Истина — отстой

Скорее всего это никто не прочитает. Но я хочу оставить это здесь. Я писала этот фанфик, когда мне было 17-18 лет. Я очень горела этим сюжетом. Но потом появилось чувство, что это никому не будет интересно. Сюжет был готов в моей голове, так что я бросила написание. Я не планировала выкладывать или продолжать. Но потом кое-что случилось, и я стала заниматься с психотерапевтом, и он сказал мне выложить хотя бы один фанфик, и... я начала выкладывать. Попутно редактируя главы, чтобы грамматика и лексикон были нормальными. Но чем дальше я редактировала, тем сильнее я чувствовала что не хочу продолжать. Финал неудовлетворительный - но чтобы его изменить, мне пришлось бы переписать весь сюжет, и я не хочу. Поэтому я вываливаю всё, что есть в закромах. Почему мне не нравится финал у меня в голове? Он выглядит как рояль в кустах. Матвей - медиум, Ричи - действует не полностью по своей воле, одержимый призраком Майкла. Это был мой способ объяснить, почему Ричи в домике, который сняли ребята чтобы спрятаться от ЧБЛ, попёр на Джесси с непонятными намерениями. Он был не совсем он - под влиянием Майкла, который хотел мести. А Матвей - медиум, но сам этого не помнит, отсюда головные боли, случаи летаргического сна... В общем, в шахте Матвей должен был, встретившись с Ричи, вырубить его, ударив по башке (понимая, что это грозит ему сотрясением, но Ричи собирался себя сжечь, Матвей не мог ему позволить). После чего Майкл бы взял контроль над телом. Боссфайт, так сказать, Матвей инстинктивно воспользовался способностями медиума, и изгнал Майкла. В общем... Мне не нравится. Если кто-то рискнёт прочитать замороженный фанфик, дойдёт до этой исповеди, и попросит меня дописать - я допишу. А так... нет, пожалуй. В качестве бонуса к исповеди, держите черновик главы 28. Шахта               Ричи со вздохом съехал по спине на пол. Камень охлаждал его разгорячённую кожу. В последние дни он всё сильнее ощущал себя больным. Сейчас его самочувствие усугублялось жгучей болью в ране на руке, куда выстрелил Дэн. Вернувшись в шахты, Ричи сразу попытался как-то разобраться с раной, но пуля застряла, а вытащить её не представлялось возможным. Ричи попытался, но лишь разворотил всё изнутри. Так что он просто забинтовал пулевое отверстие, как смог. Повязка не держалась и постоянно съезжала, и приходилось её время от времени подтягивать. Это было больно.               Ричи криво усмехнулся, морщась от боли. Кто вообще дал Дэну в руки оружие? Нет, начать стоит с другого – кто вообще выпустил его из больницы?               Всё должно было пойти совсем не так.               В плане не было засечек. Он должен был выйти сухим из воды. Из последствий – только новый ворох кошмаров. Но Дэн был в домике с пистолетом. Ричи не мог об этом знать – Рид оказался слишком умён, чтобы позволить ему хоть на минуту дольше побыть в общей группе. И это всё испортило. Теперь ему не отвертеться.               Ричи вытащил телефон, приобретённый специально для всего этого дерьма, и открыл чат с Ридом. Его планы разрушены. Во всём этом больше нет смысла. Скрываться, лгать. Всё, чего хотел Ричи – это чтобы Ханна добралась до дома в безопасности. Никто из ребят не поверил бы ему. Стал бы докапываться. Но Рид? Он казался достаточно безразличным, чтобы позволить Ричи самому решать свою судьбу.               Он написал ему. Позвал. Ничего не объясняя, но поставив срок – до фейерверков Рид должен был быть здесь. Пришлось пригрозить. Иначе он бы не пришёл. Слишком осторожный.               Ричи сидел в зале, через который шли все проходы, ведущие от люка в глубины шахты. Рядом с его ногой стояло две канистры с бензином: он запас их заранее. Коробка с последними свидетельствами его греха тоже стояла здесь. Теперь оставалось лишь ждать. Ричи не хотел думать, что ему делать, если Рид не придёт. Если он не в городе. Если он просто-напросто не успеет. Тяжело дыша, Ричи схватился за голову, мысленно упрашивая: прошу, пусть он успеет. Я ведь не прошу о многом, так?               