Назад пути не будет

Джисон ощутил властное тело Минхо, нависшее над ним. Крепкие руки скользили по его талии, поднимаясь к груди, оставляя горячие следы. Губы Минхо впились в его шею, целуя с такой страстью, что Джисон не мог сдержать стон. Его тело извивалось под Минхо, подчиняясь нахлынувшим ощущениям. Он чувствовал, как его губы приоткрываются в беззвучном зове, в мольбе о большем, о том, чего он сам еще не мог до конца осознать. - Минхо... Властные руки Минхо, теперь скользящие по его бедрам, пробуждали в нем бурю эмоций. Каждый новый поцелуй, каждая новая ласка были как искра. Он чувствовал, как его собственное тело начинает отвечать, как оно ищет прикосновений, как оно жаждет этой близости, этой страсти, которая исходила от Минхо. - Минхо...

***

Хан резко распахнул веки, и реальность обрушилась на него с оглушительной ясностью: всё было лишь сном. Сердце заколотилось в груди, отдаваясь паникой. Сон был настолько живым, настолько осязаемым, что казалось, будто он пережил его наяву. Неужели собственное подсознание решило сыграть с ним столь жестокую шутку? Он повернул голову в сторону Минхо и увидел лицо Минхо, спящее совсем близко. Его черты смягчились во сне, дыхание стало чуть глубже, а рука, обнимавшая Хана, всё ещё лежала на его талии. Хан осторожно попытался высвободиться. На этот раз Минхо не сопротивлялся, лишь тихонько вздохнул и перевернулся на спину, оставляя Хана наедине с его собственными мыслями и всё ещё ощутимым теплом на коже. Он сел на кровати, чувствуя лёгкую дрожь в руках. В голове роились вопросы, на которые не было ответов. Что означал этот сон? Было ли это просто случайностью, игрой подсознания, или в этом было что-то большее? Хан не знал. Он взглянул на спящего Минхо. Его лицо казалось таким уязвимым, таким далеким от той уверенности, которую он обычно излучал. Хан встал, стараясь двигаться бесшумно. Он подошёл к окну и выглянул наружу. Город только начинал просыпаться. В мыслях всплывали отрывки сна. Подсознание, как известно, не лжёт, оно лишь говорит на своём, порой непонятном языке. Он провёл рукой по своей талии, где ещё ощущалось легкое давление пальцев Минхо. Это прикосновение, пусть и неосознанное, оставило след, не только физический, но и эмоциональный. Он встал и подошёл к стулу с одеждой, чтобы переодеться, стараясь не шуметь. Одевшись, он взял проверить свой телефон, и на экране возникло сообщение от Хёнджина. -Хёни- Привет, Хан! Как у вас там дела? Удалось найти кузена Минхо? ~Han~ Привет, Хёнджин. Пока всё спокойно. Его вчера не было дома, и, честно говоря, это, наверное, к лучшему. Мы понятия не имеем, как бы Минхо отреагировал. Сегодня снова отправимся к нему. -Хёни- Понятно. А как у вас с личным? ~Han~ Мы остановились в отеле, и, представляешь, осталась только одна комната. Пришлось делить одну кровать. И твой друг, оказывается, очень любит обниматься во сне. -Хёни- Ахах! Ну, признайся, тебе ведь понравилось? Хан мысленно выругался: "Вот засранец!" - и продолжил печатать. ~Han~ К этому всему он ещё и разбудил меня весьма ощутимым шлепком по заднице. Рука у него тяжёлая. -Хёни- О, это так похоже на Минхо! Ты знаешь, что это значит, когда он так себя ведёт? ~Han~ И что же это значит? -Хёни- Это значит, что он больше не видит в тебе чужого человека. Он так ведёт себя только с теми, кто ему по-настоящему близок. Слова Хёнджина заставили Хана задуматься. Сердце забилось быстрее, а на губах появилась невольная улыбка. ~Han~ Хорошо, буду держать тебя в курсе. -Хёни- Договорились. До скорого! Когда он уже собирался выйти из комнаты, Минхо тихонько застонал во сне и повернулся, уткнувшись лицом в