Назад пути не будет

Утро застало Хана в удивительно хорошем расположении духа. Он повернулся, ожидая увидеть Минхо рядом, но вторая половина кровати была пуста. Минхо уже встал и вышел. Хан не мог понять, когда именно – ночью или рано утром. Внутри него разливалось счастье, заставляя снова и снова прокручивать в голове события вчерашней ночи. Он не мог поверить, насколько кардинально изменилась его жизнь. Никогда бы не подумал, что близость с парнем может быть такой приятной. Но этот парень... он того стоил. С легкой неохотой он поднялся с манящей постели и направился на кухню. Там витал чудесный, успокаивающий аромат свежеиспеченных панкейков и крепкого кофе. Но Минхо так и не появился. Судя по тому, что в прихожей не было его обуви, его вообще не было дома. Широкая улыбка не сходила с лица Хана, пока он наслаждался атмосферой уюта и спокойствия, которую создавал этот дом. Он налил себе ароматный кофе и принялся за панкейки. Вкус был восхитительным, каждый кусочек таял во рту. Он ел не спеша, смакуя каждый момент, пытаясь запечатлеть это ощущение в памяти. Он думал о Минхо, о его руках, о его голосе, о том, как хорошо ему было рядом с ним. Прокручивая это всё у себя в голове, Хан почувствовал напряжение в штанах. Но, нужно было спешить на работу.

***

После рабочего дня Хан переступил порог квартиры, и его тут же окутал восхитительный аромат готовящегося блюда. Он поспешил на кухню и замер. Минхо, в одних лишь шортах, с обнажённой спиной, стоял у плиты, помешивая что-то в сковороде. Мышцы его спины напрягались в такт движениям, создавая завораживающее зрелище. На фоне играла "Sigrid - Everybody Knows (Mahmut Orhan Remix)", заглушая все остальные звуки, поэтому Минхо не услышал и не заметил, как вошёл Хан. Хан плавно подошёл и обнял его за торс. Минхо вздрогнул, резко повернул голову. Увидев стоящего позади Хана, напряжение в его мышцах спало, и он не отстранился. - Я не заметил, как ты пришёл, - голос Минхо был спокойным. - Конечно, у тебя тут своя дискотека, - усмехнулся Хан, чувствуя, как тепло от его прикосновения разливается по телу. - Хочешь есть? - Минхо добавил специй в блюдо. - Хочу оставить поцелуй на твоей шее, - прошептал Хан, не разжимая объятий. Голос дрожал от волнения. - И что тебя останавливает? - низкий голос Минхо сводил Хана с ума. - Не знаю... я не знаю, как ты отреагируешь, - честно признался Хан. - А ты попробуй и увидишь, - в голосе Минхо прозвучал вызов. Его губы коснулись горячей, солоноватой на вкус кожи шеи - поцелуй вышел влажным, тягучим, полным той нежности, которую он так долго сдерживал. От этого прикосновения по телу Хана пробежала не просто дрожь, а настоящая волна экстаза, в которой облегчение было лишь одним из оттенков наряду с торжеством и обжигающим желанием. Он инстинктивно сжал объятия, вжимаясь всем телом в широкую спину, словно пытаясь стереть последние миллиметры воздуха между ними. - Какие планы на сегодня? - поинтересовался Минхо, выключая плиту. - Сначала на работу, - Хан отстранился и сел за стол. - Потом мне нужно вечером встретиться с Суён. - С Суён? - Минхо на секунду замер, но не обернулся, выкладывая блюдо в тарелки. Отчего-то Хан почувствовал себя виноватым перед Минхо. Сказать ему о встрече с девушкой, с которой он всё ещё не расстался, казалось странным, хотя планировал сделать это сегодня. Их отношения никогда не были похожи на отношения других пар. Хан не чувствовал любви, лишь симпатию. И только. И он хотел быть честен с ней. Но должен ли он чувствовать вину? За что?  У них с Минхо не было никаких определённых отношений. Сложно было назвать это хоть чем-то. - Я хочу поставить точку в наших отношениях, - Хан чувствовал, что должен сказать об этом Минхо. - Они у нас и так держались на ниточке. Я ждал подходящее время, но я не думаю, что оно будет. Минхо поставил перед ним тарелку с дымящимся омлетом. - Ешь, пока не остыло, - голос был ровным. Он поднял глаза на Минхо, который уже садился напротив, и попытался улыбнуться. - Спасибо, - пробормотал Хан, беря вилку. Он чувствовал, как неловкость повисла в воздухе. - А у тебя какие планы? - Съезжу к Чану, - ответил он. - Он связался с людьми из Лас-Вегаса. Они следят за домом кузена, и на днях его видели. Но он опять пропал. В общем, обещали выследить. - Что будешь делать, когда выследят? - спросил Хан. - Я полечу туда и покончу с