Часть 6. Ложь и блажь.
22 мая 2026 г., 20:42
Чудесный летний день казался Гарри таковым всё меньше и меньше по мере его приближения к Тисовой улице. Сегодня солнце, свежий ветер и пекарь угостил его неудавшейся на вид, вкусной булкой с сыром. Но он уже видел ничем не отличающийся от прочих дом номер четыре.
Машины Вернона ещё не было на подъездной дорожке. Его рабочий день окончится через несколько часов. Дадли, полагал Гарри, будет у друга и его новой игры до самого вечера. Чуть воодушевившись по этому поводу, он направился внутрь.
На пол пути дорогу ему преградила тётя Петунья. Её ноздри раздувались как у быка, и она упёрлась руками в дверь позади себя. Взъерошенная и пахнущая табаком тетя была чем-то новым. Гарри мысленно заметался не зная, что делать в таких обстоятельствах, а она смотрела на него тем самым взглядом. Ненормальный - читалось в нём и Гарри попятился назад чтобы не раздражать её ещё больше излишней близостью.
— Заходи.
Сухо бросила Петунья и схватив его за плечо швырнула внутрь дома. Гарри потёр руку. На этом месте точно останется синяк. Однако он не переживал из-за боли ни секунды. Он был в ужасе от другого.
Петунья предпочитала лишний раз не касаться племянника. А сейчас приобняв за плечо вела его к нему в комнату. Её шаги были неровными, а губы исчезли с бледного лица.
Сердце Гарри пропустило удар, и вся горечь, на которую только способно детское сердце затопила его разум. Я попался - подумал он и следом решил, что подвёл крёстного и Римуса, подвёл тётю и дядю. Слёзы не шли. Гарри притих и просто сел на кровать, когда Петунья подвела его к ней. Теперь женщина стояла над ним безумно смотря сверху вниз. Раздался утомленный вздох.
— Гарри — срывающимся голосом обратилась она — скажи мне откуда у тебя это?
Наклонившись к мальчику, она достала из кармана колдографию. Люди на ней счастливо улыбнулись Гарри и пусть длилось это всего мгновение он почувствовал себя чуть легче. В конце концов он волшебник, как и они. А тётя нет, да и кузен никогда не демонстрировал ничего сверхъестественного. О дяде и говорить нечего.
— Купил в магазине. — Тихо сказал он, пытаясь нащупать нужную интонацию.
— В каком магазине. — Усмехнулась Петунья.
— Возле супермаркета тётя Петунья.
Она причмокнула и замотала головой. Ни в одном магазинчике, ни в одной лавке в которой они бывали такого не найти. Надолго Гарри никогда не отлучался — думала Петунья, горячечно ища ответы.
— Это неправда. Я не дура, Гарри и не делай её из меня. — Сказала она, ставя напротив стул. Вести долгий разговор стоя слишком утомительно.
Гарри будто проглотил язык. Все попытки оправдаться казались такими глупыми. Они сработают только если тетя Петунья ничего не знает о волшебниках в чем он сомневался. Простая логика подсказывала, что старшая сестра никак не могла не заметить дара младшей. А значит ложь не должна отрицать этот факт.
— Я нашёл её в кладовой тётя Петунья и подумал, если расскажу вы будете сердиться на меня.
Мальчик говорил так убеждённо словно это было самой правдивой вещью на свете и так горестно, что на мгновение сердце женщины дрогнуло. Если бы не письмо Альбуса она, быть может, и купилась бы. Строгие родители воспитывают лишь отличных лжецов - вспомнила Петунья взятую из книги по воспитанию детей мудрость.
— С меня хватит этой бредятины! Либо ты говоришь кто дал тебе эту колдографию либо я не знаю, что с тобой сделаю!
Труды учёных мужчин и женщин по психологии так и не произвели на Петунью эффекта. Она подскочила и тыча пальцем в грудь Гарри продолжала кричать, настаивая на своём и обещая всё новые и новые наказания. Только годы сделали своё и Гарри упрямо молчал. Теперь это был вовсе и не разговор, а настоящий допрос, в котором без пыток и пристрастия не обойдется.
Спустя некоторое время Петунья выдохлась. Горло першило. Она сорвала голос за двадцать минут и это единственное чего она добилась. Мальчик закрылся. Никакие угрозы и крик просто не достигали его словно он был в невидимом пузыре, из которого чуть насупившись смотрел на тётю. Петунья, не намеренная сдаваться села рядом с ним на кровать.
— Я знаю, что ты волшебник Гарри. — Тихо сказала она скрипучим голосом. — Ты не мог им не быть ведь ими были твои родители. И убил их тоже волшебник. О чем ты, судя по всему, знаешь. Он должен был убить и тебя, но по какой-то причине не смог. Он... В ту ночь он пришёл именно за тобой. Ты его цель. И ты не посмеешь больше связываться с каким-то волшебником. Я переведу тебя на домашнее обучение и запру в этой комнате. Это мой дом и никакой мистической чуши не изменить этого.
Гарри фыркнул. Так по Поттеровски, что перед глазами Петуньи возник образ Джеймса. Посмотрим — мстительно подумал он и что есть силы сжал висящую на груди пуговицу. Боль, страх, злость кипели в его душе, и магия сквозь пальцы коснулась маячка. Он раскалился в ладони мальчика и спустя мгновение в дверь дома требовательно постучали.
Петунья собиралась проигнорировать это, а Гарри пулей выскочил из комнаты и перепрыгивая ступеньки мигом оказался у двери. Тогда она побежала за ним.
