Признание

Майк нервничал. Они с Честером договорились, что после завтрака не увидятся до самой встречи у водопада, и это ожидание было невыносимым. Последние четыре дня они провели с друзьями, наслаждаясь свободой от гастролей и обществом друг друга: ходили в походы и плавали под парусом, купались в океане и бассейне, играли в гольф, ели непозволительно много и постоянно смеялись. Это была неделя счастья и волнения, а теперь у него в животе сосало от нервов, пока он готовился к церемонии. Не от сомнений, а оттого, что он не мог дождаться, когда снова окажется рядом с Честером. Они уже давно не проводили в разлуке больше нескольких часов. Когда он утром открыл глаза, Честер лежал рядом, свернувшись калачиком и глядя на него сонными глазами. Они полежали мгновение, просто глядя друг на друга, и оба ощущали всю значимость этого дня… не нужно было никаких «доброе утро», да и слов вообще, ведь их глаза говорили обо всём, что нужно было сказать. В конце концов Честер сократил расстояние между ними, прижался телом к Майку, нежно соединил их губы, в то время как их ноги переплелись, а руки мягко скользили по спинам и рукам друг друга. Поцелуй был тёплым и влажным, нежным и неторопливым, полным любви и надежды. Когда они оторвались, их губы всё ещё парили в сантиметре друг от друга, не желая полностью разрывать контакт, они вдыхали дыхание друг друга, наслаждаясь тёплой близостью. Майк чувствовал электричество между их губами, трепет желания в глубине живота, пока лицо Честера было так близко к его лицу, пока он не почувствовал, как губы Честера растянулись в мягкую улыбку, и тогда он открыл глаза. - Я лежал тут и думал, не могу поверить… Я выхожу за тебя сегодня, — прошептал Честер, и в его голосе звучало то же изумление, что чувствовал в тот момент Майк. - Верь, — выдохнул Майк, снова коснувшись его губ своими, а потом нежно прижал его к подушке, целуя по линии челюсти и слегка покусывая ухо. - Ты будешь моим. Навсегда… - Я уже твой… И теперь все узнают. Именно так, как ты хотел. Все до единого в этом грёбаном мире будут это знать, — задыхаясь, проговорил Честер, чувствуя, как зубы Майка скользят по его мочке уха. - Майки… Ты же знаешь, сейчас, с утра, нам нельзя… это как бы… против традиций или вроде того. Майк тихо рассмеялся, нависая над Честером, их тела едва соприкасались. - О, я знаю, Чез… поверь… хотя мы уж точно не традиционны. Он нежно поцеловал в последний раз приоткрытые губы Честера, прежде чем отстраниться, ухмыляясь в ответ на стон вокалиста. - Пойдём позавтракаем, пока нам не пришлось расстаться, — сказал он, протягивая руку, чтобы Честер взял её. Подняв его с кровати, он обнял Честера и крепко прижал к себе. - Это лучший день в моей жизни, Чез. Застёгивая золотые запонки, Майк улыбнулся воспоминаниям об утре, о последних мгновениях, которые они разделили, прежде чем разойтись по разным комнатам, чтобы собираться. Он был уверен, что Честер к этому моменту уже покинул пляжный домик, но ему нужно было дождаться сигнала, чтобы отправиться к водопаду. Он не хотел испортить сюрприз. Прошло ещё несколько томительных минут, пока он взял галстук и начал его завязывать. - Ты готов? — Брэд заглянул в комнату, которую делил с женой и где Майк тщательно одевался, как раз в тот момент, когда он затягивал узел галстука. Усмехнувшись, Брэд тихо свистнул и сказал: -Чёрт, Шинода! Отлично выглядишь! - Успокойся, Делсон, он занят, — сказал Джо, проскальзывая в комнату первым и оставляя Брэда в дверях. Диджей остановился на полпути и критически оглядел Майка. - Хотя, пожалуй, ты прав. Ты выглядишь чертовски хорошо, чувак». Майк повернулся обратно к зеркалу и провёл ладонями по светло-бежевому жилету, застёгнутому на его белоснежной рубашке, заправленной в подходящие по цвету бежевые брюки, после чего заправил конец своего диагонально полосатого, в бежево-зелёную полоску, галстука под жилет. Его волосы были уложены гелем, бородка аккуратно подстрижена, и он уже почистил зубы. Всё, что оставалось, — это тёмно-коричневые шнурованные туфли, которые выбрал Честер, чтобы дополнить их подходящие костюмы, и он будет готов. Он вспомнил, как нервничал, когда женился на Анне, утром в день их свадьбы, стоя в подсобке церкви, пока Честер крутился рядом, и у него в животе всё сжималось от одной мысли о том, что нужно произносить клятвы. Сегодня же он не чувствовал ничего, кроме радостного предвкушения и того же тревожного чувства, которое всегда возникало, когда он надолго разлучался с вокалистом. - Кольца у тебя? — спросил он Брэда, поворачиваясь к нему с поднятой бровью. Похлопав по карману брюк, Брэд улыбнулся. - При мне. Как ты себя чувствуешь? В ответ лицо Майка озарила улыбка. - В предвкушении. Боже, мне