Per aspera ad astra

Первым, что сказал Чарли, когда они с родителями закончили обедать и пить чай, было: — Мам, пап! У меня к вам серьезный разговор. Родители переглянулись. В их глазах читалась настороженность: — Чарли… Все хорошо? Чарли покачал головой. Он готовился к этому разговору с того момента, как принял участие в операции по возрождению Волдеморта. И хоть разговор предстоял очень неприятный, провести его все равно следовало. Потому что Чарли очень любил своих приемных родителей и не хотел скрывать от них информацию о происходящем в волшебном мире — в его глазах это было нечестно. Не теперь, когда от этой информации могла зависеть их жизнь. — И да, и нет. Родители переглянулись еще раз. — Что случилось, сынок? Чарли вздохнул, закрыл глаза. — Для начала, я должен перед вами извиниться за то, что не все вам рассказывал о том, чему я обучался в школе. Пора это исправить. Родители синхронно сглотнули. Чарли достал палочку, нацелил ее на чайник: — Реплере. Чайник тут же снова стала полным. Родители вздрогнули. Чарли меланхолично обновил всем чай и сделал небольшой глоток. — Чарли! Ты же говорил, что тебе запрещено колдовать дома! — Уже можно. А почему — вы поймете, когда я вам все расскажу. Просто, пожалуйста, послушайте меня внимательно и начните спрашивать уже после того, как я вам все расскажу. И не перебивайте, пожалуйста. Мне и так тяжело. Родители кивнули, Чарли тяжело вздохнул, глядя куда-то в пространство перед собой, и, сделав еще глоток чая, принялся рассказывать: — Начать стоит примерно с середины прошлого учебного года. С третьего курса. До этого момента вы, вроде, все знаете. Чарли рассказал родителям все, что мог рассказать. О том, как поругался с Падмой на ровном месте, как пошел на кладбище и там вызвал душу. Как чуть не был сожран дементорами, заодно объяснив им, что это, собственно, такое. Как после этого с ним начали дополнительно заниматься некромантией, как он за неполные полгода освоился с собственной магией. Как он невольно поучаствовал в аресте Сириуса Блэка… — Что, того самого?! — удивился отец. — Да, того самого, — кивнул Чарли. — Но я его не искал. Он, можно сказать, по случаю попался. Родители покачали головами, явно демонстрируя свое крайнее неодобрение тем, что он так рисковал, но пока ничего не сказали. Чарли благодарно им кивнул и продолжил рассказывать: — Собственно, с этого все началось. Я засветился в хрониках Министерства Магии и за поимку Блэка я получил награду от магического правительства. Орден «Восходящая звезда». Очень почетная штука вроде креста «За выдающиеся заслуги», но, конечно, гораздо менее важная и признается только в магическом мире. — Ого! — присвистнул отец. — Однако… Ну… Поздравляю тебя тогда! Но тебе все равно не следовало так рисковать… Чарли кивнул. — Ну… В общем-то, суть не в самой награде, а в том, что на меня обратили внимание в Министерстве Магии. И спустя три месяца после начала нового курса, в ноябре, мне предложили работу. — Кхм! Отец поперхнулся чаем. Кое-как прокашлявшись и протерев стол салфеткой, он спросил: — Кхм… Чего?! — Да, — подтвердил Чарли. — Видите ли, таких людей, как я, которые имеют склонность к некромантии и способны понимать ее чуть ли не интуитивно, в волшебном мире очень немного. Я для них одновременно и самая большая находка, и самая большая проблема. Так что выбора у меня, по сути, и не было. — Почему? — спросила мама. Чарли вздохнул, отвел взгляд в сторону. — Потому что я для них опасен. Я могу узнавать у духов мертвых их секреты. Могу вытягивать из мертвых и живых магические силы. Смогу, если как следует выучусь, призывать себе на службу мертвецов, которые будут очень эффективной армией… По-хорошему, противостоять мне в зрелом возрасте, если я продолжу свое обучение, смогут только самые сильные волшебники с очень серьезной армией