подушку. Хан замер, наблюдая за ним. В этот момент он почувствовал нечто похожее на нежность, смешанную с тревогой. Он вышел из комнаты, оставив Минхо наедине с его снами. Выйдя на шумную улицу, он вздохнул, чувствуя, как напряжение медленно отступает. Улицы Лас-Вегаса казались пульсирующим сердцем, бьющимся в унисон с неоновыми огнями. Воздух был пропитан смесью ароматов - сладковатый запах парфюма, терпкий дым сигар и что-то неуловимо металлическое. Он шел, не разбирая дороги, позволяя потоку людей и машин уносить его куда-то вперед. Каждый шаг отдавался легким эхом в его сознании, словно пытаясь заглушить внутренний диалог, который он так старательно избегал. Впереди маячили силуэты казино, их фасады сверкали обещаниями удачи и забвения, маня толпы в свои лабиринты азарта. Едва уловив дразнящий аромат свежей выпечки, он почувствовал, как внутри что-то сжалось. Взгляд его остановился на пекарне, откуда исходил этот восхитительный запах. Он взял круассаны и два стакана капучино. Хан не любил кофе, но сегодня им овладело желание попробовать что-то новое, приоткрыть завесу тайны над тем, что ощущает Минхо, когда наслаждается им. Он осторожно взял пакет, ощущая тепло, проникающее сквозь тонкий картон, и представил, как Минхо, с довольным выражением лица, мог бы смаковать этот напиток. Он вернулся в отель. Открывая дверь, он увидел, что Минхо всё ещё спал, но, услышав шум двери, проснулся. Хан поставил пакет на стол, и аромат свежеиспеченных круассанов, смешиваясь с едва уловимым запахом кофе, наполнил комнату. Минхо, ещё полусонный, приподнялся на локтях, его глаза, ещё затуманенные сном, сфокусировались на Хане, а затем скользнули к пакету. - Просыпайся, сосед, - задорно сказал Хан. - Я выходил немного прогуляться и не смог пройти мимо выпечки. - Серьёзно? - подошёл тот к столу, и взгляд задержался на Хане на мгновение дольше обычного. На его губах появилась лёгкая, едва заметная улыбка, которая, казалось, говорила больше, чем любые слова. Минхо сделал первый глоток. Хан затаил дыхание, внимательно следя за выражением его лица. Он увидел ту самую картину, которую сам себе нарисовал: полное наслаждение, блаженство. - Боже! Как вкусно! - восторженно произнёс Минхо. - Ты лучший! Он посмотрел на Хана, и в его взгляде читалось любопытство. - Ты же не любишь кофе. - Нет. Я не люблю кофе. Но сегодня... я захотел понять, что ты в нём находишь. - Тогда попробуй. Может быть, тебе понравится, - он снова улыбнулся. Хан отпил глоток, и это было не просто наслаждение вкусом, это было ощущение чего-то общего, чего-то, что он разделял с Минхо. Он посмотрел на Минхо, который наблюдал за ним. В этот момент Хан понял, что дело было не только в кофе. Дело было в желании понять, в стремлении разделить что-то, что казалось важным для другого. - Ну как? - с живым интересом в голосе поинтересовался Минхо. - Это действительно превосходно, - прозвучал искренний комплимент. - А ты всё чай, чай, - с лёгкой усмешкой заметил Минхо. - Хорошо, - согласился Хан. - Когда мы вернёмся, ты приготовишь мне свой фирменный кофе. - Договорились, - подмигнул ему Минхо, словно заключая важную сделку. - Пока у нас есть свободное время, не хочешь попробовать свои силы в бильярде? Ты ведь умеешь играть? - спросил Минхо, откусывая аппетитный кусок от хрустящего круассана. - Нет, я никогда не играл, - с искренним удивлением ответил Хан. - Но я бы с удовольствием попробовал. - Отлично! Тогда я буду твоим первым учителем, - глаза Минхо блеснули озорством. - Пойдем, я знаю отличное место неподалеку, там и столы хорошие, и атмосфера подходящая. - Ты там уже был? - Да, - кивнул он головой.

