// ERROR: Мгновения, что текут по сосудам

      Как ни странно их отношения вроде бы начали налаживаться, возможно Тони и правда принял сложившуюся ситуацию и устал от напряженной атмосферы в доме. Он всеми силами старался снизить уровень нервозности.       Правда вот нельзя сказать, что состоянии Тони стало лучше, он заболел, Рудольфу даже пришлось вызывает ему скорую, так как температура перевалила за 39 градусов.       Томпсон конечно сначала отнекивался, говорил, что все в порядке, но в какой-то момент он опять чуть не потерял сознание, поэтому старший взял больничный, на несколько дней. Поэтому можно было сказать, что у них обоих состояние вновь пошатнулось.

***

      —Ты чего вышел? Температура спала? —Рудольф сидел в зале, что-то печатал на ноутбуке, вышел, чтобы не мешать младшему спать.       —Вторая неделя закончилась три дня уже как…—Произнёс парень с растерянным и печальным видом.       —О, звезды. Ты все это время думал об этом? Прекрати, даже не смей заикаться про это сейчас! —Старший отложил ноутбук на кофейный столик и подошёл к Тони, положив руку на лоб. —Ну кажется и правда спала. Пошли, я тебе суп приготовил, нужно поесть. Младший так и сидел с угрюмой мордашкой, пока ел суп. А старший носился с лекарствами:       —Так это сейчас после еды, а это… —Замялся старший, посмотрев на часы. —Ну это уже утром завтра.       —Можно Алекс завтра придет? Тебе же на работу уже надо будет выйти…—Складывая посуду в раковину, спросил младший.       —Да, пусть приходит. Только на улицу не выходи, там дожди сейчас идут, а ты итак слаб. Ну это и ежу понятно, ну я так, перебдеть все же лучше. —Вампир вел себя слегка отстраненно, он переживал за младшего, ведь осознавал, насколько эгоистично с ним поступил, как поставил его перед фактом жизни и смерти, а теперь держит его у себя, ежедневно напоминая об этом и мешая концентрироваться на своем.

Определённо стирая все границы морали.

      —Ты… Я перестал тебе нравится? Ты хочешь убить меня, но я болею и поэтому ты не можешь? —Без прелюдий спросил Тони, глядя вампиру в глаза.       —Дурак. Я убивал больных и бедных, взрослых и детей, я делаю это в моменте, без чувств и без мыслей. Мне нет дела до того кого я убиваю, единственное, что беспокоит меня это сам факт убийства. Я знаю, что поступаю не правильно, но я не Робин Гуд, я не играю в благородство, я не стану убивать преступников специально, чтобы очистить этот мир, и я не побрезгаю полицейским или врачом. Какая разница кого я убью? Это не очистит меня, я не перестану быть убийцей в прямом смысле этого слова. —Он говорил чётко и серьёзно, даже грозно, он злился, оскалился, но вскоре понял, что начинает полыхать и выдохнул, чувства берут над ним верх, он и не скрывает. —«Глупо злиться на мальчика, которого я держу здесь силой, тем более когда он болен.»

Он должен обходиться с ним как обходятся с божеством и не как иначе.

      —Ты болеешь, поэтому не нужно об этом думать, как минимум сейчас. Когда мне понадобиться твоя кровь ты узнаешь об этом первый. —Усмехнулся вампир.

***

      Утром следующего дня Рудольф уехал, пока младший еще спал. Оставил ему инструкцию к лекарствам, а еще приготовил кашу, предполагая, что тот скоро проснётся. Так оно и было, Томпсон проснулся и, позавтракав, выпил лекарства, померил температуру —36,9°       Через несколько часов должен был прийти Алекс, но его семейству резко потребовалось уехать, поэтом блондин остался один на весь день.       Сначала он попытался сделать что-то из домашнего задания, но понял, что не может сконцентрироваться. Походил по квартире. Одиноко. Вновь поел. И вернулся в комнату Рудольфа.       —«Рудольф приедет только через три часа. А мне снова хочется спать. Неужели дома мне тоже было так скучно?» —Парень лежал на кровати, листая ленту социальных сетей. Скоро он снова задремал, а проснулся уже через несколько часов, услышав, что кто-то вошёл в комнату.       —Блин, я разбудил тебя..? —Замявшись, спросил старший, вешая рубашку в шкаф.       Сонный парнишка уселся, завернутый в одеяло, как гусеница в кокон, перед тем как стать бабочкой. —Все нормально… Я уже долго сплю.        —Как самочувствие? —Спросил старший, подсев рядом.       —Алекс не смог прийти, мне было очень скучно… —Уныло рассказал парень.

Старший не смог сдержать смешок и негромко хихикнул. Его безумно умилял этот парень, рядом он не чувствовал голод, он чувствовал как сердце вновь хочет качать кровь по его телу, разливаясь теплом.