не терпится поскорее добраться до водопада. Сделав шаг вперёд, Брэд вложил в руку Майка сложенный листок бумаги. - Честер попросил отдать тебе это, прежде чем мы уйдём, — объяснил он, отступая, чтобы дать Майку уединение для прочтения записки. "Следующий раз, когда я загляну в твои глаза, будет началом нашей вечности."" Под этим была каракуля — подпись Честера, и Майк почувствовал, как слёзы щиплют уголки глаз от этих простых слов. Они отсчитывали дни до вечности ещё до того, как их разводы были официально оформлены, и вот этот день настал. Он перечитал строку снова, и его сердце расширилось в груди. Вечность. Он сложил бумагу и положил её во внутренний карман жилета, и улыбнулся. Брэд и Джо молча наблюдали, как он читал записку Честера, но как только он убрал её, Брэд заговорил. - Ну, Честер уже уехал с Дэйвом и Робом, так что теперь наша очередь. Если только тебе не нужно что-то ещё сделать. - Он оглядел спальню и не увидел ничего еще, что принадлежало бы Майку, но он никогда не мог быть уверен, какой список дел скрывался в голове эмси. Майк в последний раз взглянул на себя в зеркало и глубоко вздохнул, похлопав по записке, лежавшей прямо у его сердца. - Нет… нет, всё как надо. Я более чем готов. - Тогда пошли, — сказал Джо, похлопывая по сумке с фотоаппаратом, перекинутой через плечо. - Я привез свою лучшую камеру прямиком из Лос-Анджелеса, специально для вас, ребята. Вы должны чувствовать себя польщёнными. - Тебе лучше сделать хорошие снимки, Хан. Я не хочу оглядываться на этот день и видеть лишь кучу зернистых, не в фокусе кадров, — предупредил Майк. Джо закатил глаза, когда они выходили из дома, а Элиза и Хайди следовали за ними. - Я разбираюсь в фотографии, Майк. Ну серьёзно. Ты сомневаешься в великом Джо Хане? - Я просто говорю! — Майк воздел руки к небу. - Я просто хочу, чтобы всё было идеально. В машине все говорили одновременно, и, к счастью, по мнению Майка, путь до места, где можно было оставить машину, был коротким. В отличие от места, где Майк фотографировал Честера во время их прошлого визита, поляна, на которой им предстояло обвенчаться, была ниже, подъём по тропе не слишком утомительным, а водопад ниспадал сверху, создавая завораживающий фон. Майк глубоко вдохнул, выходя из машины, вбирая в себя свежий воздух, запах воды и цветов, и закрыл глаза, представляя момент, когда он увидит лицо Честера у водопада. Он знал, что это будет мгновение, которое отпечатается в его сердце на всю оставшуюся жизнь. Каждая деталь, каждый запах, каждый звук этого дня будут задерживаться в памяти, потому что он был полон решимости не упустить ничего, не забыть ни мгновения. Теперь, когда он поднимался по тропе, мир вокруг был полон жизни и сочно-зелёный, а тишину нарушали лишь птицы и мелкие существа, скрытые под пышной растительностью. Все позади него притихли, почти благоговейно, по мере приближения к поляне. Как только они достигли места церемонии, Майк замедлил шаг, повернувшись к Брэду. - Ты не мог бы пойти вперёд и удостовериться, что всё готово? Я не хочу ничего испортить. Не хочу, чтобы Честер случайно увидел меня. - Джо уже пошёл вперёд, он хотел сделать несколько снимков места до церемонии. Я останусь здесь с тобой, — сказал Брэд, кивая на Хайди и Элису. - Вам, дама, стоит пройти вперёд, дорогая. Убедись, что ты заняла для нас хорошее место, — добавил он, подмигнув жене, прежде чем чмокнуть её в губы. Они наблюдали, как трое скрылись за густой листвой, поляна была как раз по ту сторону огромной стены из розовых бугенвиллий. Затем остались только Майк и Брэд, молча ожидая, когда Джо вернётся и скажет им, что пора начинать церемонию. Они стояли рядом, их руки близко, но не соприкасаясь, оба думали о словах, которые следовало бы сказать, пока не поздно, боясь заговорить первым. Брэд посмотрел на небо, на хрустально-чистое голубое небо, вздохнул и потянулся к Майку, притягивая его к себе в объятия. - Я люблю тебя, Майк, — пробормотал он, и его голос дрожал от эмоций. - Я счастлив за тебя и Честера, я знаю… я знаю, это будет всё, о чём ты когда-либо мечтал и надеялся, всё, чего тебе не хватало. Я хочу, чтобы ты знал, что я всегда буду рядом. Майк сглотнул, чувствуя внезапный ком в горле, и прижался губами к щеке Брэда. - Я тоже люблю тебя. Ты был моим лучшим другом, кажется, всю мою жизнь. Я благодарен, что ты сегодня здесь с нами. - Его слова были просты, и Майк чувствовал, что мог бы сказать лучше, если бы заранее продумал их, но и этого было достаточно, и когда он отстранился, улыбка, мелькнувшая на лице Брэда, говорила ему всё, что нужно было знать — между ними всё было правильно. Прошло всего несколько минут, когда Джо вернулся по тропе, щёлкая фотоаппаратом Брэда и