И вот, несколько десятков минут спустя, а то и больше, Ричи увидел яркое пятно света в одном из тоннелей. Он вздрогнул и вскинул взгляд. Человек стоял у входа в зал. Заметив, что зал освещён, он тут же выключил фонарик – и, судя по движению, убрал его куда-то. Ричи в это время поднимался со своего места. И вот они стояли друг напротив друга. Молча.               Пока, наконец.              - Снимай уже эту грёбаную маску. – выдохнул кто-то, кто никак не мог быть не Ридом, с усмешкой. – Мне надоело смотреть на эту дурилку холщёвую. Ричи. – Ричи судорожно выдохнул. Рид знал. Разумеется, он знал, но… Как давно он знал?               - Там, в домике… - прохрипел он. Собственный голос на мгновение показался ему чужим. – Ты назвал меня Майклом. Что изменилось?               - Наличие свидетелей. – хмыкнул Рид.               После чего замолчал, скрестил руки на груди, и принялся всем своим видом демонстрировать нетерпеливое ожидание. Помедлив, Ричи потянулся к голове, пока набатом у него в голове билось лишь одна мысль: не злится, не злится, не злится. Рид не злится. Почему он не злится? Ричи столько натворил… Он нерешительно скинул капюшон и стянул маску, позволяя руке, в которой он её зажал, повиснуть. И только после этого он взглянул на Рида. Впервые прямо. Впервые вживую.               - И зачем ты меня позвал? – Рид чуть наклонил голову.               - Как я уже сказал. – Ричи сглотнул комок в горле. – Если ты придёшь – я освобожу Ханну. Она там. – он указал в один из проходов. – Тебе нужно забрать её отсюда, Рид.               Парень лишь бросил взгляд туда, куда указывал Ричи, но ни сделал ни шагу в ту сторону, а потом вновь взглянул на него:               - Почему бы тебе самому это не сделать?               - Я хотел, правда. – Ричи криво усмехнулся. – Но… - он в который раз подтянул сползающую повязку, привлекая к ней внимание. – Даже если я выйду отсюда. Что я скажу? Эта рана не позволит мне солгать, Рид. Моя жизнь кончена. Мне некуда бежать.               - И что? – Рид сощурился. – Решил покончить со своей жизнью не метафорически?               - Это не так важно. – горько улыбнулся Ричи. – Ты выполнил свою задачу. Ханна вон там, совсем рядом! Так сходи же и забери её!               - Если ты говоришь о том, чего другие хотят от меня – ты прав, на этом моя задача закончена. – ухмыльнулся Рид. – Но о моих личных желаниях ты не подумал. – Ричи вздрогнул. Это правда. Он не подумал. Не подумал о том, что Рид, помимо прочего, любопытен. Его ошибка. Недостаточно хорошо знал. – Я хочу объяснений, Ричи. – голос Рида стал ниже и опаснее: - Ты задолжал мне эти объяснения.               Внутри Ричи всё вскипело, и он закричал ещё до того, как понял, что кричит:               - Нет! Ты уйдёшь сейчас!               Горло от такого крика засаднило, и даже Рид дёрнулся. Он взглянул на Ричи исподлобья, словно на опасную, но глупую зверушку, прежде чем со скорбным видом поднял руки в универсальном жесте «Сдаюсь». Ричи дёрнулся от контраста.               - Твоя взяла, большой и страшный серый волк. – выдохнул Рид, направляясь к коридору, в который Ричи его так упорно посылал. Ричи наблюдал за ним острым взглядом, чувствуя нутром, что придурок вот-вот что-то учудит. Ричи не мог этого допустить. Этот человек может разрушить остатки его планов – и именно поэтому он его и позвал, не так ли? Потому что он уже всё разрушил. Если это случится вновь, он не мог за себя ручаться. Всё, к чему он шёл столько времени, канет в небытие. Она не расплатится!               Ричи вздрогнул. Что это… была за мысль?               А в следующий момент он почувствовал сильный удар по голове и потерял сознание. * * * //Отрезок Ричи: его сознание спутано из-за паранормального Майкла Хэнсона Очнувшись, Ханна вновь обнаружила каменные своды шахты. Её дыхание участилось, подбородок задрожал, она задёргала руками – те были по-прежнему привязаны к чему-то за спиной. Крепко – до того, что плечи и запястья затекали из-за долгого нахождения в одном и том же положении. Суставы болели, но Ханна даже не пошевелилась, чтобы хоть как-то размяться. Она расслабилась и обмякла, глядя на мерно гудящую старую лампу. Ничего не менялось. Здесь ничего не менялось. День и