ним, - Минхо напрягся, его голос стал жёстче. - Я полечу с тобой, - выпалил Хан, не раздумывая. - Тебе не нужно, - Минхо поднял на него взгляд. - Ты не обязан. - Но я не хочу, чтобы ты один со всем этим справлялся, - настаивал Хан. - Я не буду один, - продолжая есть ответил Минхо. - Со мной полетит Чан. Сердце Хана сжалось. Острый укол ревности пронзил его от сердца до виска, заставляя всё тело напрячься. Хан не понимал, почему эта дружба с Чаном так его раздражала. Он просто не хотел, чтобы Минхо летел с Чаном. Минхо, казалось, не заметил его реакции или, по крайней мере, сделал вид. Он спокойно продолжил есть, словно ничего не произошло. Хан же чувствовал, как внутри него закипает что-то горячее и неприятное. Он сжал вилку в руке, пытаясь унять раздражение. Он не мог настаивать на том, что полетит с ним, или сказать прямо, что не хочет, чтобы тот летел с Чаном без него. Не мог потому, что крепких отношений у них с Минхо не было. Чёрт! Хан осознал, что никогда так не ревновал. Это начинало раздражать. - Мне нужно торопиться, - Хан резко поднялся и вышел из кухни. Он собрался и поспешно вышел из квартиры. Всю дорогу, сидя в такси, он нервно хрустел пальцами и прокручивал их утренний диалог в голове. Он позвонил Хёнджину, и тот согласился на встречу. Хан хотел поделиться своими переживаниями. И вот спустя пятнадцать минут он сидел на кухне у Хёнджина. - Я сказал ему, что тоже полечу с ним, но он отказался, - возмущённо жаловался Хан, сжимая кулаки. - Говорит, что Чан будет с ним. - А что в этом такого? - искренне удивился Хёнджин, склонив голову. - Не знаю... Может, это мой эгоизм, - устало выдохнул Хан, отводя взгляд. - Я просто не хочу, чтобы он летел с Чаном. - Ты ревнуешь к Чану? - Хёнджин нахмурился, его голос стал серьёзнее. - Мы же уже обсуждали, Хан. - Хёнджин, я не могу ничего с собой поделать, - простонал Джисон, закрывая лицо руками. - Но ведь у вас всё хорошо? - осторожно поинтересовался Хёнджин, пытаясь понять. - Вы же признались во взаимном влечении. Живёте вместе, едите, проводите вечера и спите ночью... - Да, но это не что-то серьёзное, - Хан пожал плечами, словно оправдываясь. - Это то, что пройдёт. - Хан, перестань накручивать себя и успокойся, - убеждал Хёнджин. - С Чаном они друзья, и полетит он с ним потому, что его знакомые помогают в деле с кузеном. - Я это всё понимаю, - выдохнул Хан. - Но они так много времени проводили вместе, и Минхо ещё недавно жил у Чана. - Если бы Минхо жил у меня, ты бы так же реагировал? - бровь Хёнджина изогнулась. - Нет, - коротко и резко ответил Хан. - Тогда дело в Чане? - Чан наш друг, и я его уважаю, - пробормотал Хан. - Но, да, есть у меня ощущение, что он к Минхо испытывает нечто скрытое. - Брось, Хан, - отмахнулся Хёнджин. - Нет ничего подобного. - Ладно, посмотрим, - Хан перестал спорить, но остался при своём мнении.

***

Хан утомился бумажной волокитой и вышел из кабинета, направляясь к зоне с кофе. Кофемашина наполняла стакан ароматным кофе, пока Хан прикрывал ладонью зевок. - Привет, - раздался басистый голос сзади. Хан вздрогнул от неожиданности и обернулся. - Бессонница? - Привет, - ответил Хан, забирая стакан с кофе. - Нет, просто утомился. - Понимаю, - улыбнулся Феликс. - Сегодня какой-то тяжёлый день. - Наверное, из-за погоды, - отпил глоток кофе Хан. - Как парни поживают? - Феликс поставил стакан под кофемашину. - Давно не видел никого. - Нормально, все заняты своими делами, - пожал плечами Хан. - Минхо собирается лететь? - Хан поперхнулся от неожиданного вопроса. - Куда? - с недоверием спросил Хан. - В Лас-Вегас, - Феликс невинно проморгался. - В прошлый раз вы туда летали помнится, по каким-то делам. Хан насторожился и серьёзно задумался. Зачем Феликсу спрашивать ни с того ни с сего про полёт Минхо в Лас-Вегас? Зачем ему это? И с чего решил что ему нужно? Почему сейчас? Ведь никто ни о чём не говорил. Ведь об этом знали только он сам, Хёнджин и Чан. И Хан уверен, ни один из них не стал бы трепаться. - Вроде не собирается никуда, - Хан решил испытать удачу. - А что? - Нет, ничего, - пожал тот плечами. - Никогда там не был. Какой он, Лас-Вегас? - Там красиво, - мечтательно ответил Хан. - Атмосфера совсем иная. - Ладно, пойду трудиться, - улыбнулся Феликс. Хан взял себе на заметку рассказать о разговоре с Феликсом Минхо. Что-то не давало ему покоя. Хан позвонил Суён и предложил встретиться. Он выбрал новое кафе в другом районе - попытка начать разговор на нейтральной территории, подальше от привычных мест, где всё дышало их отношениями. Они пили горячий кофе и говорили о пустяках, но напряжение висело в воздухе, готовое вот-вот прорваться. - Суён, - выдохнул Хан, и в этом выдохе было столько невысказанной боли, что она невольно напряглась. Он мучительно подбирал слова, боясь сделать ей больно.  - Ты собираешься с духом так, будто хочешь расстаться, - усмехнулась она, стараясь перевести всё в шутку, но в её смехе послышалась горчинка. Хан вздрогнул, будто она вслух прочла его мысли. Её слова, словно стрела, попали точно в цель. Суён продолжала улыбаться, не подозревая, что это не шутка, а реальность, готовая обрушиться на неё. - Что? - выпрямилась она, улыбка сползла с её лица. - Ты серьёзно? Мы расстаёмся? - Суён, - он осторожно накрыл её ладони своими, чувствуя, как мелко дрожат её пальцы. - Ты невероятно добрая, светлая. Ты заслуживаешь настоящей, глубокой любви. Пожалуйста, просто выслушай меня. Её глаза, обычно сияющие, теперь наполнились влагой, которая грозилась вот-вот пролиться. Она молчала, не в силах отвести взгляда от его лица, словно пытаясь найти в нём ответ на незаданный вопрос. - Ты мне нравилась, - тихо начал Хан, его голос срывался. - Ты нравишься мне и сейчас. Но, Суён... между нами нет той самой любви. Нет искры, нет страсти... - Как нет страсти? - перебила она его дрожащим голосом. - Буквально неделю назад мы... в гостинице... что это тогда было, Хан? Хан закрыл глаза, и перед ним всплыл тот день. Прикосновение Минхо, вспышка гнева и ревности, когда тот ушёл с другой, и острая, животная потребность в разрядке, для которой Суён оказалась просто рядом. Стыд обжёг его лицо. Он использовал её, а теперь пытался расстаться. - Суён… прости, - его голос стал почти беззвучным. - Я не должен был тогда… - У тебя кто-то есть? Другая? - спросила она ровно, почти безжизненно, и этот тон был страшнее любых истерик. Хан посмотрел ей в глаза. Врать дальше было нельзя. - Я понял, что мне нравятся парни, - произнёс он, и эти несколько слов повисли в воздухе, заглушая тихую музыку кафе. Суён замерла, перестав дышать. - Парни? - эхом отозвалась она, медленно высвобождая свои руки из его хватки. - Я... я чувствовала, - заговорила она, глядя в одну точку на столе, словно разговаривая сама с собой. - Чувствовала, что между нами чего-то нет. Боже, Хан... - она подняла на него пустые глаза. - Мне сейчас так больно... Мне нужно... переварить это. Мы поговорим в другой раз? - Конечно, - кивнул он, чувствуя, как тяжесть в груди становится невыносимой. - Суён, я искренне желаю тебе счастья. Пожалуйста, постарайся понять. - Хан, - она поднялась, движения её были механическими, словно у марионетки. - Я просто должна побыть одна. Я напишу. Девушка накинула на себя верхнюю одежду, её взгляд был пустым, и вышла из кафе. Хан остался, провожая её взглядом, пока она не скрылась за дверью. На душе он почувствовал странное смешение боли и облегчения. Боль от того, что пришлось причинить ей страдания, сообщив о разрыве, и облегчение от того, что наконец-то рассказал правду и освободился от гнетущей тайны. Хан опустил голову, его взгляд упал на остывшую чашку кофе. Ему хотелось поскорее уйти отсюда, от этих стен, пропитанных недавним разговором, от этого места, которое теперь навсегда будет ассоциироваться с болью Суён.

***

Когда Хан вернулся домой,  Минхо уже был там. Он на кухне кормил котов. Он вошёл на кухню, и они с Минхо молча кивнули друг другу. Хан сел на диванчик, и к нему тут же подбежал один из котов и прыгнул к нему на колени. Он улыбнулся и принялся гладить его. Возвращение домой для Хана означало увидеть Минхо. Тот уже был на кухне, погруженный в заботу о котах. Хан вошел, и их молчаливое приветствие выразилось в коротком, понимающем кивке. Хан опустился на диванчик и почти мгновенно один из пушистых обитателей дома запрыгнул к нему на колени. Хан нежно улыбнулся и принялся ласково гладить его. - Всё нормально? - спросил его Минхо, внимательно вглядываясь в лицо Джисона. - Да, - выдохнул Хан. - Я встретился с Суён и сказал, что хочу расстаться. - Как она отреагировала? - голос Минхо был успокаивающим. - Сказала, что ей нужно время, чтобы всё уложить всё в голове, - Джисон потёр висок. Минхо понимающе кивнул, его взгляд