Майка, пока они стояли в ожидании. - Пора, — он motioned им следовать за собой, и Майк глубоко вздохнул. Это был тот самый момент, который он представлял себе с тех пор, как попросил Честера стать его мужем… они вот-вот должны были обвенчаться, почти через двадцать лет после того, как всё началось. С Брэдом рядом Майк шагнул на поляну, солнечный свет падал вниз в это пышное пространство, словно небеса целовали землю, по которой ступал Честер… брызги воды на фоне сверкали на солнце, создавая радуги во взгляде Майка, когда его глаза нашли его любовь. Его жениха. Его Честера. Вот он, стоящий спиной к Майку, вглядывающийся в водопад, его костюм безупречно сидел на его стройном теле, руки расслабленно висели по бокам, посреди круга, усыпанного ароматными, нежными розовыми цветами плюмерии. Майк почувствовал, как Брэд тихо отошёл, чтобы встать рядом с Элисой, которая надела ему на шею леи из плюмерии и туберозы, остальные участники группы и их жены, все стоящие полукругом вокруг Честера и их распорядителя церемонии. Он позволил своим глазам скользнуть по прекрасной спине Честера, пока сокращал оставшееся между ними расстояние, его сердце бешено колотилось в грудной клетке. - Чез, — прошептал он, остановившись в нескольких шагах от вокалиста. - Чез, я здесь… обернись, любовь моя. Когда его глаза встретились с глазами Честера, за пеленой слёз он видел лишь сотни образов своей глубочайшей любви, мгновенные снимки, которые он хранил в памяти годами. Белокурые и тёмные волосы, красный ирокез и его имитации. Глаза Честера за очками и без них. Его пирсинг на губе и то, как он улыбался с ним. Его радостное выражение лица, когда они впервые услышали одну из своих песен по радио. Его лицо, когда он сломал лодыжку, а Майк был вне себя, пока Честер был на операции. Вспышки бесчисленных совместных сигарет и шуток, невинных ласк, которые превратились во что-то гораздо большее. То, как его руки двигались на гитаре Майка, когда они писали музыку в его студии… студии, что теперь была их общей. Видение Честера с его прекрасными закрытыми глазами, когда он пел множество песен на сцене, только он, Майк и пианино. Дьявольский блеск в его глазах, когда он набивал татуировку с подписью Майка на своём теле. Эйфорическая близость их первой ночи вместе, эмоциональная интимность их любви на пляже, волнение от переезда вместе и множество других незабываемых картинок в голове Майка, где был Честер, только Честер: то, как двигались его бёдра и губы, как он выглядел на коленях перед Майком и на спине под ним, как он запрокидывал голову, смеясь, и какая любовь была в его глазах, когда он смотрел на Майка. Он быстро провёл рукой по глазам, смахнув слёзы, прежде чем взял руки Честера, нежно держа их обе и проводя большими пальцами по его пальцам. Всё, что он видел, сосредоточившись на лице Честера, было будущее, их вечность, простирающаяся перед ними, как океан за окном их спальни в пляжном домике, сверкающий и бесконечный. Он чувствовал, что его сердце вот-вот разорвётся от счастья. Он не слышал слов, которые распорядитель, Мэйсон, говорил, приветствуя свидетелей, не слышал шелеста пальм на ветру или звука водопада позади них. Майк слышал только голос Честера в своём сознании, как слышал его там на протяжении многих лет, и он улыбнулся, когда Честер сжал его руки, и это простое действие вернуло его в момент, в начало их брака. - Прежде чем мы начнём церемонию, Майкл и Честер обменяются леями, — услышал он слова Мэйсона и понял, что вернулся в настоящее как раз вовремя. Роб и Дэйв выступили вперёд, каждый с леем из листьев маиле, Роб передал свой Майку, а Дэйв — Честеру, и древесный, пряный, ванильный запах зелёных листьев окутал их обоих, когда они надели леи друг на друга. Открытые концы леев свисали почти до колен, и Майк снова взял руки Честера, как только они надели леи. Удовлетворённый обменом, Мэйсон начал говорить. - Брак, возможно, величайшее и в то же время самое сложное приключение в человеческих отношениях. Никакая церемония не может создать ваш брак; только вы можете сделать это через любовь и терпение; через преданность и настойчивость; через разговоры и, что важнее, умение слушать; через поддержку и веру друг в друга; через нежность и смех; через умение делать важные вещи значимыми и отбрасывать всё остальное. Глаза Честера заблестели от удовольствия, когда в речи распорядителя всплыли строки песни, которыми он дразнил Майка много месяцев назад. Майк нежно сжал его руки и сдержал улыбку, грозившую нарушить торжественность момента. - Перед вашими свидетелями я теперь прошу вашего заявления о намерениях. - Мэйсон сначала повернулся к Майку. - Согласен ли ты, Майкл, взять этого мужчину в законные супруги? Согласен. - Голос