Любовное зелье и ледяной принц

      Утро в Большом зале было насыщено не только ароматами жареного бекона и свежего хлеба, но и ощутимой атмосферой перемен. Сону, присев на краешек скамьи за когтевранским столом, чувствовал себя так, будто участвовал в ночном рейде на лагерь горных троллей. Он украдкой наблюдал за двумя столами напротив.       За гриффиндорским столом сидели Чонвон и Джейк (несмотря на то, что он был пуффендуйцем, он частенько зависал за столом Гриффиндора). Они не смотрели друг на друга, их плечи почти соприкасались, но между ними висело невидимое напряжение. Чонвон с привычным саркастическим видом намазывал масло на тост, но уголки его губ подрагивали, словно он изо всех сил сдерживал улыбку. Джейк, в свою очередь, вместо того чтобы болтать без умолку, молча пододвинул к Чонвону кувшин с апельсиновым соком. Это было небольшое, почти незаметное движение, но в нём читалась такая глубокая, непривычная для Джейка нежность, что у Сону защемило сердце.       Внезапно Чонвон поднял взгляд и поймал Сону за наблюдением. Он едва заметно кивнул. «Спасибо» и «Я тебя ещё не простил, но мы поговорим» - всё было в этом кивке.       Сону робко помахал ему рукой и уткнулся в свою тарелку. Его взгляд невольно скользнул к слизеринскому столу.       Пак Сонхун сидел с прямой спиной, окружённый своими однокурсниками. Он о чём-то спокойно беседовал, его лицо было привычно бесстрастным. Но когда его взгляд на секунду встретился со взглядом Сону, в его глазах не было прежней ледяной стены. Там была лёгкая усталость, намёк на понимание и что-то ещё... неуловимое, тёплое. Он не улыбнулся, не подмигнул. Он просто посмотрел. На секунду дольше, чем было необходимо. И затем так же спокойно вернулся к разговору.       Для Сону этого было достаточно. Этот взгляд был лучше тысячи улыбок от кого бы то ни было другого.       - Ну что, романтик? - рядом раздался саркастический голос. Рядом присел Ли Хисын, отламывая кусок кекса. - Я слышал, вчерашний спектакль закончился хэппи-эндом, достойным пера самой мадам Пинси. Два идиота наконец-то признались друг другу в любви, а наш местный экспериментатор чуть не спалил кабинет Зельеварения, пытаясь это исправить.       - А ты как узнал? — удивился Сону.       - Потому что это очевидно, - Хисын махнул рукой. - Они сидят, излучая ауру идиотского счастья, а ты смотришь на слизеринского принца так, будто он только что подарил тебе собственного гиппогрифа. Элементарно.       Сону покраснел.       - Я не так смотрю!       - Ага, конечно, - фыркнул Хисын. - Так вот, моя миссия выполнена. Я предупреждал, наслаждался зрелищем и теперь пришёл получить моральную компенсацию за испорченные зрелищем нервные клетки. Ты мне должен как минимум месяц домашних заданий по Прорицаниям.       - Справедливо, - вздохнул Сону.       Внезапно по залу пронёсся шепот. Все взгляды устремились на вход. В дверях стоял профессор Снейп, его чёрные глаза медленно скользили по залу, словно искал очередную жертву для вычитания баллов. Его взгляд на мгновение задержался на Сону, и тому показалось, что он заглянул прямиком в его душу и увидел там все следы от пролитых зелий. Затем Снейп посмотрел на Сонхуна, и в его глазах мелькнуло нечто, похожее на... одобрение? Наконец, его взгляд упал на Чонвона и Джейка. На его обычно бесстрастном лице на секунду появилось выражение глубочайшего отвращения, как будто он учуял запах испорченного зелья.       - Мистер Ким, - его голос прогремел по залу, заставляя Сону вздрогнуть. - Поскольку вы, судя по всему, обладаете таким количеством свободного времени, что тратите его на... кулинарные эксперименты, вы будете помогать мистеру Филчу сегодня вечером. Чистка магических карт в его кабинете. Без волшебства.       - Да, профессор, - прошептал Сону, чувствуя, как по его спине бегут мурашки.       Снейп развернулся и вышел из зала. Хисын фыркнул.       - Ну вот. Цена твоего сомнительного счастья - вечер с вонючими портретами. Поздравляю.