скользнул по напряженному профилю Хана. Он налил в миски воду для котов и присел рядом с Джисоном. - А ты сам, как? - спросил он, стараясь не давить. - И тяжело, и легко, - признался Хан, его голос был глухим. - Но я думаю, что всё правильно сделал. Они сидели в тишине, каждый погруженный в свои мысли, пока тишину не нарушил Хан. - Кстати, видел сегодня Феликса, - вспомнил Хан, словно что-то внезапно пришло ему в голову. - Он спросил у меня, не собираешься ли ты в Лас-Вегас. - С чего это вдруг? - нахмурился Минхо, в его глазах мелькнуло подозрение. - Он сослался на то, что мы ранее обсуждали. Но я не понял почему сейчас он спросил? Ему ведь  никто ничего не говорил? Другие не в курсе что ты полетишь туда. Кроме Хёнджина и Чана. - Нет, они ничего не скажут, - задумчиво произнес Минхо, его взгляд ушел в пустоту. - Мне нужно узнать о Феликсе больше. Что-то не так. - Согласен, - кивнул Хан, его брови сошлись на переносице. - На работе должны быть его данные, я завтра просмотрю их. - Хорошо, - Минхо окинул его внимательным взглядом. - Спасибо, Хан. - Можно будет попытаться разговорить его на днюхе Хёнджина, - Хан положил руку на плечо Минхо, слегка сжав. - Нужно будет попробовать, - согласился Минхо, голос был напряжённым. - Ладно, - поднялся Хан. - Я в душ. - Помощь нужна? - Минхо заиграл бровями, - Ну, там спинку потереть.  - Я справлюсь, - усмехнулся Хан. - Нет, я всё же помогу, - с этими словами Минхо поднялся и сделал несколько шагов к Хану с ухмылкой на лице. - Нет! Нет! Нет! - Хан пулей метнулся в ванную и заперся. - Расслабь свои булки, - донёсся смех Минхо сквозь дверь. - Я пошутил. - Ага, с тобой расслабишься, - выдохнул Хан, прислонившись к двери и рассмеялся. - Ну, если что, всё равно зови, - всё ещё весело крикнул Минхо. - Минхо! - теперь Хан смутился. За дверью наступила тишина, и Хан расслабился. Он снял с себя одежду и встал под душ. Тёплая вода смывала усталость и напряжение сегодняшнегодня, унося с собой тревоги и сомнения. Хан закрыл глаза, позволяя струям массировать его плечи и спину. Он чувствовал, как каждый мускул расслабляется. Джисон оделся и вышел, направляясь в свою комнату, но, заметив в гостиной Минхо, перестроил свой маршрут. Минхо уже смотрел какой-то фильм, сидя на диване в расслабленной позе. Ни секунды не раздумывая, Хан вошёл в гостиную и опустился рядом, чувствуя тёплое присутствие. - Что смотришь? - спросил Хан, наклоняя голову. - Что-то новое. Посмотрим вместе? - предложил Минхо. - Давай, - согласился Хан. - Всё равно пока что не хочу спать. Минхо поднял на него взгляд и улыбнулся. Ощущая, как эта улыбка разливает по телу приятное тепло, Хан ответил ему такой же искренней улыбкой. Экран мягко озарял комнату, отражая мерцающие тени на лицах. Звуки фильма вплетались в тишину, создавая атмосферу уюта и спокойствия. Минхо рядом казался особенно близким, словно их присутствие друг для друга было естественным продолжением этого вечера. Время словно замедлилось, позволяя им просто быть вместе, не требуя слов и объяснений. Хан снова посмотрел на Минхо, затем опустил голову ему на колени. Минхо тут же запустил пальцы в его волосы, нежно перебирая пряди. По коже Хана пробежала лёгкая дрожь, отзываясь на прикосновение. Он чувствовал тепло тела Минхо, его ровное дыхание, которое стало для него успокаивающим ритмом. Хан прижался чуть сильнее, вдыхая едва уловимый аромат Минхо, который стал для него символом безопасности и покоя. Он чувствовал, как сердце бьется в унисон с сердцем Минхо, создавая гармонию. Он не думал о будущем, не вспоминал прошлое, он просто наслаждался этим настоящим, когда мир вокруг сузился до размеров их двоих. Джисон почувствовал, как закрываются глаза, унося его в сон. Он почувствовал, как опускается на мягкое облако, и чуть приоткрыл глаза. Минхо перенёс его в комнату. Уложив его на кровать, Минхо отстранился, собираясь выйти, но Хан схватил его за запястье, и Минхо замер. - Не уходи, - сонно пробормотал Хан. - Ложись со мной. Он чуть отодвинулся, приглашая его, и, немного поколебавшись, Минхо опустился и устроился рядом. Мягкость одеяла окутала их обоих. Джисон, еще не до конца осознавая реальность, прижался к теплому боку Минхо, закинув руку ему на грудь. Он чувствовал, как ровное дыхание успокаивает его. Веки снова начали тяжелеть, но на этот раз это было приятное, убаюкивающее ощущение.