Майка был твёрдым и уверенным, когда он смотрел в глаза Честера. Любовь и надежда, которые он увидел в них, мгновенно снова сдавили ему горло, и он сглотнул, с силой, улыбаясь своему возлюбленному, полный решимости не плакать снова. - Согласен ли ты, Честер, взять этого мужчину в законные супруги? Настала очередь Честера, и Майк затаил дыхание в ожидании. - Согласен. - Честер снова сжал пальцы Майка и почувствовал, как эмси расслабился, словно у него были какие-то причины думать, что Честер скажет «нет». - Мы подошли к моменту вашей церемонии, где вы произнесёте свои клятвы друг другу. Нет уз более нежных, нет клятв более священных, чем те, которые вы собираетесь принять, и я прошу вас обоих помнить, что любовь — это основа углубляющихся и удовлетворяющих отношений. Майкл, пожалуйста, зачитай клятвы, которые ты написал для Честера. Неохотно Майк отпустил руки Честера, чтобы достать из кармана листок с написанными клятвами, развернул его и глубоко вздохнул. Не плачь, ты сможешь. Не забывай смотреть на него, не просто читай. Не плачь, не плачь. - Я, Майк, выбираю тебя, Честер, таким, какой ты есть. Любя то, что я знаю о тебе, и доверяя тому, что мне предстоит открыть. - Он поднял глаза на сияющие глаза Честера и улыбнулся, продолжая. - Мне мало что сказать, чего ты уже не слышал, и мало что дать, что уже не отдано добровольно. Ты показал мне больше радости, чем я считал себя способным чувствовать, больше терпения, чем я заслуживаю. - Майк сглотнул и сделал паузу, вспомнив, как он почти потерял всё прошлым летом, когда правда об их отношениях раскрылась. Он отвернулся в сторону, к водопаду, сжал губы и зажмурился, пытаясь сохранить самообладание. Спустя несколько мгновений он снова посмотрел на Честера, на ободрение на его лице, успокаивающе вздохнул и продолжил. - Ещё до того, как мы были вместе, я был твоим… и я предан тебе во всём. Я женюсь на тебе без колебаний и сомнений, и моя приверженность тебе абсолютна. Я выбираю нас, но, что важнее, я выбираю тебя. Стоять рядом с тобой и спать в твоих объятиях. Петь рядом с тобой и писать рядом с тобой. Быть радостью в твоём сердце и миром для твоей души. Учиться с тобой и расти с тобой, даже когда время и жизнь меняют нас обоих. Я обещаю смеяться с тобой в хорошие времена и бороться бок о бок с тобой в плохие, даже когда я пытаюсь поднять тебя. Я обещаю любить тебя и лелеять тебя, быть верным тебе. Я буду уважать тебя как личность, моего партнёра и равного мне, зная, что мы не соревнуемся, а дополняем друг друга во всём. - Он поднял глаза, встретившись с наполненными слезами карими глазами Честера, и провозгласил: Сегодня я посвящаю тебе свою жизнь. Майк услышал всхлипывания со стороны, тронутый тем, что его слова растрогали кого-то из друзей до слёз. Он тихо снова сложил листок и сунул его в карман, его глаза не отрывались от Честера, пока вокалист доставал из своего кармана написанные им клятвы. Майк понял, что его руки, его колени, всё его существо дрожало, когда Честер начал говорить. Своим ангельским голосом, таким нежным, таким сладко-чистым, он читал свои клятвы Майку. - Сегодня, в окружении людей, которые любят нас, я выбираю тебя, Майк, быть моим партнёром. Я горжусь тем, что являюсь твоим мужем и соединяю свою жизнь с твоей. Я клянусь поддерживать тебя, подталкивать, вдохновлять и, превыше всего, любить тебя. - Он сделал паузу, поднял глаза с бумаги, на мгновение поймал взгляд Майка, прежде чем снова опустить его, боясь, что будет слишком переполнен эмоциями, чтобы закончить. - За эти годы ты научил меня, что двое людей, соединённых вместе с уважением и доверием, могут быть гораздо сильнее и счастливее, чем каждый из них мог бы быть в одиночку. Ты — та сила, которая, как я не знал, была мне нужна. Настала очередь Честера сделать паузу, его благодарность за неизменную поддержку и силу Майка на протяжении всей их дружбы и интимных отношений нахлынула на него с этими словами. Он не мог представить свою жизнь без Майка, не знал, где бы он был сегодня, если бы не эмси, не знал, был бы он вообще ещё жив. Он был всем обязан Майку. Черпая силы, глядя в глаза Майка, он продолжил. - Сегодня я выбираю посвятить тебе свою жизнь. - Честер снова поднял глаза, улыбаясь, позволяя этим словам повиснуть в воздухе, как это сделал Майк. - Я обещаю любить тебя за то, кто ты есть, кем ты был и кем станешь. Я обещаю усердно работать над нашими отношениями и помнить, что всё между нами коренится в любви. Я обещаю лелеять твои мечты и помогать тебе достигать их. Я обещаю делиться с тобой всем своим сердцем и не забывать показывать тебе, как глубоко я тебя люблю, какие бы испытания ни стояли на нашем пути. Я обещаю любить тебя вечно и верно, пока