Summer camp S.K.Z.

Чонин добежал до столовой, там, как оказалось, не было ни души, это было только к лучшему. В нетрезвой голове Яна пришла идея, что нужно отомстить кострюле за то, что она облила его в начале смены. Дойдя до этой кастрюли, Чонин остановился и осмотрелся, чтобы его точно не заметили, а после со всей силы ударил по ней поворёшкой, которую нашел на столе. Услышав этот звук, парни ускорились, и когда добежали, увидели несколько вмятин в кострюле и сидящего на подоконнике открытого окна Чонина. — Ебать пиздюк мощь, считай отомстил, — ухмылялся Сынмин. — Ребята, спасибо за всё, — сказав последние слова, Ян спрыгнул с окна. — Мелкий! — Джисон подбежал к окну и спрыгнул за младшим. Этаж был первым, и так повезло, что под окном были мешки с мусором. На все крики и звуки пришел Чанбин. — Один вопрос, что происходит? — Чанбин выглядел довольно сонным, так как время было почти за полночь. — Айен полетать решил, — ответил Сынмин, указав на окно. — Кто!? — переспросил Чанбин, не понимая ничего из-за сонного состояния. — Чонин, — ответил Феликс. Чанбин подбежал к окну и посмотрел вниз, в мусорных пакетах валялся радостный Ян, который делал ангела, а рядом с ним стоял Джисон, ахуевавший и не зная, что делать. — Ебануться об угол круглого стола, Сын, у тебя крыша поехала? — спросил Джисон, на что получил лишь радостные крики Чонина. — Надо выводить тебя из этого состояния. — Джисон! Мы сейчас спустимся! — крикнул сверху Со, и все побежали во двор. — У-у-у, сочувствую сын, тебе пизда от нашего любимого вожатого, надеюсь, из тебя будет вкусный шашлык. Пока Чанбин спускался, Хёнджин рассказал вожатому историю, что всеми любимый Чонин просто слегка перебрал, и на него так всегда влиял алкоголь, а не что-то незаконное, вообще хорошо напиздел. — Всё, что было незаконным, так это ваше здесь нахождения и моя очень маленькая зарплата, если мне за вас не дадут премию, то я вас на органы сдам, засранцы. — Сынмина первым, его не жалко, — сказал Хёнджин, за что получил подсрачник от Кима. — С Сынмо в поджопники не играем! — Та дам, пришли, — оповестил Минхо, остановившись. — Красавица моя, ты не пострадала? — Я нет, а у Чонинки крыша поехала, по-любому сотряс, — пояснил Джисон и стал поднимать младшего с мусора. — Пиздюк, тебя точно под мостом не нашли? Мне кажется, ты приемный. — Хватит пиздеть, поднимайте его уже, — сказал Чанбин подходя к Хану и помогая поднять пострадавшего. — Бан Чана зовите, он у нас бабка-целительница. — А может не надо? — спросил Минхо глядя на Чонина — он поспит, и все пройдет. — Ага, до свадьбы заживёт, — влез в разговор Сынмин. — Бегом к Бан Чану, он медицинский закончил. — И вы всё время это скрывали? Нечестно, могли и осмотреть Чонина после того, как он ебнулся с сосны, — сказал Хёнджин жалобно смотря на младшего — мне его жалко, вдруг у него крыша поехала еще после сосны. — Жалко только у пчёлки. — Шуллер, нахуй иди. Минхо, Сынмин и Джисон побежали к Бан Чану пока Чанбин, Хёнджин и Феликс несли Чонина в комнату. — Мелкий вопрос на засыпку, ты где так нахуярился? — спросил Чанбин идя сзади для подстраховки Чонина. — А? — Б блять, вопрос слышал?Нахуяриться где успел?! — повторил вопрос Чанбин Чонину, но тот опять его не услышал, Чанбин положил огромный болт и продолжил идти до комнаты. Пока Феликс и Хёнджин несли мелкого в комнату, Минхо и Джисон искали по всему лагерю Бан Чана который куда-то делся. — Ну и где нам его искать? — Джисон облокотился на стену, пытаясь отдышаться от длительной пробежке по лагерю. — Если мы в комнату вернемся без Бан Чана Со нас кастрирует? — Хуже, отправит собирать по лесу разные травки от похмелья и подорожники. — Сынмин, ты же точно знать должен, завтра будет дискотека? — спросил Минхо у Сынмина, который только что говорил про подорожники. — Ну если все будет заебись, то и дискотека будет. — Ай, блять! — Джисон резко остановился, но было слишком поздно, он въебался в какого-то. — Ты аху... ой, здравствуйте. — Ко мне зайдите на минутку, Хан Джисон.