***

Утро наступило мягко, без резких звуков и яркого света. Джисон проснулся первым, но не открыл глаз, наслаждаясь ощущением тепла и близости. Его голова покоилась на груди Минхо. Он чувствовал руку Минхо на своей талии, чувствовал его запах.Он чуть пошевелился, и Минхо издал тихий, сонный вздох, прижимая его к себе чуть крепче. Это движение было таким естественным, что Джисон улыбнулся, не открывая глаз. Он чувствовал, как его сердце наполняется нежностью, такой сильной, что она почти ощущалась физически. Он открыл глаза, и медленно поднял голову, посмотрев на Минхо, спящего рядом. Его ресницы чуть подрагивали, губы были слегка приоткрыты. Джисон осторожно протянул руку и провел пальцем по щеке Минхо. Тот снова вздохнул, но не проснулся. Джисон задержал дыхание, боясь нарушить этот момент. Он мог бы лежать так вечно, просто наблюдая за ним, чувствуя его тепло, его присутствие. Джисон закрыл глаза снова, прижимаясь к Минхо еще крепче. Он не хотел, чтобы этот момент заканчивался. - Ты не собираешься вставать? - послышался ухмыляющийся голос Минхо. - Нет, - Хан обнял его крепче. Рука Минхо поднималась и опускалась по спине, оставляя тепло. - Но я голоден, - рука сжалась на талии Хана. - Потерпишь, - сдерзил Хан и ухмыльнулся. - Потерплю говоришь? - переспросил Минхо. Рука опустилась ниже к ягодицам и резко сжала её. Джисон подскочил от неожиданности. В это же мгновение он почувствовал как тепло прилило в пах. - Эй! Ты что делаешь? - возмутился Хан, пока Минхо заливался смехом. - Прощупываю пищу, - хихикал Минхо, после чего получил лёгкий шлепок по плечу. - Ты совсем обнаглел! - Хан натянул одеяло до подбородка, пряча смущённую улыбку. - Руки распустил с утра пораньше. Минхо лишь довольно прищурился, наблюдая за реакцией парня. Его ладонь всё ещё покоилась на одеяле в опасной близости от бедра Хана. - Я же сказал, что голоден. А ты лежишь тут, держишь меня в плену своей комнаты, - Минхо подавил зевок. - Сам виноват. - Хорошо, иди ешь, - буркнул Хан, зарываясь носом в подушку. - А мне дай поспать. Минхо ничего не ответил. Вместо ответа он резко перевернулся, подминая Хана под себя. Тот ахнул, оказавшись прижатым к матрасу широкими плечами. - Минхо! - возмущенно пискнул Джисон, но руки уже сами легли на талию парня. - Ты с ума сошел? Мы же вставать собирались. - А я передумал, - прошептал Минхо, склоняясь ниже. Его губы почти касались губ Хана. - Ты же голоден, - выдохнул Хан, чувствуя, как сердце пропускает удар от такой близости. - Голоден, - согласился Минхо, и его улыбка стала шире, почти хищной. - Но, кажется, я нашел, чем перекусить прямо здесь. Хан фыркнул, закатывая глаза, но не смог сдержать ответной улыбки. Минхо наклонился, накрывая его губы поцелуем - мягким, тягучим, как утренний мёд. Руки скользнули по обнаженной спине, прижимая ближе. Телефон на тумбочке противно завибрировал, разрывая тишину. Минхо оторвался от губ Хана с явным недовольством. Минхо  потянулся к экрану. Мельком взглянул на уведомление и хмыкнул. - Это Хёнджин. Спрашивает, во сколько мы приедем к нему на дачу. - В обед, - ответил Хан. - Ему наверно нужна помощь. Сбросив звонок, Минхо спрыгнул с кровати и направился к двери. - Вставай, - приказал он. - Будешь завтракать со мной. Джисон жалобно застонал зарываясь в одеяло. - И даже не думай снова зарыться, - бросил он через плечо. - Я через пять минут вернусь и проверю. - Дьявол, - прошептал Хан в подушку, но на губах его расцвела тёплая улыбка. Он перевернулся на спину и уставился в потолок. Тело приятно ныло после вчерашнего, а в груди разрасталось что-то большое и светлое. Хан потянулся, хрустнув позвонками, и сдался - встал и поплёлся на кухню, откуда уже доносился звон посуды. Минхо стоял у плиты, помешивая что-то на сковородке. Услышав шаги, он обернулся и коротко улыбнулся: - Яичницу будешь? - Ага, - Хан забрался на стул и подпёр щёку кулаком, наблюдая за движениями Минхо. - С беконом? - С беконом, - подтвердил тот, кидая в сковороду тонкие полоски мяса. - Ты лучший! - вырвалось у Хана раньше, чем он успел подумать. Повисла короткая тишина. Минхо замер на секунду, не поворачиваясь, но его уши предательственно покраснели. - Знаю, - ответил он с ухмылкой. Хан фыркнул и закатил глаза, но тепло в груди стало только горячее. - Сделай мне кофе, - попросил он, меняя тему. - Сделай сам, - отозвался Минхо, но рука его уже тянулась к турке. - Ты же знаешь, я не умею его делать как ты, - довольно улыбнулся Хан. Хан спрыгнул со стула и подошёл к Минхо со спины, обнимая за талию и утыкаясь носом между лопаток. Минхо напрягся, но тут же расслабился, продолжая помешивать яичницу одной рукой, а второй накрывая ладони Хана. - Ты мне мешаешь, - беззлобно сказал он. - Привыкай, - пробормотал Хан в его футболку и медленно отстранился. Минхо развернулся и резко притянул его обратно, целуя в макушку. Яичница на сковороде зашипела громче, напоминая о себе. - Чёрт, - Минхо отпустил Хана и вернулся к плите, быстро снимая сковороду с плиты. - Чуть не сгорело. - Не сгорело же, - Хан снова забрался на стул, наблюдая, как Минхо ловко раскладывает яичницу по тарелкам. Минхо поставил перед ним тарелку, затем вторую - напротив. - Ешь давай, - сказал он, садясь напротив. Несколько минут они ели в тишине, но это была та самая тишина, которая не давила, а уютно окутывала. Хан поймал себя на мысли, что готов просыпаться так каждое утро. - О чём думаешь? - спросил Минхо, отпивая кофе. - О том, что надо бы купить нормальную кофемашину, - соврал Хан, чтобы не звучать слишком сентиментально. - А то ты с этой туркой мучаешься. Минхо прищурился, явно не поверив, но решил не настаивать. - Кофемашина не сделает такой кофе, - просто ответил он. - Тут секрет в руках. - В твоих руках, - поправил Хан, и щеки Минхо снова тронул едва заметный румянец. - Заткнись и ешь, - буркнул Минхо, утыкаясь в тарелку. Хан рассмеялся, довольно жуя бекон. Он обожал эти моменты - когда Минхо, обычно такой колючий и саркастичный, превращался в смущающегося парня от пары простых слов.