я жив… нашу вечность. В последовавшей тишине Майк внезапно снова услышал водопад, птиц, ветер, шелестящий пальмами, папоротниками и лианами, свидетельства жизни вокруг него, почувствовал в своём бьющемся сердце трепет от жизни в мире, где он не только встретил Честера Беннингтона, подружился с Честером Беннингтоном, затем стал его любовником, но и женился на Честере Беннингтоне. Ему до боли хотелось поцеловать человека перед ним, но сейчас было неподходящее время, поэтому он просто улыбался, и его сердце пропустило удар, когда лицо Честера в ответ озарилось. - Можно кольца? — услышал Майк вопрос Мэйсона, и Брэд шагнул вперёд, чтобы вложить в руку распорядителя два обручальных кольца, которые Майк подарил Честеру прошлым Рождеством. Они оба смотрели на Мэйсона, ибо церемония приближалась к концу после обмена кольцами, и момент публичного обязательства не мог наступить скоро. Майку казалось, что он ждал этого момента всю свою жизнь. - Майкл, надень это кольцо на палец Честера и повтори за мной… Чёрные бриллианты сверкали на солнце, когда Майк взял кольцо, а Честер положил свою руку в руку Майка, и он повторил выбранные ими слова. - Я дарю тебе это кольцо как ежедневное напоминание о моей любви к тебе. Как этот круг не имеет конца, так и моя любовь к тебе бесконечна. Всем, что я есть, всем, что я имею, я посвящаю тебе свою жизнь. - Он надвинул кольцо на палец Честера, и они вместе наблюдали, как широкая платиновая полоска скрыла любые следы татуировки на том пальце, а Честер с гордостью поднял руку, чтобы показать друзьям, шевеля пальцами. Майк улыбался во весь рот, когда Честеру велели сделать то же самое, взяв руку Майка в свою и надев кольцо на его палец. Глядя прямо в глаза Майка, Честер повторил: - Я дарю тебе это кольцо как ежедневное напоминание о моей любви к тебе. Как этот круг не имеет конца, так и моя любовь к тебе бесконечна. Всем, что я есть, всем, что я имею, я посвящаю тебе свою жизнь. Когда Честер надвинул кольцо на место, и Майк почувствовал его желанную тяжесть на своём пальце, где-то справа от них раздался тихий свист, за которым последовали лёгкие смешки. Майк и Честер оставались, держась за руки, затаив дыхание в ожидании заключительных слов, скрепляющих их простую церемонию. Майк взглянул на Мэйсона, предвкушая его следующие слова. - Да будут эти кольца благословенны как символ единства. Эти две жизни теперь соединены в один нерушимый круг. Пусть клятвы и обещания, данные вами сегодня, будут так же вечно присутствовать в ваших сердцах, как эти кольца на ваших пальцах. - Мэйсон взглянул на дугу оставшихся членов Linkin Park, их жён и Джоша, и улыбнулся. - А теперь, друзьям, пришедшим почтить этот союз, я с великой радостью представляю впервые… объединённую пару, Майкла Шиноду и Честера Беннингтона-Шиноду! Рты участников Linkin Park разом открылись от изумления при объявлении неожиданной новой фамилии Честера, но ни Майк, ни Честер даже не взглянули в их сторону. Ещё до того, как последний слог слетел с губ распорядителя, руки Честера уже притягивали Майка ближе, а руки Майка нашли лицо Честера, нежно проводя большими пальцами по его щекам, пока он глубоко целовал вокалиста… оба отдавались поцелую, полностью не осознавая никого вокруг. Это напоминало тот раз, когда Честер «застолбил» Майка в гримёрке одного из их шоу, и поцелуй длился, и длился тогда, как и сейчас, пока Майк наконец не оторвался, прижав лоб ко лбу Честера, оба запыхавшиеся, пока их друзья аплодировали и свистели им. Их мечты стали реальностью. Они были женаты. После этого они стояли на фоне водопада, а Джо фотографировал их, пока Честер не объявил, что «пора начинать вечеринку!», и все отправились в ресторан, который они арендовали для банкета. Майку чертовски непросто было убедить владельцев ресторана позволить им арендовать весь ресторан всего для десяти человек, но когда он предложил в четыре раза больше их обычной цены за такую просьбу в пик туристического сезона, владельцы с радостью пересмотрели просьбу. Это был весёлый вечер в честь новой пары, с едой и общением, даже с небольшими танцами под конец вечера и, конечно же, с тортом. - Ни одна свадьба не обходится без торта, — говорил Честер, и Майк позаботился о том, чтобы его новый муж получил то, что хотел: шоколадный торт с шоколадно-ореховым кремом, украшенный клубникой. Когда они все вернулись в пляжный домик тем вечером, никто не стал терять времени, исчезая в своих комнатах со своими вторыми половинками. Это был очень эмоциональный, изматывающий день, и сон, казалось, был в планах почти у всех. У всех, кроме Майка и Честера, которые поднялись по лестнице в свою комнату, пожелали всем спокойной ночи, и их руки уже касались друг друга, прежде