***

Они вышли из отеля, и Минхо уверенно вёл Хана по знакомым переулкам, рассказывая по пути забавные истории из своей юности, связанные с бильярдом. Хан слушал с интересом и чувствовал лёгкое волнение, предвкушая новое приключение, и благодарность к Минхо за его готовность поделиться своим увлечением. Наконец, они подошли к неприметной двери с вывеской "Бильярдный клуб 'Золотой Шар'". Внутри царил полумрак, смешанный с запахом дерева и легким ароматом сигар. Несколько столов были заняты, слышался приглушенный стук шаров и тихие разговоры. Минхо выбрал один из свободных столов, расположенный в более уединенном углу. Он подошел к стойке, заказал два напитка и попросил принести кии. - Вот, держи, - сказал Минхо, протягивая Хану кий. Он был тяжелее, чем Хан ожидал, и казался продолжением руки. - Попробуй почувствовать его вес, как он лежит в руке, - продолжал Минхо. Хан взял кий, неуверенно перехватывая его. Минхо терпеливо показал ему, как правильно держать руку, как ставить ее на стол для опоры, как двигать кий вперед и назад. - Не торопись, - мягко советовал он. - Главное расслабиться и сосредоточиться. Первые попытки Хана были неуклюжими. Кий дрожал в его руках, шары разлетались в разные стороны, часто не попадая в лузу. Но Минхо не смеялся, он лишь подбадривал его, показывая снова и снова, как правильно прицелиться. - Видишь? Чуть больше наклона, вот так. И удар должен быть плавным, а не резким. Хан старался изо всех сил, чувствуя, как напрягаются его мышцы, но и как постепенно приходит понимание. Но всё ещё не получалось. И тогда Минхо оказался сзади. Протянув руки, Минхо уверенно положил свои ладони поверх рук Хана, направляя движение кия. Его прикосновение было лёгким, но ощутимым, словно он передавал не только физическую опору, но и часть своего собственного мастерства. Хан чуть напрягся, ощущая его дыхание около уха. - Вот так, - прошептал Минхо, его голос был тихим, почти интимным, но отчётливо слышимым над приглушённым гулом бильярдной. -Чувствуешь, как кий становится единым целым с тобой? Не борись с ним, позволь ему вести тебя, - сказав это, он отстранился. И вот, после нескольких десятков неудачных попыток, один из шаров, медленно, но верно, покатился и с приятным щелчком упал в лузу. Глаза Хана загорелись радостью. - Получилось! - воскликнул он, поворачиваясь к Минхо и схватив его за плечи. Улыбка Минхо была тёплой, отражая искреннюю радость за друга. Он кивнул, его взгляд задержался на лице Хана, на том, как свет бильярдной лампы играл в его глазах, полных восторга. Хан отстранился, и как ни в чём не бывало, развернулся и сделал ещё один удар. На этот раз движение было более плавным, интуитивным. Шар снова покатился, на этот раз с большей скоростью, и с тем же удовлетворительным звуком отправился в лузу. Он почувствовал, как напряжение, которое сковывало его раньше, начало рассеиваться, уступая место лёгкости и предвкушению. Каждый следующий удар становился увереннее, каждый шар, попадающий в лузу, приносил не только радость, но и глубокое удовлетворение от собственного прогресса. - Выпьем чего-нибудь? - воодушевлённо спросил Хан, глядя на Минхо. - Давай, - кивнул Минхо. За стойкой, освещённой мягким светом, мерцали бутылки с разноцветными напитками. Хан, с присущей ему живостью, жестом указал на что-то в меню, его глаза загорелись предвкушением. Минхо, более