***

Когда Минхо и Хан добрались до места, Хёнджин уже вовсю принимал гостей. Их встретил огромный двухэтажный коттедж, выглядевший достаточно просторно для вечеринки. Внутри играл ненавязчивый плейлист, около лестницы на второй этаж разговаривало несколько гостей. Хан скользнул взглядом по незнакомым лицам и тут же заметил своих: Чан и Чанбин расположились на диване у окна. - О, а вот и опоздавшие! - Чанбин приветственно вскинул руку, когда они подошли. - Мы уж думали, вы заблудились в этом райском уголке. Чан улыбнулся и подвинулся, освобождая место. - Хёнджин говорил, вы должны были приехать пораньше. Что случилось? Минхо плюхнулся рядом с ним, устало потирая шею. - Навигатор решил, что мы любители бездорожья и грунтовок, - проворчал он. - Объезжали ямы полчаса. Хан рассмеялся и сел рядом с Минхо на подлокотник. - Зато теперь у нас есть история! А где сам именинник? Чанбин махнул рукой в сторону кухни. - Он с выпивкой разбирается. - Хёнджин, кажется, решил взять на себя роль бармена, - добавил Чан, протягивая Минхо стакан с лимонадом. - Держи, освежись. Ты выглядишь так, будто прошел пешком пол-острова. Минхо благодарно кивнул и сделал большой глоток. Хан сидя рядом наблюдал за заботой Чана к Минхо, пытаясь найти ответы на волнующие его вопросы. - Феликс с Сынмином не приехали? - спросил Хан, оглядываясь по сторонам. - Должны скоро приехать, - ответил Чанбин. В этот момент к ним вышел Хёнджин, и все начали кричать, свистеть и апплодировать, будто появилась голливудская звезда. Хёнджин смущённо улыбался. - С днём рождения, Хёнджин! - подошёл к нему Минхо и заключил в крепкие объятия. Хан повторил тоже самое. Дверь открылась и вошли ещё гости. Это был Сынмин, Феликс и Чонин. За ними последовали неизвестные им лица. Все расселись вокруг большого деревянного стола. Солнце медленно клонилось к закату, раскрашивая небо в акварельные тона. Воздух наполнился звоном бокалов, смехом и ароматом цитрусов от коктейлей Хёнджина. Хан, откинувшись на спинку стула, наблюдал за этой картиной. Минхо рассказывал что-то увлеченное Чану и Чонину, активно жестикулируя. Феликс сидел рядом с Сынмином, слушая спор Чанбина и Хёнджина о том, какой фильм смотреть ночью. Их голоса сливались в общий, уютный гул. Алкоголь приятно разливался по телу, расслабляя каждую мышцу. Сквозь эту приятную истому Хан вдруг заметил, что Феликс каким-то образом оказался рядом с Минхо. Они о чем-то негромко разговаривали. "Отлично, - мелькнуло в голове у Хана, - может, Минхо удастся хоть что-то выяснить насчет Феликса". Феликс выглядел расслабленным, но что-то в его позе показалось Хану настороженным. Минхо задал вопрос, Феликс ответил не сразу - выдержал паузу. В тишине бара этот короткий миг показался Хану вечностью. Он напрягся, забыв про алкоголь. Наконец Феликс кивнул и что-то произнес одними губами. Минхо нахмурился. Сердце Хана упало. Кажется, разведка провалилась. Алкоголь сделал свое дело - спустя полчаса идея пойти потанцевать уже не казалась такой глупой. Половина гостей заполнила танцпол, где грохотала музыка и неоновые лучи резали глаза. Они все своей компанией влились в толпу. Хан сразу потерял остальных из виду - они растворились в мельтешении тел и вспышках света. Но Минхо он видел. Тот двигался расслабленно, в такт музыке, и это завораживало. Хан пытался расслабиться, двигаться в такт, но взгляд то и дело цеплялся за Минхо. Пластичный, уверенный, притягательный. Вокруг него словно образовывалась пустота, куда стягивались взгляды. Хан облизал сухие губы, а потом языком толкнул изнутри в щёку. "Ходячий секс" - мелькнуло в голове, чувствуя как тело напрягается. Рядом кто-то танцевал, что-то говорил, но Хан словно оглох. Весь мир сузился до одной точки - туда, где под мигающим неоном Минхо запрокидывал голову, открывая беззащитную линию шеи. Свет скользил по его коже, и с каждой секундой напряжение в груди Хана закручивалось все туже. - Познакомимся? - горячее дыхание обожгло ухо. Хан резко развернулся, окидывая незнакомца быстрым, ничего не выражающим взглядом. - Извини, нет. Он уже отвернулся, лихорадочно выискивая глазами Минхо. Нашел слишком быстро. Возле него уже танцевал Чан. И вот тогда внутри что-то оборвалось. В груди расползлось