В мире Bleach после смерти.

Глава 14. Безымянный Клинок Судьбы Арата замер посреди гигантского, почти безграничного пространства, которое представляло собой нечто среднее между складом, храмом и свалкой. Если не принимать во внимание бесчисленные клинки, разбросанные повсюду, это место было абсолютно пустым и безжизненным. Эти мечи, безымянные и пока лишённые индивидуальности, Арата для себя уже обозначил как «Асаучи» — верный перевод и суть этих предметов. Они лежали в хаотичном беспорядке: некоторые были аккуратно, почти ритуально, разложены на бесконечных стеллажах, уходящих в туманную высь, другие были сброшены в груды, а иные просто валялись на холодном каменном полу, покрытые тонким слоем вековой пыли. Они напоминали ненужный хлам, забытый всеми и никому не принадлежащий. Сдавленный, глубокий вздох вырвался из его груди, нарушив гнетущую тишину. Перед ним, откликнувшись на его внутренний импульс, материализовалось прозрачное системное окно. Он бегло скользнул по нему взглядом, мысленно отмечая знакомые строки, как будто сверяясь со своим внутренним паспортом. Арата Сора. Уровень Души: 5. Особенности: 1. Носитель Разрушения. 2. Носитель Клинка. 3. Око Прозрения. 4. Повелитель Территории. 5. Сердечная Связь. Он сознательно заменил «Путь Великого Исцеления» на эту, последнюю, особенность, полученную благодаря его странной дружбе с Айзэном. Пять слотов — предел для его пятого уровня души, и выбор был сделан в пользу того, что могло работать здесь и сейчас, а не в пользу пусть и могущественного, но абсолютно бесполезного без знания Кайдō дара. С ещё одним, на этот раз обречённым, вздохом Арата заставил себя сделать первый шаг вперёд. Он начал свой долгий и бесцельный путь сквозь этот лабиринт из металла и одиночества. Первую минуту он просто шёл, его глаза скользили по бесконечным рядам идентичных друг другу клинков. Ни один из них не излучал ни малейшего намёка на уникальность, ни единой искры отклика. Он свернул за один стеллаж, прошёл мимо другого, пересек десятки таких проходов. Ощущение полной потерянности начало медленно, но верно подкрадываться к нему. Затем минуты растянулись в час, а может, и больше. Время в этом странном измерении текло иначе, оно было вязким и обманчивым. Арата уже не просто шёл — он бродил, его шаги замедлились, а во взгляде появилась усталость и растущее раздражение. Он остановился на очередном «перекрёстке», где сходились несколько проходов между гигантскими полками, и в отчаянии провёл рукой по волосам. Его терпение было исчерпано. — Да что же это такое?! — его голос, громкий и резкий, был поглощен всепоглощающей тишиной, не оставив даже эха. Внезапно, поддавшись чистому, необдуманному импульсу, он поднял голову, уставившись в бесконечную высоту этого хранилища, и рванул вперёд. Он просто побежал. Бежал по бесконечным проходам, мимо мелькавших стен из ножен и рукоятей, не разбирая дороги, не ища ничего. Его ноги, сильные и тренированные, несли его вперёд с огромной скоростью, но пейзаж не менялся. Десять минут безумного спринта — и он остановился, опираясь руками о колени, его лёгкие горели, жадно хватая разреженный воздух. Именно тогда, опустив взгляд, чтобы отдышаться, он увидел его. Прямо у своих ног, в небольшом углублении между каменными плитами пола, лежал один-единственный клинок. Он ничем не отличался от тысяч других: та же стандартная рукоять, та же цуба, тот же матовый блеск лезвия. Но в этот момент Арате стало всё равно. Какая, в сущности, разница? Все они были на одно лицо, словно испечённые из одного теста. С горькой усмешкой, полной фатализма, он наклонился и схватил этот Асаучи. В тот же миг пространство вокруг него сжалось. Его тело дёрнулось назад с такой ошеломительной, противоестественной скоростью, что у него перехватило дыхание. Мир превратился в размытую полосу света и тени. Он не бежал — его понесло неведомой силой, могучим потоком, вышвыривающим его из этого измерения. Хлопок. Резкий, сухой звук, похожий на лопнувшую воздушную перепонку. И он снова стоял на твёрдом полу. Прямо перед ним была та самая невзрачная деревянная дверь, через которую он