Часть 2. "После"
13 октября 2025 г., 18:02
Двадцать три года спустя. Департамент полиции.
— Рид! Быстро ко мне в кабинет! — Фаулер выглянул из-за двери с грозным видом.
— Иду, кэп, — Гэвин покосился на приоткрытую дверь, вздохнул и поднялся со своего места.
— Что, опять облажался? — Андерсон был уже тут как тут, с усмешкой взирая на своего коллегу.
— Пошёл нах, работу свою работай, а не на других отвлекайся, — показал фак ему Гэвин и, не дав тому что-либо ответить, скрылся в кабинете капитана полиции.
— Что случилось, кэп? — Рид развалился в кресле напротив своего начальника.
Джеффри посмотрел на него, немного помолчал и начал свои нравоучения.
— Слушай, Гэвин, ты отличный коп, но характер у тебя просто отвратный. От тебя же все сотрудники шарахаются.
— Они просто под руку попадаются, — Рид парировал, хлопая невинными глазищами.
— Да с тобой же никто в связке работать не хочет, — Фаулер потихоньку подбирался к главной новости.
— Слабаки, — усмехнулся Рид. —Это не моя вина, что мы не можем найти общий язык.
— Значит так, Рид, — Джеффри нагнулся вперёд, предупреждающе смотря. — Я знаю тебя столько лет, и в последние годы ты скатился ниже некуда. Мне надоели твои постоянные выходки. Даю тебе последний шанс. Завтра к нам завезут первую партию андроидов. Раз с людьми ты ужиться не можешь, будешь пахать с машиной.
— Чего? — Гэвин округлил глаза от неожиданной новости, свалившейся на него, словно снежный ком на голову. — Я не стану работать с пластиком!
— О, ещё как станешь, Рид, — голос Фаулера стал более громким и грубым, показывая, что его обладатель не собирается больше церемониться. — Если ты с чем-то не согласен, можешь сдать свой значок и катиться на все четыре стороны. Тебе всё понятно?
— Понятно, — Гэвин встал, выдохнул, злясь на то, что не в силах покинуть свою работу, что он настолько зависим от адреналина и вершения справедливости. — Могу идти?
— Свободен, — Джеффри откинулся на кресле, явно уставший, но довольный тем, что победил в этой небольшой битве.
Гэвин вылетел из кабинета, хлопнув дверью так, что аж стекло чуть не посыпалось.
— Уволю к чертям собачьим! — взбесился Фаулер, но его угроза прозвучала в пустоту.
Настроение Рида, и без того практически всегда стремящееся к нулю, упало окончательно. С тех пор как он узнал, что наука начала развивать направление роботизации, а не стремиться улучшить медицину и другие сферы, Гэвина просто как подменили. Он ненавидел андроидов всей своей душой и старался избегать встречи с ними любым доступным ему способом. Но теперь, когда ему предстояло работать с одним из них… он не знал, что с этим делать и как реагировать. Нет, точнее, знал, но после любой выходки его точно уволят. Гэвин сжал кулаки и быстрым шагом направился на улицу, прихватив с собой куртку и пачку сигарет.
— Опять Фаулер тебе зад надрал? — Тина проследила взглядом за суетящимся Ридом.
— Хуже, — выплюнул Гэвин, бросая быстрый взгляд в её сторону. — К нам андроидов засылают.
— Да ладно? — та не поверила и, кажется, даже обрадовалась такой перспективе. — Неужели и до нашего департамента дошёл прогресс?
— И ты туда же? Совсем с ума посходили со своими пластиковыми кенами, — Гэвин выругался и пошёл прочь.
— Что это с ним? — подошёл Андерсон и кивнул в сторону уже успевшего скрыться за углом Рида.
— Думаю, к нашему роботофобу приставили в связку андроида, — Тина хихикнула, наконец переведя взгляд на Хэнка. — Слышал? К нам завтра завозят несколько андроидов.
— Наконец-то, давно пора, — Андерсон усмехнулся и добавил. — Завтра нас ждёт отличное представление. Интересно, кто сбежит быстрее?
— Зная нашего Гэвина, андроид от него сбежит первым, — Тина шутя толкнула Андерсона локтём в бок, и тот рассмеялся.
— Поспорим, что Рид первым побежит жаловаться Фаулеру? — Андерсон протянул руку Тине.
— Спорим, — та протянула руку в ответ, завершая сделку.
