Дасквольские истории - жизнь одного ветерана

Фанатское произведение по настольной ролевой игре "Blades in the Dark" ("Клинки во Тьме"). Сеттинг, мир Дасквол и его ключевые элементы принадлежат создателю игры Джону Харперу. Все персонажи в данной повести являются оригинальными и созданы автором для этого рассказа. Загнанный зверь Война, да война. Мысль всплывшая в голове, болезненные воспоминания возникающие вспышками. Такими же, как залпы пушек из прошлого. Девушка старалась идти вперёд, прижимая рану на плече, ноги вели её в паб "У Келла", но оставаться в сознании становилось всё тяжелее и тяжелее. В какой-то момент она улеглась у стенки где-то в переулке, стараясь отдышаться и остановить кровь. Всё сильнее с каждой минутой погружаясь в воспоминания. Армейский лагерь подготовки, промелькнул в голове, как первая точка. Довольно короткий отрезок, ведь пробыла она там недолго, почти сразу же оказавшись в окопе. Залпы из пушек раздавались рядом, пока солдаты сидели, стараясь остаться не задетыми. Пелагия сидела, скованная страхом, не решаясь подняться и посмотреть, что впрочем помогало выжить, в отличие от храбрых, глупых или любопытных, которым стоило высунуть голову всего на чуть-чуть получали три выстрела. Два мимо от косых стрелков, и один точный в голову, после которого их тела падали обратно. Трупы товарищей лишь подкрепляли уверенность в том, что лишний раз высовываться это риск. Становилось спокойно лишь ночью, когда небо покрытое осколками, что мало-мальски освещали поле боя, становилось беспросветно тёмным, как бездна или морская пучина. Тогда начинали реже стрелять, но полностью расслабиться мешал постоянный холод и ветер, вместе с группами диверсантов, снаряжённые пиками и мечами. То с их стороны, то с другой приходили отчаянные ребята, чтобы попробовать занять укрепления и выбить противника, тогда начинались ночные бои, когда стрелковый бой начинал проигрывать сражению врукопашную. На третью ночь, её и нескольких солдат собрали в такой отряд. Ей доверили пику, шпагу и пистолет, обычный набор для солдата высокого рода. Другим из её отряда, чьи презрительные взгляды она ловила, доставались остатки: потрёпанные алебарды, копья, мечи, фальшионы, самопальные пистолеты и одноразовые из-за дефектов аркебузы. Группа человек тридцать, где на каждую девятку обычных людей, приходилось по одному старшему. Они вышли из относительно безопасных окоп и пошли на небольшой холмик, откуда предстояло спуститься к врагам. Добрались до цели они почти под утро, поэтому предполагалось сделать остановку, чтобы не лезть на смерть. Однако в тот день, внезапно для всех, из вражеских окопов мигом выскочили сотни солдат. Яростно бежали, умирая под пулями, но часть добежала, затем началась бойня. Несколько часов раздавались выстрелы и крики, прежде чем всё закончилось. Враги победили, они выбили из первоначальных позиций и заставили отступать назад командиров и основную часть сил, которые только вчера послали их для подготовки к манёвру. Вся группа оказалась в окружении, в старом здании на холме, хотя скорее развалинах, после того, как снаряды пушек разнесли часть стен. Часть из них пошла сдаваться, но их расстреляли, хуже всего то, что теперь знали про всех. Двадцать человек, против сотен. Им предстояло выжить около недели, первые кровопролитные три дня, когда их пытались выбить грубой силой, но они как звери загнанные в угол, кусались так, что со временем Сковланды решили просто заморить их голодом. Большая часть сошла с ума в тот момент, начали выходить из укрытий в попытке наброситься, но умирали. Только она не высовывалась, отстреливала тех, кто пытался подойти. И убивала тех, кто подошёл. Ночью ставила ловушки, которые не позволяли большим группам идти, обрекая на большие потери, а малые разбивала сама. К концу недели подошло подкрепление, которое выкосило всех, тогда она вышла к своим и была назначена получить ту медаль. Девушка покачала головой, отмахиваясь от шумных мыслей, после чего поднялась и марш броском, быстрым и резким, пошла к заветному трактиру. Дверь скрипнула, перед глазами показалась полупустая таверна, десятки столов со скамейками и стульями по бокам, где редкие посетители ютились по большей части по углам, постояльцы не обратили на это внимание, лишь трактирщик за стойкой, стоящей напротив, посмотрел на нового посетителя. Ещё до того, как он успел что-то сказать Пелагия подошла к самой стойке, опираясь о неё с усталостью. Уже знакомый ей Келл, рыжий сковланец среднего роста, с большим носом, залысиной скрытой под шапкой, несколькими следами от волдырей у уха и жёлтой улыбкой, в которой не хватает парочки зубов. Родившийся здесь, ещё до войны его любили многие, но во время неё стали презирать, даже один раз пытались убить, а после стали просто на просто избегать. — Полагаю пива не надо. Генри! Где тебя носит?! Иди сюда! За дверью, стоящей позади стойки, послышались шаги и скрип дерева. Вскоре из неё вышел тощий двухметровый человек, чьё лицо было покрыто плотным слоёв бинтов, после одной болезни, которое изуродовало его так, что мать родная не признала бы. Он подошёл к Пелагии, подхватывая её под плечо. В этот момент девушка высыпала из кармана десятку чешуек и оставила их на стойке — Оставила бы себе, тебе видать нужнее. Сказал рыжий, но деньги принял. Генри отвёл её на второй