чем дверь была заперта. - Боже, Чез, я думал об этом весь вечер. - Голос Майка был низким, хриплым от желания, его губы скользили по шее Честера, оставляя следы тёплых, влажных поцелуев. - Я люблю тебя, я так сильно люблю тебя… — он притянул Честера ближе, чувствуя лёгкое головокружение, когда его муж начал стаскивать с него галстук. - Я тоже люблю тебя, - Честер ослабил галстук достаточно, чтобы стянуть его через голову Майка, и начал расстёгивать жилет, пока Майк продолжал целовать его кожу. - Всё пошло бы быстрее, если бы ты помог, — поддразнил он, и Майк рассмеялся. Справедливо, - Он развязал галстук Честера, и началось соревнование, кто быстрее расстегнёт и сбросит оставшуюся одежду своего мужа. Это было не совсем соревнование, поскольку Честер объявил о победе, когда Майк стоял голый, пытаясь заставить Честера стянуть брюки. - Ты это специально подстроил, — слегка пожаловался он, когда Честер отшвырнул брюки в сторону, ухмыляясь. - Возможно, — согласился он с подмигиванием. - А теперь… иди сюда, — прошептал он, протягивая руки к Майку. Он встал между ног Майка, прижался к эмси и провёл руками по его спине. Оба были уже возбуждены, Майк снова целовал его шею, и Честер охотно позволил Майку нежно подтолкнуть его назад к кровати между поцелуями. Они повалились на простыни, руки Честера на заднице Майка, а руки Майка — в волосах Честера, перебирая короткие тёмные кудри. Когда Честер притянул бёдра Майка к своим, Майк аж задрожал, искры пробежали между их телами. - О, Чез… Мне нравится, как ты чувствуешь, мне нравится всё в тебе, ты знаешь это? - Майк оторвал губы от шеи Честера, чтобы на мгновение заглянуть в его глаза. - Кажется, я где-то это уже слышал, — невозмутимо ответил Честер, снова прижимая Майка к себе. Пока глаза Майка закрывались в экстазе, Честер спросил, и его голос стал серьёзнее: - Ты же знаешь, что я чувствую то же самое, да? Мне нравится каждая мелочь в тебе, Майк. Мне нравится, как ты пахнешь и какой ты на вкус, как ты чувствуешь себя рядом со мной, твой голос… твои руки… Боже, как я люблю твои руки, — сказал он. - Кажется, я где-то это уже слышал, — с ухмылкой повторил Майк, вспоминая ночь в далёком отеле, когда Честер целовал каждый его палец, провозглашая своё обожание музыкального таланта Майка. Он с вожделением смотрел, как Честер поднёс одну из его рук к своим губам, целуя каждый палец в их брачную ночь, прежде чем взять один в рот, отчего пульс Майка взлетел до небес, пока он не сделал успокаивающий вдох и не сказал. - Я хочу не торопиться сегодня, Чез… Я хочу смаковать каждую секунду этого дня. Кивая, Честер отпустил палец, поцеловал ладонь Майка, а затем поднял её, чтобы провести по своим волосам, пока их губы встретились впервые за этот вечер. Это был осторожный, медленный вкус друг друга, прежде чем Майк соскользнул вниз, чтобы целовать шею Честера, его ключицы, легко касаясь губами кожи, вызывая мурашки, прежде чем согреть те же места своими поцелуями. Он прислушивался к каждому стону, каждому всхлипу сверху, каждому прерывистому выдоху своего имени и заставлял себя не торопиться, не спешить, покрывать каждый дюйм тела своего нового мужа любовью. Когда дыхание Честера стало более частым и поверхностным, Майк захватил сосок зубами, провёл по чувствительному бугорку, прежде чем нежно пососать его и перейти к другому, его предплечья поддерживали его тело над Честером, пока он работал. Он уже продвигался вниз, целуя живот Честера, когда вокалист приподнялся на локтях и взглянул на него. Майк поднял глаза и поймал взгляд Честера. - Что такое? — хрипло спросил он, приподняв подбородок, чтобы лучше видеть. - Ничего… Я просто хотел увидеть твоё лицо, — прошептал Честер, протягивая руку, чтобы погладить щёку Майка, пока тот улыбался и погружал язык в пупок Честера, прежде чем сделать серию лёгких укусов в его живот и бок. Добравшись до соблазнительного выступа тазовой кости, Майк откинулся на колени, вне досягаемости Честера, и посмотрел вниз на свою подпись, украшавшую бледную кожу там. Честер всё ещё наблюдал за ним, когда на его лице промелькнула улыбка, и он протянул руку, чтобы прикоснуться к татуировке. - Мне так нравится, что она здесь, — пробормотал он, наклоняясь, чтобы поцеловать чернила. Внезапно у Майка пропало настроение затягивать это дальше. Ему нужно было быть внутри своего мужа, он нуждался в нём больше, чем когда-либо прежде. - Ты мой. Мой, Честер, — и он поднял его, бёдра вокалиста обхватили его бёдра, он яростно целовал его, пока их эрекции терлись друг о друга, и Честер простонал ему в рот, когда Майк просунул руки под его маленькую задницу, крепко держа их вместе. Пока поцелуй становился всё более страстным и глубоким, Честер вцепился