— Стой! — Только и успела крикнуть она в искреннем ужасе перед тем, как Гарри открыл дверь.
— Э-э. — Протянул Дадли застав свою мать отталкивающей Гарри от двери и страшным голосом робота верещащей о стариках, дураках и волшебниках.
— Закрой дверь! — Бросила она ему и утащила Гарри наверх. Дверь в его комнату захлопнулась, а Дадли так и остался растерянно стоять на крыльце.
Ходить по кругу физически и метафорически Петунье надоело. Чего я ещё не пробовала — вопрошала она, вышагивая от стены к стене. Топ-топ. Глухо по ковру звучали туфли. У Гарри начинал дёргаться глаз.
Внезапно маятник тети остановился. Тихо вздохнув Гарри приготовился к следующему раунду противостояния.
— Знаешь. Раз уж ты не хочешь говорить мне. То Вернон развяжет тебе язык.
Гарри полагал что этим и закончится его упрямство, но отступить означало провалиться с концами. Скосив глаза на часы, он прикинул что до возвращения дяди есть пара часов. Не очень много для того, чтобы придумать как вывернуть историю в свою пользу.
Вернон, как всегда, припарковался у дома. Красивый фасад радовал глаз не меньше удачной сделки. В приподнятом ото всех этих деталей настроении он, взяв пакет и чемодан практически бодро зашёл в дом.
Чистота, порядок, бряцание венчика — что ещё нужно отцу семейства, пришедшему с работы чтобы довольствоваться женой. Вернон поспешил на кухню втягивая носом раздающийся оттуда запах. Пирог и сигареты. Настроение сменилось молниеносно.
— Что происходит? — Вернон остановился у стола буравя маленькими глазками взъерошенную макушку племянника.
— Нужно поговорить. — Мягко сказала Петунья, вытирая руки.
Пока готовился ужин она вводила его в курс дела и с каждой новой деталью Вернон становился всё мрачнее и мрачнее. Он до последнего отказывался верить в волшебную природу Гарри. Ему было проще видеть его прирожденным идиотом, которому не светит ни успешной карьеры, ни брака, ни прочих атрибутов нормального человека.
Вернон вздохнул. Петунья красочно описала ему текущее положение дел, из которого как-то вышло, что злобные полоумные волшебники уже за их забором. Крутя между пальцами колдографию Вернон, решил, что разберётся с этим по-мужски. Как его отец, а до этого дед.
— Уясни мальчик — Вернон с шумом поднялся из-за стола, едва не опрокинув его животом — никакой ты пока не волшебник и никаких волшебников тут не будет! Это мой дом и моя семья и моя работа охранять её от парней на вроде твоего отца. Наглые, высокомерные недоумки с магией или без. И ты не посмеешь якшаться с кем-то за нашими спинами.
Всё ещё сжимая колдографию Вернон, подошёл к раковине. Гарри, предчувствуя дурное изо всех сил сжал маячок. Взяв со стола зажигалку, дядя, не раздумывая предал дорогую Гарри вещь огню. На секунду стало тихо как будто в комнате никого и нет. И оттого развернувшийся хаос напугал Вернона до полусмерти.
Петунья налетела на него с криками и от души лупила кухонным полотенцем, присоединившийся Гарри молотил маленькими кулачками по ногам и пузу. А из-за угла медленно вышел мужчина.
— Тихо! Тихо! — Вернон уворачивался от напора рассвирепевших членов семьи. — Кто вы такой! Убирайтесь!
Гарри обернулся и не поверил своим глазам. У стола чуть сгорбившись стоял Римус. Он узнал его сразу. И вывернувшись из попыток тети и дяди остановить его побежал к нему.
— Ты пришёл. — прошептал он, невольно утирая слезы о плащ.
— Здравствуй, Гарри, конечно. Я ведь обещал. — Римус похлопал его по спине — Здравствуйте мистер и миссис Дурсль.
Вернон нервно икнул. Мужчина дружелюбно улыбался, но эти шрамы отвращали. Ему не носившему и мозолей хотелось отвернуться и вместе с тем было страшно упускать незнакомца из виду. Вернон попятился закрыть собой жену, но она жёстко вцепилась ему в плечо и вышла вперёд.
— Зачем вы пришли, Лунатик верно?
— О, это моё прозвище ещё со школы. Позвольте представиться я Римус Джон Люпин. Старый друг Поттеров и вашей сестры. У вас, наверное, много вопросов и, уверяю вас, я отвечу на все. Давайте сядем и в спокойной обстановке всё обсудим.
Петунья кивнула несмотря на протесты мужа и первой села за стол. Гарри и Римус сели на одной стороне а Дурсли на другой. Начался допрос тётушкой который Гарри то слушал то нет. Он никак не мог отвести взгляд от Римуса. Не веря сам себе что он и вправду здесь. Почти такой же как на сгоревшей колдографии. Разве что более грустный и уставший. Римус дал тёте пищу для размышлений и пока они с мужем спорили украдкой подмигнул Гарри.
Блестящие от недавних слез зелёные глаза так и искрились. Даже неловко — подумал Римус и снова обратил внимание на родственников Гарри. Маячок сработал, казалось, без причины, что невозможно. А значит он, Вернон, намеревался навредить Гарри. Римусу потребовалось призвать всё спокойствие и благоразумие что у него есть что бы не сорваться. Так не вовремя. Под самую полную луну. Вернон снова поднял крик. Петунья и Римус одновременно поморщились.