союзников. Именно поэтому для всех, кто осведомлен о моей предрасположенности, я — самый страшный кошмар. Родители поежились, Чарли кивнул: — Да. Собственно, у меня был выбор: либо я начинаю работать на магическое правительство и, в принципе, с очень большими преференциями для себя любимого сижу в очень комфортной золотой клетке, попутно набираюсь опыта и помогаю им, либо и мне, и вам устроят несчастный случай, — Чарли пожал плечами. — Ну, конечно, мне не так сказали, но надо было быть дураком, чтобы не понять контекст. Хотя рано или поздно они все равно попытаются от меня избавиться, но пусть лучше это будет потом, чем вот так сразу, верно? — Д-да уж… — все еще пребывая в шоке, ответил отец. — Пожалуй… — Ну вот, — кивнул Чарли. — Собственно, именно поэтому я согласился работать на Министерство. Деталей я, увы, рассказать не могу, у нас на пятьдесят дел сорок девять — под грифом «секретно», но… В общем, влип я. В самые, что ни есть, глубокие страсти. И выхода оттуда у меня нет. Пока, по крайней мере. Он хмыкнул. — Да я его, в общем-то, и искать не собираюсь. Работа интересная, учиться не мешает, практика богатая. Да и люди в Отделе, вроде, не совсем твари бездушные. И преференции, опять же… — Мда? Это какие, например? — Ну… — Чарли сделал еще один глоток чая. — Они обеспечивают нам с вами защиту в случае нападения. С меня сняли Надзор и теперь я могу полноценно колдовать где хочу и как хочу. Мне предоставляются материалы для работы и обучения по первому заказу, хоть и в разумных пределах. Есть перспектива спокойно работать, несмотря ни на что. Деньги, опять же, какие-никакие. Двести галлеонов в месяц — это и в нашем-то с вами мире немало, а в волшебном — вообще королевское жалование. В общем, меня пока все устраивает. Родители, однако, уверенности Чарли не разделили. Кроме того, их несколько задело, что он, оказывается, активно работает уже почти полгода. И не просто подрабатывает по мелочи, раздавая листовки, а именно что работает. Полноценно. В серьезной организации. И зарабатывает на этом очень немалые деньги, тысяча фунтов в месяц за неполный рабочий день и на очень свободном графике — очень серьезные деньги. — Кроме того, у нас есть еще одна проблема. Родители вздрогнули: — О, боже… Что еще? Чарли кивнул. — В общем… Помните, я вам рассказывал про Волдеморта? — Э-э… Да-а-а… — Совсем недавно он возродился. Я вам объясню, что знаю, но, сами понимаете, я знаю далеко не все. Разговор затянулся очень надолго — до поздней ночи. А потом продолжился с утра и закончился аж к обеду. Родители были в ужасе. И даже хотели сразу же, взяв Чарли в охапку, начать планировать бежать из страны. Однако под действием рассказов Чарли сдались и решили пока ограничиться только готовностью к оперативному переезду, если потребуется такая возможность. Правда, чтобы они несколько успокоились, Чарли пришлось рассказывать все во всех деталях и отвечать на все вопросы. И ведь родителям было интересно все: что он делает, что он может на самом деле, где был за все это время, что еще сделал такого, о чем они не знают… Мало-помалу Чарли пересказал все, что мог: и про Хогвартс, и про его взаимоотношения с людьми, и кого он знает, и кто его знает, и что он подружился с мастером кровавой магии, и что на него точит ножи Поттер за целую кучу всяких событий, и как он тренировался в разных аспектах магии, и, наконец, как он и Падма впервые поцеловались, что вызвало волну умиления у мамы и настоящий прилив гордости у отца: — Ха! Мой пацан! Своего не упустит! — Ну, в общем-то, да… — Чарли смутился, отвел взгляд в сторону. — И у нас с ней, вроде как, все ладится, так что да… — Ну и славно, — кивнула мама. — Познакомишь хоть? Чарли кивнул. — Ну, собственно, я к этому хотел подвести с самого начала, еще вчера. Но как вышло — так вышло, — он вздохнул. — В