***
Гэвин не мог уснуть всю ночь, ворочаясь туда-сюда, а как настало утро, поднялся с кровати в ужасном настроении. Даже кусок в горло не лез. Он оделся, вышел на улицу, вдыхая прохладный осенний воздух. Не помогло. Отчего-то накатили воспоминания из прошлого. На душе стало погано как никогда. Да ещё и предстоящая встреча отнюдь не радовала. Когда он появился в департаменте, все носились в предвкушении новых работников. Перешёптывались, улыбались, и это ужасно бесило. Такого всеобщего позитивного настроя Гэвин не видал уже пару-тройку лет, если не больше. Хотелось просто отсидеться где-нибудь в подсобке или, на худой конец, в пыльном архиве. Всё лучше, чем лицезреть сборище набитых железом и проводами пластиковых кукол. Какое-то время ничего не происходило, хоть рабочий день уже начался. Гэвин даже подумал, что «Киберлайф» и вовсе передумали засылать своих манекенов. На душе чуть полегчало, он выдохнул с облегчением и вышел заварить себе чашечку кофе перед трудовой терапией. А когда вернулся, мельком глянул по привычке на кабинет Фаулера и чуть не запнулся об стул, слегка расплескав содержимое кружки. Внутри перед капитаном стояли двое лосей в своих фирменных одеждах. Один был, правда, чуть поменьше, в куртке тёмного цвета, а второй вот оказался на полголовы выше, в чёрно-белой куртке. — Ну, как настроение, Рид? Похоже, что тебе повезло отхватить одного из них, — Андерсон кивнул в сторону кабинета Джеффри. — Ой, завались, — огрызнулся Рид. — Хоть всех себе забирай. Устроишь себе рай для андроидодрочеров. — Меня учили с детства, что надо делиться, — не остался в долгу Хэнк. — Их всего двое, интересно, кому достанется второй, — включилась в разговор Тина, выглядывая из-за своего стола. — И ты туда же? Подруга, называется, — фыркнул Гэвин, устраиваясь в кресле и специально отворачиваясь от кабинета Фаулера. Через какое-то время за спиной послышались шаги и затихли рядом с его креслом. — Добрый день… — Рид развернулся и заметил, как стоящий перед ним андроид будто опешил, или ему показалось. — Гэвин?.. — Ээ, жестянка, я тебе не друг. Ещё раз назовёшь меня Гэвином, получишь пулю в свои пластиковые мозги. Для Гэвина прошло лишь мгновение, но для Ричарда время застыло, мысли сменялись одна за другой. Он смотрел на своего бывшего друга и не понимал ровным счётом ничего. Как вышло, что оба они оказались в одном месте, мало того, Гэвин стал его напарником. И сейчас бы в пору обнять его, рассказать всё, что произошло. Наконец, впервые за столько лет освободиться от этой тяжкой ноши, но Ричард не смог. Он видел реакцию на своё появление. Эта агрессия, исходящая от Гэвина. Он мог считывать каждую его эмоцию благодаря телу андроида. И меньше всего ему сейчас хотелось всё испортить. Да и как Гэвин, будучи уверенным в том, что его друг погиб много лет тому назад, сможет принять правду от незнакомца, да ещё и от машины? Ричарду ничего не оставалось, как просто смириться и играть роль копа-андроида. Возможно, у него получится однажды наладить связь и доказать Гэвину, что он всё ещё он, его прежний Ричи. — Прошу прощения, детектив Рид. Наше знакомство незадалось, но я… — начал было Ричард, но Гэвин его быстро перебил, не желая даже слушать. — Давай ты завалишь своё хлебало и свалишь куда подальше, а? Слова Гэвина ранили больнее даже той новости, когда Ричарду сказали, что он больше не является человеком. Стало дурно, тяжело на душе. Но Ричард понял, что всё равно был безмерно счастлив его видеть. Как бы Гэвин к нему ни относился, находиться рядом гораздо лучше, чем жить и продолжать быть в неведении. Нет, он всегда знал, что однажды разыщет Гэвина, признается ему во всём. Вот только ситуация изменилась. Нужен был совершенно другой подход. — Чего встрял, тостер? — Гэвин вперился в него взглядом, полным отвращения. — Похоже, «Киберлайф» проебались и прислали нам андроида с дефектами. Стоит сказать Фаулеру, чтобы запаковал тебя и оформил возврат. — Моя система функционирует в обычном режиме, никаких неполадок не выявлено, — Ричарду было трудно принять тот факт, что самый близкий в прошлом человек ведёт себя отстранённо и отвратительно, каждую секунду пытаясь унизить и растоптать. — Раз ещё не успел сломаться, то свали. Вон там свободный стол, — Рид сначала показал фак Ричарду, а потом медленно указал средним пальцем в сторону пустующего стола напротив. Ричард не стал ничего отвечать и прошёл на своё новое рабочее место. Гэвин мельком бросил взгляд на удаляющегося андроида и уставился в терминал, пытаясь хоть как-то отвлечься и не натворить глупостей в первый же совместный день работы. Конечно, ему было абсолютно без разницы, но вот мысль, что Фаулер задаст жару его и без того пылающему заду, совершенно не радовала. Какое-то время позалипав на документы, он услышал краем уха милую беседу. Один голос, который явно принадлежал Андерсону, как-то слишком тепло, по-отечески разъяснял всё своему собеседнику. Рид выглянул из-за стены, разделявшей столы, и обнаружил: второй андроид таки достался Хэнку. Из-за чего, собственно — и это показывал весь его вид — тот был безумно счастлив. Гэвина перекосило от отвращения, он передёрнул плечами и вновь уставился в монитор.***