— Простите. — Рявкнул Римус заставив всех умолкнуть. — Не сочтите за грубость, но я бы хотел переговорить с вами миссис Дурсль наедине.
Не мытьём так катанием Петунье удалось выпроводить мужа в спальню. Римус проводил Гарри в его комнату и спустился. Петунья переместилась в гостиную и утонув в кресле Вернона неспешно курила. От предложения присоединиться к травле организма Римус отказался и сел на свободное место.
— Почему вы появились? — устало спросила она.
— Сложно объяснить это в двух словах... Вернее всего будет сказать, что Гарри грозила опасность и это позвало меня. Ваш супруг... Эмоциональный человек, не правда ли?
— Мгхм. И давно вы общаетесь с Гарри?
— Чуть больше года. А вы общаетесь с кем-то из волшебников?
— Альбус Дамблдор приглядывает за нами. Но как я вижу достаточно халатно.
— Не переживайте. Защита дома пропустила меня, потому что я не желаю навредить вашей семье и Гарри. На самом деле всё не так плохо, как выглядит.
— Надеюсь, что так.
— Понимаю, что для вас это всё непросто. Растить волшебника тяжело даже для самих волшебников. Поэтому я просто хочу помочь.
— Дамблдор говорил, что Гарри не должен общаться с другими волшебниками, не должен знать, что он сам такой и не должен знать о своих родителях и том-кого-нельзя-называть.
— О последнем он пока знает немного. Он ещё так мал. А в остальном как думаете это справедливо?
— Я больше думала о том, что безопасно, а что нет.
— Незнание едва ли безопасно. Вам недостает ответов. Мне тоже. И, кажется, мы можем друг другу помочь. При условии, что вы не сдадите меня Дамблдору.
— Дикость какая-то. Почему вы думаете, что Дамблдор будет против вас если как вы говорите у вас исключительно благие намерения?
— Быть может его намерения не совсем таковы. Я не знаю и понимаю ваше недоверие. Позвольте мне доказать свою преданность.
— И как вы можете это сделать, расписку напишите?
— Я дам непреложный обет.
***
Аластор хромая несся по аврорату. Юные и бывалые мракоборцы-авроры шарахались от него так, что некоторые заскакивали в первый попавшийся кабинет. Грозный глаз Грюм наводил свои порядки и многим они не пришлись по душе. Слишком старомодно, слишком строго, слишком по-военному. В понимании Грюма война никуда не делась. Тот-кого-нельзя-называть затаился, а его приспешники копят деньги и силы. Грюм видел ясно как день. Стоит тому-кого появится на улицах Лондона, красивому, лощёному, с блеском в глазах и силой способной вернуть его из любого состояния – толпы молодых людей потекут к нему как крысы к дудочнику. Ведь не только Поттер -мальчик-который-выжил, смертельное проклятие вынес и сам Темный Лорд. А они не верят в это. Идиоты — подумал Аластор окидывая взглядом через затылок группу новобранцев. - Сэр, постойте! - Окликнул Аластора один из авроров. - Что нужно? - Спросил тот не сбавляя хода. - Эм, распоряжение... - Министра? Заместителя? Не мямлите. - Глава отдела магического правопорядка... - Долорес всё там же? О бедняжка давно же ее не повышали и не... - Аластор! - Раздался звучный голос. Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор собственной персоной вышел из лифта, к которому направлялся Грюм. Авроры на минутку замешкались, Грюм дал отмашку, и беготня продолжилась в штатном режиме. Аластор распахнул объятия. По-настоящему старый друг шагнул в них, так же как год или десять назад. Отличие было лишь в том, что и высокий худощавый директор и изуродованный полный аврор почувствовали то самое шевеление подозрения в затылке. - Какими судьбами в нашем увы не увеселительном заведении? - Грюм продолжил движение к лифтам. - Решил навестить. Был наверху, Аластор, грядут перемены. Решил ты будешь не против узнать обо всем подробнее. Пропустим по стаканчику если у тебя есть время. Его у Грюма не было, но пришлось экстренно найти. В конце концов должно же в аврорате хоть что-то делаться без его участия. Хватит с него того, что он бывает дома исключительно для личных и абсолютно приватных бесед. А тут такая встреча. Аластор мысленно усмехнулся. Альбус радушно пригласил его в свой кабинет. Отправившись из авроратского камина, они оказались там в эту же минуту. Глаз Грюма сделал крутой оборот. В этом помещении ему не за что зацепиться. Слишком много всего. Грюм вспомнил выражение - Старый клоун новых фокусов не покажет. Он сам использовал тот же прием на своем жилище. Найди-ка розу среди навоза - подумал он, еще раз крутанув глаз. Омут памяти - то, что нужно людям почтенного возраста. В этом нет никакого криминала. Ладно - подумал Грюм уставившись вперед в стену. Решил попытать удачу в комнатах. Глаз его способен и на это только спасибо ему не скажет. Использование редкого артефакта на такой мощности грозит множеством проблем. Он наткнулся на темное пятно. Что-то фонит из лежащего в ящике кольца и его происхождение может быть любым. Трудно назвать это энергией, магией или чем бы то ни было еще. От него веет мертвечиной, которая, нарушая законы мироздания решила задержаться в мире живого. Наткнувшись на переливающееся полотно, он узнал её. Мантия - редкий артефакт. Куда там всевидящему глазу. - Ох. - Альбус расположился в своем похожем на трон кресле. - Как дела у