общем… Падма спрашивала, сможем ли мы синхронизировать наши отпуска и каникулы, чтобы отдохнуть вместе и, так сказать, познакомиться семьями. А то мы дружим вот уже четыре года, а родители друг друга видели, может быть, пару раз. Родители покивали: — Да, конечно мы согласны. Но сначала скажи-ка вот еще что… По поводу той угрозы, что над нами нависла. Чарли потер усталые глаза. За вчерашний вечер и сегодняшний день он уже сто раз пожалел, что вообще решил им что-то рассказать. Знал бы, что все будет так сложно — лучше бы вообще ничего не говорил. Однако теперь давать заднюю было уже поздно. — Мам, я и так уже рассказал все, что знал. — И тем не менее, мы хотели бы знать, — мама положила руки на стол. — Как ты думаешь, что будет дальше? Чарли задумался. Такого вопроса он как-то не ожидал. — Сложно сказать, — покачал он головой. — Министерство официально отрицает возрождение Волдеморта. Но это очень ненадолго, потому что долго скрывать правду они не смогут. Кроме того, некоторые отделы осведомлены, что на самом деле это правда. Если затянут — будет плохо. Если нет — может, получится обойтись малой кровью. Но войне все равно быть. Без этого, увы, не обойдется. Его взгляды радикальны, но некоторые магические семьи его активно поддержат. А у них есть и деньги, и ресурсы, и какая-никакая власть, чтобы это могло сказаться. Тот же Малфой… Чарли запнулся. Конечно, они с Драко не были совсем уж друзьями, хоть и приятельствовали. Однако, Чарли не сомневался, что если вдруг у Малфоя будет железный выбор «семья или какой-то приятель-грязнокровка», Малфой выберет семью. Да и любой бы выбрал, на самом деле… — В общем, предстоят очень непростые несколько месяцев или даже лет. И это, конечно, заденет маггловский мир в какой-то степени. Именно поэтому я вам все рассказываю. Чтобы вы были в курсе. После этого родители затихли надолго. И даже сами попросили небольшой перерыв, чтобы все это как следует уложить в голове. Чарли воспринял их просьбу спокойно. — Конечно, думайте. Я ведь не против. Просто прошу вас — примите к сведению, что без меня в этой истории все равно не обойдется и даже если вы решите бежать, то меня все равно найдут и привлекут в эту историю. Потому что вскрыть бессмертие Волдеморта без некроманта почти невозможно. И никакой другой альтернативы ни у Министерства, ни Дамблдора, кроме меня, нет, а искать и учить другого уже поздно. После этого разговор свернулся сам собой. Обдумывание таких перспектив далось родителям очень тяжело. Они ходили с мрачными лицами до конца недели, постоянно о чем-то между собой перешептывались, но стоило Чарли войти в комнату, как разговор тут же затихал. Чарли, впрочем, не сильно от этого расстроился — он прекрасно знал своих приемных родителей и понимал, что если он даст им сейчас все обговорить и уложить в голове, то они примут неминуемое гораздо лучше, чем если вмешиваться в их разговоры. За то время, пока они все обдумывали, Чарли успел проверить защитные чары, которые Отдел Тайн установил на его дом, и остался, в целом, очень и очень доволен. В самом деле, все было организовано очень хорошо. Обычные щиты, щиты с условием наличия Метки Волдеморта, отражающие щиты, антиаппарационные заклятия для носителей Метки, противополетные чары, отключающие метлы… Однако, все же, Чарли внес в защиту свои коррективы, от души добавив самых разных чар, которые видел в записях Отдела Тайн и в Запретной Секции. В том числе поверх основного слоя нанес еще один набор из антиаппарационных, противолевитационных и антиманящих чар. Излишество, конечно, но Чарли решил, что пусть лучше будет так. Кроме того, он обновил рунные заграждения, выбросив те, что оставил в прошлом году и заменив их на более совершенные, которые выучил на уроке древних рун, а также, как и собирался прошлым летом, все же сделал даже не одно, а