Прошла уже неделя с того момента, как появились эти двое. Железяка, которую приставили к Андерсену, обозвала себя Коннором и тщательно копировала поведение своего напарника. Эта кофеварка ходила и постоянно всем улыбалась, мило болтала с каждым о разной ерунде. Тостер же, назвавший себя Ричардом, тем самым выбивший все остатки здравого смысла из Рида, оказался совершенно противоположным по характеру. Он никогда не улыбался, особо ни с кем не разговаривал, но всё равно умудрялся каждый раз выбешивать Гэвина до трясучки. И стоило бы порадоваться, что его так называемый напарник не создаёт лишнего шума, нежели андерсоновская кофемолка, однако одно единственное вытряхивало из Гэвина всё то, что он так тщательно пытался похоронить, зарыть глубоко и не откапывать желательно никогда. Имя, что звучало теперь достаточно часто, выводило Гэвина из себя. Отчего любые попытки со стороны андроида к взаимодействию сводились к посыланию его далеко и надолго, либо просто игнорированию при хорошем настроении Рида. А хорошее настроение у него было примерно никогда. Однажды Ричард всё же не выдержал и подошёл к Гэвину, пока тот готовил себе кофе. — Детектив Рид, — хоть голос и был безымоциональным, Гэвин всё же смог уловить напряжение. — Так продолжаться больше не может. Давайте обсудим наши с вами взаимоотношения. — Какие ещё отношения, тостер? — Гэвин явно был не в самом лучшем расположении духа. — Совсем фляжка засвистела? На переработку тебе не пора? — Детектив, наша с вами продуктивность напрямую зависит от наших взаимоотношений, — Ричард заглянул в глаза Гэвину. — И пока вы не научитесь вести себя как взрослый, адекватный человек, мы не сможем выстроить диалог. Гэвин приподнял бровь от удивления, а затем резко выхватил пистолет из кобуры и направил его на андроида. Ричарда слегка отшатнуло, но он старался не подавать виду, зная, что у Гэвина просто напросто не хватит смелости выстрелить. — Слушай меня, ходячее недоразумение на батарейках, — он всё ещё держал андроида на мушке. — Одно неловкое движение в мою сторону, и я тебе дырку проделаю в твоих заумных извилинах. Ричард сделал шаг вперёд, обхватил дуло пистолета и с лёгкостью вырвал его из руки Гэвина, переворачивая и направляя перед собой, прямо в сердце. — Детектив, не заставляйте меня повторять одно и то же. Гэвина это до ужаса взбесило, и, невзирая на опасность, он вдарил кулаком Ричарду прямо в место, где находился тириумный насос. Хоть Ричард и не чувствовал боли, этот удар его подкосил, заставляя согнуться. Он опустил пистолет, но не выпустил его из рук. — Никогда не недооценивай противника, жестянка, — Гэвин уже хотел было забрать свой пистолет, как Ричард вдруг резко выпрямился и вжал его в стену, полностью обездвиживая. — Детектив, почему вы не можете быть таким как… — Ричард осёкся и замолчал. Он сказал это с такой печалью и сожалением, что Гэвин даже перестал вырываться и уставился на него. Ричард же отступил, отдал пистолет, посмотрел как-то слишком проникновенно для машины, развернулся и направился прочь, оставляя Рида стоять в полном недоумении. После этого случая Гэвин как с цепи сорвался. Если раньше дело ограничивалось простым посылом на всё, что только было известно Риду, то теперь он конкретно докапывался до Ричарда по каждому пустяку. Тот сидит слишком ровно, ходит как болванка, слишком заумный и нудный, бесит свечением своего диода и шумом работающей вентиляционной системы, да и вообще, ему самое место кофеваркой подрабатывать. Ричард мирился, терпел слишком долго, пока вновь не сорвался, мигая алым светом диода. Несмотря на то, что это был его Гэвин, и можно было бы многое вынести, однако ничто не безгранично. Даже терпение машины. И очередное: «Эй, жестянка, метнулся и заварил мне кофе!» вывело его наконец из равновесия. — Детектив Рид, — диод заливался алым, — оторвите свой зад и сами приготовьте себе свой кофе. — Ты охренел, тостер? — Гэвин уставился на него, склонив голову набок. — Мне бы не хотелось вам напоминать прошлый опыт нашего общения, — спокойно ответил Ричард, стараясь держать себя в руках, и скрестил руки на груди. — А ну, консерва, пошли выйдем, поговорить надо, — Рид был взбешён. — Как пожелаете, детектив, — Ричард оторвался от своего терминала и, опираясь на кулаки, поднялся с кресла. От Гэвина не ускользнула эта деталь, и он немного замешкался. Уже второй раз его не покидало ощущение, что что-то с этим андроидом не так. А ещё закрадывалось чувство, будто некоторые движения до боли ему знакомы. Будто Рид где-то уже их видел множество раз. Но даже эти мысли не способны были остановить Гэвина от очередной стычки с его напарником. Все в департаменте с интересом наблюдали, втихую обсуждая, кто же из этих двоих сдастся первым. Так и в этот раз, заслышав зарождающуюся потасовку, коллеги в предвкушении представления уставились на этих двоих. Рид огляделся вокруг, подался вперёд и встал из-за стола, утягивая за рукав подошедшего к его столу андроида за собой. Тот послушно шагал за ним следом. — Ну всё, сейчас опять друг другу морды набьют и вернутся, — хохотнул Андерсон. — Скорее, это Рид снова огребёт, — Коллинз выглянул из-за перегородки, продолжая тему разговора. — И ничему же его жизнь не учит, — покачала головой Тина, но улыбка так же проскользнула на её лице. А тем временем Гэвин уже затащил Ричарда в архив, прикрывая за собой дверь, дабы избежать лишних любопытных взглядов и