"Так, может он вещий?"

***

Массивные кисти скользили по непослушной ткани, ощупывая волокна шерсти. Одежда Димы—костюм-тройка без пиджака, типичный наряд бармена: рубашка, жилетка и фартук. Словно кожура, заставляла пропитываться потом изнутри. Со спины чувствовалось тяжёлое дыхание. Фартук то и дело мешал пылким рукам залезть под костюм. И это сияние—одним приукусом атласной нитки в районе шеи—уронило передник на землю. Дима тоже не стоял и просто смотрел; из всех сил он пытался оттолкнуть и высвободиться из этих яростных и любопытных лап, которые заставляли кожу покрываться мурашками. Одно спихивание назойливого клеща было сильнее другого. Но эта поза не позволяла освободиться из страстных оков. Движение рук стало реже, и они гораздо глубже утопали в желании изучить каждую клеточку кожного покрова. Побрацки хотел крикнуть, ругаться, отмахнуться рукой, но так же и отмахнуться от мысли, что он в безвыходном положении. Голубой свет ладоней поглаживал оголённый живот, иногда надавливая и вызывая тяжёлый вздох у Побрацки. Кончики пальцев уже проникли под ткань штанов: одной рукой поглаживая лобковые волосы, а второй расстёгивая ремень. Вся эта ситуация с обездвиживанием и своеобразным домогателем пробирала до костей. Безнадёжность пожирала каждую нервную клетку—прикосновения были противны и интригующи одновременно. Всё, что мог видеть Дмитрий,—нижнюю часть своего тела, которую окутывает шквал ловких прикосновений. Ремень с лёгким звуком падения металла поддался уговорам рук и позволил подобраться к самому горячему на данный момент участку кожи. Пальцы будто сплетались с теплом его тела, массируя круговыми движениями часть чуть ниже пупка. Казалось, в животе задул ураган—все эти щекочущие ощущения от живота передвигались к сердцу, согревая его всё сильнее. Кончик светящихся пальцев лишь на мгновение смог коснуться горящей плоти, как из рта Побрацки вылетел резкий, но до ужаса короткий «Ах», будто холодный лёд приложили. То ли от испуга, то ли от смущения Побрацки своими руками закрыл себе рот, пока кожа становилась красной. Резкие вздохи, приглушённые ладонями, становились более частым явлением, чем ожидалось. Жилистые руки проникли ещё глубже, охватывая пах Димы, с осторожностью, словно держа самую дорогую хрустальную вазу в мире. Робкие движения руки вперёд-назад вызвали внутри студента столько эмоций и дрожаний, что он не смог сдержать длинный, ослабленный стон, пока рот переполнялся слюной от возбуждения. Эти ручки точно знали, что нужно делать, поэтому, набирая темп, слегка надавливали на—

—ДМИТРИЙ ПОБРАЦКИ! Я в одиночку должен смену закрывать!?—Громко выкрикнул основной бармен,раскрывая на распашку дверь узкой кладовки,будя спящую красавицу.

***

      Как только дверь распохнулась Шашлык вскочил с места,хотя пару мгновений назад ублаженно спал на нём. Он выпрямился и нормально взял швабру. —Ух.. Кх.. Ты чего кричишь, я вот, за шваброй зашёл! Просто найти её не мог.. —Искать швабру в помещении где влезет 3 человека, надо ещё умудриться. —Рявкнул бармен,после удалился оставив Диму со своими мыслями и.. Маленькой проблемой спрятанной в штанах.