Кофе

Солнечные лучи запрыгивают сквозь тюль и опускаются на пол, кружась. Нил засыпает в кружку немного кофе, заливает кипятком. Приятный аромат мгновенно наполняет всю кухню. Он прижимается поясницей к столешнице, делает медленный глоток и довольно прикрывает глаза. Теплота окутывает тело. На звуки приходит Эндрю. Увидев Нила, такого расслабленного и светящегося под лучами солнца, он ухмыляется и подходит ближе. Несколько секунд сверлит взглядом, постукивая пальцами по боку. Нил поворачивает голову к нему и делает ещё глоток. — Чего ты так смотришь? — Просто обратил внимание, — он встаёт рядом и чуть игриво вытягивает губы в трубочку. — что кофе — не единственный, кто здесь горячий. Кокетливые слова повисают между ними как мягкое полотно. Нил издаёт тихий смешок и обхватывает кружку двумя руками, чтобы согреть пальцы. Где-то мимо пролетает несколько крошечных пылинок. — Ты глупый, — он качает головой с усмешкой. Эндрю вскидывает бровь, смотрит, как пар поднимается с кружки, а после пододвигается ближе и прижимается губами к шее Нила. Осторожно, ощущая пульс под мягкой кожей. Нил замирает, затаив дыхание. Сердце начинает быстро колотиться о рёбра, внизу живота скручивается приятное покалывание. Он всегда знает, куда правильно целовать. Поцелуи набирают обороты: становятся чуть напористыми, влажными, уверенными. От переполняющих чувств приходится отставить кружку на стол и наклонить голову для удобства. Эндрю проводить горячим языком по выпирающей жилке совсем невесомо, не спеша, но внутри — целый фейерверк. — Чёрт возьми, — выдыхает Нил, обвивая руками его плечи. — ты всегда делаешь это неожиданно. — Просто не могу молча наблюдать за твоим очарованием, — Эндрю поднимает взгляд на несколько секунд, потом возвращается с поцелуями ниже по шее. Кожа начинает гореть. Пальцами Нил нащупывает его воротник и резким движением притягивает к себе. Их быстрое дыхание смешивается, создаёт шумящий ураган, где они — в эпицентре. Губы сами находят друг друга. Этот маршрут настолько известен, что никому не нужно даже размыкать глаза. Целуются. Целуются. Пробуют друг друга. Буквально поедают. Эндрю чувствует горьковатый вкус кофе, и это заводит ещё сильнее. Он приоткрывает рот, чтобы напористо протолкнуть язык. И Нил послушно принимает, хрипло простонав. Пальцы сжимают волосы, одежду. Колени подкашиваются. — Держись, — шепчет Эндрю, облизнув нижнюю губу. Руками он подхватывает Нила, усаживает на столешницу, а сам удобно устраивается между бёдер. Их взгляды встречаются: дикие, возбуждённые. — я ужасно хочу тебя. Шёпот опьяняет, вызывает мурашки. Нил тяжело дышит, толкается тазом слегка вперёд, и у Эндрю застревает хрип в горле. Он задирает его футболку, обнажает подтянутую грудь, усыпанную веснушками, и удовлетворённо хмыкает. Губы вновь двигаются самостоятельно: скользят по мышцам, обхватывают твёрдый сосок. Нил стонет, выгибается, и на его лице появляется лишь хитрая ухмылка. — М-м-м, — он опирается на локти, позволяя Эндрю более уверенно касаться кожи. — горячо. Эндрю улыбается. Беспокойные руки тянут одежду, и та валится на пол под ноги. Они остаются лишь в одном бельё, сквозь которое уже видно возбуждение. Приятная прохлада ощущается на телах. Дурманит голову. Во рту скапливается слюна. Нил снова довольно мычит, когда тёплые ладони скользят в его боксеры. Пальцы ощупывают лобок, нежно спускаются вниз и обхватывают твёрдый член. У Нила закатываются глаза. — Эндрю, — стонет он, разводя бёдра шире. Конечности сводит приятной судорогой. — не останавливайся. — Я хочу попробовать кое-что, — шепчет Эндрю, оставив ещё один поцелуй на его шее. — Снимай это. Нижнее бельё тоже летит на пол. Разгорячённые, обнажённые, они несколько секунд смотрят друг другу в глаза, не моргая, и прижимаются кожа к коже. Эндрю подтягивает Нила к себе за талию, так, что их члены плотно ложатся друг на друга. Перед глазами вспыхивают искры. — Это... — Нил сглатывает, размыкая влажные губы. — Необычно. — Я буду двигаться, а твоя задача — сделать самую сексуальную мордашку. Как ты умеешь. С этими словами Эндрю прикусывает его мочку уха и начинает размеренно двигать бёдрами. Возбуждённая плоть скользит друг об друга, пульсирует. Нил издаёт высокий стон, слегка прогибается и самостоятельно поддаётся навстречу. Полуоткрытыми глазами наблюдает, как член Эндрю, уже блестящий от предъэякулята, идеально касается его собственного, трётся о выпуклые венки. Они готовы кончить лишь от одного вида. — Нил, — Эндрю задыхается, толкнув бёдрами ещё раз. — твоё лицо... Нил кокетливо закусывает губу, проводит костяшкой пальца, слегка оттягивает вниз, зная, что это сведёт Эндрю с ума. Сердце скачет в груди, на лбу выступает пот. От увиденного Эндрю опрокидывает голову, стонет. Пальцы сжимаются по обе стороны от Нила в кулаки, мышцы живота напрягаются до предела. — Я сейчас... Эндрю не успевает договорить, как Нил с всхлипом кончает. Его тело беспокойно покачивается, пока горячие капли спермы разливаются по животу, стекая на столешницу. Перед глазами всё плывёт и рябит, дыхание превращается в жалкие попытки сделать вдох. Эндрю, ошарашенный, поглощается оргазмом в следующую секунду. Но приходит в себя быстрее. — Эй, — он тут же тянется за бумажными полотенцами и отрывает несколько. — Нил? От удушающего оргазма и вспотевшей кожи спина Нила скользит по дереву, и тот успевает опереться лишь на пальцы ног. Эндрю тут же подхватывает его за поясницу и удерживает в более-менее вертикальном положении. На губах играет уставшая улыбка. — Господи, — одними губами шепчет Нил, обвив руками шею Эндрю. — Я давно не испытывал подобного. — Ты меня напугал, — отвечает Эндрю и проводит ладонью по его вспотевшему лбу. — но это было сексуально, Нил. Безумно. Их губы вновь находят друг друга, но на этот раз вяло, расслаблено, как доказательство, что оба остались удовлетворёнными. Руки мягко обнимают, сжимают. На кожу падает солнечный свет, делая её почти прозрачной. Эндрю целует Нила в щеку, в закрытое веко, проводит большим пальцем по брови и скуле. В его взгляде — спокойствие и нежность. — Кофе остыл, а ты нет. На кухне раздаётся звонкий смех. Больше им ничего и не нужно.