разом всё сильнее.       Неожиданно для неё Йеджи освобождает руки, но ясно приказывает, чтобы она не смела двигаться, продолжая держать их поднятыми. Шатенка берёт свободной рукой с тумбы свечу и, не дав Рюджин времени, чтобы поразмышлять, капает воск прямо на живот, из-за чего Шин вздрагивает, ещё сильнее насаживаясь на пальцы онни, громко, протяжно стонет, где-то глубоко в душе понимая, что хочет ещё. Йеджи будто чувствует её желание, вновь проливает пару капель на пресс, ближе к груди.       — Онни, я сейчас кончу, — Шин хнычет, уже почти самостоятельно насаживаясь на длинные пальчики Йеджи. Старшая сжимает губы, наблюдая за такой стороной Рюджин. Требовательной, растерянной и, несомненно, всё такой же горячей.       — Кончай, моя малышка заслужила, — Рюджин заканчивает в ту же секунду, пока Хван медленно продолжает двигаться внутри неё, задерживая ценные секунды оргазма. Йеджи ласково целует её в щеку, наконец выходя. — Ты большая умничка.       Она наконец задувает свечу, как бы оповещая, что игра закончена, ложится рядом с ней, обнимая. Шин всё ещё тяжело дышит, в какой-то мере не веря, что всё это произошло с ней в реальной жизни. Это не сон и не влажные мечты. Йеджи довела её до оргазма прямо на её же кровати.       — Я ведь обещала, что мы отлично проведём время, — Йеджи тихонько хихикает, проводя ноготком по животику Рюджин, аккуратно касаясь капель воска. — Ты такая милая, когда стесняешься.       — Мне всё очень понравилось, спасибо, — наконец отвечает младшая. — Только теперь твоя очередь, — она тоже ложится на бок, смотря прямо в глаза Йеджи.       — Мм, и что же ты хочешь сделать? — любопытствует старшая, на что Рюджин, оглядев сначала свой «образ», а потом и её, первым делом аккуратно стягивает одежду, с чем ей благополучно помогает Йеджи. — Я, вообще-то, задала вопрос.       — Не переживай, онни, скоро узнаешь, — Рюджин слезает с кровати, становясь на колени на полу, и прежде, чем Хван успевает что-либо сказать или вообще среагировать, брюнетка уже тянет её за ноги, приближая обнажённую промежность к лицу. — Пожелаешь приятного аппетита?       — Рюджин, стой!! Ммх!! — Йеджи запрокидывает голову назад, бесцеремонно и бесстыдно начиная стонать. Шин цепко хватается за её ляжки, чуть сжимая их в руках, пока языком обводит клитор, посасывая, чем вызывает у своей онни скулёж.       — Ты такая сладкая, — в отместку приговаривает младшая, ненадолго отрываясь от промежности, целует внутреннюю сторону бёдер, оставляет засосы, дразняще проводит языком от середины ляжек до самого входа, входит языком, чем ещё больше будоражит Йеджи и вызывает дрожь по всему телу. Хван одной рукой хватается за простыню, пока вторую укладывает на тёмную макушку, удобнее направляя девушку в нужное русло.       Рюджин руки с бёдер перемещает на талию, лапает и сжимает животик, дотягивается до груди, сжимает обе половинки, не забывая, конечно же, особое внимание уделить соскам. Сжимает их между двух пальцев, и она бы рада послушать те волшебные звуки, что издает Хван от этих приятных ощущений, но она умело закрыла ушки Рюджин своими бёдрами, заставляя младшую буквально вжаться в неё.       После недолгих махинаций, Шин вновь переходит на клитор, обводя его, кончиком языка касается самого эпицентра, из-за чего Йеджи чуть ли не подпрыгивает, отчаянно пытаясь вырваться из цепкой хватки Рюджин. Та лишь в меру ускоряется, желая как можно скорее довести свою любимую подругу до разрядки.       Ещё пару раз кончиком языка играясь с комочком нервов, она чувствует, как трясётся Хван, слышит, как блаженно она стонет, видит, как девушка прогибается в спине, наконец не сдержавшись, заканчивает прямо на лицо Рюджин. Смазка попадает на губы, подбородок и кончик носа, но брюнетка послушно собирает всё пальчиком, показушно вылизывая его, глотает смазку своей онни, пока та немного краснеет, продолжая часто дышать, отходя после оргазма.       — Вот теперь действительно хорошо провели время, — гордо заявляет Шин, падая на кровать возле Йеджи, накрывает их одеялом.

***

      — Рюджин-а... Рюджин, — Йеджи будит её только с третьего раза. — Доброе утро, — короткий поцелуй в губы сразу же выбивает из младшей весь воздух и мысли. Она не ожидала. — Я нашла для тебя таблетку от головы, немного прибралась и одела тебя. Скоро приедут твои родители, не хочется, чтобы они застали нас, да и твою комнату в целом, в том виде, в каком мы её оставили ночью.       — В каком виде? — щурится Рюджин, оглядывая привычные стены, шкаф и стол. Она берет с ладони Йеджи таблетку, благодарит, запивая водой, которую ей так же протягивает.       — Ты... Ты не помнишь, что было накануне ночью? — немного тревожно и с каплей грусти спрашивает старшая.       — Я... Нет, не помню. Если честно, мне приснился очень странный сон, он был такой реалистичный... — она протирает глаза, вновь поднимая взгляд на строгий взор кошачьих глаз. Йеджи вновь целует её, только на этот раз агрессивно, чуть ли не прокусывая губу, обхватывает щёки двумя руками. Они отстраняются с громким причмокиванием, и Рюджин теряется. — Это был не сон? — Вместо ответа Хван еще раз целует её, чтобы до младшей наконец дошла вся серьёзность ситуации.       — Ты отныне моя девушка, и мне абсолютно плевать, что подумают другие, — строго говорит Йеджи, оседлая живот брюнетки.       — Скажи честно, ты же из-за такого хорошего куни моей девушкой стать захотела? — Рюджин играет бровями, удобнее садясь на кровати.       — Ну всё, конфетно-букетный период закончился, ты уже начинаешь меня бесить.       — Я отлижу прощение.