***

      Неделя, последовавшая за зельевым инцидентом, пролетела для Сону в странном ритме. Он отбыл наказание у Филча, отскребя столетнюю грязь с карикатурно нарисованных магловских королей. Чонвон и Джейк существовали теперь в своем собственном измерении тихих взглядов, случайных прикосновений к рукам за столом и сдержанных улыбок, которые, однако, светились ярче любого люмоса. Даже Хисын сократил количество язвительных комментариев, ограничившись парой замечаний в день, что для него было признаком почти братской любви.       И всё это время Сону ждал. Он не строил новых планов, не пытался подкараулить Сонхуна в коридорах. Он просто ждал, вспоминая тот взгляд в Большом зале и слово «когда-нибудь». Ожидание было для него новой, мучительной, но в чём-то приятной формой пытки.       И вот, в дождливую субботу, когда Сону пытался заставить себя заняться домашним заданием по Трансфигурации, к нему подлетела школьная сова и бросила на пергамент сложенную записку. Без подписи. Аккуратный, чёткий почерк.       ««Три мётлы». Час дня. Если ты всё ещё не передумал.»       Сердце Сону запрыгало, как пойманная в клетку фея. Он не передумал.       «Три мётлы» были переполнены. Сону, протискиваясь к столику в углу, уже мысленно прощался со своей репутацией и жизнью, если это была шутка. Но там, за маленьким деревянным столиком, спиной к стене, сидел он. Пак Сонхун. Перед ним стоял почти полный бокал сливочного пива.       - Ты пришёл, - констатировал Сонхун. Его голос был ровным, но в глазах читалось лёгкое напряжение.       - Я сказал, что не сдамся, - Сону плюхнулся на стул напротив, сгрёб в охапку свою мантию и сумку, чтобы они не упали. - Ты... э-э... давно?       - Несколько минут, - Сонхун сделал глоток. - Я ненавижу опаздывать.       - А я ненавижу ждать, но сегодня я сделал исключение, - огрызнулся Сону, но сразу же покраснел. - То есть... я не хотел... я...       К его изумлению, Сонхун тихо рассмеялся. Это был не саркастический смешок, а настоящий, мягкий смех.       - Я знаю, что ты имел в виду, - он отодвинул от себя бокал. - Ладно, Сону. Ты добился своего. Мы здесь. Что дальше?       - Э-э... - Сону почувствовал, как его мозг, обычно генерирующий тысячи безумных идей, опустел. - Мы можем... пить пиво?       - Гениальный план, - с лёгкой насмешкой сказал Сонхун.       Сону заказал себе пиво, и несколько минут они сидели в молчании. Оно было неловким, но не враждебным.       - Спасибо еще раз, - снова сказал Сону, на этот раз глядя прямо на него. - За ту ночь. За помощь. Я бы не справился один.       Сонхун пожал плечами.       - Ты бы справился. Ты нашёл бы какой-нибудь... творческий способ всё испортить ещё больше, но ты бы справился.       - Эй!       - Это комплимент, - Сонхун улыбнулся снова, и Сону почувствовал, как у него перехватывает дыхание. - Твоё упорство впечатляет.       - А твоё терпение тоже, - парировал Сону. - Большинство на твоём месте просто сдали бы меня Снейпу.       - Со Снейпом не всё так просто, - тень пробежала по лицу Сонхуна. - Он ценит лояльность. И... нестандартное мышление. При условии, что оно даёт результат.       Разговор пошёл легче. Они говорили о квиддиче (Сону с восторгом, Сонхун с аналитическим холодком), о надоедливых призраках (оба согласились, что Почти Безголовый Ник - зануда), о факультетских стереотипах.       - Все думают, что мы, слизеринцы, только и мечтаем о мировом господстве, - с иронией заметил Сонхун.       - А вы разве нет? - с притворным ужасом спросил Сону.       - Конечно, мечтаем. Но только по вторникам. В остальные дни мы практикуемся в злобном смехе и ухаживаем за нашими кошками, - он сказал это с таким мёртвым пафосом, что Сону расхохотался.       И тогда Сону понял, что происходит. Они флиртовали. Пак Сонхун, ледяной принц Слизерина, сидел с ним в пабе и мягко, сдержанно, но совершенно недвусмысленно с ним флиртовал.       - Знаешь, - Сону набрался смелости, крутя свой почти пустой бокал. - Когда я впервые тебя увидел, я подумал, что ты... ну, идеальный. Неприступный.       - А теперь? - спросил Сонхун, его взгляд стал пристальным, изучающим.       - А теперь я думаю, что ты всё ещё идеальный. Но... по-своему. И, возможно, не такой уж неприступный. Просто... осторожный. «Боже, что я несу…»       Сонхун задумался на мгновение.       - Быть «идельным» - это утомительно. Иногда хочется просто быть? Не знаю как объяснить.       - Ну, так будь, - просто сказал Сону. - Со мной. Сейчас. Я же обещал - никаких зелий. Только пиво и... ну, вот это всё.       Он развёл руками, очерчивая всё пространство между ними - неловкие паузы, случайные улыбки, тёплую атмосферу паба и дрожь ожидания.       Сонхун смотрел на него, и в его душе шла внутренняя борьба. Наконец, он сделал небольшой, почти незаметный шаг. Он протянул руку через стол и поправил съехавший набок когтевранский (оставшийся с прошлой тематической вечеринки) значок на мантии Сону. Его пальцы на секунду коснулись ткани на его груди.       - Твой значок кривой, - тихо сказал он.       И в этом простом жесте, в этом прикосновении, было больше близости и понимания, чем во всех сопливых сонетах Чонвона под действием зелья.       Сону понял, что ему больше не нужно завоевывать Пак Сонхуна. Ему просто нужно было сидеть здесь, пить с ним пиво и позволять ему иногда поправлять его кривые значки. Это было страшнее и в тысячу раз лучше, чем любое любовное зелье.       - Знаешь, - сказал Сону, чувствуя, как расплывается в глупой улыбке. - Может, в следующий раз мы попробуем чай?