ночь, еда, тюремщик – всё оставалось неизменным. Грани суток размылись до неразличимых, время больше не имело значения, так как не было никакого способа его отслеживать. Порой Ханне казалось, что она здесь всего несколько часов, порой – что дней, а порой ей мерещились месяцы, проведённые в этой тюрьме. Иногда свет сбоил и выключался, и когда Его в шахте в такие моменты не было, Ханна билась о камень, кричала, молила – делала всё, лишь бы хоть как-то разбавить концентрацию темноты. Там, во тьме, что-то было. Ханна видела это, знала, чувствовала!! Но не слышала. Она ничего не слышала. Тьма – живая, жадная тварь, жрала все звуки. Порой Ханне казалось, что тьма крала её дыхание. Девушка прижималась как можно ближе к той штуке, к которой она была привязана, стремясь отползти от этой твари, но это не помогало. Тьма стелилась везде. И так до тех пор, пока Он не возвращал свет. В такие моменты она Ему была даже рада. Он кормил и поил её. Хотел ли он тем самым продлить её мучения, чтобы она не скончалась от голода и жажды? Он никогда не давал достаточно еды, никогда не давал ничего вкусного. Чувство насыщения пропало какое-то время назад, жажда не прекращала драть пищевод. Он никогда не снимал своей маски, не говорил, никак не давал понять о своей человечности. Двигался Он практически бесшумно. Он был безмолвным, беспристрастным тюремщиком, не способным на милосердие. Он – воплощение её вины. Ханна это знала. Когда-то она думала, что справится с этим. Он пугал её до жути, перспектива встретиться с Ним в то время заставляла её руки трястись, а сердце – биться быстрее. Но она думала, что она справится. Он был реален. Она знала это. А реальное можно поймать. Ей надо было лишь доказать, что Он действительно реален. Эми ей не верила. Она думала, что Ханна видит Его из-за таблеток, но таблетки помогали. Разве Эми это убедило? Если не верила Эми, Алан бы тоже не поверил. Ей нужны были доказательства. И она их добыла. Запись с камеры заставила бы Алана поверить ей, и тогда она показала бы чек, который Он обронил. Но она ошиблась. Опять ошиблась. Теперь Он был её единственной компанией, и она предпочитала Его компанию этой алчной твари-темноте. Ханна всё ещё боялась. Она всё ещё боялась Его, но Он был беспристрастен. Он наказывал её молчанием и одиночеством. До недавнего времени. Она видела Ричи! Она точно это знала! Это было в мгновении просветления во время искусственно вызванного сна, но Ханна точно видела его! Это не было игрой её воображения, как когда-то не был игрой её воображения Он! Зачем Ему Ричи? Ричи не грешен. Ричи добрый. Он был слишком добр к ней и Эми в ту ночь. Мгновенно протрезвевший от вида крови на капоте, трясущийся от ужаса, он помог им. Ричи не виновен! Ханна хотела прокричать это Ему в лицо, но Его не было. Тогда Он довольно долго не навещал её. Она засыпала – Его ещё не было, она просыпалась – Его уже не было. Была лишь одна свободная рука и еда, после которой она мгновенно засыпала. Она пыталась отказаться от еды, в которой очевидно было снотворное, но тогда Он просто не приходил. Она не слышала Его, и в такие минуты в тенях она слышала угрожающий шёпот Темноты. Шёпот дрожал, трепетал от предвкушения пожрать её, жадность звенела в этом звуке. Ханна вновь начала есть. Но мысли о Ричи не отпускали её. Это она виновата? Она виновата в том, что Он забрал и его? Но если Он забрал их с Ричи, то где Эми? Она тоже должна быть здесь, не так ли? Она же не мертва, верно? Если она мертва, то почему Ханна жива? Он перестал казаться Ханне логичным и бесстрастным. Впрочем, Он не был человеком – Он был воплощением её вины. Судьёй, тюремщиком, сотканным из мистицизма и желания покойного отца отомстить. Его логика может просто выходить за грани человеческого понимания. Да, это должно было быть так. Ведь большинство не сможет заставить другого человека так страдать. Вынести приговор и назначить справедливое наказание. Наверное, в Его глазах Ричи тоже был виноват. Он ведь помог им, грешницам, скрыть свой грех. Это тоже было преступно, не правда ли? Ему стоило рассказать обо всём полиции, а не помогать им. Тогда Он не забрал бы его. Некоторое