ушей. Повернулся он резко, так, что оказался практически впритык лицом к лицу с изучающими его ледяными глазами. — Отойди, — Рид отпихнул Ричарда рукой и сам прошёл вперёд. — Слушай меня, недочеловек. Может, ты уже свалишь в свою «Киберлайф» и не будешь мозолить глаза, а? — И чем же вы так недовольны, детектив? — Ричард всё ещё злился, но уже успел отойти в большей степени. — Всем, тостер. Ты меня бесишь, — Рид опёрся на пыльную стену и скрестил на груди руки. — Это не аргумент, — диод мигнул оранжевым, но тут же вернулся к голубому. — Ладно, кастрюля, — Рид ухмыльнулся. — Что за имя, Ричард? Другого подходящего себе не нашёл? — Какие-то проблемы? Мне нравится это имя, — Ричард сделал шаг вперёд в направлении Рида. Их разделял всего лишь шаг. — Да, проблемы! — Гэвин не выдержал и, дёрнув Ричарда за руку, привалил его к стене, врезаясь кулаком в нескольких сантиметрах от головы. — И что ты имел в виду, сказав, что я не могу быть как… Как кто? Ричард опустил глаза, моментально погрустнев, будто его кто-то подменил. Но Рид не отошёл, намекая, что не отпустит его без объяснений. — Ничего, детектив, — вышло слишком эмоционально для андроида. — Это не ваше дело. — О, ещё как моё, так что говори, — Гэвин приставил два пальца к виску андроида и ощутимо, с напором толкнул. — Какая теперь разница? Вы ненавидите андроидов, — Ричард и на этот раз позволил ему чуть больше. — Нет, я хочу знать, пластиковые твои мозги, — не унимался тот. — Ты случаем не девиантнулся? Слышал, что такое возможно. Скажи, девиантнулся и напридумывал себе невесть чего? — Нет, детектив, я не могу стать девиантом, — Ричард поднял на него взгляд, заглядывая прямо в душу в надежде, что Гэвин всё поймёт. — Тогда что ты имел в виду? И почему это ты не можешь стать девиантом? — Гэвин всё ещё был не в духе, но его и правда интересовали эти вопросы, и Ричард это заметил. — Вы всё равно мне не поверите, — начал Ричард, — поэтому просто присмотритесь внимательнее. Возможно, вы и сами всё поймёте однажды. — Ты что несёшь, тостер? — Гэвин хохотнул. — А, точно, и что я такой тупой. Ты что, запал на меня? Так вот, не советую совершать суицид таким нелепым способом. Ричард вздохнул. Он больше не мог скрывать свои чувства, не мог терпеть все эти издёвки. Гэвин, которого он знал, никогда бы не обидел, не позволил бы себе лишнего. Человек напротив же был совершенно другим. Будто его Гэвина кто-то подменил. Словно из-за сильного горя тот изменился до неузнаваемости, в отличие от самого Ричарда, который оставался прежним. — Лёд и пламя, — только и сказал Ричард. — Что ты несёшь? Совсем кр… Стоп. — Рид уставился на андроида непонимающим взглядом. — Откуда ты… почему ты сказал эти слова? — Потому что это моя любимая книга, — Ричард решил, что это тот самый подходящий момент, когда он наконец может попытать удачу и начать открываться. — Это не может быть твоей любимой книгой. — Гэвин замотал головой, напрягаясь. — Ещё как может, детектив. А ещё The Moody Blues. Мне нравится. Вы слышали песню Nights In White Satin? — Ричард прекрасно знал, что эта песня напомнит Гэвину о прошлом. — Ты… — Гэвин запнулся, задыхаясь, будто в помещении резко перестал существовать воздух. — Что ты ещё успел нарыть в моей биографии, придурок? — Ничего, — Ричард понял, что просто не будет. — Я не смотрел вашу биографию. — Не ври мне, — Рид собрался уже ударить, и в этот раз не по стене, но Ричард его остановил. — Я не вру тебе, Гэв, — он перехватил приближающийся к лицу кулак Рида. — Не смей меня так называть! — Гэвин двинул рукой, но та всё так же осталась в сильных тисках без какого-либо намёка на движение. — Только один человек мог меня так называть, помимо родителей! И это явно не ты! — Но это правда я, Гэв! Я Ричард! — диод замигал красным. — Я… — Перестань! — Гэвин всё же вырвал руку из ослабшей хватки, но не стал бить, а лишь опустил её беспомощно и добавил. — Не смей говорить то, о чём не знаешь. Рид отступил чуть дальше, посмотрев на Ричарда ещё раз, открыл дверь и вышел прочь, оставляя стоять в одиночестве и всё так же мигать красным диодом. Ричард беспомощно рухнул на пол, обнимая колени руками. Ему этого делать было и вовсе не обязательно, но хотелось просто сжаться в комок. Мысли хаотично метались в голове. Он множество раз прокручивал в голове их первый откровенный разговор, но никогда не думал, что он произойдёт именно так. Ричард предполагал, что Гэвин не поверит ему, но как же хотелось надеяться, что всё-таки есть маленькая надежда. Вот только после разговора Ричард понял одно: так просто Гэвин не примет правду, и придётся постараться и доказать. А ещё придётся принять тот факт, что Рид, скорее всего, будет продолжать его ненавидеть. И Ричард вдруг встрепенулся: а что, если даже узнав правду и приняв её, Гэвин всё равно будет его ненавидеть? Это пугало больше всего на свете. Ричард смог пережить не самое лучшее время в своей жизни лишь потому, что всегда знал: Гэвин любит его. Но сейчас всё было по-другому. Рид же вошёл в опенспейс и свалился в кресло, понимая, что сходит с ума. Он не мог понять, откуда этот андроид знает о Ричарде. Ладно книга и песня — всё это можно было найти в общем доступе. Но Ричард… Гэвин старательно скрывал всё, что было связано с ним. В голове загудело от нескончаемого потока вопросов. — Рид, ты