руками в волосы Майка, туго потянув за чёрные пряди, зная, что это заставит его мужа отказаться от ленивых ласк в своём нетерпении. Тянуть за волосы было слабостью Майка, и Честер теперь это хорошо знал. Он услышал и почувствовал, как Майк рычит ему в рот, и Честер улыбнулся, когда Майк прервал поцелуй, его глаза пылали желанием. - Я хочу, чтобы ты встал на колени, — ему удалось выговорить, пока он отпускал, и Честер соскользнул обратно на кровать, наблюдая, как тот торопливо хватается за изголовье. - Это не то, что я планировал на нашу первую ночь, Чез… но эта татуировка и твои глаза… Боже, ты точно знаешь, как свести меня с ума. Смазав пальцы лубрикантом, Майк одной рукой вошёл в Честера, а другой дотянулся, чтобы погладить его член, осыпая поцелуями его позвоночник, пока он растягивал и дразнил своего мужа, пока Честер не начал умолять Майка поторопиться, не зная, стоит ли ему. Размазав лубрикант по себе, Майк содрогнулся от нетерпения подтвердить их союз, любуясь спиной Честера и его великолепной круглой задницей, прямо перед ним, с тем же нетерпением ожидающей того же. Пристроившись, чувствуя вход Честера у головки своего члена, он наклонился вперёд и поцеловал шею мужа сзади. - Я люблю тебя, Чез, — выдохнул Майк, входя в него, в то же время притягивая бёдра Честера навстречу, и оба простонали от ощущений, пронзивших их. Они замерли в идеальной неподвижности, наконец соединённые, чувствуя, как интимность, любовь, вечно присутствующее желание друг к другу накрывают их волнами, затем Майк опустил лоб на спину Честера, оставляя там ещё несколько жаждущих поцелуев, пока Честер привыкал к нему. Спустя вечность он услышал слабый голос Честера, побуждающий его двигаться, и ответил ему: - Я тоже люблю тебя. Несмотря на голод, огненный шар, разгоравшийся в глубине его живота, Майк пытался двигаться медленно, пытался сначала быть нежным, но его сдержанность была недолгой, поскольку Честер откинулся на него, меняя угол толчков Майка и вскрикивая, когда удовольствие поглощало его. Прикусив губу, Майк сосредоточился на Честере, обхватив одной рукой его длину, чтобы дрочить в такт своим толчкам, затем потянувшись, чтобы укусить соблазнительную мочку уха перед ним. Как только Честер почувствовал зубы на своём ухе, он протянул одну руку назад, запустив пальцы в волосы Майка, мгновенно заставив Майка крепче сжать его бедро и притягивать его вниз быстрее, пока Честер тянул за чёрные пряди. - Чез… чёрт возьми, Честер, ты заставишь меня кончить слишком быстро, — отчаянно прошептал Майк ему на ухо, и он почувствовал, что его волосы отпустили как раз вовремя, замирая на мгновение, чтобы сделать несколько успокаивающих вдохов. - Ты не представляешь, что ты со мной делаешь, да? — спросил он, сражаясь за контроль. - Конечно, представляю, — был ответ Честера, и Майк улыбнулся, когда снова попробовал ускориться, проверяя себя. - Погоди… Я хочу, чтобы ты лёг на спину, — продолжил он, и Майк был только рад. Меняя позы, Честер протянул руку и провёл ладонью по единственной татуировке Майка, солнцу с пламенем, хватая его запястьям. Их глаза встретились, значимость этой татуировки смягчила черты Честера, когда он сказал: - Спасибо за это, — наклонившись вперёд, чтобы нежно поцеловать Майка, прежде чем приподняться и опуститься на ожидающую эрекцию Майка. Он наблюдал, как глаза Майка зажмурились, и он с силой прикусил нижнюю губу, чтобы подавить стон, который Честер всё равно услышал. С этого момента оба сосредоточились друг на друге, Майк ласкал Честера, а Честер скакал на бёдрах Майка, пока Майк не увидел, как Честер кончает ему на живот, а затем потерял себя внутри своего мужа в глубоких, скользких толчках. Они не были тихими, но никому из них не было дела, они смотрели друг на друга в блаженной эйфории, пока Честер осторожно не приподнялся с Майка и не рухнул на живот на кровать рядом с ним, тяжело дыша, но выглядя удовлетворённым. Он протянул левую руку к левой руке Майка, их обручальные кольца соединились с тихим звоном. Они лежали в сладком послесвечении, их руки соединены, тяжёлый вес их обручальных колец был новым и приятным. Майк уже собирался провалиться в сон, когда услышал предложение Честера принять душ, и он знал, что утром пожалеет, если не приведёт себя в порядок. Неохотно, оба на дрожащих ногах, он потащил Честера в душ, где они по очереди смывали следы их любви неторопливыми движениями, а пар клубился в воздухе вокруг них. Когда их уставшие тела снова коснулись кровати, им было легко прильнуть друг к другу и заснуть без лишних слов, губы Майка скользнули по волосам Честера, прежде чем он поддался тяжести век и погрузился в довольный сон, его новый муж уже видел сны в его объятиях. *** На