Пепел богов

«Новая угроза: аморальные опыты над детьми» «Тенгоку но мон – приют или лаборатория?» «Кайдзю среди людей» Исао отложил в сторону очередной выпуск газеты с кричащим заголовком. Журналисты всё никак не успокоятся. Стоило ли злиться из-за прыткой оперативности СМИ или же готовиться к собственной войне, которая непременно разразится на территории базы первого дивизиона? Если только первого. Мужчина выразился одним лишь нецензурным словом, что в последние годы жизни главнокомандующего СО происходило раз шесть, но в текущих обстоятельствах ничего более ёмкого на ум не приходило. Негоже отцу-одиночке злоупотреблять обсценной лексикой, коли хочется вырастить приличную дочь. Впрочем, сейчас беспокоиться приходилось о вещах гораздо более глобальных. Около двух с половиной лет назад началась крупномасштабная операция, вынудившая регулярные войска, основной резерв и силы обороны объединиться для раскрытия и ликвидации цели – приюта для детей, ставших сиротами в результате нападения кайдзю «天国の門». Название благотворительного заведения буквально кричало со всех экранов о полной готовности обеспечить самой незащищенной прослойке общества абсолютную поддержку в создании будущего, которого те едва не лишились по роковой случайности. Правда громкие обещания звучали среди граждан недолго, всего-то около трёх месяцев, после чего организация поутихла, а потом её вовсе и след простыл, вместе с сотней подопечных. Да уж, очень ироничное имя для места, презентованного «Раем на земле», на деле оказавшимся человеческой мясорубкой. Память услужливо предоставила кровавое воспоминание о горе изувеченных тел под тяжёлой крышкой люка на цокольном этаже. Им сказали искать детей там, и это даже ложью не назовешь, однако надежда обнаружить живым хоть одного испарилась, едва тяжелый металл поддался, и в нос, пробившись через противогазы, ударил приторный запах разложения. Видавшим виды солдатам СО понадобилось немало времени, чтобы осмыслить открывшуюся перед ними картину – обескровленные и миниатюрные конечности с явными признаками мутации. При более длительном рассмотрении становится очевидным, что мёртвое тело не так мертво, как кажется, оно кишит жизнью. Выгрузку и транспортировку подопытных сильно затруднила возникшая в бездонной пропасти огромная экосистема. Затопившая пол жидкость, образовавшаяся в результате исправно запущенного процесса самопоглощения, белые гущи вылупившихся яйцекладок мясных мук, и буквально растекающиеся в руках останки – все эти факторы мешали не только вывозу, но и опознанию. Только вчера удалось установить личность ещё одного пострадавшего. То был Тоёхиро Акияма, чьи родители трагически скончались, заваленные обломками разрушенного кардиналом торгового центра. Бедренная кость мальчика с чудом уцелевшими кусками мяса и тонким слоем жировой ткани уже не принадлежала человеку. Толстая зелёная кожа под грубой чешуей, как на неё ни смотри, могла быть частью тела только кайдзю, а никак не восьмилетнего ребёнка. Пожалуй, оно и к лучшему, что оставшиеся фрагменты так и не были найдены. От пересмотра неприятных событий Шиномию отвлёк надрывающийся телефон. Мужчина напоследок прикрыл глаза, отгоняя остаток призрачных видений, и снял аппарат. Первые же слова заставили его нахмуриться и лишний раз убедиться в том, что настоящая битва только начинается. ** Приглушённый шёпот и осязаемый страх заполнили первую смотровую площадку учебного полигона. Собравшиеся здесь учёные и военные брезгливо наблюдали, как недавно обратившаяся в кайдзю девочка-подросток сперва размозжила голову санитара о прошитый спец пластинами пол, а потом пришла в себя и уже несколько минут истерично пытается собрать остатки серого вещества с осколками черепной коробки обратно. - Нет, нет, нет! Не умирайте! Я прошу вас! Не умирайте! Я не хотела! Простите меня! Я не хотела! Умоляю вас, простите меня! Следующие действия вынудили присутствующих задержать дыхание. Что-то подсказывало, что сейчас происходит нечто, способное перевернуть ход битвы в их сторону, поэтому самые светлые умы страны принялись лихорадочно записывать каждое действие. - Объект номер один вскрыла броню с кожным покровом на предплечье левой конечности, - проговорил в звукозаписывающее устройство усталого вида мужчина – Объект пытается использовать собственную кровь в качестве соединяющего материала… Нет, стойте! Объект сообщает, что пытается воскресить убитого. - Доктор говорил, что это поможет! Он говорил, что у меня должно получится! Пожалуйста! Пожалуйста! Пожалуйста! Ну же! Не умирайте! По мере того, как