аврората? - Дрянь, как и всегда. - Увы. Если ты так говоришь значит так оно и есть. Это тревожит меня, Аластор. Дела министерства слишком далеки от насущных проблем. Сегодня министр подписал новое распоряжение. Изменения в работе Азкабана, аврората и отдела тайн. Сократится список лиц, допускающихся к архивам. Любой желающий с ними ознакомиться должен будет сделать запрос через свое высшее руководящее лицо. По сути, архив становится отдельным ведомством. У него будут свои собственные работники. - И когда нам ждать вступления в силу? - С нового года. - Я слишком давно в министерстве что бы этому удивляться, Альбус. Фадж слишком давно на кресле и помяни мое слово покинет его только вперед ногами. Спасибо за доверие Ал. Я потороплю парней с текущими делами. Хоть этот год закончим достойно. Альбус кивнул. Достал из стола обещанный напиток - медовуху. Разлил ее по стеклянным бокалам. Прохладная жидкость золотистого цвета неторопливо распространила аромат меда и трав. Аластор предпочел бы сто грамм огневиски. Сладость медовухи сбивала его с толку, как и любой алкоголь похожий по вкусу на лимонад. - Неплохо - он понюхал ее поближе - Не сочти за грубость - и достал палочку. - Конечно, конечно. Многих бед можно было бы избежать будь многие из нас осторожнее. Аластор проверил стакан, напиток, бутыль и только тогда осторожно пригубил жидкой сладости будто прямиком с залитых солнцем полей. Удовольствия ему это не принесло. Подцепив из кармана флягу, он отпил воды. - Я бы хотел попросить тебя об услуге - вкрадчиво начал Альбус - поговорив сегодня с министром я не могу доверить это вышестоящим аврорам. Да и мне легче довериться тому, кто еще помнит, что такое быть мракоборцем. Для кого это не жалование, не служба, а жизнь. В общем только ты сейчас можешь с этим разобраться. - Ты меня расстраиваешь. Коли так значит работенка хуже некуда. - Все так. Министр проговорился о странностях в отделе тайн. Пропал сотрудник. Ни имени, ни даты разумеется - невыразимец. Ни больше не меньше. Но я встретил Амоса Дигори. И в его департаменте тоже исчез сотрудник. Элионор Вейн. - Она ведь работает совсем недавно. - Все так и тем не менее двое пропавших за месяц. Это слишком опасные совпадения мой друг. Да и если многие и отказываются, гонят воспоминания и факты подальше от своей мирной жизни, то мы Аластор помним. Все так и начиналось. Только тогда мы этого не осознавали. Я, разумеется, не останусь в стороне. За этим и приходил к Фаджу, только боюсь он ничего не понял. Прошу задействуй все свои силы. Мы на пороге нового бедствия. Аластор молча склонил голову, но глаза не отвел. Беспокойство и страх в самом деле окутывали Альбуса и о Мерлин он его не осуждал. Кем бы ни был сидящий перед ним старик то, чем был тот-кого-нельзя-называть ввергало в отчаяние. Он все дурное что есть и все хорошее. Концентрат. Смелость, гордость, несгибаемость и с их помощью он рвал и метал, не оглядываясь и не боясь. Он вернется - прошептал Грюму внутренний голос. Полный отчаяния. Уставшая и сломленная часть него молила о пощаде. Хватит этой работы, хватит жутких тайн и интриг, давай вернемся домой. Морщинистое все усыпанное шрамами лицо Грюма стало похоже на маску. Он оскалился словно собрался впиться в чью-то плоть оставшимися у него зубами. - Я понял тебя Альбус и лично приложу все силы к этому делу. Дамблдор тепло улыбнулся старому другу. Морщинки вокруг его холодных глаз смягчили взгляд, и он засветился изнутри. Они еще поговорили о делах, вспомнили былое. Аластор хорошо провел время. Никто до конца не честен. Так к чему печали и сантименты. Грюм попрощался со старым другом думая о том, что события просто идут своим чередом. Сегодня ты души в ком-то не чаешь и готов броситься за ним хоть в адское пламя, а завтра ты будешь копать под него день и ночь. Архив - Грюм шел по своим родным коридорам подсчитывая сколько времени за последний год провел в этом унылом как кладбище отделе министерства. Многое в нем было чистой бюрократией - бумажный мусор. Но если проявить упорство и настойчивость можно найти ту самую розу. Аластор закашлялся. Эта встреча и превышение лимитов артефакта его вымотали, а ведь вечером его ждет еще одна неприятнейшая беседа. Грюм даже приободрился и с пылом принялся строить подчиненных. Надо будет спросить у Люпина об Элионор Вейн - мельком подумал он.***
Рита Скитер очень полюбила гостить в министерских кабинетах. Расположенные к ней волшебники наливали ей вина и неспешно болтали с ней о высоком. Она улыбалась, кивала, шутила и невзначай поправляла сумочку что бы перу было удобнее писать, свернувшись там как змея. Выйдя из кабинета Людо Бэгмена нынешнего главы Отдела магических игр и спорта оставившего карьеру загонщика сборной Англии по квидвичу, Рита усмехнулась. Людо был настолько же беспечен насколько уверен в собственной неотразимости и при этом откровенно глуп. Однако увы, поэтому знал ровным счетом ничего и мог ей сгодиться разве что как проходной материал о темных магах или посредственный любовник. Первое можно использовать при случае, а о втором Рита быстро забыла. Удивительным образом самые обычные письма Сириуса легко заменили ей близость. Она спустилась