// ERROR: Мгновения, что текут по сосудам

      Через несколько дней Тони наконец-то стало лучше, но с Рудольфом они почти не разговаривали.       Все вроде вернулось в привычный ритм: с утра Тони на занятиях, вечером он занят своими каким-то делами, все было спокойно, но так было до того момента пока их взгляды не пересекались, тогда Тони начинал чувствовать тревогу и страх, предвещающие что-то. Хотя иногда, когда он смотрел на бессмертного со стороны, то ему мерещилось что-то тёплое и светлое в душе.       Рудольф же, когда видел его, старался не встречаться взглядом, не спрашивать не о чем более, чем бытовом: Что ты хочешь на ужин? Во сколько у тебя заканчиваются занятия? И так далее.       Так продолжалось какое-то время.

***

      Вампир сидел за своим столом и что-то внимательно читал и записывал.       Тони осмотрел не слишком освещенное помещение, потом его обитателя и, закрыв дверь, аккуратно подошёл. Положил свою сумку на одну из парт.       Ему было неловко, хотя иногда хотелось вновь почувствовать чужие прикосновения и те дни, когда они спокойно общались.       Он правда считал, что все не так плохо, блондин был согласен с ситуацией и хотел смотреть на неё более позитивно, становится счастливым даже в таких условиях, но старший постоянно этому препятствовал, конечно Тони понимал почему, но это его расстраивало и все сильнее усложнялось между ними.       —Ты уже закончил? —Резкий вопрос, произнесенный не менее резким голосом, разрезал тишину.       —А..Ага. —Дрогнул от неожиданного звука блондин. —Знаешь я хотел спросить тебя о твоих предыдущих отношениях… Ты всегда все так усложняешь?       —О чем ты? Я даю тебе свободу, насколько это возможно. —Спокойно ответил мужчина, не реагируя на колкость.       —Да ну. Не думаю, что ты будешь в восторге если я вернусь и от меня будет пахнуть кем-то другим. А если на мне будут чужие следы? Ты ведь чертов собственник, но не можешь себе в этом признаться. Каков шанс, что этого человека потом не найдёт полиция с разодранной глоткой?! —Чуть вскрикнул парень, нахмурившись.       В ту же секунду на него уставились два сияющих неестественной краской глаза.

Что то треснуло где-то внутри…

      Тони начал шагать назад, но было уже поздно. В тот же момент парень задумался над тем, а чего он, собственно, добивался? Он рассчитывал, что все выскажет и они поговорят? Или что все закончится?       Уже было не важно. Вампир притянул младшего к себе, а после усадил на рабочий стол, скидывая какие то из предметов, что там находились. В тишине все казалось громче.       Острые клыки, он почувствовал их когда чужие губы прильнули к его собственным, когда сильные руки сжимали его хрупкие плечи, голову окутал туман, поэтому укусы не казались болезненными, а совсем наоборот, парня наполняло горячее чувство наслаждения.       Вампир злился, его движения были резкими, словно он птица, что видит, как за окном улетает стая, таких же как она, но только свободных птиц.       Кофта Тони уже была где то на полу, на белом воротнике рубашки проявилась кровь, запах железа ударял обоняние и раззадоривал только сильнее. Вновь вцепившись в губы смертного, вампир не рассчитал силу и прокусил его губу, стирая кровь большим пальцем, он на мгновение засмотрелся на затуманенный взгляд человека в его власти, не отказываясь от первородного наслаждения.       Оставляя свои метки и периодически поглощая кровь, вампир освобождал младшего от одежды. Тот в свою очередь наслаждался настолько желаемыми прикосновениями и поцелуями, издавая при этом негромкие звуки, своего наслаждения, дразня вампира.       Подтеки крови были повсюду, как на поверхности стола, так и на некоторых предметах и одежде обоих, но сейчас это их совершенно не волновало, как и все страхи и сомнения, что они чувствовали до этого момента.       Они просто наслаждались друг другом, переходя грань между учителем и учеником окончательно, аналогично разрушилась и грань между вампиром и человеком, они стали одним целым, отдаваясь кипящим внутри чувствам, отдаваясь друг другу, добравшись до точки невозврата…       Тони был прав, когда говорил о собственничестве старшего. Иногда от ревностных мыслей он готов был рвать и метать, не раз младший замечал как взгляд вампира становился ярче, когда кто-то из знакомых переходил личные границы Тони: трогал его голову или целовал в щеку. Поэтому сейчас Рудольф хотел изучить все его тело, прикоснуться даже к душе, если понадобится, чтобы доказать себе и ему, кто кому принадлежит.       Тони извивался и царапался, от наслаждения, но от того, что они были вне дома, ему было сложнее сдерживать себя, от возможности быть замеченным в таких обстоятельствах воображение только сильнее разбегалось.       Шепотом на ухо, обжигая, вампир велел быть тише, но темп словно специально становился больше. От былой тишины простыл след, ведь кабинет наполнился звуками двух тел, что так страстно и долго желали друг друга…       Наконец насладившись друг другом оба пришли в себя.       Тони растерялся поначалу, а потом тело начало болеть, возвращая в реальность как можно быстрее: весь в крови, местами в царапинах и поцелуях, в одной рубашке парень сидел на учительском столе, на каких то документах, в кабинете истории, ещё не успевший перестать краснеть от жара в теле, он вновь залился краской от смущения. Луна сиявшая позади из окна, лишь сильнее подчёркивала нежный и хрупкий человеческий силуэт.       Вампир частично привёл себя в порядок: надел штаны и застегнул рубашку, когти на его руках вновь сделались обычными, а глаза стали сиять меньше, он поправил свои волосы, одним небрежным движением и, господствующе улыбаясь, подошёл к столу. Его очертания было видно лучше: в холодном белом свете и облитый, казалось бы, ещё недавно свежей кровью, он выглядел довольным и властным.       —Этого ты добивался, не правда ли? —Убирая от лица руки Тони, спросил вампир. Стерев кровь с его губы, и слизывая её, он улыбнулся сильнее. —Прости. Я правда все усложнил… —Добавил он.       —Я очень устал. —Наклонившись, сказал парень. Его немного трясло, последствие силы вампира и того, что он лишился какой-то части своей крови.       —Разумеется. Сам сможешь одеться?       Парень не сильно кивнул. —Только помоги слезть…