      —Чего я такого смешного сказал, эй!? —Возмутился младший, прежде чем его вновь повалили на кровать и закинув на него руки и ноги, уткнулись в волосы носом.       —А я скучал по твоей сонной мордашке.       —Удивительно, что за столько лет ты еще умеешь скучать. —Немного резко произнес Тони, осознав это он добавил: —Ну, ты же прожил столько… —Задумался Тони.—Много ли ты помнишь из своей длинной жизни? Почему ты вообще хочешь так долго жить? —Всерьёз спросил блондин, озадачив этим Вампира.       —Да, я многое помню… Я хочу продолжать жить, чтобы нести в себе эти знания, о том , что было, о том, что будет и о том, что есть сейчас. Мне не страшно умирать, я просто не хочу этого. Не все верят, что вампиры существуют, но я есть и я считаю своим долгом нести память, наблюдать и хранить. Я что-то вроде летописца. Только я не пишу о событиях, которые вижу, слышу, о которых возможно кто-то и не знает даже – я несу их в себе. Езжу по миру, живу то тут, то там. Я ведь не всегда был учителем истории, когда-то я жил в катакомбах, с моим большим кланом, но вот я вырос и уже лечу на встречу к чему-то новому. Мне это нравится. В этом я вижу бессмертную жизнь. В бесконечном потоке информации, в воспоминаниях, приятных и не очень…

Знания это свет, что помогает мне не сойти с ума и не стать животным, бессмысленно жаждущего крови.

      —Клан..?—Переспросил Тони.       —Да, моё большое вампирское семейство. —Мягко улыбаясь, ответил мужчина.       —Расскажи о своей семье! У вас все такие занудные как ты? —Немного хихикая, Тони продолжал дразнить вампира.       —У меня есть старший брат и младшая сестра. Мы давно не виделись. Сестра и правда немного заносчива, но она стала хорошей мамой… А брат улетел из гнезда раньше, чем я, поэтому я мало что знаю о том где он и что с ним.       —Они еще живы? —Немного нахмурившись, говорил парень.       —Почему-то я думаю, что это так. Грегори очень смелый и хитрый, не думаю, что его поймали. А Анна и ее семья живут там где живут только вампиры, так что думаю да, они все еще живы.       —Ясно… А мои родители в путешествии, когда я сказал, что хочу учиться они не возражали, но долго просидеть в одном городе им было тяжело и я сказал им, что сам справлюсь. —Немного замявшись, продолжил Тони. —Спасибо, что помогаешь мне…       —Не нужно.       —Что?       —Не будем надевать розовый очки.—Мужчина сел ровнее на кровать.—Я не спас тебя, а похитил. Мне неприятно это говорить и осознавать, но это так. И ты не обязан становится ближе ко мне если не хочешь этого. Ты можешь найти подружку и встречаться с ней, игнорировать меня и злиться на меня ты тоже можешь. Не отказывайся от того, что ты есть на самом деле, даже в таких условиях. Пожалуйста…—Где-то в глубине своей мрачной души Рудольф хотел быть ближе к Тони, хотел чтобы они встретились в другой жизни и были в хороших отношениях, но сейчас он почему-то был уверен в том, что не должен приукрашивать те условия, в которых запер Тони, он плутал в сомнениях, плутал в своих мыслях и чувствах.

***

      Эта ночь была холодной, холоднее обычного и тоскливой, очень тоскливой, ведь сегодня ночью они снова спали каждый в своей комнате. Когда ночь накрыла город, у Тони поднялась температура и пришлось вновь вызывать скорую.       Всю ночь Рудольф просидел подле Тони, который то и дело просыпался от ночных кошмаров, он плакал во сне, сжимая одеяло так сильно, что костяшки на его руках белели, тело горело от температуры, его трясло, а глаза были красными от слез.       С каждым его тревожным движением во сне и негромком плаче Рудольф просыпался, проверял температуру, подносил стакан воды и смачивал мокрую ткань на лбу Тони, ему было очень страшно, как давно он не чувствовал этого, страха за чужую жизнь…       Тони уже и не помнит, когда ему было так плохо. Хотя возможно ли, что причина в том, что так тяжело ему еще никогда не было? Пытался ли Тони отказаться от себя, чтобы подстроится по условия в которых он оказался, запертый как дикий зверь в клетке? Или просто проникся чувствами к бессмертному вампиру?       Вопросы возникали в его голове каждый день, на многие из них он не мог ответить с уверенностью. А на какие-то и вовсе ответить не мог.       «Знание свет —что не даёт сойти с ума.» — Но Тони думал иначе, он думал о том как спокойна была его жизнь и как крепко он спал, пока ничего не знал. «Меньше знаешь —крепче спишь.»