в атриум. Взяла кофе и присела у вычурной статуи. Теперь ей надо было решить отправиться ли домой с ничем или еще попытать удачу. Вдалеке замаячило нежно розовое пятно. Лиловые губы Риты изогнулись в хищном оскале. Неужели сегодня все-таки наскребем материала - воодушевилась она и выбросила недопитый стакан. - Долорес! - Радостно пропищала Рита, ловко прошмыгнув мимо окруживших Амбридж подчиненных. - Рита - С улыбкой ответила та и кивнула амбалу рядом что все в порядке - какими судьбами? - Навещала мистера Бэгмена. Спорт всегда у нас популярен., но я надеюсь написать недурную статью об его успехах уже на вашем поле. - Ах, Людовик, пока рано судить дорогуша. Но не переживайте, ему есть у кого поучиться и, если он будет прислушиваться к более опытным коллегам я уверенна скоро его ждет успех сравнимый с его игрой в Уимбурнских Осах. М. Фирменная усмешка Долорес появилась на ее скучном лице. Рита же согласно закивала. Долорес оглянулась по сторонам. Рита, памятуя обо всех ее чертах, к которым относилась и обидчивость поспешила вежливо справиться не отрывает ли она ее от важных дел. - Уже обед? - Рита изобразила удивление - Ох, Долорес, работать в обеденное время дурной тон, предлагаю, как минимум посетить столовую. За мой счет. Рита выпрямилась, выкатив на всеобщее обозрение грудь. В полный рост она была выше своей подруги почти на две головы. Та явно это про себя отметила, скользнув по ладной фигуре репортёрши взглядом. Подумав, она согласилась. Подчиненные за исключением амбала разбежались. Подхватив, ее под локоть Рита шепотом спросила кто это. — Министр печется о нашей безопасности, прислал человека из аврората - гордо сказала Амбридж. — Это чудесно! В столовой было многолюдно. Среди гомона голосов Рита была как рыба в воде чего не скажешь об ее спутниках. Долорес выбрала блюдо и напиток после чего подошла к одному из отдаленных занятых столиков. Рита все еще стоящая у прилавка исподтишка наблюдала за ней. Улыбочка, пара фраз и компания волшебников со скоростью будто их пробрал понос ринулись прочь. Выдохнув, Рита ткнула в первый попавшийся салат и попросила чайник за их стол. От вида бокала вина посреди дня любительницу розового как сглазом скрутит. Набрав воздуха и терпения, Рита присоединилась к Долорес и ее охране. Мужчина, до сих пор не проронивший ни слова сел, подальше держа их в поле зрения, особенно те части что были под маленьким столом. - Как дела? - непринуждённо спросила Рита - давно же мы не виделись. - Много работы. Но я не жалуюсь, работать на благо общества большая удача. Из-за ее горящего, но ничего не говорящего взгляда многим оставалось только гадать, что в ее понимании то самое благо. Увы у Риты был ответ и давно. Исключительное добро в понимании Амбридж - мир без сизых и убогих за-ради которого можно и по головам пройтись. По крайней мере так говорят, а то насколько всё что говорят об Амбридж правда судить сложно. За свою карьеру она успела нажить много врагов. Рита задумалась о слухах. Сегодня ей довелось услышать много всего. В том числе то, что Барти Крауч сходит с ума. - Как поживает Барти? - Мистер Крауч. - Процедила Долорес. - Он невероятно занятой человек. Министерство очень полагается на него. - Само собой. Его опыт в качестве главы отдела правопорядка уникален ведь выпал на самые темные годы за последний век. Надо бы мне навестить Барти. Он ведь сейчас международник? - Глава отдела международного сотрудничества. Это пятый уровень, но я бы не стала его беспокоить. Так много работы... - Долорес. Ты меня огорчаешь. Мистер Крауч давно вдовец, заместо своей работы могли бы и немного приударить друг за другом. М? - Ха. Рита, извини меня, но мне кажется это абсолютно неуместно. Она пожала плечами легкомысленно оглядываясь по сторонам задерживая взгляд на каждой мужской фигуре. О чем Сириус не узнает ему не повредит. А выставить себя дурочкой иногда очень полезно. Барти Крауч - темная лошадка министерства. Рита продолжила сплетничать что с Долорес было непросто. Поэтому вскоре пришлось переключиться на ее работу. Эти тридцать минут восхваления Фаджа Скитер забудет не скоро. Расставшись с Долорес в лифте, Рита решила ещё пройтись по отделам, департаментам и управлениям. Не везде ей были рады, но всегда можно найти скучающего в сторонке сотрудника и скрасить его серые будни своей болтовней. Через пару часов Рита присела на скамейку. Работа проныры куда утомительнее чем может показаться. Ноги гудят, как и голова. А хуже всего то, что итогом месяцев, а то и лет работы над одной темой может быть весьма прозаичный итог - неразбериха. Подумав, она переместилась в уютную пропахшую табаком комнату. В мягком кресле куда лучше, а заядлому курильщику с сигаретой в руке в любом месте идеально. Собирая факты и их подобие воедино, увы первых было не очень много, она отметила любопытную череду событий. Каким-то образом между заседаниями и ланчами затесалось то, что за прошедшие два месяца пропало пятеро сотрудников министерства. Все из разных отделов, разного возраста и положения. Их единственным связующим звеном было это монструозное здание. В конце концов пол дня прошло, а никто так и не сказал ей ничего