Во всём виноватые.

233 день, 2174 год, мир 3.9.21. Мы живем в Weinglas. Далеко не самое приятное место. Весь разрушенный, находится на окраине и так нищей страны. Свозят сюда в основном гластых, да сирот, используют как оружие во время войн. В лагерь попасть никто не хочет. Это гарантированная смерть. Возможно это и не так плохо. Некоторые из нашей страны едва концы с концами сводят, а мы хоть едим ежедневно… Ну или я себя так успокаиваю. Бедность пронзает даже стены Вайнгласа. У нас нет нормального отопления, еда есть, но не качественная. В хлеб, к примеру, добавляют опилки, чтобы увеличить количество, в кашу — кукурузный крахмал… Список можно продолжать долго, но я не хочу жаловаться на свою судьбу. Насчет гластых. Гластые не чувствуют себя ниже нас. Здесь всем все равно как ты сюда попал и кто ты по своей сущности. Мы все отбросы. Мне довелось познакомиться с многими из них. И я подметила, что они ничем от нас не отличаются. Может, кто-то и говорит, что они слабее нас, но в общении это никак не ощущается. Бедные, бедные гластые... У сирот есть шанс вырваться из Вайнгласа в люди, спокойно жить и умереть самому, а у гластых нет. Они обречены: их ставят в первые ряды, используют как плоть, над ними издеваются. В городе жить они не могут, детей забирают в Вайнглас, взрослых гластых даже никто не видел. Большинство из них умирают в подростковом возрасте. Они просто не способны жить больше. Камл рассказывал мне, что видел, как гластой стал обычным человеком. Я хотела ему верить, но в глубине души понимала, что это невозможно. В тот момент мы оба понимали, что Камл умрет и, даже если гластой действительно способен стать человеком, это доступно только гластым, родившимся в знатных семьях. Камл был из острых, жил в комнате через две двери влево от моей. С ним жили еще глухой эльф, по прозвищу Флот, и Наталья. Я их почти не знаю, в нашей группе из них только Камл. Раньше на последней койке, а их всего четыре в комнате, с ними жил нулевка. Но потом всех нулевок переселили на четвертый этаж. Острые заняли три нижних этажа. Я и Камл на втором этаже, для нас ничего не изменилось... Только нулевок реже стали видеть. Камлом я не устаю восхищаться, но я никогда ему это не скажу. Он самое умное существо во всем Вайнгласе. Он единственный, кто смог обдурить сиделок! Он очень много учился. Для него учеба тоже была интереснейшим досугом, только вот я его любила за простоту, а он любил учиться... Он много читал. Он пытался найти лазейку и сбежать из Вайнгласа. Я никогда не понимала, зачем ему это. Понятное дело, что все хотят свободы... Но он же из гластых. Его не примут в городе и как только найдут – сразу отправят в Вайнглас. Камл делал несколько попыток побега из Вайнгласа. Первая закончилась неудачей, вторая и третья, с которыми я ему помогала, вышли лучше. Мы выбрались с территории Вайнгласа, но нас вернули обратно. Вайнглас находится далеко от города, поэтому нулевок постоянно удивляют люди в этих краях. Даже простой прохожий вызывает удивление и все бегут на него смотреть. К нам из города часто приезжали люди в деловых костюмах. Они обычно выбирали 5-10 острых и уезжали с ними. Мы много думали о том, что же с ними там делают. Предполагаю, в силу возраста, их забирают в какой-нибудь военный лагерь. Даже если их отправляют на опыты, это намного лучше, чем жить в Вайнгласе. Свободного времени у нас всегда было мало. Нам выделяли всего час в день, который всегда куда-то пропадал. Мы тратили время на передвижение, обед, иногда переработки, случалось и так, что у нас просто забирали этот драгоценный час. Желая морально отдохнуть, мы пренебрегали сном. Все самое интересное случалось ночью. Сон у нас ставили с восьми вечера до пяти тридцати утра. В восемь спать никому не хотелось, мы только пришли с выхода. Возвращаешься после выхода в комнату, в коридоре висит бумажка с расписанием; смотришь на нее минуты две и в голове не укладывается: куда опять делся часок? Бумажка вся рваная, пыльная, будто ее не меняли с самой постройки здания. С трудом проглядывается расписание: с 5:00 до 12:00 – труд с 13:00 до 20:00 – выход — А с двенадцати до часу мы оттирали гостинную! Нулевки грязи поднатаскали. Не ценят, мрази, ручной труд. Конечно, у них же после часа весь день свободный! – Завидую я иногда нулевкам. Я тоже когда-то была нулевкой и не ценила этого. Понимаю, что несмотря на такие льготы, нулевки гибнут как котята, и в том, чтобы быть нулевкой тоже есть свои минусы. Но это никогда не затмеет девять часов свободного времени. Нулевок официально называют нулями, отсюда и неофициальное название, которое можно услышать только в обществе острых. Нулевки – это новички, создания любой расы, которые в Вайнгласе менее четырех лет. У них там постоянная смена существ. Когда я была нулем, нас было сто сорок два, а к моему переходу в острых из старого состава осталось всего одиннадцать. Гластых мало в составе острых из-за их слабости. Почти никто эти четыре года н е выдерживает.