Взгляни на дом свой, Ангел

Земля Азирафаэль очнулась уже через несколько часов. Она медленно открыла глаза, и Кроули замерла, с тревогой вглядываясь в них. Они были ясными. Голубыми. И абсолютно потерянными. — Кроули? — её голос был слабым и хриплым. — Что... что случилось? Где мы? Почему я связана? Мы... мы же были в книжном. Ты… поцеловала меня. А потом... Небеса… Огонь? — она поморщилась, пытаясь поймать ускользающие воспоминания. — У меня в голове каша. Кроули почувствовала, как в горле встает ком. Перед ней был её ангел. Испуганный, растерянный, но настоящий. Внезапно она кристально ясно поняла, что не сможет рассказать, как этот самый ангел пытался её убить, а затем покончить с собой. Не сейчас. Пусть лучше вспомнит сама. Кроули не будет той, кто вернёт Азирафаэль в реалии их отношений. Принять решение оказалось на удивление легко. — Пожар, да, — быстро сказала Кроули, подходя и поправляя подушку. — Была небольшая... неурядица, но всё в порядке. Ты ударилась головой. Всё уже позади. — Позади? — ангел недоумевала. Она помнила поцелуй, помнила, что он был неожиданным, и что она потянулась к Кроули. А дальше… дальше провал. Она обратилась к воспоминаниям и поняла, что её память зияет множеством провалов. Азирафаэль занервничала. – Я не помню, я не могу вспомнить. – Ангел, успокойся, – оборвала её Кроули и продолжила, сдерживая нервозность в голосе. – Ты пострадала, но сейчас уже всё в порядке. За пару дней ты придешь в норму. Я тебе обещаю. Хоть и неясные, но слова Кроули дали Азирафаэль толику спокойствия. Ангел взяла себя в руки и обнаружила, что связана. – Прошу прощения, а почему я связана? Ты могла бы развязать меня? И объяснить в чем дело? Кроули замялась. Она боялась, что всё ещё не кончено, что мгновение, и её ангел совершит очередную глупость, и её не станет, совсем. Она так много раз практически теряла Азирафаэль. Её замешательство не осталось незамеченным и ангел ответила сама: – Ты не хочешь, – Кроули не смотрела на неё, но слабо кивнула. Азирафаэль помрачнела. – Я совершила что-то плохое. Я совершила что-то ужасное, и ты не хочешь рассказывать об этом, но и развязывать не готова. Они помолчали. Кроули по прежнему уткнулась взглядом в стену, Азирафаэль тревожно ждала, что демон скажет хоть что-то, но так и не дождалась. – Я навредила кому-то… – Нет, – оборвала её Кроули. Это была ложь. Как минимум Азирафаэль убила Юмин. Но Кроули не сможет сейчас ей об этом сказать. – Значит я что-то сделала с собой, – заключила Азирафаэль. При крайне ограниченных данных, вывод был частично верный. Она прислушалась к ощущениям. – Я чувствую себя странно, что-то точно не так, но пока не пойму что. По какой-то причине я навредила себе, и ты боишься меня отпускать. Сейчас в ангельской голове не было воспоминаний о месяцах разлуки. Осколки давали лишь смутную картину. Но, Азирафаэль по прежнему чувствовала в себе привычную любовь к Кроули, такую чистую, явную, и ей даже не пришло в голову, что тот, кому она пыталась навредить, была сама демоница. Кроули продолжала хранить молчание, не подтверждая и не опровергая её слова. – Ты можешь повязать часть этой веревки мне на шею, – предложила Азирафаэль. Кроули пораженно взглянула в лицо ангела. Это было сродни рабскому ошейнику для оккультного существа, самостоятельно такое снять невозможно, а Азирафаэль сама это предложила. – Так ты будешь уверена, что я не смогу воспользоваться своими силами, их у меня будет не больше, чем у обычного смертного, и я не против, если так тебе будет спокойнее. Я верю тебе. Кроули смотрит на неё — на эту смесь наивного неведения и внезапной твердости. Она видела в её глазах тень тех ужасов, которые остались за завесой временной амнезии, и понимала, что согласится на предложение Азирафаэль. Ради её же блага. Внутри болезненно кольнуло. Кроули собралась и быстро сняла веревки с ног и рук Азирафаэль. Ангел села на постели, повела затекшими плечами и подняла голову на Кроули, доверчиво подставив шею. Всё обернулось новой мукой. Кроули аккуратно заплетала веревку под взглядом внимательных глаз. Она старательно сосредоточилась на том, чтобы веревка держалась на шее крепко, но при этом не туго и по возможности не мешала. После она прикоснулась в сплетению нитей и, совершив маленькое чудо, сделала её невидимой. Ангел стоически перенесла процедуру. После снятия пут она на мгновения ощутила возвращение своих сил и это было потрясающе приятно. Но если она действительно сделала что-то не то, если Кроули считает, что так будет лучше, то ангел доверится ей. – Спасибо, – Азирафаэль чуть устало улыбнулась, наконец поймав взгляд Кроули. “За такое не благодарят, ангел” – подумала Кроули, и хотя очень старалась этого не делать, но таки посмотрела Азирафаэль в глаза. Они были так близко. Сейчас ей казалось, что этого страшного времени не было. Что не было разлуки, ссоры, заклятий и нападений. Ничего этого не было. В глазах Азирафаэль не было и малейших сомнений в Кроули, только доверие. На мгновение демону захотелось удариться головой посильнее и тоже всё забыть, но было нельзя. Слишком опасно. Она не может. Но зато она может притворится. Хотя бы на несколько дней создать хрупкую иллюзию, что между ними не руины прошлых отношений. Кроули немного склонилась к лицу Азирафаэль, внимательно его рассматривая. Она искала в нем сомнение, неприязнь, что угодно, что дало бы знак, что ангел не хочет того, что Кроули собирается сделать. Она искала, но не находила. Вдруг ангел сама чуть подалась вверх, ближе. Она аккуратно потянулась своей рукой к ладони Кроули и ласково потянула её на себя. — Пожалуйста, – тихо прошептала Азирафаэль, и её дыхание коснулось лица Кроули. – Я знаю, что всё сложно. Я вижу это в твоих глазах. Но... я действительно хочу. Пожалуйста, Кроули.       О Богиня, они так близко. И это так похоже на сон. Кроули не могла себе в этом отказать. Не сейчас. Не после того, как Азирафаэль чуть не умерла. Их губы встретились. На этот раз поцелуй был другим — не отчаянным, как при той злополучной ссоре.. Он был... тихим. Попыткой залатать безмолвной нежностью все те раны, о которых одна из них даже не помнила. Азирафаэль улыбнулась ей в поцелуй, а потом, бережно отстранившись, тихо прошептала: — Спасибо. И в этой улыбке, в этом «спасибо», была такая безоблачная, блаженная вера в то, что самый страшный кошмар позади, что Кроули стало почти физически больно. Она не выдержала этого взгляда. — Тебе нужно отдохнуть, — резко сказала она, отстраняясь и вставая. — Я... мне нужно проветриться. И не дав Азирафаэль ничего сказать, Кроули развернулась и буквально выбежала из квартиры, оставив ангела в одиночестве, с грустной улыбкой на лице и множеством дыр в памяти.