интересного. Рита спустилась на пятый уровень. У лифта её встретила девушка за стойкой, она крутила головой и неестественно часто моргала. — Добрый день! Она поставила сумочку между ними приготовившись к стандартной беседе, но её не последовало. Ещё раз поздоровалась. Девушка в ответ просто отвернулась и села на стул. Я знала, что работа здесь как дементоры, но что с ней — подумала Рита. Пожав плечами, она пошла по коридору. Знакомые волшебники кивали ей, и она отвечала им тем же. Впрочем, не все были рады её появлению. Рита приметила Крауча и крадучись оказалась позади него. — Мистер Крауч. Ссохшийся мужчина обернулся с выражением лица человека, которого окликнула сама смерть, но он готов к печальному исходу. — Добрый день, мисс Скитер. Диалог окончен, Крауч развернулся и просто ушёл, оставив Риту недоумевать что такого происходит в этом отделе, что люди двух предложений выдавить из себя не могут. На такой случай у неё было решение. Она зашла в уборную и закрылась в кабинке. Собралась с мыслями. Им с Римусом катастрофически не хватало хоть какой-то цельной истории. Дамблдор, министерство – основные направления, по которым ведётся не самая активная работа. Рита нахмурилась. Чутьё подсказывало ей, что оно где-то здесь. Только у кого. Кто скажет ей те самые заветные слова, что объяснят все творившееся с Сириусом и Гарри. Облик человека ей сегодня ничего не принес. Она начала превращение. Тело стягивалось, а вместе с ним и одежда и все вещи что она держала в руках. Всё это исчезло без следа чтобы вернуться позже. А пока на полу оказался неприметный жучок. Единственное что было в нём особенного это похожие на очки отметены не характерные для этого вида. Обратившаяся жуком Рита поднялась в воздух. Это ощущение всегда придавало ей сил, и она бодро вылетела через щель в дверном проеме. Стараясь не попадаться лишний раз никому на глаза она потихоньку добралась до цели. Упав с потолка, приземлилась на котелок Барти Крауча. Ей пришлось пережить множество нудных разговоров, поход в уборную и поздний обед. Мистер Крауч настоящий трудоголик. Только когда солнце за пределами министерской епархии село, а большинство служащих разбежались по домам он присел отдохнуть. Кабинет заставлен шкафами, пахнет бумажной пылью и горечью трав. Барти снял котелок и кинул его на стол. Сев за него он пригладил оставшиеся волосы и невидящим взглядом уставился в пустоту. Рита переползла с котелка, от которого уже мутило на спинку стула. Держаться вне поля зрения людей - первое правило выживания анимага жука. Тем более отсюда она видит весь кабинет, слышит, как Крауч дышит и переставляет ноги. Раздался тихий хлопок. У стола появилась миловидная домовуха Винки. На большие глаза накатывали слезы, ее плечики и уши дрожали. - Что? - Холодно спросил Крауч хмуря и без того не дружелюбное лицо. - М-м-молодой г-г-господин, н-н-напал на меня. - У Риты перехватило дыхание, ощущение надвигающейся сенсации бросало в жар и холод одновременно. - Дура. Он в комнате? - Крауч подорвался едва, не опрокинув стул и бросился к камину. - Д-д-да. Я оглушила его. П-п-простите мистер Крауч. Он не удостоил ее и взглядом. Винки осела на пол и зашлась глубокими рыданиями. Рита подумала, что раньше домовуха так никогда бы не поступила. В жизни домовика должно быть очень и очень много кошмара что бы он был так запуган, но при этом не мог уже это скрыть от хозяина. Барти покидав вещи в чемодан вбежал в камин. Рита постаралась уловить малейшие детали его неожиданного побега из собственного кабинета. Его взгляд был полон ужаса. Искреннего и неподдельного. Руки чуть тряслись и летучий порох сыпался сквозь пальцы. Он глубоко дышал. Собравшись с духом, он надел маску всегда уверенного несгибаемого человека. - Блэкторн. Четко сказал Крауч и исчез в зеленой вспышке. Винки так и осталась сидеть на полу и тихо приговаривать, что она очень старалась и не виновата, что он сбегает и сбегает. Несколько раз она акцентировала свое внимание, что пределов дома он никогда не покидает, только комнату. Рита поежилась. Крауч производил впечатление жесткого человека, но исключительно законопослушного и представить, что он в какой-то момент сошел с ума и похитил кого-то было так же сложно как в мир во всем мире. Винки тихо всхлипнула и принялась тереть лицо надетой на нее тряпкой лавандового цвета. - Пора домой, Винки. Мистер Крауч простит тебя, а младший хозяин больше так не будет. Она энергично закивала. Рита, даже будучи жуком изменилась в лице. Едва ли - подумала она, сочувствуя Винки - Младший значит. Рита никогда не забудет тот самый суд. Где были и она и Бартемиус Крауч и Дамблдор и Долорес. Подсудимым был Игорь Каркаров. Он пытался вымолить себе прощение не зная, что искать его у Крауча так же безнадежно как Азкабан. Непреклонный, независимый, неподкупный Крауч на судах отправил в Азкабан почти всех пожирателей, да и не только их. Люди отзывались о нем с большим восторгом. Рита вспоминала что и она тогда оказалась на очередном заседании за тем, чтобы понаблюдать за ним. И это было не напрасно. В тот день отчаявшийся Каркаров называл имена одно за другим, но вот незадача все эти люди были либо убиты, либо в