время назад Он перестал ходить бесшумно. Он стал шаркать. Она пыталась спросить его об этом, но Он замахнулся на неё и ударил совсем рядом с её головой. Ханна зажмурилась и заплакала от испуга – она не могла успокоиться и открыть глаза до тех пор, пока не услышала Его отдаляющиеся шаркающие шаги. Он дал ей ясно понять, что не приемлет вопросов на эту тему. Отчего Он так себя ведёт? Неужели срок Его работы оканчивается? Скоро Он отпустит её и Ричи? Нет. Если Он и отпустит их, то только на тот свет. Это было болезненной правдой, которую Ханна до сих пор не была в силах ни принять, ни отвергнуть. В миг осознания Ханна зажмурилась и заплакала. Она так долго плакала, что сил на это больше не осталось. Сил не осталось ни на что. Она чувствовала скорый конец этой истории. Закрывая глаза, она слышала всё более возбуждённый шёпот Темноты и словно наяву слышала отдаляющиеся шаги Его. Ханна хотела бы попросить больше времени. Хотела бы предложить продление заключения. Но она знала, что это было лишь бесполезными трепыханиями. Он не отпустит их. Не станет изменять наказание практически перед самым его завершением.  Услышав какой-то звук, Ханна не сразу отреагировала. Осознание того, что этот звук не был похож ни на что, что она слышала здесь раньше, настигло её спустя несколько секунд – и девушка подняла глаза, тут же широко их распахивая. У одного из тоннелей стояла Дженнифер. Без всякого сомнения, это была она. Ханна знала эти глаза, горящие невероятным изумрудным огнём. Ханна знала это лицо – оно снилось ей в тысяче различных вариаций. Ханна видела это лицо злым, грустным, уставшим, живым, радостным, скорбящим, живым, мёртвым… Дженнифер улыбнулась ей лёгкой, тёплой и печальной улыбкой, прежде чем развернуться и исчезнуть в проходе. Ханна хотела попросить её подождать, прокричать извинения, задать множество вопросов, но слова застряли в глотке – изо рта вырвался лишь хрип. Но, подавшись вперёд, девушка почувствовала, что верёвки больше не удерживают её. Ханна с трудом поднялась на слабых, дрожащих ногах и, ни мгновения не медля, пошла за Дженнифер. Шаг за шагом в её ноги возвращалась какая-никакая сила, позволяющая шагать дальше и быстрее. Ханна шла за Дженнифер, но та всегда оказывалась у следующего поворота. Ханна не задавала никаких вопросов даже мысленно. Если это её последнее испытание – пусть так. Она будет следовать воле девушки, которую по собственной неаккуратности погубила. Если она всё же умерла, и Дженнифер ведёт её за Грань – пусть так. Ханна заслужила смерть. Она столько лгала, что мысль о возвращении к друзьям невыносима. Ханна была мысленно готова к любому исходу. К любому, кроме этого. Дженнифер вывела её в расширение в коридоре шахты – и бесследно исчезла. Но Ханна этого даже не заметила. Её вниманием теперь завладело совсем иное. Камень был объят танцующими языками пламени. Их рыжие отблески бросали на стены помещения причудливые тени. Тьма шипела и плевалась, стремясь прикрыть свой испуг. А в центре всего этого были рыжие волосы, столь похожие на окружающий двух человек огонь. Обладатель огненной шевелюры, пошатываясь, распрямился. У его ног лежал бессознательный Ричи. Ханна видела, как пламя и тьма за спиной этого существа сливаются в узор чёрных огненных крыльев. Девушка упала на колени. Существо обернулось. Оно обладало очень красивым человеческим лицом и нечеловеческими синими глазами. Эти невероятные синие радужки такого оттенка, какого не бывает у людей, были словно подсвечены изнутри сверхъестественными силами этого существа. Ханна могла видеть в этих радужках синее адское пламя. Оно пришло за ними. Существо на некоторое время отвернулось от Ханны, чтобы поднять Ричи на руки и, взвалив его на свою спину, словно тот ничего не весил, повернуться вновь к девушке. Оно улыбнулось и протянуло ей руку: - Пойдём, Ханна. Ты здесь задержалась. Ханна, заворожённо глядящая в течение силы в чужих глазах, покорно поднялась с отчего-то саднящих колен и, подойдя ближе, вложила свою руку в чужую. Её ладонь чуть сжали – крепко, но аккуратно и как будто бы нежно. Словно оно не хотело потерять её или навредить ей. Существо