вошёл. Сзади, за его спиной, всё так же возвышались массивные, теперь закрытые врата, ведущие в тот бесконечный склад Асаучи. Он покачнулся, пытаясь поймать равновесие, и, наконец, пришёл в себя. Сделав глубокий вдох, он толкнул дверь и вышел наружу. Его встретили взгляды одноклассников, уже стоявших с собственными Асаучи в руках, и спокойный, деловитый взгляд Уроя-сэнсэя. Преподаватель жестом указал ему присоединиться к группе, где уже собрались ученики, получившие свои клинки. Арата молча подошёл и встал рядом с Айзэном. Тот сразу же заметил состояние своего друга. Лицо Араты было бледным, его черты искажены усталостью и глубокой, почти физической разбитостью. Одежда слегка помята, волосы всклокочены. Он выглядел так, будто только что вернулся с поля боя, а не из комнаты для получения оружия. — Что с тобой случилось? — тихо, но настойчиво спросил Айзэн, его голос был ровным, но в глазах читалось неподдельное любопытство. Арата вздохнул так, будто этот вздох шёл из самых глубин его души. —Я… я провёл там, наверное, полтора, а то и два часа, — его голос был хриплым и уставшим. — Я просто искал. Искал тот единственный клинок, который… ну, который мог бы быть моим. Айзэн, услышав это, сделал невероятное усилие над собой, чтобы не рассмеяться. Уголки его губ предательски задрожали, и он был вынужден слегка откашляться, чтобы скрыть неподобающую реакцию. Видя его выражение, Арата нахмурился. — А сколько… сколько времени прошло на самом деле? — с подозрением спросил он. — Примерно полторы, от силы две минуты, — невозмутимо ответил Айзэн. Его взгляд стал аналитическим. — Вероятно, внутри действует заклинание Кидō пространственно-временного типа. Достаточно сложное, чтобы искажать восприятие. Подобные техники находятся в ведении Корпуса Кидō. Вопрос Араты повис в воздухе, прежде чем он успел его задать. Его недоумённый взгляд был красноречивее любых слов. — Корпус Кидō, — терпеливо, как отличник, объясняющий отстающему ученику, начал Айзэн, — это специализированное подразделение, существующее параллельно с тринадцатью боевыми отрядами Готэй 13. Формально он является частью Второго отряда, но обладает значительной автономией. Его основная задача — исследование, разработка и применение Кидō, будь то Хадō, Бакудо или другие, более эзотерические его ответвления. Это элитный отряд, куда попадают лишь истинные мастера духовных искусств. Арата просто кивнул, переваривая эту информацию. Весь его героический, полуторачасовой поход по коридорам вечности оказался иллюзией, порождением чьего-то могущественного заклинания. Горькая ирония ситуации была невыносима. — И что же ты искал все это… «время»? — Айзэн мягко вернул его к сути. — Ведь Асаучи — это всего лишь безымянные клинки, пустые сосуды. В них изначально нет и не может быть каких-либо уникальных особенностей. Их суть — стать твоим отражением, а не быть найденным готовым. На этот прямой и логичный вопрос Арата ответил красноречивее любых слов. Он просто развернулся и отвернулся, сделав вид, что не он только что совершил двухчасовой квест в поисках «особенного» куска металла среди миллионов идентичных. Его спина выражала одновременно и обиду, и смущение. Увидев эту немую сцену, Айзэн с лёгкой, почти незаметной улыбкой покачал головой. Его друг продолжал оставаться источником непредсказуемости и алогичных поступков. Прошло ещё около десяти минут, пока последние ученики вышли из-за двери со своими клинками. Тогда Урой-сэнсэй, их классный руководитель, привлёк всеобщее внимание. — Отлично, — его голос прозвучал чётко и собранно. — Теперь, когда у каждого из вас есть свой Асаучи, мы можем двигаться дальше. Прошу следовать за мной. И, повернувшись, он повёл группу в противоположную сторону от таинственных врат, открывая для них новую главу их обучения в Академии Синигами. Арата, сжимая в руке свой безымянный клинок, с облегчением и надеждой шагал вперёд, оставив позади призрачные коридоры и иллюзорные поиски. Конец четырнадцатой главы. Примечание: Кстати мой ноут починили и у меня после выздоровления будут больше глав к этому фанфику. И по другому тоже у меня есть пару идей.