сдержанный, но не менее заинтересованный, наблюдал за его выбором, слегка улыбаясь. Бармен, с ловкостью опытного мастера, начал смешивать ингредиенты, создавая ароматные коктейли, которые вскоре оказались перед ними. - Это было круто, - Хан откинулся на спинку высокого стула. - И почему же я раньше не играл в бильярд? - Наверное, потому что не было меня? - с ухмылкой сказал Минхо. Хан рассмеялся, его смех был звонким и искренним. - Возможно, - согласился Хан, его взгляд скользнул по лицу Минхо. - Ты так легко объясняешь, будто сам родился с кием в руке. - Это просто практика, - сказал он, его голос был тихим, но в нём чувствовалась уверенность. - И немного интуиции. Ты же сам сказал, что это круто. А когда что-то нравится, то и учишься быстро. Главное - не бояться ошибаться. Каждая промашка - это урок. - Да, ты прав, - кивнул Хан. - Здесь всё так просто и понятно. Удар, движение, результат. Никаких лишних мыслей. Минхо улыбнулся, его глаза блеснули в полумраке бильярдной. - Именно, - подтвердил Минхо. - Это и есть прелесть таких моментов. Просто наслаждаться процессом. И, конечно, побеждать. Он подмигнул Хану, и тот почувствовал, как они стали ближе. - Минхо! - послышался приятный голос за спиной. Прежде чем он успел обернуться, чьё-то тело стремительно приблизилось к Минхо, заключая его в крепкие объятия. - Люси! - с искренней улыбкой ответил Минхо, обнимая девушку в ответ за талию. - Я не ожидала тебя тут увидеть! Боже! Как я рада! - вновь заключила она его в объятия. - А я вот надеялся тебя увидеть, - подмигнул он ей. "Чёртов бабник" - Хан мысленно закатил глаза. Минхо и Люси продолжили разговор, который Хан больше не слышал, так как решил пока отойти отлить. Хан наблюдал за этой сценой, чувствуя странное смешение чувств. Радость за Минхо, который, казалось, был искренне счастлив, смешивалась с лёгкой завистью. Он не мог точно определить, что именно вызывало эту зависть – то ли теплота объятий, то ли непринуждённая близость между Минхо и Люси, то ли просто осознание того, что он сам остался в стороне. Минхо и Люси продолжили разговор, который Хан, решив ненадолго отойти в туалет, уже не слышал. Справившись с нуждами, он вернулся на своё место и обнаружил, что беседа всё ещё в разгаре. Люси, отстранившись, повернулась к нему. Её глаза, сияющие живым блеском, встретились с его взглядом, а улыбка, сохранив теплоту, приобрела нотку любопытства. - О, это мой друг, Хан, из Сеула, и по совместительству сосед, - представил его Минхо. Хан усмехнулся. - А это моя подруга, Люси, - представил девушку Хану. - Приятно познакомиться, - сказала она, протягивая руку. - Взаимно, - ответил он, пожимая её руку в ответ. - Какой у тебя милый друг, - дружелюбно сказала Люси. Познакомившись, они пересели за свободный столик и продолжили непринуждённую беседу. Люси рассказывала Хану истории их совместной с Минхо дружбы и смешные моменты. Хан слушал и поражался, насколько Минхо был весёлым и просто классным. После знакомства они переместились к свободному столику, где их непринуждённая беседа продолжилась. Люси делилась с Ханом тёплыми воспоминаниями об их дружбе с Минхо, оживляя рассказ забавными моментами. Каждое слово Люси открывало Хану Минхо с новой стороны, и он всё больше поражался, насколько же тот был весёлым и замечательным человеком. - Он меня спас от моего парня-тирана, - рассказывала она с мокрыми