целое множество маленьких големов из глины, два мешка которой он без проблем купил в Косом переулке за считанные кнаты. Големов получилось целых семь: первые два в виде садовых гномов с маленькими лопатами, должны были идти в ближний бой и рубить врагов по ногам, еще один в виде декоративной черепахи должен был, по его плану, побежать вперед в толпу противников и по команде взорваться там, порубив врагов осколками панциря, еще три в виде маленьких декоративных грибочков содержали в себе по флакону с очень летучим зельем, которое должно было по команде начать распыляться сразу с трех сторон миленьким красненьким облачком, от которого у наступающих должна была слезть кожа. И еще один, слегка измененный «грибочек» стоял прямо перед входом в дом, в декоративном горшочке, и был начинен порошком мгновенной тьмы, что сделало бы между атакующими и домом минимум двухметровую полосу непроглядного мрака. Кроме того, Отдел Тайн раскидал по всей лужайке перед домом огромное количество взрывных рунных камней, все так же реагирующих на Метку. По ним можно было ходить, прыгать, плясать на них, но стоило только рунам уловить эманации от Метки Волдеморта — и камешек подпрыгивал вверх на добрый метр, после чего взрывался, засыпая всех вокруг осколками. Правда, как Отдел умудрился добиться реакции именно на Темную Метку, Чарли так и не понял, а когда решил уточнить это у Лоули и Крауча, те ответили крайне уклончиво: — Чарли, вам не все равно? Защита есть? Есть. Работает? Работает! А больше вам знать не нужно. Тем более, что мы вас собираемся внедрять в Орден Феникса. Ни к чему нашим драгоценным партнерам знать про все наши разработки. Мы вам можем обещать только то, что для вас и ваших родителей они безопасны. Если, конечно, вы не будете стоять на линии разлета осколков. Чарли это, в принципе, устроило, но он добавил небольшую отсебятину — прилепил к рунным камням пакетики с медными шариками от пневматики и рыболовными крючками. Так сказать, чтобы уже наверняка. Кроме того, он отработал с родителями, как правильно пользоваться порталами, которые им передал Отдел Тайн, а также Чарли показал им, как правильно пользоваться «тревожной кнопкой» — артефактом, который по двум сильным нажатиям на себя активировал сразу всех големов незамедлительно. Правда, ему пришлось изрядно помучиться прежде, чем этот артефакт заработал, да и работал он, как потом понял Чарли, очень костыльно, но самое главное — он в принципе работал и выполнял свою задачу как надо. Так что Чарли несколько успокоился, поняв, что родители более-менее в безопасности. Конечно, против Волдеморта все эти защитные меры едва ли спасли бы, но от кого-нибудь, вроде того же Малфоя или, скажем, Крауча… Вполне имелись шансы получить время на эвакуацию в случае, если Чарли вдруг не будет дома во время нападения. Однако, вот, наконец, прошла полная неделя, родители, похоже, несколько примирились с мыслью, что их приемный сын уже далеко не ребенок и что он сам принимает решения, а родителей лишь ставит перед фактом. Конечно, они ему выставили на вид, что не сообщать им о многих вещах было очень нехорошо, но в итоге согласились не вмешиваться и довериться ему. И даже, вроде как, совсем не обижались, признав, что он, в общем-то, все сделал правильно. — На твоем месте я бы сделал точно так же, — признал отец, когда они собрались на очередное семейное чаепитие. — Но впредь, пожалуйста, сообщай о том, что у тебя происходит. Мы же волнуемся. Чарли кивнул. — Угу. — Ну вот и хорошо, раз «угу», — кивнула мама. — Кстати, раз уж заговорили про то, что у тебя происходит… — М? — На когда у вас там с друзьями намечен совместный отпуск? Чарли улыбнулся. — На десятое июля. Встретимся с ними в Лондоне, получим у мага-провожатого визы и печати в наши документы. Ну а дальше уже — порталом. Прямо на курорт.