где своего андроида забыл? — выкрикнул Андерсон. — Неужто в этот раз ты ему навалял? — Завались, — слова прозвучали как-то безжизненно, задумчиво. — Нам сходить проверить? — включилась Тина. — Может, ты там проводки поотрывал, и наш бедный Ричард лежит теперь без сознания? — Всё с ним в порядке, — всё так же бесцветно процедил Гэвин. — Смотри, не сломай нам коллегу, Рид, — подшутил Хэнк, никогда не гнушавшийся подшутить лишний раз над Гэвином. — Свою куклу не сломай, — огрызнулся наконец Рид и уставился в терминал. Однако все его мысли были далеко от работы. Сосредоточиться хоть на чём-то было совершенно невозможно. Последние слова Ричарда эхом отдавались в воспалённом мозгу: «Но это правда я, Гэв! Я Ричард!». Рид передёрнул плечами, выходя из раздумий, и заметил, что Ричард уже пришёл и сидит на своём месте. Он перевёл взгляд на диод — тот всё продолжал мигать ярко-красным.***
Шёл день за днём. Рид изменился, старательно избегал любого излишнего контакта с Ричардом, общаясь лишь по работе. Коллеги косились на него, не узнавая. Будучи всегда взрывным, агрессивным, теперь он выглядел потерянным и нелюдимым, будто закрылся в себе и своих переживаниях. Ричард же решил добить его окончательно, усердно стараясь показать, что он тот самый настоящий, его Ричи. Пришлось вспомнить всё детство, до мельчайших подробностей. Конечно, некоторые его старания не работали, и неудивительно, ведь человеческий мозг не в состоянии запомнить каждый момент. Однако он не переставал стараться. Он отправил Гэвину сообщение, в котором предложил как-нибудь сыграть в их любимую игру на приставке, на что Гэвин покосился на него как на призрака и послал куда подальше, скорее по привычке, нежели от злости. В другой раз Рид обнаружил на своём столе вишнёвый сок и булочку с корицей — его любимую с детства. Стало не по себе, ведь он никому об этом не говорил. Рид снова покосился на стоящий перед ним стол Ричарда и обнаружил еле уловимую улыбку. Сердце пропустило удар. Именно так улыбался его Ричи. Рид выдохнул шумно и выкинул всё в мусорное ведро, заметив, как улыбка напротив исчезла с лица. И так продолжалось довольно долгое время, пока последнее действие Ричарда окончательно не выбило Гэвина из колеи. Ричард сидел напряжённый. Обычно такого не происходило никогда. Весь день он молчал, и Рид уж было подумал, что тот от него благополучно отстал, но как только наступил вечер, Ричард наконец-то решился и заговорил. — Детектив, я хочу поговорить. — Что на этот раз, жестянка? — Рид покосился на него с недоверием. — Не здесь, — Ричард покосился на остальных коллег. — Что за секретность? — усмехнулся Рид, обводя рукой вокруг. — Мы все тут одна большая дружная семья. — Не язвите, детектив, — Ричард выдохнул. — Я хочу вам кое-что показать. — Давай без твоих андроидских штучек, ладно? — Рид уже не мог мыслить здраво, поэтому отшучивался как мог, таким образом отгораживаясь от своих мыслей и от Ричарда тоже. — Детектив, не заставляйте меня насильно тащить вас, — Ричард нахмурился, попутно доставая какую-то папку. — Ладно, чего ты такой агрессивный? — Рид поднял руки вверх, капитулируя. Ричард пошёл первым, оглянувшись, идёт ли за ним Гэвин. Тот поднялся с кресла и зашагал следом за андроидом. Ричард привёл его всё в тот же излюбленный архив, который редко посещался другими работниками и всегда оставался пыльным и уединённым местом. — Вот, — Ричард протянул Гэвину папку, как только закрыл дверь в архив. — И что это? — Рид с осторожностью покосился на протянутую руку. — Возможно, после этого вы поверите мне, наконец, — Ричард вложил папку в руку Рида. — Прочитайте это. Гэвин открыл папку и вынул содержимое. Кипа бумаг оказалась увесистой и толстой. Он вздохнул, но его любопытство детектива не давало покоя, поэтому он примостился у стены, поближе к лампочке, и начал читать, лист за листом. И чем больше он читал, тем больше его глаза округлялись. Он не смог дочитать до самого конца. По лицу покатились крупные слёзы. Ричард уселся рядом и обнял его. Гэвин не оттолкнул, но и не обнял в ответ. Он просто сидел, не зная, что делать, что думать. Ричи, которого он потерял, думал, что потерял, был здесь. Но он стал андроидом. И Гэвин не понимал, как такое возможно. Вся его привычная жизнь вмиг перевернулась с ног на голову. — Почему? — Гэвин озвучил лишь один вопрос. — Почему ты не рассказал мне раньше? — Я не мог, Гэв. — Ричард взглянул на лицо Рида и вытер скатившуюся слезу большим пальцем. — Это соглашение не давало мне права. Да и сейчас всё ещё не даёт, но я так больше не могу. — Я так скучал по тебе, — Гэвин кинул бумаги на пол, закрывая лицо руками. — Ты не представляешь себе, каково это — знать, что тот, кого ты… Гэвин осёкся и замолчал на какое-то время, не в силах продолжить. — …любил? — закончил за него Ричард. — Я знаю, каково это, Гэв. Я знаю. — Ты и понятия не имеешь, через что я прошёл, Ричи, — наконец выдавил из себя Рид. — Я видел тебя, понимаешь? Видел тебя мёртвым. — Прости меня, — Ричард наклонился чуть ближе и нерешительно прильнул губами к виску. — Я не желал всего этого. А теперь ты меня ненавидишь. — Я… — Гэвин повернул голову. — Я не ненавижу тебя. — Но я сломал тебя, а сейчас стал андроидом. Ты ненавидишь андроидов, — лицо Ричарда помрачнело. — Я начал ненавидеть появление