следующее утро Майк быстро выключил будильник на телефоне, затем замер, затаив дыхание, пока не убедился, что не разбудил Честера. Осторожно выскользнув из-под простыни, он нащупал свою футболку и пижамные штаны, бесшумно надел их и крадучись пробирался к двери. Он с облегчением вздохнул, когда спустился вниз и добрался до кухни, никого не разбудив. Он недолго готовил две кружки кофе и понёс их обратно наверх так же тихо, как и спустился, обратно в спальню, где спал его муж. Муж. Не могу в это поверить. Честер Беннингтон-Шинода. Мой муж. Луна была низко в небе, и было так темно, что Майк боялся расплескать кофе, пока пробирался обратно в комнату, но он добрался до прикроватной тумбочки без происшествий, поставил обе кружки и включил лампу, прежде чем забраться обратно в кровать. Тёплая голая спина Честера манила его. Вытащить его из постели до рассвета было бы непростой задачей, поэтому он и не пытался делать это часто. Чез? — прошептал он, прижимаясь носом к мягкому месту за ухом мужа, где сходились шея и челюсть. - Честер? - Нет. Его губы растянулись в улыбку, Майк провёл рукой по животу Честера, мягко поглаживая пресс вокалиста. - Честер… Чез… Я хочу, чтобы ты пошёл со мной. - Ммммммммм… на улице ещё темно, — заныл Честер, утыкаясь лицом в подушку. Некоторые вещи никогда не меняются, — подумал Майк. Честер всегда был невыносим по утрам. - Давай, Чез, — тихо взмолился он. - Я хочу сделать это, пока остальные не проснулись. - Ммммм… сделать что? — Снова нытьё. - Просто иди… Я приготовил тебе кофе, — попытался Майк. - Так хочется спать, — был единственный ответ. - Чез, я дам тебе поспать позже. Пожалуйста, вставай с постели со мной. Торг был его последним козырем, и Майк надеялся, что это сработает, пока он продолжал ощупывать тёплую кожу под кончиками пальцев. Честер наконец перевернулся, на лице у него была гримаса недовольства. - Не так я хотел проснуться в первый день нашей супружеской жизни, Майки, — пожаловался он. — Я сонный. И я больной, — добавил он с обидой. Майк не смог сдержать ухмылку. - Ну, я потом заглажу свою вину, — пообещал он. - Вот, надень свои пижамные штаны и иди со мной. Это того стоит, клянусь. - Он наблюдал, как Честер нащупал очки и надел их, его сонные глаза пытались сфокусироваться на штанах в руках Майка. - Оно того не стоит, если приходится надевать одежду, — пробурчал он, пока улыбка Майка росла в геометрической прогрессии. Как только штаны были надеты, Майк сунул кофе в левую руку Честера и схватил его за правую, ведя к двери, выходившей на ланай. Честер не проронил ни слова, пока они спускались по ступенькам в мягком лунном свете, их босые ноги ступали по прохладному песку, пока они шли по тропинке, ведущей к пляжу. Майк вспомнил, как в последний раз они шли по этой тропинке в полумраке, в ноябре, когда они отдыхали здесь, и как он занимался любовью с Честером на этом самом пляже. Он сжал руку Честера и получил мягкий ответ. - Это было потрясающе, да? — пробормотал Честер, прежде чем сделать ещё один глоток кофе, и Майк поразился, что они думали об одном и том же, хотя понимал, что это уже не должно его шокировать. Они знали друг друга досконально. Они сели на песок, их тела соприкасались, в нескольких сантиметрах от волн, мягко набегавших на берег. Несколько мгновений они оба потягивали кофе, слушая тишину и волны, прежде чем Честер нащупал руку Майка и переплел их пальцы. - Что мы делаем здесь в темноте, Майки? — спросил он, его голос всё ещё хриплый от сна. Майк глубоко вдохнул, опьянённый ароматом океана и цветущих растений из сада позади них. Он посмотрел на волны, на горизонт, где самые первые лучи света начинали разделять небо и океан на две отдельные части, прежде чем взглянуть на Честера, пытаясь разглядеть его в слабом свете. - Я хотел вместе встретить рассвет в наш первый день супружества… наше новое начало… первый день нашей вечности. Он почувствовал, как нос Честера упёрся в его щёку, и услышал смешок, когда его муж попытался и не смог найти его губы в темноте. Слегка повернувшись, Майк коснулся губами губ Честера и почувствовал, как тёплые губы разомкнулись, кончик языка Честера скользнул по его нижней губе, вкус кофе, пока они нежно целовались, их губы и языки были мягкими, в ушах звучали их дыхание и океан. К тому времени, когда поцелуй закончился, лучи света стали ярче, свет на горизонте окрасил небо в нежно-розовый цвет, облака — в мандариновый, золотой и пурпурный, а океан — в фиолетовый и чёрный. - Это красиво, — прошептал Честер, но Майк смотрел только на него. - Да, Чез… ты прекрасен, — прошептал Майк, его лицо освещено мягким тёплым янтарным светом далёкого солнца. - И ты мой. Глядя на восход, Честер прошептал в ответ: - Навсегда.