мягко потянуло её в сторону выхода. Они прошли прямо сквозь пламя, и оно не причинило им вреда. А Темнота шипела рассерженной кошкой, недовольная из-за упущенной добычи, но не смела преградить существу дорогу. Тени немного рассеивались рядом с ним, словно опасались даже случайно соприкоснуться. Ханна покорно шла за существом, как самая послушная овечка за пастырем. Оно ступало тихо даже с Ричи на спине – а тот вовсе не был лёгким. Существо вывело их к лестнице, ведущей из шахты. Ханна заглянула в дыру в потолке. Там было темно. Значит, не Рай. Впрочем, кто сказал, что в Раю не царит полумрак? - Я вылезу первым, а ты не отставай, хорошо? Мы же не хотим, чтобы ты здесь осталась? – сказало существо. Ханна осталась безучастна. Существо постояло, словно ждало её подтверждения, но после вздохнуло и схватилось за лестницу. Девушка вжала голову в плечи. Оно было ею недовольно? Что значил этот вздох? Ему нужно было её подтверждение? Оно интересовалось её мнением? - Если что – кричи. На этот раз Ханна кивнула. И, когда существо начало вскарабкиваться по лестнице, она полезла за ним. Навстречу свободе. * * * //Отрезок Ханны: её сознание спутано из-за психического заболевания Джейк чертовски устал. Окружён со всех сторон. Его ищут чёртово ФБР и чёртова мафия, а из-за расследования дела Ханны он не может просто взять и раствориться, как он это сделал однажды. С какого момента всё пошло наперекосяк? Очевидный вариант – начало его пути в качестве хакера – он отмёл без сожалений. Знакомство с Льюисом? – в помойку. Вступление в группировку хакеров-приятелей? – туда же. Свою досадную ошибку при набеге на ФБР? – почти… но всё равно нет. Джейк из принципа не станет называть ничего из того, что было до знакомства с этим странным русским парнем – Матвеем. Пока не станет. Потому что потенциал у их взаимоотношений был огромным. Больше, чем с кем-либо из ранее знакомых Джейку живых людей. Когда он увидел, что с телефона Ханны Томасу было отправлено сообщение с номером ID, то поторопился удалить его. Томас был идиотом – и Джейк не хотел, чтобы этот идиот совершил какую-нибудь глупую ошибку. Джейк не знал, кто похитил Ханну, но знал, что этот человек должен был быть достаточно умён, чтобы не допустить что-то вроде утечки своего ID. Как вообще Ханна могла его отправить спустя часы после нападения? Преступник не забрал у неё телефон? Какой абсурд. Но и случайным этот ID быть не мог. Поэтому Джейк начал копать. Как назло, обладатель ID зарегистрировал аккаунт на почту, причём распространённую в нескольких странах, и довольно защищённую. Сам почтовый идентификатор тоже в себе ничего не нёс – он состоял из имени кота и каламбура, чёрт побери. Буквально bars.thestraycaunt. Джейк поискал эту почту в других соцсетях, но нашёл лишь фейсбук человека с ником Meridian, который, как он понял, был каким-то бродягой, слонялся по России и выкладывал книги про свои путешествия. Фейсбук этого человека пестрел фотографиями пейзажей, несколько раз на фотографии попадался кот, но ни разу – лицо. Голова была видна лишь со спины, всегда в шапке – даже волос не увидеть. На шее были заметны веснушки. На всех фотографиях этот человек отмечал метаданные – довольно беспечно на взгляд Джейка, но, проанализировав, он понял, что Меридиан был бдительным. Он выкладывал фотографии лишь спустя сутки-двое после того, как делал фотографию, то есть почти с гарантией уже покидал это место. Это вызывало негодование, но вместе с тем и уважение. Потому что Джейк больше ничего не мог нарыть безопасными для себя методами. Кроме того, что в тот же день, когда Ханна исчезла, Меридиан сделал атмосферную фотографию пейзажа через окно поезда. А за день до этого – серию фотографий и длинный пост об отдалённом, но дико красивом месте (всё ещё в России) – каком-то озере, до которого добраться из ближайшего посёлка можно было лишь пешком или на лошадях. Джейк проверил расположение этого озера и убедился в своих догадках – у Меридиана не было ни шанса оказаться в Дасквуде к моменту похищения Ханны. Доверие потенциального помощника – который в групповом чате назвался Ридом – надо было завоевать, поэтому