андроидов лишь потому, что люди не смогли спасти тебя, предпочтя развивать робототехнику, а не медицину, — Гэвин впервые так открыто говорил с кем-то. — А сейчас… Я не знаю, что мне думать. — Гэв, — Ричард взял его за руку, сжимая крепко. — Я так давно хотел это сказать. Ещё тогда, помнишь, когда хотел пригласить тебя с нами в поездку? Я… нет, я рад, что ты не поехал, но… Я хотел тебе признаться и не смог. Я… люблю тебя, Гэв. Всегда любил. — Придурок, — Рид усмехнулся в ответ. — Думаешь, я не хотел сделать то же самое? Я любил тебя больше всех на свете. Думал, что у нас впереди много времени. Ждал подходящего момента, и вот он… спустя двадцать лет… Гэвин не успел договорить, как его лицо развернули и впились поцелуем, отчаянным, горячим, просящим. А когда Ричард отстранился, Гэвин всё же закончил то, что не успел сказать. — Я люблю тебя, Ричи.***
Прошла неделя с их разговора. Гэвина было не узнать. Ходил, светился, как медный пятак. Со всеми здоровался, любезничал. Даже Фаулер, видя столь резкие перемены, однажды спросил, что такого с ним сделал его новый напарник, что тот перестал быть мудаком. Но даже это Гэвин пропустил мимо ушей, лишь улыбаясь в ответ. Спор, к слову, в департаменте так никто и не выиграл. Ричард его больше не бесил, да и не мог бесить по определению. Только вот свыкнуться было непросто. Гэвин не знал, с чего начать и как вести себя с ним. Они многое обсуждали в последнее время, и Ричард попросил его относиться к нему как и раньше, с одной лишь поправкой: быть ближе. Но Гэвин всё никак не мог решиться сделать первый шаг. И Ричард не торопил. Ещё Гэвину было непросто свыкнуться с внешностью Ричарда. Хоть он и казался ему симпатичным, всё же это был другой Ричи. Но Рид не намеревался так просто сдаваться, только не после того, как узнал, что любовь всей его жизни вновь вернулась к нему. За это время они сходили пару раз на свидания после рабочих смен. Делали глупые вещи, вроде поцелуев под каждым столбом. Смеялись над шутками друг друга, как и раньше. Всё шло идеально, даже слишком хорошо, чтобы быть правдой. И Гэвин был действительно счастлив, и он видел, как в глазах Ричарда тоже плескались радость и бескрайняя любовь. Пока не случилось одно «но». Они стояли возле дома Гэвина. Ричард, как всегда, пришёл его проводить. Но на этот раз затянул прощальный поцелуй, углубляя его. — Что ты делаешь? — тяжело дыша, отстранился от него Рид. — Гэвин, я… — Ричард потянулся за очередным поцелуем, но прежде чем поцеловать, выдохнул в губы. — хочу тебя. Гэвин замер на секунду, тем самым приводя Ричарда в замешательство. — Прости, я что-то не так сделал? — диод мигнул оранжевым. — Нет, я просто… — Гэвин почувствовал, что краснеет. — Я не знаю, как мы… ну… — Я же говорил, что ты можешь вести себя со мной как с прежним Ричардом, — и он прильнул губами к шее, проходясь дорожкой из поцелуев. Казалось, Гэвин немного расслабился, позволяя чужим рукам блуждать по его телу. Но вскоре пришло осознание, что они всё ещё на улице. — Подожди, — он выдохнул в шею Ричарда. — Пошли ко мне. Ричард отстранился и улыбнулся до мурашек пробирающей своей фирменной улыбкой. Гэвин схватил его за руку и потянул внутрь. Оказавшись в квартире, Ричард уже не стал сдерживаться, стаскивая одежду, задирая рубашку, протискивая руки ниже джинсов и сминая упругие ягодицы. Он кусал губы Гэвина, и тот выдыхал протяжные стоны ему в ответ. Спотыкаясь о каждый угол, они добрались до спальни, и Ричард подтолкнул Гэвина на кровать, залезая следом. Он вновь вцепился в податливые губы, проникая внутрь, небрежно проходясь кончиком языка по краешкам зубов, лаская, изучая каждый миллиметр, манящий своим теплом. Гэвин обхватил его руками, проводя вдоль спины, исследуя доселе неизвестное. На ощупь Ричард чувствовался словно настоящий человек, такой же тёплый и мягкий, с приятной на ощупь кожей. И у Рида напрочь снесло крышу. Он пытался разделаться с рубашкой Ричарда. Елозил бёдрами по чужим, ощущая, как собственный член наливается кровью. Ричард разорвал поцелуй, отстранился, уселся на бёдра Гэвина и поспешно начал расстёгивать пуговицу за пуговицей, а затем и вовсе стаскивая рубашку с себя. Гэвин прошёлся по оголённому торсу рукой сверху вниз, вызывая у того шумный выдох. Ричарду казалось, что он вот-вот расплавится под горячим прикосновением руки. Это сводило с ума. Контролировать себя было не так-то просто, поэтому там, где касалась ладонь Рида, оголялся пластик, и через мгновение вновь возвращался скин. Гэвина завораживало то, как реагирует на его прикосновения Ричард. Он приподнялся, всё ещё удерживая его на своих бёдрах, и начал выцеловывать грудь, ключицы, шею, до чего смог добраться, словно под гипнозом наблюдая за происходящим. И Ричард сходил с ума, запрокидывая назад голову, царапая спину и оставляя после себя небольшие алые полосы. — Гэв, прости, я… — Ричард вновь захлебнулся очередной волной наслаждения. — Не могу контролировать свой скин. — Заткнись и не умничай, Рич, — Рид прохрипел это в перерыве между поцелуями. — Ты прекрасен. После этих слов Ричард вдруг отстранился, повалил Рида на спину, наваливаясь сверху. — Я хочу попробовать кое-что, — произнося эти слова, он попутно прокладывал дорожку из поцелуев от шеи до низа живота, пока не упёрся в край джинсов. Рид громко