глазами. - Я позвонила ему и поделилась с ним, потому что больше никому не могла открыться. И он прилетел тогда и разобрался с этим делом. Она взяла Минхо за руки и посмотрела ему в глаза. Он, увидев слёзы, текущие из её глаз, заключил её в свои крепкие объятия. Хан отвернулся, пытаясь скрыть своё смятение. Он видел, как её плечи сотрясаются от беззвучных рыданий, как крепко Минхо её обнимает, словно пытаясь уберечь от всего мира. И в этот момент Хан почувствовал себя лишним, невидимым. Он вспомнил, как сам когда-то нуждался в поддержке, как искал того, кто мог бы его понять, кто бы просто выслушал, не осуждая. Но тогда рядом никого не было. А теперь, когда он нашёл такого человека, как Минхо, он видел, как тот отдаёт своё тепло и заботу другому. И это было больно. Он пытался сосредоточиться на чём-то другом, на чём угодно, лишь бы не думать о том, как сильно ему хочется оказаться на месте Люси. Хочется, чтобы его обняли так же крепко. - Кстати, - отстранилась она. - Что ты с ним сделал? После этого тот козёл меня больше не беспокоил. Я его даже больше не видела. - Не важно, - отмахнулся он. Взгляд Минхо потемнел, и Хан уловил эту перемену, ощутив холодок внутри. "Не мог же он его убить?" - пронеслось в голове. - "Нет, это было бы невозможно. Он не похож на того, кто мог бы такое сделать." - Нам пора, - Минхо поднялся, накидывая на плечи кожаную куртку. Хан последовал его примеру. - Надеюсь, я тебя ещё увижу, - на прощание Люси обняла Минхо, а затем и Хана. - Если что, пиши, звони, - ответил ей Минхо, и они с Ханом покинули бар.

***

Сев в такси, они добрались до вчерашнего адреса. Минхо снова постучал в дверь, но ответа не последовало. Его настойчивые стуки и зов привлекли внимание соседей. - Молодые люди! Что за шум? - возмутилась пожилая женщина. - Прошу прощения, - ответил Минхо. - Здесь живёт мой кузен. Я пришёл его навестить. - Так они вчера поздно ночью уехали всей семьёй, - озадаченно пояснила соседка. - Уехали? Но, может, сегодня или завтра вернутся? - Минхо словно спрашивал самого себя. - Вряд ли, - отрицательно покачала головой женщина. - Они уходили в спешке, с чемоданами. Взгляд Минхо встретился со взглядом Хана. В глазах последнего он увидел отражение собственного понимания. - Он всё понял, - прошептал Минхо, и в его голосе зазвучала неприкрытая ярость. Они вышли на улицу, и сдерживаемая злость Минхо вырвалась наружу рычанием. Казалось, он готов был разнести всё вокруг. Хан стоял рядом, чувствуя себя беспомощным, не зная, как унять эту бурю в его друге. - Чёрт! Он сбежал! - процедил Минхо сквозь зубы, чувствуя, как ярость сменяется отчаянием. -  Теперь его будет трудно найти. Плечи Минхо напряглись, кулаки сжались в невидимые комки ярости. Хан, ощутив это, подошел вплотную, его пальцы легли на напряженные плечи друга. -Минхо! - голос Хана был тверд, но полон сочувствия. - Мы найдём его. Обязательно. Но сейчас тебе нужно успокоиться, чтобы думать ясно. Пожалуйста, Минхо. Минхо глубоко вздохнул, и с этим выдохом из него словно ушла вся сила. Плечи обмякли, взгляд потух, отражая бездонную опустошённость. - Я опустошён, - прошептал он. - Я был так близок. Я так устал. Не в силах больше сдерживаться, Хан крепко обнял его. Минхо не сопротивлялся, его тело было слишком измождено. Он чувствовал, как каждый вдох даётся Минхо с трудом, словно лёгкие наполняются не воздухом, а