липкое, тягучее чувство - как смола. Ревность. К другу. Тупая, иррациональная ревность к человеку, который имел полное право просто танцевать. Хан застыл, пытаясь переварить этот новый, мерзкий вкус во рту. Мысль застряла осколком, но додумать её не вышло - чьи-то пальцы до боли вцепились в плечо, разворачивая на месте - Я не кусаюсь, - незнакомец медленно, с вызовом облизнул губы. - Но могу, если попросишь. Терпение лопнуло, как перетянутая струна. Хан сбросил чужую руку с плеча таким резким движением, что парень от неожиданности качнулся назад. - Слушай сюда, - голос Хана сел до хриплого шепота, в глазах полыхнуло раздражение. - Я сказал "нет". Мне плевать, кусаешься ты или танцуешь танго с пингвинами. Исчезни. Незнакомец на мгновение опешил, видимо, не привык к такому отказу. В его взгляде мелькнуло что-то хищное. Хан заметил как Минхо шёл к ним, разрезая толпу плечом, и выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Чан шёл следом. Незнакомец проследил за взглядом Хана и скривился, когда Минхо остановился в полушаге, вторгаясь в личное пространство с хищной грацией. - Проблемы? - голос Минхо звучал ровно, но пальцы сами собой сжимались в кулаки. Незнакомец перевел взгляд с Минхо на Хана, потом снова на Минхо, и, видимо, быстро просчитал расклад сил. Накачанная грудь выпираюшая через рубашку, холодный взгляд и напряженные кулаки говорили громче любых слов. - Да нет, никаких проблем, - парень примирительно поднял руки и попятился. - Не знал, что он занят. Бывай. Он растворился в толпе быстрее, чем Хан успел моргнуть. Чан тоже отошёл. — Я справлялся сам, - процедил Хан сквозь зубы. - Я видел, как ты справлялся, - Минхо подошёлк гему вплотную. - Он тебя лапал. - Он трогал мое плечо, а не задницу. - Какая разница? - Большая! - Хан повысил голос, чувствуя, как щеки заливает краской. - И вообще, ты должен был выяснять про Феликса, а не танцевать с Чаном! - Причём тут Чан? - Минхо моргнул, словно Хан ударил его по лицу. -  Притом! - выпалил Хан и тут же пожалел. Потому что Минхо смотрел на него как-то странно. Сначала непонимающе, потом... слишком понимающе. - Ты ревнуешь, - медленно произнес Минхо. Это был не вопрос. Взгляд стал хищным. - Чего? С чего бы? - Хан попытался отступить, но уперся спиной в чей-то столик. Сильные пальцы Минхо стиснули его руку, увлекая за собой вверх по лестнице. Хан даже не думал сопротивляться - ноги сами несли его следом. Длинный коридор тянулся бесконечно, пока они не остановились у двери в самом конце. В комнате было темно, хоть глаз выколи. Щелчок замка прозвучал приговором. Минхо резко развернул его и толкнул, вжимая в холодную дверь. Хан всхлипнул, когда доски больно впились в лопатки, но постарался сдержать рвущийся наружу стон. Минхо не отстранился, а напротив, прижался плотнее, прожигая дыханием кожу шеи Хана. - Тш-ш, - выдохнул он почти неслышно. Одна рука Минхо по-прежнему удерживала Хана за запястье, прижимая к двери, а вторая медленно скользнула вверх по его боку. Хан вздрогнул, когда горячая ладонь накрыла затылок, слегка массируя кожу у корней волос. - Больно? - голос Минхо звучал хрипло, низко. Хан не мог вымолвить ни слова. Он только мотнул головой, зажмуриваясь в темноте. Ему не было больно. Нет. Было страшно от того, как сильно колотилось сердце, и как нравилось чувствовать Минхо. Минхо усмехнулся. Затем его пальцы, массирующие затылок, чуть сжались, оттягивая голову назад, подставляя горло. И в то же мгновение хватка на запястье ослабла. - Не молчи, - прошептал он, почти касаясь губами его губ. - Я хочу слышать тебя. И Хан сдался. - Минхо, - выдохнул  он его имя в этот почти-поцелуй, и этого оказалось достаточно. Минхо накрыл его рот своим - жадно, властно, но в то же время позволяя Хану дышать собой. Поцелуй обжег. Минхо целовал жадно. Властно. Так, что колени подогнулись. Минхо поймал его, не давая сползти вниз по двери, и использовал этот момент, чтобы вклиниться бедром между ног Хана. Тот выдохнул рвано, вцепился свободной рукой в плечо Минхо, впиваясь пальцами в ткань футболки. - Минхо, - снова выдохнул он, но теперь это имя звучало иначе - хрипло, призывно, отчаянно. - Я здесь, - ответил Минхо, спускаясь поцелуями к его подбородку, к