выдохнул, замирая, и ширинка на его штанах начала потихоньку расстёгиваться. Ричард орудовал точно и легко, расстёгивая молнию, приподняв слегка бёдра и спустив вниз ткань. — Я так долго ждал этого, — Ричард прошёлся языком по затвердевшей плоти, заставляя Гэвина содрогнуться и выгнуться. — Не больше, чем я, Ричи, — прошептал тот еле слышно, погружаясь в свои ощущения. Ричард бережно обхватил рукой у основания и прикоснулся губами к головке, вбирая потихоньку глубже. Медленно, словно дразня, начал обводить языком каждую выпуклость, отчего Гэвин невольно вскинул бёдра вверх, поддаваясь навстречу ласкам. Каждое прикосновение отдавалось пульсацией и растекающимся теплом внизу живота. Руки Гэвина непроизвольно сжались, скомкивая простынь. А Ричард всё продолжал свои пытки, приноравливаясь, изучая. Вскоре, освоившись, начал двигаться чуть быстрее и увереннее, то выпуская, то вбирая на полную длину. И, Боже, это было даже лучше, чем в его фантазиях. В штанах давно уже стало тесно и горячо, но он не торопился, наслаждаясь каждым моментом. Гэвин переместил руки на голову Ричарда, зарываясь в волосах, помогая и направляя. Меньше всего ему хотелось сейчас, чтобы он прекратил, но и сдерживаться сил не оставалось. — Подожди, притормози на минутку, — его голос был запыхавшимся и хрипящим. — Что-то не так? — Ричард нехотя отстранился, утопая в зелени глаз напротив. — Всё так, всё слишком хорошо, Ричи, — Рид притянул его к себе, целуя. — Хочу неспеша наслаждаться тобой. Ричард прищурился, улыбаясь. — Слушай, я ещё ни с кем не… — Ричард замялся. — Ты что, девственник? — Рид вскинул удивлённо брови вверх. — Ага, — казалось, если бы лицо андроида вообще могло краснеть, то Ричард бы сейчас непременно залился краской. У Гэвина поползла хищная улыбка вверх. Он обхватил лицо Ричарда ладонями и крепко поцеловал. — Я так рад, что буду первым. — Ты всегда будешь первым и единственным, Гэв, — Ричард не мог отвести взгляд от своего мужчины. — И я хочу тебя. Сейчас. — Так чего мы ждём? — Гэвин подмигнул в ответ, опуская руки ниже талии и пытаясь расстегнуть штаны, всё ещё разделявшие их друг от друга. Ричард хохотнул и поднялся. — Хочешь снять их с меня? — И это был даже не вопрос, а скорее предложение. Гэвин не ответил ничего, а лишь потянулся руками к ширинке, хитро улыбаясь. Молния разошлась, руки скользнули вниз, стаскивая штаны вместе с нижним бельём и оголяя бёдра. Рид провёл руками по идеальной упругой коже и громко сглотнул. Ричард высвободился из мешающей ткани и приблизился к Гэвину вплотную. —Воу, воу, стой, — притормозил его Гэвин. — Ты же не собирался вот так сразу? — Конечно же нет, — успокоил его Ричард, облизывая пальцы. — Нет, ну это, конечно, сексуально, но… — Гэвин хохотнул, — смазка слева от тебя в верхнем отсеке. Ричард улыбнулся в ответ, быстро поцеловал Рида в лоб и перекатился к шкафчику, забирая тюбик. Тонкие, длинные пальцы открутили крышечку, выдавливая некоторое количество вещества. Гэвин любовался этим простым действием в предвкушении. Ричард вновь навис над ним, устраиваясь между ног. Тёплые губы коснулись его собственных, опаляя дыханием, и Рид почувствовал, как палец, прохладный от смазки, проталкивается вперёд, заставляя издать непроизвольный выдох в поцелуй. Ричард лишь углубил поцелуй, толкаясь языком внутрь, и начал активнее двигать рукой, проникая пальцем глубже. Гэвин подался бёдрами вперёд, задавая угол проникновения, и пробормотал в поцелуй: — Ещё. Ричард обрабатывал информацию долю секунды и наконец сообразил, что от него требуют. Второй палец медленно заскользил внутрь, вызывая приятную наполненность. Ритмичные движения заставляли Рида следовать заданному такту. Ричард оторвался от распалённых и покрасневших губ, кусая подбородок, спускаясь влажными и тягучими поцелуями к шее. — Ну же, не тяни, Ричи, — взмолился Рид, запрокидывая голову, подставляясь под поцелуи. — Какой ты нетерпеливый, — Ричард расплылся в короткой улыбке, кусая шею, оттягивая легонько и без того покрасневшую кожу, но не стал мучать, и третий палец присоединился к первым двум, заставляя Рида шумно выдохнуть. Ричард смаковал каждое движение, ощущая тепло и упругость, окутывающие его пальцы. Точные движения позволяли затрагивать самое чувствительное место, заставляя Гэвина каждый раз вздрагивать от приятных импульсов. Другой рукой Ричард держался за затылок, прижимая ещё крепче Гэвина к себе и сливаясь в очередном поцелуе. Ощущения становились невыносимыми, Ричарду хотелось большего, хотелось обладать им, быть ближе, стать единым целым. И, не вынеся больше ни единой секунды, он достал свои пальцы. Не успел Гэвин сказать и слова, как Ричард уже успел прижаться к бёдрам и начал медленно входить. — Чёрт тебя дери, Ричи, — простонал Рид. — Где же ты был раньше… И его голос утонул в срывающемся с губ стоне. Ричард же плавно продолжал входить всё глубже и глубже, пока не оказался полностью внутри. Дав немного отдышаться, Ричард начал медленно раскачиваться, постепенно набирая темп. Каждое движение разливалось жаркой волной по всему телу. Дыхание Рида сбивалось, учащаясь, становилось рваным, и Ричард это чувствовал. От одной только мысли, что сейчас его любимому настолько же хорошо, как и ему самому, хотелось стать ещё ближе. Ричард двигался всё быстрее и размашистее, подчиняя