Даже самый дикий зверь, может стать питомцем.

Денег почти не осталось, а работа и вовсе куда-то испарилась. Телевизор показывал лишь надоедливый серый шум — антенну Саша в сердцах дёрнул и отшвырнул. «Ну вот, докрутился, еблан», — мысленно корил он себя. Теперь и новостей не узнать. На последние деньги он купил еды и пива. Да, без пива становилось невыносимо. Он уже дошёл до той черты, где без алкоголя и сигарет сходил с ума. Полпачки за утро, шесть банок за день... И вот настал вечер, который нечем было заглушить. Голова уже плыла, а на глаза никому не хотелось показываться — особенно дочке соседа. Саша побрёл в прихожую, взглянуть в то самое окно. Кровь на стёклах всё ещё была, валялось опрокинутое ведро, а вот трупа — нет. «Эта хероборина его съела, что ли? Или просто забрала свою жертву?» — мелькнула мысль. Кишки тому человеку вспороли знатно — несколько сгустков так и остались лежать на почерневшем от крови крыльце. Кривая, нездоровая улыбка поползла по лицу главного героя. «Схожу с ума, совсем. Травки бы ещё обкуриться — и полный эффект достигнут». Убирать ему не хотелось, но было надо. А то кто ж к нему теперь пойдёт? Вряд ли кому-то понравится любоваться на запёкшуюся кровь и остатки внутренностей. Влад тем временем сидел с котом и играл. Их связь оказалась куда сильнее, чем можно было предположить. Нечисть видела состояние домовладельца — нет, не просто видела, а понимала его. Само существо не пило и не курило в этой жизни и пока не сходило с ума, но оно впитывало эту тёмную энергию, исходящую от мужчины. Говорить с ним не хотелось — видеть это пьяное лицо, чувствовать перегар было омерзительно. Даже для бледного это был перебор. Он предпочитал молча сидеть в стороне, лишний раз не вступая в диалог. Слава силам небесным, хозяин дома не в комнате. «И куда так ужираться? Люди такие жалкие», — размышлял Влад, поглаживая тёплый пушистый живот кота. Имя ему он уже придумал — «Кекс». Неплохо, правда? Но это так, про себя. Делиться новостью не хотел, что было вполне в его духе. Едва солнце село, Александр, скривившись, вышел на улицу — уже без прежнего страха. Его состояние не оставляло места для ужаса, поэтому, взяв мокрую тряпку и ведро со свежей водой, он принялся отдраивать деревянные доски крыльца. Морщась, он отжимал тряпку, и вода становилась грязно-красной. Пора было заканчивать, пока не случилось чего-то похожего на вчерашнее. Этой ночью в дом вошли всего двое, это он точно помнил... Парень с дредами, явно под кайфом, типичный торч. Вот тогда-то в голову и закралась мысль о травке — может, у того найдётся? Не жалко ведь, да и попробовать хотелось. Все равно скоро всем умирать. Хотя официально такого не объявляли, Саша был в этом уверен. Он уже не надеялся, не цеплялся за жизнь. Рано или поздно смерть настигнет и его, увлечёт в цепкие лапы... или же разорвёт ему живот и повесит на крыльце собственного дома. «Ладно, завтра поинтересуюсь», — решил он. Второго жильца он и не запомнил — пропустил мимо ушей, впустил и пошёл к себе. Влад, похоже, уже спал. Кот тихо мурлыкал у его головы, а у хозяина дома снова закружилось в висках. Увидев очертания фигуры в полумраке, Саша почувствовал, как кровь приливает к лицу, дыхание сбивается, а в штанах становится тесно. Нет, это был не его сознательный выбор — сказывались алкоголь, напряжение, постоянный стресс... Или он просто пытался себя оправдать? Нечисть открыла глаза — казалось, они светились лёгким жёлтым отливом. Тяжело вздохнув, Саша медленно подошёл к