шее, останавливаясь там, где бешено пульсировала жилка. Руки Минхо уже не лежали спокойно. Одна по-прежнему сжимала затылок, вторая забралась под футболку Хана, горячей ладонью гладя поясницу, поднимаясь выше, вдоль позвоночника. Каждое прикосновение оставляло огненный след. - Я хочу тебя раздеть, - выдохнул Минхо ему в ключицу, и это прозвучало не как вопрос. - Прямо здесь. У двери. Хан только кивнул, не в силах говорить, и потянул вверх  футболку и следом футболку Минхо. Ладони Хана скользили по рельефной груди Минхо, изучая каждый мускул, каждую линию. Он чувствовал, как пульсирующая твердость упирается ему в пах - жаркая, нетерпеливая, не оставляющая сомнений в том, чего они оба хотят. Очередной стон сорвался с губ Хана, когда он, повинуясь инстинкту, качнул бедрами навстречу, потираясь о возбужденную плоть Минхо. Минхо отреагировал мгновенно - будто только этого и ждал. Его сильные пальцы сжали ягодицы Хана, собственнически, жадно, и рывком притянули их ближе, заставляя трение стать невыносимым. Хан выдохнул рвано, запрокидывая голову и вжимаясь затылком в дверь. Трение сводило с ума - даже сквозь ткань джинсов он чувствовал жар Минхо, его нетерпение, его голод. - Минхо... - выдохнул он, вцепляясь свободной рукой в его плечо. - Пожалуйста. - Что? - голос Минхо охрип, превратился в низкий рычащий шепот у самого уха. - Скажи. Чего ты хочешь? Хан зажмурился, проваливаясь в ощущения. Пальцы Минхо по-прежнему сжимали его ягодицы, направляя движения, заставляя тереться о него вновь и вновь не сдерживая стоны. Каждый толчок отдавался искрами в позвоночнике, собирался горячим узлом внизу живота. - Тебя, - выдохнул Хан почти беззвучно. — Я хочу тебя. Минхо глухо зарычал и впился поцелуем в его шею - жадно, кусая, зализывая. Одновременно с этим пальцы скользнули под резинку джинсов Хана, сжимая обнаженную кожу ягодиц. - Тогда получишь, - пообещал он, дергая пуговицу на его джинсах. - Прямо здесь. Прямо сейчас. - Нет, - Хан с силой схватил Минхо и поменялся местами. Теперь Минхо был впечатан лопатками к двери. - Я хочу сделать тебе приятно. Минхо открыл рот, чтобы что-то сказать, но Хан поцеловал его. - Хан... - выдохнул он хрипло, но Хан уже сосредоточенно расстегивал его ремень. Пальцы слегка дрожали - то ли от холода, то ли от волнения, то ли от предвкушения. - Тш-ш, - Хан оторвался от его губ, встречаясь с ним взглядом. В темноте его глаза блестели — влажно, честно, открыто. - Дай мне. Я хочу этого. Ремень поддался. Пуговица. Молния. Хан медленно потянул вниз ткань брюк вместе с боксерами, и Минхо выдохнул сквозь зубы, когда горячий воздух коснулся его возбужденной плоти. - Ты такой красивый, - прошептал ему в губы Хан, двигая рукой по длине члена. Минхо издал тихий стон удовольствия. - Твоя сексуальность завела меня с самого первого твоего появления, но я не понимал. Хан опустился на колени, и руки Минхо зарылись в волосах Хана. Хан взял его плоть в рот и Минхо подался вперёд издав стон.  Хан уверенно работал языком, проводя им по пульсирующей вене. - Хан... - простонал он, сильнее сжимая пальцы в мягких прядях, слегка толкаясь. Хан лишь довольно хмыкнул, не останавливаясь. Он чувствовал, как Минхо дрожит под его руками, как напряжены мышцы его бёдер. Одна рука Хана легла Минхо на ягодицу, притягивая ближе, заставляя войти глубже. Минхо запрокинул голову, тяжело дыша. - Хан, - послышался полустон. - Я сейчас... Я не хочу один. Хан понял его без слов. Он поднялся на ноги, и Минхо тут же притянул его к себе за шею, целуя жадно. - Тогда вместе, - прошептал Хан, касаясь лбом лба Минхо, глядя в затуманенные страстью глаза. Он сжал их члены вместе в своей ладони, большой и горячей, и начал двигать рукой. Минхо застонал ему в губы, утыкаясь носом в щеку, вжимаясь бедрами в его кулак. Движения были быстрыми, ритмичными, сводящими с ума. Хан покрывал поцелуями его скулу, уголок губ, закрытые веки, шепча что-то бессвязное, ласковое, грязное. Когда оргазм накрыл их почти одновременно, Минхо простонал, впиваясь ногтями в ягодицы Хана. Хан уткнулся лицом в изгиб его шеи, тяжело дыша, вздрагивая от спазмов наслаждения. Хан чуть отстранился, чтобы посмотреть на Минхо. "Люблю его" - в голове крутилось. Но сказать не мог. Рано.