своему ритму такое податливое и требующее ласки тело. Бёдра Гэвина двигались в такт движениям, шлёпая влажной кожей об искусственный скин. И в этом было нечто потрясающе уникальное, нечто, что сводило с ума. Рид не мог больше сдерживаться: слишком много ощущений, чувств и желаний слились воедино. Он напрягся всем телом и выгнулся, издавая расслабленный стон, уносящий его в момент такого желанного наслаждения. Ричард почувствовал, как между ними становится мокро, белёсая жидкость покрывает его скин. Он толкнулся ещё пару раз, размашисто, грубо, и растворился в своих ощущениях. Ричарду показалось, будто весь мир остановился, время замерло. И он впервые почувствовал, что счастлив. Через какое-то время он скатился и упал рядом с Гэвином. Тот повернулся к нему, на лице сияла милая улыбка. Ричард улыбнулся ему в ответ, притягивая ближе к себе и увлекая в ленивый, тягучий поцелуй.***
Утро просачивалось в комнату ленивыми редкими солнечными лучами, уже совершенно не греющими, но приятно ласкающими очертания предметов. Гэвин спал на спине, заложив руку за голову. Он мирно посапывал, повернув голову вбок. Ричард не спал, да ему и не нужен был отдых. Он просто лежал рядом и наблюдал, как его человек отдыхает от мирских забот в объятиях Морфея. Торопиться было некуда, начинались очередные выходные, чему Ричард безмерно радовался. Не нужно было никуда идти, ничего делать, гоняться за плохими парнями по всему городу. Можно было просто развалиться на кровати вместе с Гэвином, сгребая его в свои объятия и наслаждаясь течением времени. Тем более, теперь, похоже, они будут проводить ещё больше времени вместе, возможно, даже съедутся. Ричард улыбнулся своим мыслям и прикоснулся к упавшей на лоб пряди волос всё ещё спящего Гэвина. Тот слегка поморщился, касаясь лба своей рукой, но так и не проснулся. Какое-то время Ричард лежал и просто наблюдал, но потом подумал, что завтрак в постель может принести гораздо больше позитивных эмоций. Поэтому он осторожно слез с кровати и направился в сторону кухни, прикрывая за собой дверь спальни. Ричард умел просчитывать всевозможные варианты событий и довольно часто пользовался своими преимуществами, пока жил у Камски. Однако никогда не думал, что однажды один из этих просчитанных до мелочей вариантов может оказаться правдой. Но вот он, прямо сейчас, находится на кухне своего любимого в попытках найти что-то съедобное и приготовить незамысловатый завтрак. Из съедобного на кухне отыскались тосты, пара ломтиков колбасы и сыра. Что ж, будет мини-пицца. Не так уж и полезно, но это был вкус его детства. Точнее сказать, их детства. Ричард вспомнил, что они частенько готовили незамысловатую еду из того, что было в холодильнике, на скорую руку, и улыбнулся. А когда всё было готово, и Ричард приоткрыл дверь в спальню, занося поднос с едой, Гэвин уже не спал. — Доброе утро, — Ричард подошёл и поставил перед Ридом свежесваренный кофе и парочку всё ещё дымящихся мини-пицц. — Доброе, — Гэвин похлопал ладонью рядом с собой, прося Ричарда присесть. — Побудешь рядом? — Конечно, Гэв, — Ричард примостился неподалёку, наваливаясь на спинку кровати. — Я так испугался, что тебя нет рядом. И то, что было вчера, всего лишь сон… — Рид положил голову на плечо. — Но потом услышал звуки на кухне. И спасибо за завтрак, кстати. — Боялся, что я уйду? — усмехнулся Ричард. — Нет, боялся, что тебя вовсе не существует, — голос Рида сделался грустным, а рука нашарила чужую руку. — Боялся, что всё, что произошло, было лишь сном. — Но я здесь, с тобой, Гэв, — Ричард осторожно притянул его к себе, обнимая. — Ричи… — Гэвин приподнял голову, чтобы заглянуть в уже ставшие родными голубые глаза. — Ш-ш-ш, — Ричард приложил палец к его губам и заговорил. — Я знаю, что это не самая приятная тема с утра, но я хочу попросить прощения. Прости меня, что сделал тебе больно. Прости, что не смог сказать ничего ещё тогда, двадцать лет тому назад. Мне было так же трудно, как и тебе, Гэв. И я хотел умереть, много раз хотел умереть. Но потом я нашёл причину, чтобы жить. — Ричи… — снова сорвалось с губ Гэвина, а глаза наполнились печалью. — Мне так жаль. Я должен бесконечно быть благодарен этой причине, что ты здесь, со мной. — О, Гэв, — Ричард наклонил голову и поцеловал его в висок. — Эта причина — ты. Благодаря тебе я всё ещё жив. Гэвин сжал его руку ещё сильнее, приподнялся и поцеловал мягкие, тёплые, самые родные в мире губы. Теперь он не упустит своё счастье. Больше никогда. — Люблю тебя, Ричи, — и эти слова говорили гораздо больше любых поступков. — Спасибо, что дождался и принял меня, — прошептал в ответ Ричард. — Я люблю тебя, Гэв. Потом он вспомнил, что завтрак стынет, и улыбнулся, добавляя: — Ешь, а то остынет. Гэвин выскользнул из объятий и повернулся в сторону подноса с едой. — Слушай, а как же соглашение? —вдруг всплыла мысль в его голове. — Не волнуйся, я уже всё уладил, Элайджа не против. К тому же, скоро нас всех ждёт новая эра людей-андроидов. —Я был бы не прочь стать андроидом ради тебя, — Гэвин откусил кусочек, запив кофе. Ричард улыбнулся в ответ, взъерошивая и без того лохматые после сна волосы Рида. То, что приготовило им будущее, ещё предстоит выяснить, а пока что стоит наслаждаться тем, что у них есть. А есть у них солнечное утро, длинные выходные и они сами.