кровати. Прямо сейчас он хотел гостя — в самом прямом смысле. Он желал его. Сонное выражение на лице существа сменилось лёгким шоком, когда горячие губы мужчины прикоснулись к его холодным. Влад заморгал, его рука застыла в воздухе, а домовладелец одним движением опрокинул его на спину. Полунежные, слегка жадные поцелуи разжигали в обоих тлеющую нужду — только у бледного всё было иначе. Он не сопротивлялся, но и не понимал до конца, что они делают. Что это значит для людей? Он совсем не помнил. Хозяин дома, находясь сверху, осыпал быстрыми поцелуями ледяную кожу его шеи. Его руки скользили по телу, будто пытаясь согреть другого. Прикосновения щекотали кожу гостя — это было приятно, но суть ускользала. — Что ты делаешь? — тихо спросило существо. Пьяный мужчина на секунду замер, пытаясь разобрать слова. — Я... ну... У тебя никогда не было секса? — Секса? — в голосе Влада прозвучало неподдельное удивление. — Когда люди делают друг другу приятно, сближаются телами... Не прикидывайся, я знаю, ты понимаешь о чём я. — Может... просто покажешь, как это? — голос прозвучал с лёгкой насмешкой, глаза полуприкрылись. Домовладелец счёл, что ему удалось возбудить нечисть, и молча продолжил. Его руки скользили по рёбрам, ключицам — по всем костям, что так резко и, как ему казалось, сексуально проступали в тусклом свете настольной лампы. Горячие поцелуи вновь вернулись к губам другого — уже не таким ледяным, как прежде. Казалось, бледный таял от этих ощущений, и это было до жути приятно. Он понимал насколько нужен мужчине прямо сейчас, отдаваясь полностью и забывая про свою неприязнь к перегару. Тёмно-синий свитер Саши полетел на пол, а его руки потянулись к чёрным брюкам существа. Пуговица и молния расстёгнулись легко. Влад сипло вздохнул. Саша запустил ладонь под брюки, ожидая нащупать член или что-то подобное, но не почувствовал ничего. Углубив поцелуй, он решил двинуться дальше и проник двумя пальцами в пустоту. Нечисть издала хриплый стон и дёрнулась. «Что это, нахуй?.. Где моя рука?» — с тревогой пронеслось в пьяной голове Саши. Там не было влажно — там было горячо. Это напоминало чёрную дыру или некую материю, которую можно было осязать. Пальцы вновь задвигались в такт, и их окутал горячий, почти обжигающий пар. — Приятно, а? — прошептал домовладелец на ухо, ещё сильнее распаляя ситуацию. Влад не отвечал, лишь закрыв глаза, временами сипел или издавал тихие стоны удовольствия. Значит, приятно. Собственный член в брюках Саши налился пульсирующей тяжестью, рвался наружу. Мужчина не был уверен, стоит ли вводить его туда... хотя в каком-то извращённом смысле это манило. Поусердствовав ещё несколько минут, он вынул пальцы. Всё было на месте — и это было главное. Его собственная ширинка не заставила себя ждать — возбуждённая плоть упёрлась в плоский живот бледного. Поцелуй прервался, взгляд нечисти упал на член. — М-м? — бессильно промычало оно в знак вопроса. — Ты серьёзно? — проворчал тот в ответ. — Ладно, ладно, я знаю, что это, — тихий смешок. Специально, чтобы позлить? Саша лишь закатил глаза. Когда он вошёл, это было странное ощущение для обоих. Для гостя — чувство наполненности и волны нарастающего удовольствия. Для домовладельца — словно его орган окутало что-то туманное и густое, но у этой субстанции были вполне осязаемые границы, и они жадно сжимались вокруг него. Кот, не выдержав, спрыгнул с кровати и ушёл к окну, не желая быть свидетелем их соития. Утро для домовладельца обещало быть тяжёлым — во всех смыслах этого слова.