чёрная, вязкая кровь растекалась у упавшего на колени образца, вид чудовища всё больше и больше приобретал человеческие черты: сначала уменьшилось в объеме тело, затем треснул и начал осыпаться внешний защитный покров, обнажая голую кожу, и самыми последними обломились и беззвучно упали в жидкость завитки рогов. Перед наблюдавшими снова сидела девушка, предположительно семнадцати лет. - Образцы стволовых клеток, пейеровых бляшек и селезёнки. Тест, - напоследок протараторил обладатель белого халата и обернулся к опоздавшему – Приветствую, главнокомандующий. Исао коротко кивнул и широким шагом подошёл к краю площадки, попутно слушая детали происшествия. То, что находилось внизу сейчас, никак не было похоже на убийцу. Тощая, маленькая девочка лежала в нефтяного цвета луже и приглушённо рыдала, сотрясаясь всем телом. В результате трансформации объект оказался полностью обнажён и являл миру выпирающие кости. Даже с такого расстояния можно было разглядеть каждый позвонок и проступающие рёбра. - Её необходимо изучить. Она может стать самым важным открытием этого века! Командир Шиномия, отдайте объект в НИЦ СО. Нам необходимо провести ряд экспериментов, после чего мы передадим оборонцам защитный покров для создания оружия. Я могу гарантировать, что мы соберем достаточное количество материала, чтобы укрепить костюмы половины руководящего состава. Обратите внимание, что покров осыпался, как скорлупа, и не исчезает. Мы можем с вами договориться… - Замолчи, Одзаки, - Исао захотелось оттолкнуть подошедшего в порыве отчаяния обладателя белого халата – Объект останется на нашей базе. Все необходимые процедуры будут проводиться здесь. - Но…! - Если она опять обратится, сможет разрушить ваш центр до основания. Правительство не утвердит бюджет на полную его перестройку, поэтому, согласно протоколу, объект останется здесь. Вероятно, позже мы переведём его на другую базу. - А это ещё зачем? - Затем, что Доктор еще не пойман. Он наверняка захочет вернуть себе свой самый удачный образец, а я хочу, чтобы он был надёжно защищён моими людьми. Наруми, - Исао едва повернул голову в сторону скучающего у дальней стены подчинённого – Вся информация об объекте является военной тайной. Доступ к ней только с моего разрешения. Составь протокол действий для других капитанов. Решения касательно ликвидации будут приниматься локально, в зависимости от ситуации. Юкио Одзаки встрепенулся и, опьянённый потенциальными открытиями и собственным честолюбием, с трудом сдержал себя от того, чтобы броситься на командира. Исход неравного боя был кристально очевиден даже затуманенному мозгу, поэтому Одзаки только сцепил зубы и глядел полным ненависти взглядом исподлобья. В уголках чёрных глаз пуговок скопились злые слёзы бессилия. Исао же продолжал рассматривать затихшую на полу девочку, которая казалось ровесницей Кикору, и под рёбрами противно заворочалась жалость, тут же уступив место рационализму - мало ли таких детей, сломанных нападениями кайдзю. Будучи одним из столпов сил обороны, главнокомандующий Исао Шиномия не мог позволить себе такой роскоши, как безуспешные попытки спасти их всех, когда на кону стоит судьба всей страны. Судя по всему, этим ребёнком придётся пожертвовать, отдав на растерзание бесчувственным лабораторным планктонам. Позволив себе ещё с пару секунд пожалеть девочку, обладатель номерного оружия круто развернулся и направился писать рапорт. Заглядывая в будущее, он предвидел, что всё же даст слабину в погоне за собственной выгодой. ** На следующий день, жестоко наступивший после бессонной ночи, Исао отложил в сторону очередную газету с заголовком гораздо хуже предыдущих. Его взгляд с чёрно-белой страницы переместился к бесконечному лазурному полотну за окном. Испещрённое рваными облаками, небо своей безграничностью помогло на сотую долю усмирить бурлящий гнев, грозящий вылиться на каждого несчастного встречного, кому судьбой уготовано попасть под горячую руку командира. Наруми Ген прекрасно знал своё руководство, и нынешнее его выражение лица обещало, что ближайшие часы войдут в список самых неприятных. И по этой причине Наруми мысленно разве что не пообещал самому себе, что при следующей встрече лишит жадного до славы Юкио Одзаки всех способов коммуникации с внешним миром. Начнёт, пожалуй, с отрезанного языка, который сильно усложняет всем жизнь. Юноша тяжело вздохнул, и сделал несколько широких шагов по направлению к столу, где с края на него смотрели огромные буквы: «Научная революция! Элексир бессмертия! Очередной триумф НИЦ СО во главе с Юкио Одзаки!»