тяжестью несбывшихся надежд. Хан прижал его сильнее, желая передать хоть частичку своей собственной стойкости, своего непоколебимого намерения. Он знал, что слова сейчас бессильны. - Мы не сдадимся, Минхо, - прошептал он, его дыхание касалось уха друга. - Мы найдем его. А пока… пока я буду рядом. Мы пройдем это вместе. С тобой, Хёнджин и Чан. В ответ Хан почувствовал, как Минхо крепко обнял его, прижимаясь ещё ближе, словно ища утешения и силы в этом объятии. Хан не отпускал, позволяя Минхо черпать из его присутствия ту опору, которая сейчас была ему так необходима. Он чувствовал, как тяжесть, давившая на плечи друга, немного отступает, уступая место чему-то более твёрдому, более осязаемому. Хан осторожно погладил Минхо по спине, чувствуя, как напряжение постепенно покидает его тело. Он не пытался ускорить процесс, не торопил. Он просто был рядом, предлагая свое плечо. Спасибо, Хан, -  прошептал Минхо, мягко отстраняясь. В его голосе звучало облегчение. - Я немного пришёл в себя. Хан выдохнул, словно сбросив невидимый груз. - И что теперь? -  спросил он, взгляд его был полон заботы. - Сейчас мне хочется только одного - напиться, - устало признался Минхо. - Но без всяких походов куда-либо. Давай вернёмся в номер и закажем что-нибудь. - Отличная мысль, - улыбнулся Хан, пытаясь разрядить напряжение. - По крайней мере, мне не придётся потом тебя в таком виде тащить.

***

Едва оказавшись в номере, Минхо почти рухнул на кровать, не снимая одежды. Он закрыл глаза, выдыхая с облегчением. - Может, сразу переоденешься? - предложил Хан, его голос звучал с легкой насмешкой. - Иначе мне придется самому раздевать твое пьяное тело. - Боже упаси! - Минхо резко вскочил, схватил свои вещи и направился в ванную. Хан лишь усмехнулся его бурной реакции. Пока Минхо, видимо, решил освежиться, Хан заказал выпивку и закуску. Заказ доставили как раз к его выходу из ванной. Он появился с мокрыми волосами, с которых стекали редкие капли воды. Тихий щелчок открываемой бутылки и терпкий аромат алкоголя, смешанный с запахом гостиничного номера, наполнили воздух. Минхо опустошал бокал за бокалом. Их разговоры, лёгкие и ни о чём, сплетались с шумом смеха, звоном стекла и ароматом закусок. Минхо крепко опьянел, язык заплетался. - Знаешь, Хан, - прошептал он, с трудом собирая мысли. - Ты ведь… хороший парень. - Только сейчас понял? - хихикнул Хан. - Нет, ещё в Сеуле, когда ты меня поддержал. Я это ценю. - Я готов тебя поддерживать и дальше, - сказал Хан. - Спасибо тебе, Хан, - Минхо благодарно, по-дружески, коснулся его ноги. Они продолжили пить, и Минхо, казалось, совсем потерял контроль. Хан смотрел на него - такого открытого, нежного и уязвимого в своём опьянении - и медленно и неуверенно приблизился. Минхо не отстранился, его взгляд был прикован к лицу Хана. Хан, восприняв это как знак и прикоснулся к его губам своими. Поцелуй был робким, но в то же время наполненным чем-то новым, чего Хан раньше не испытывал. Он почувствовал тепло губ Минхо, их мягкость, и что-то внутри него дрогнуло. Затуманенный алкоголем разум пытался осмыслить происходящее, но эмоции брали верх. Поцелуй стал глубже, увереннее. Хан закрыл глаза, отдаваясь этому неожиданному, но такому желанному моменту. Минхо отстранился, оттолкнув его. Хан открыл глаза, и их взгляды столкнулись. В глазах Минхо застыли растерянность и шок. - Хан, ты что творишь?