Джейк подождал предлога, чтобы преподнести наличие хакера в этой истории наиболее положительным образом. Трудно было сказать, насколько это окупилось – Рид отреагировал без какого-либо отторжения. Казалось, у него вообще не было проблем с тем, что он разговаривает с человеком, который запросто мог его взломать и выпотрошить всю его цифровую жизнь. «Чтобы дать тебе доступ к Облаку, я отправлю тебе ссылку на почту. Это ссылка на скачивание приложения. Мессенджер, в котором мы с тобой сейчас общаемся, переустановится – и ты получишь доступ к Облаку» - пишет ему Джейк. И получает лишь согласие и выполнение требования. …что ж, Джейк просил о доверии – он его получил. Сполна. Естественно, это был троян. Но самый безобидный из когда-либо виденных Джейком троянов. Он не получал доступ к банковским приложениям, не подрывал работу устройства… Из неприятного, единственное что – крал данные. Но Джейк не собирался никуда эти данные передавать или даже использовать. А значит – программа безобидна. Основными задачами трояна были передача доступа к облачному хранилищу Ханны и загрузка Nym-Os на устройство. Рид от этого только выигрывает, ведь что может быть круче чем антивирус, разработанный хакером, на которого охотятся власти? Помимо всего этого, реакция Рида на первичное знакомство с деятельностью Джейка вселяла надежду на то, что всё остальное будет воспринято так же легко. Первым делом, получив доступ к телефону Рида, Джейк проверил местоположение, и понял, что не ошибся в своих выводах – парень находился в России. В Москве, если уточнять. Ни шанса на то, что этот парень – их преступник. Почти сразу после этого он получил от Nym-Os уведомление об обнаружении ещё одного устройства. Рид установил его программу ещё и на компьютер. Наивный юноша – так тогда его окрестил Джейк. А затем этот «наивный юноша» пошёл на сближение. Спокойно, уверенно и целенаправленно. Аккуратно. Потихоньку выманивая Джейка туда, где Рид мог бы его разглядеть. Отступая, когда встречал сопротивление. Это было умно – и Джейк мог лишь сдерживать улыбку, когда думал об этом сейчас. Он, помнится, недоумевал, как этому парню удалось так быстро стать частью группы? Теперь он знал. Вот так. Он предлагал окружающим то, чего хотели все люди. Принятие. И никогда не ставил за него непосильный ценник. Только Джейк пока не мог понять, что именно Матвей писал на ценниках. Ни с кем из группы Матвей не был таким же, как с ним, и это льстило. Это ощущалось как… Как будто Джейк – ботан, а к нему подошёл и заговорил самый популярный парень учебного заведения. Как будто едешь домой один в одинокую квартиру в Рождество, а тут к тебе подсаживается заряженный рождественским настроением человек и утягивает праздновать. Как будто выиграл главный приз. Иногда наедине с собой Джейк даже шутил что Ханна нашла его соулмейта и отправила его ID. Из всей компании только Джейк знал, что Матвею по большему счёту плевать на Ханну и остальных. Что потенциал для дружбы он видел только в Джейке и Дэне. Что для Мэта всё это расследование – всё равно что развлечение. Это не значило, что парень не прикладывает усилий к тому, чтобы найти похитителя или что он относится несерьёзно. Это значило лишь, что он варился во всём этом лишь потому, что ему было интересно. И у Джейка не было ни единого вопроса к такому подходу. Матвей был посторонним – и этим всё сказано. Конечно, он переживал и сочувствовал, и всё такое… Но не так сильно как они. У русских не принято называть друзьями тех, с кем знакомы всего неделю или две – Мэт сам это сказал Джейку. И тому, если честно, такой подход нравился больше чем тот факт, что друзья Ханны знают Матвея всего ничего – но позволяют ему ворошить их грязное бельё, потому что считают его другом. Джейку в целом нравился подход Мэта к дружбе. Часто дружба – случайное дело, и друзья Ханны тому доказательство. Разношёрстная компания – и как они все оказались друзьями? Матвей не доверял такую вещь как дружба случайности. Мэт присматривался к людям и, если увиденное его устраивало, брался за создание дружбы. Кропотливо и упорно. Джейк видел это на примере себя самого, а также на