этаж, оставляя в маленькой комнатке, в которой едва помещалась кровать, а потолок был настолько низок, что его легко было коснуться не вытянутой рукой. В углу стоял небольшой стол и стул, но более никаких изысков не наблюдалось, даже окон. Пелагия легла на кровать, не без помощи, после чего стала ждать. Генри засуетился, направляясь из её комнаты в свою, пару раз задевая головой потолок и дверной косяк, но тем не менее качественно, хотя скорее насколько возможно обработал её раны. Вскоре усталость взяла своё и девушка заснула. Стало подозрительно тихо, будто она умерла или кто-то собирается её убить, вместе с этой мыслью она вскочила на кровати, но никого рядом не было. Пелагия дала себе немного времени прийти в себя, после чего встала с постели и прошмыгнула из каморки в мрачный пустой коридор, направляясь обратно на первый этаж. Каждый шаг отдавался тихим эхом и скрипом, в нос бил запах спирта и вонь соседей пьяниц, а голова слегка побаливала. — Проснулась наконец, я уж думал, что всё каждый новый колокол по тебе. — С усмешкой сказал сковланец. — Ага, бегал проверял не пора ли выкинуть на улицу, чтобы церковная ворона не посетила тебя? — Сухо ответила девушка, присаживаясь у стойки — Проверял Генри, а так сама знаешь. Церковь в доме к беде, да и не только в доме. — Ответил он спокойно, потирая кружку, прежде чем пощуриться и спросить заметно тише, наклонившись — Ну, кому дорогу перешла, что тебе лавку сожгли и чуть не убили. — Надо же, как быстро распространяются новости. Надеюсь те, кому перешла уже давно отбыли своё, и упокоятся их души в пламени божьем. В этот момент в трактир зашли двое, какой-то доходяга в обносках, чьё лицо не самое красивое лицо исписывали шрамы, с тесаком на поясе. С ним говорил довольно низкого роста, с чёрными, как смола волосами, густой бородой и слегка покосившимся правым глазом, человек в бледно красном плаще. На спине последнего виднелась секира, которая была едва ли не больше него. Они о чём-то спорили, девушка услышала лишь обрывки. О свободном разбойничестве, о бандах, о том, что низкий не прав, что решил вступить в одну такую. — Какой в ентом смысл, где романтика свободной жизни, етить её в корень. Ходишь теперь под этими красными чудаками, как под королями. — Ты мне не начинай. Да, приходится отдавать часть награбленного, но зато со мной банда. Я если приду с какой проблемой, то за меня горой, стеной встанут. И не чудаки, а красные плащи. Вскоре они заняли один из свободных столиков в углу, продолжая свой спор, пока к ним не подошёл Генри с пивом, и они не продолжили уже под лёгким градусом беседу. Пелагия вздохнула, понимание того, насколько она влипла, было явственно чётким. Впрочем, вздох этот был отчасти и облегчения, ведь теперь у неё есть цель. Разузнать об этих плащах больше, а затем договориться или перебить всех, скорее всего второе. Девушка немного посидела за стойкой, перекидываясь взглядом с Келлом, прежде чем встать и подойти к этим двоим. Если внимание доходяги привлек её ухоженный вид, по крайней мере не изуродованного лица, то внимание карлика было определённо смешанно с лёгким испугом. — Глянь какая. — Шепнул уродец с тесаком. — Ага...живая. — С долей ужаса ответил карлик — А чего должна быть мёртвой? Ты чего? — Продолжил пьяный, стараясь быть тихим, по его мнению выходило хорошо, но мнение его было ошибочным. — Вот похожа она на ту, которая нашего из плащей тюкнула. Двое вызвались помочь отомстить тому, что пережил встречу с ней. Узнали, что лавка есть, сожгли сегодня, я думал убили. — Чем больше говорил бородач, тем сильнее бледнело его лицо — Не убили. Сухо прервала девушка разговор этих двоих, схватив доходягу за волосы и приложив об стол. Громкий стук тупого предмета с ещё более тупым, раздался на весь зал. Бандит успел только охнуть, прежде чем упасть со стула на пол без сознания. Карлик потянулся за секирой, но она его схватила за горло и прижала к стенке. — И сколько ещё ваших мне предстоит перебить? Говори. — Грубый приказной тон не предполагал отказа, холодные цепки пальцы давили шею, как тиски, выверенно чтобы напугать, но ещё не начать душить. — Постой, не убивай — Взмолился карлик, дёргая ножками. — Говори. — Двадцать, нас двадцать "Плохо дело" — подумала Пелагия. Это уже хорошая группа, даже вполне себе банда. Убить двадцать человек представлялось сложной задачей. Но даже так продолжила допрос — Кто главный? Есть у вас место сбора? — Кровавый Джо, собираемся в самоцветах, на кружке фехтования. Отпусти, пожалуйста, я обещаю, плащ выкину, про тебя забуду, только не убивай Что-ж место сбора объясняло наличие аристократа в банде, скорее всего он там не один. Ещё более вероятно, что на самом деле банда куда больше, чем знает этот гном. А он состоит лишь в низшей касте, сброда с улиц, которых собирают, как пушечное мясо для дел и козлов отпущения. Скорее всего это один из тех поганых аристократских клубов, где они безнаказанно творят бесчинства, перекидывая всё на других. Злоба стала комом в горле, пальцы сами собой сжались на шее карлика, но затем она его отпустила. Второе тело без сознания упало на пол. Пелагия пошла обратно к Келлу — Ты ничего не видел, я мертва. Хорошо? — Так точно, мисс не упокоенная. Девушка пошла на выход. — "Снова загнана в угол. Снова врагов больше. Только теперь союзников нет. И никто не придёт на помощь."