тюрьме. Все довольно переглядывались, собираясь отправить мерзавца туда же. И тогда он, вцепившись руками в клетку прильнул к ней явно мечтая просочиться и оказаться со своим судьей лицом к лицу. - Барти Крауч! - резко выкрикнул он и отклонившись назад смакуя это ощущение добавил - младший. Он был тут же. Началась неразбериха итогом которой стало обнародование черной метки на его руке. Сенсация вышла громкой, срок Младшего, вынесенный его же отцом долгим. И после этого Крауч был отлучен от дел в отделе правопорядка. Рита писала об этом, но не сыскала особой популярности затерявшись среди статей Ежедневного пророка и других крупных газет. История со временем исчезла с общественного поля зрения. Барти спокойно работал в отделе международных связей, а его сын, отбывая пожизненный срок скончался, позже ушла и его жена. Всё трагично, зато тихо мирно и благородно. Рита поспешила всеми своими лапками прочь из кабинета. Ей не терпелось поделиться находкой с Римусом. Пусть это мало относится к их основному интересу, но и пройти мимо такого Рита не могла себе позволить.***
Гарри беспокойно ходил по комнате. Реальность всего происходящего сбивала с толку как выигрыш в лотерее и одновременно как дурной анализ крови. На пригород Лондона уже опустилась ночь, а Лунатик и тетя Петунья всё заседали в гостиной. Тишину можно было резать ножом чего Гарри не выдержал и медленно вышел из комнаты. С лестницы было слышно голоса. Разговор не походил на приятный, голос Римуса мягко оправдывался перед ней. Спустившись ниже Гарри напряг слух. — Непреложным обетом он и называется потому, что, давая его у тебя есть только один способ его нарушить — умереть. — Я не волшебница мистер Люпин. Откуда мне знать, насколько это правда, как это работает и почему мне можно этому верить. Я не могу. Нет. Мне нужно написать Дамблдору. — Послушайте, что вы знаете об Альбусе Дамблдоре? — Ясно к чему вы клоните. Немного, но это то, что он директор Хогвартса и то, что моя сестра ему доверяла. И да она доверяла и вам. И знаете. Кажется, никто не оправдал её доверия. Негласная минута молчания. Гарри поежился на ступеньках. Сидеть стало совсем неудобно, но уйти означало остаться в неведении и получить только то, что взрослые посчитают нужным рассказать. — Вы правы. Мы все допустили огромную ошибку. Когда послушали Дамблдора и заместо крёстного Гарри Сириуса назначили хранителем дома Поттеров другого человека. Мы были молоды и глупы. А у него какое оправдание? Он думал так будет лучше или знал, что ТАК будет лучше ему? Простите я несу уже какой-то бред, но вы должны понять вам просто нельзя доверять Дамблдору. Пока мы не разберемся безопасно это или нет. Поэтому я предлагаю вам справедливый обмен. Вы утаите всё что произошло сегодня, умолчите и будете покрывать меня Гарри и Сириуса, а я дам обет и сделаю всё необходимое чтобы докопаться до истины и защитить Гарри. — И нас с мужем и сыном. — Разумеется. Мне потребуется время на подготовку. Непреложный обет непростая магия и, кроме того, потребует участия ещё одного волшебника. — О мой бог... Ладно. Вы сможете дать его сегодня? — Да. Гарри понял, что дело сделано и остались только вопросы когда и как. Стараясь не скрипнуть ни одной ступенькой, он на карачках пробрался наверх. В дверь легонько постучали. Гарри открыл её, ликуя что правильно оценил ситуацию и не остался подслушивать дальше. Римус сутулясь присел около него. Горячие ладони твердо сжали Гарри за предплечья. Через это прикосновение он ощутил волнение Римуса. Он внимательно всматривался в него, не веря своим глазам. Тихо вздохнув, он потрепал непослушные волосы. — Ты понимаешь, что значит произошедшее сегодня, Гарри? — Вкрадчиво спросил он на что тот коротко кивнул — Это многое изменит, незримо, но изменит. Прошу тебя будь осторожен. С тетей и дядей, да, особенно с ним. Я кое-что пообещал миссис Дурсль и, по правде говоря, это сложно. Непреложный обет непростая магия. Да молодой человек я знаю, что ты подслушивал. — Как? Это волшебство? — Радостнее чем хотел показать воскликнул Гарри. — Можно и так сказать, у меня острый нюх. — Римус отвёл взгляд — Постарайся поспать, Гарри. Я вернусь через несколько часов со своей подругой. Не волнуйся насчёт неё это подружка твоего крестного. Только не говори ему что я так сказал. Римус шутливо подмигнул и болтая залез в шкаф Гарри, а пока тот не мог наслушался и насмотреться настоящего волшебника незаметно проводил его до ванной комнаты. Когда он вернулся в выданной пижаме Римус уже закончил с уборкой пепла с ковров, и с восстановлением поцарапанной тетей мебели. Уложив Гарри в кровать Люпин на цыпочках вышел в коридор ведь едва голова мальчика коснулась подушки он тут же крепко уснул. Нервно выдохнув и попрощавшись с Петуньей Римус с тем же тихим хлопком что и появился в доме исчез будто его никогда и не было. Петунья с ужасом осмотрелась в опустевшей гостиной. Волшебство не привело её в радостный трепет она вмиг показалась себе самой маленькой самой слабой и беззащитной на земле. Выпив пол стакана бренди, она расположилась на кухне в одиночестве ожидая назначенных пяти утра.***