примере переписок Матвея с Леонидом и Романом. И пусть Джейк далеко не всё из их переписок понял, но между ними тремя что-то произошло. Лео обиделся на Мэта и не простил. Рома, похоже, и не обижался. Поэтому дружба Мэта с Лео была похожа на заброшенный дом с привидениями. Дружба Мэта с Ромой выглядела для Джейка как райский уголок. Матвей был не только посторонним, он был ещё и кочевником по натуре своей. Постоянно в странствиях. И для него ребята были лишь очередными случайными попутчиками в его бесконечном путешествии по этому миру. Можно пообщаться, можно помочь в какой-нибудь мелочи, но если на кого-то из них с верхней полки свалится тяжёлый чемодан, Мэт не будет горевать, даже если этот чемодан размозжит несчастному голову. А затем придёт время сойти с транспорта. И Матвей, привыкший кочевничать, сойдёт с транспорта без сожалений. (Возможно, заберёт Джейка в качестве сувенира) Это вызывало уважение. Джейк так не умел. Джейк хватался за всех, с кем ему довелось пообщаться хоть сколько-нибудь близко, но вместе с тем отталкивал, опасаясь близости. И это было болезненно. За Матвея он тоже схватился. И тоже отталкивал. Но тот максимум отступал на шаг, но не уходил. Не позволял оттолкнуть. Оставался и ждал новой оттепели, чтобы подойти чуть ближе. После того, как мафия взломала камеру Мэта, а тот лишь показал им фак, после чего деловито и обстоятельно посвятил Джейка во всё произошедшее за время его отсутствия, Джейк наконец-то признался себе: этот парень настолько невероятен, что просто-напросто не укладывался в голове. Джейк знал, что рискует, отражая атаку мафии на телефон Матвея, но он не мог допустить, чтобы с ним что-то произошло. Он старался максимально обезопасить себя, чтобы всё прошло гладко, но где-то всё равно просчитался. Ему чертовски повезло увидеть полицейскую машину из окна мотеля и успеть собрать основные манатки до того, как в его дверь постучались. Пришлось сигать из окна, но зато снятие номера комфорт-класса себя оправдало. Можно было снять номер дешевле, но выше, и Джейк тогда скрипел зубами от досады. Денег было не то чтобы много. Даже так, приземление было болезненным. Но у Джейка не было времени на то, чтобы перетерпеть боль – один из офицеров полиции догадался выглянуть в окно, и уже кричал что-то ему в спину, перемежая призывы остановиться с ругательствами. Поэтому Джейк побежал, и побежал в лес, чтобы у защитников правопорядка не было шанса поехать за ним на машине. Он весьма приблизительно знаком с местностью, но даже этого должно было быть достаточно, тем более что у полицейских вроде как нет с собой собак. Оторваться вполне реально. Пока он бежал, в кармане вибрировал телефон. Джейк отложил эту мысль на полку, чтобы просмотреть сообщения, когда окажется в безопасности. В принципе, это не было критичным. Если пишет не Матвей, то в принципе насрать на уведомления. А если пишет Матвей, Джейк знал, он не обидится, если ответа придётся подождать. Это заняло некоторое время. Убедившись, что погоня отстала, парень привалился спиной к дереву, чтобы перевести дыхание и хоть немного снизить нагрузку на ноги, и достал телефон. Сердце Джейка пропустило удар, когда он увидел сообщение, и он, оторвавшись от дерева, на слабых ногах направился к дороге, чтобы поймать попутку. Время. Что со временем? Сообщение от Мэта пришло минут двадцать назад. Гримрок от Дасквуда в примерно получасе пути пешком, но Матвей в хорошей форме, зная его, большую часть пути он пробежит, что сокращает время вдвое, а то и больше. Джейку до Дасквуда добираться на машине около тридцати минут, больше или меньше в зависимости от характера попавшегося водителя. Чёрт побери. Джейк скрипнул зубами, отправляя Мэту одно сообщение за другим. Ни одно из них не прошло. Значит он уже в шахте. Блять. Выбежав на дорогу, Джейк огляделся. Поздняя ночь. Он криво усмехнулся. Как бы самому на маньяка не напороться. //Джейк добрался до Дасквуда, до Гримрока, в тот момент, когда Матвей уже выковыривался из шахты. Обнявшись, они добираются до домика. Вот. Я допишу это, если кому-то нравится такой ход дел. Хотя стиль может отличаться. Слишком большой перерыв.