Римус залпом осушил экспериментальное зелье как обычно обещающее полную блокировку обращения и абсолютное отсутствие побочных эффектов. Нет побочного эффекта значит нет никакого — сказал бы об этом необычайный зельевар и засранец Снейп и Римус был вынужден признавать его правоту раз за разом. Удачного состава зелья он пока так и не нашёл. Голова оборотня стала тяжёлой. Что что, а бессонницу эта жижа могла исправить, увы только её, а сейчас ему это как мёртвому припарка. Римус не стал садиться чтобы ненароком не заснуть. Блуждая по пустой квартире, он переваривал всё что видел слышал и чувствовал. Странные люди эти Дурсли, воспитание явно не их стезя - подумал он. Римус потянулся и дал очередной круг. Переехав в квартиру Сириуса, он так и не смог обжиться. Это место ему нравилось, но какая-то его часть хотела сбежать из города, забиться в угол в своем коттедже и гулять по лесу каждый божий день хотя бы пять минут. Зверь скребется - усмехался он. Рита тоже тут живет, по крайней мере ночует и иногда ест, что как выяснилось ее рутина. Днями на ногах она собирала столько информации сколько могла. Разобраться в ней было отдельной задачей. Гостиная Сириуса превратилась в доску слухов и фактов волшебной Британии последних десятилетий и чего там только не было. Некоторые ветки из зачарованного пергамента оставались висеть в воздухе, другие превратились в полноценные деревья и широко раскинули нити к самым разным одиночным историям. Так или иначе в узком обществе волшебников все связаны. Одна Рита чего стоит знакомая лично с половиной Лондона. Дамблдор старая затычка в каждой бочке. Да даже Римус в ордене феникса и школе успел обзнакомиться с кучей людей. Рита пообещала прибыть как можно скорее и несмотря на дурную славу явилась через десять минут после сигнала на зачарованную монету. — Непреложный что Римус? — Риторически спросила она, разобравшись зачем её так разыскивали. — Что ещё я мог предложить. — Заклинание забвения под дых например? Ладно, ладно. Не смотри волком. Честность порядочность и всё такое, а сколько у нас времени на составление обета? Спустя несколько часов количество исписанного пергамента угрожало начать маленькую экологическую катастрофу, но полуночники Рита и Римус ликовали — текст готов и теоретически не имеет недостатков. И очень кстати. Время вышло и взяв Риту под руку Римус перенёс их прямиком в гостиную дома Дурслей. Встреча Петуньи и Скитер прошла без проблем. Последняя излучала уверенность как уран радиацию и собравшиеся в кучку мистер и миссис Дурсль интуитивно держались от неё подальше. — Привет Гарри — Бодро сказала Рита, когда он спустился с лестницы и встал возле Римуса. — Уверен что хочешь посмотреть? Скука смертная все эти обещания да контракты... Получив тычок локтем под ребра Рита, замолчала. Да сейчас не время и не место налаживать контакт с крестником Сириуса. С лёгким разочарованным вздохом Рита попросила Петунью и Римуса выйти в центр комнаты. Стараясь держать лицо, они переплели левые руки. — Что ж начнём — Рита достала палочку и навела её на них, воздух вокруг потяжелел и тонкая нить света потянулась от кончика к замершим рукам готовая связать обет каким бы он не был. — Я, Римус Джон Люпин, добровольно даю Непреложный обет перед Петуньей Дурсль. Обязуюсь предпринимать все разумные и доступные мне меры для предотвращения преднамеренного и злонамеренного магического вреда, направленного против Гарри Поттера, Петуньи Дурсль, Вернона Дурсль и Дадли Дурсль. Обязательство действует лишь при наличии у меня достоверной информации об угрозе и реальной возможности вмешательства, и не распространяется на вред немагической природы, случайности либо обстоятельства, предотвратить которые я объективно не способен. Обет считается исполненным, если мною предприняты разумные меры с учётом обстоятельств. Пока Римус произносил заготовленную речь нить змеёй оплетала сложенные руки, становилась всё толще, всё ярче пока её свет не затмил на мгновение все лампы и камин, тогда она погасла, исчезнув из видимой реальности, но не из действительности. Римус отпустил Петунью и отошёл назад. Обет скреплен и действителен пока не будет исполнен что по его тексту составит так или иначе всю его жизнь. Дурсли зашептались между собой. Гарри осторожно говорил с Ритой. Казалось, всё прошло как можно лучше. — Достаточно размытые условия — Обратилась к Римусу Петунья, оправившись от волшебной тряски. — Понимаете это необходимо чтобы исключить случайности, не относящиеся к делу... — Вам нужна помощь или труп? От второго толку немного. — Рита влезла в разговор с присущей ей деликатностью полисмена. — И много ли мне проку от такой помощи. — Поживём увидим не так ли? Петунья фыркнула. Женщина, скрепившая их договор не внушала ей доверия ни на йоту. Но убежденность, с которой она говорит заставила отступить. В самом деле. Что домохозяйка смыслит в волшебниках. То, что она хотела бы не видеть их в своем доме — шепнул внутренний голосок. — Думаю вам пора. — Разумеется. Я буду связываться с вами еженедельно миссис Дурсль. — Римус галантно поклонился, Гарри и Рита обменялись осуждающими это взглядами. — Доброго дня — Весело сказала Скитер беря друга под локоть — Ведите себя хорошо. Хлоп.
