Обретая смысл

      Серёга, долговязый мужик с хмурым лицом, хоть и казался домовладельцу поначалу проблемным, таковым, по сути, не оказался. Приятно даже было побеседовать с тем, кто не выжил из ума, пока Есенин, — так про себя называл Серёгу домовладелец из-за его рассказов о проблемах с алкоголем и скандалах в баре, — вновь не загонялся о бытие и жизни после смерти.       В первые дни домовладелец боялся поутру, учуяв запах смерти, увидеть в ванной долговязого со вскрытыми венами или повешавшегося в кладовой. Но, к счастью домовладельца, желание мужчины убить себя оставалось всего лишь словами.       Честно говоря, мужчина даже привязался к Есенину. Хотелось лишний раз поболтать. Так неловкое «как ты?» заканчивалось посиделками за пивом на кухне. После первой же такой посиделки, домовладелец открылся. Рассказал про отца, мать и бабушку. Что после смерти всей родни совсем перестал выходить из дома. Что чувствовал себя одиноко, но понял это, только когда в дом пришлось пускать незнакомых ему людей. Когда на исходе была уже четвёртая банка пива, случайно ляпнул, что рядом с Серёгой чувствует, как дыра, образовавшаяся от одиночества, наполняется.(А может, просто не стоило выпивать на голодный желудок?) Сергей тогда, тоже изрядно выпивший, крепко сжал в объятиях домовладельца. «Я рад, что повстречал тебя, и плевать, что мир сейчас катится в полные ебеня. Просто рад, что нашёл родную душу» — поделился откровением Есенин, не выпуская домовладельца из хмельных объятий. Чем тогда ночь закончилась, мужчина не помнил.       Серёга после того разговора даже стал чуть оптимистичнее, и это приятно грело душу домовладельцу. Лёгкая улыбка на лице долговязого была словно тяжёлым трудом добытый трофей. От этого улыбаться в ответ было в тысячу раз приятнее.       Ночные разговоры раскрывали Сергея с разных сторон. Но то, что вскрылось в нём после прихода соседкой дочки, искренне удивило даже скупого на эмоции домовладельца.       Когда на пороге появилась заплаканная девчушка, домовладелец испугался, действительно испугался. А если его дом следующий? Что, если его дом следующим окажется в огне? Несмотря на страхи, домовладелец без раздумий открыл дверь соседской девочке, и та в слезах бросилась в объятия знакомого мужчины. У него не было детей, младших братьев или сестёр, так что как себя вести с маленьким ребёнком он придумывал на ходу. Усадил девчушку на кухне и сказал, что утром поговорит.       Утро наступило, а как подступиться к девочке он не знал. И как чувствовал, разговорами только всё испортил. Девочка разрыдалась пуще прежнего и не успокаивалась до самого вечера. Домовладельцу оставалось лишь наблюдать со стороны.       Когда на улице уже стемнело, девочка села на пол, обняв руками разбитые коленки, — домовладелец заметил их только сейчас, может упала, пока бежала до дома в полутемках?       На кухню неспешным шагом, нагибаясь перед дверным проёмом, прошёл Есенин. Он прошёл прямиком к холодильнику за пивом и, кажется, не сразу заметил сжавшуюся девочку. И когда осознал, что на полу действительно сидит ребёнок, кинул вопросительный взгляд на домовладельца. Мужчина лишь пожал плечами. Серёга глухо поставил на стол банку пива и присел на корточки перед соседской девушкой.       — Привет, красавица, как тебя зовут?       Девочка подняла заплаканный взгляд на мужчину перед ней. Немного помолчав, всё-таки ответила:       — Кира.       — Кира? Хорошее имя. А меня дядя Серёжа зовут. Сколько тебе лет, Кира?       — Семь с половиной.       — Ничего себе, да ты уже совсем взрослая. Уже ходишь в школу?       — Нет, должна была этой осенью пойти в школу. У нас летом был выпускной в детском саду, я танцевала танец с зонтиком, а ещё папа подарил мне велосипед.       Домовладелец наблюдал за происходящим с удивлением. Уж от кого он точно не ожидал умения общаться с детьми так это от Есенина. Улыбка сама собой появилась на лице домовладельца.       — Велосипед? Настоящий, что ли?       — Конечно, настоящий. Двухколёсный!       — А мне дашь покататься?       Кира на секунду задумалась, а потом рассмеялась:       — Как же ты на нём будешь кататься, он же детский! — сказала девочка и рассмеялась пуще прежнего, видимо, представив двухметрового мужчину на детском велосипеде       — Ну вот, а говорила настоящий, — сказал мужчина, улыбаясь развеселившейся девочке.       Живот девочки громко заурчал. Есенин глянул на домовладельца, на что тот лишь виновато поджал губы. Серёга вновь обратился к девочке:       — Красавица, ты что проглотила злого щенка?       Девочка широко раскрыла глаза и искренне удивилась.       — Щенка? Нет, конечно! Я очень люблю щенят, а ещё котят люблю.       Есенин улыбнулся.       — Тогда почему твой живот на меня рычит? Голодная?       Кира потупила взгляд, а когда поняла, о чём говорит мужчина, активно закивала.       — Тогда давай сходим, помоем ножки и обработаем твои коленки, а потом покушаем? — предложил Есенин и протянул девочке ладонь.       Девочка согласно кивнула и взяла мужчину за протянутую руку.       Домовладелец умилялся выдавшейся картине. Давно он не испытывал таких тёплых чувств. Может всё это дерьмо с гостями и солнцем не такое уж и дерьмо?       Домовладелец последовал за Сергеем и Кирой к ванной, и только когда они открыли дверь, он вспомнил, что там, кажется, уже было...       — Дружище, занято! — прохрипел прокуренным голосом растаман.       Есенин вновь пересёкся взглядом с домовладельцем мол «Серьёзно? Ты впустил это?».       — Съеби по тихой грусти, дружище, — мягко попросил Серёга с ноткой сарказма в голосе.       — Ну так дела не делаются, братан. У меня здесь что-то вроде комнаты расслабухи или типа того, а ты сюда с негативными флюидами хочешь завалиться. Сечёшь?       Серёга выпустил руку девочки из своей и подошёл к растаману ближе. Их разница в росте со стороны казалась пугающей.       — Если что-то не устраивает, сходи прогуляйся, позагорай на солнышке, — взяв парня за грудки, приказал Есенин. — Давай, шевели батонами отсюда.       Растаман поискал помощи сначала в глазах маленькой Киры, потом в глазах домовладельца, но, не найдя поддержки с поражением, покинул ванную комнату.       Девочка посмотрела на Сергея как на героя, когда тот без усилий поставил её в ванну. Видимо, ей парниша с дредами тоже не очень понравился. Есенин начал настраивать воду, искать йод на полке, попутно попросив домовладельца приготовить что-то Кире на ужин.       Домовладелец принялся готовить. Во время готовки из его головы не выходил Сергей. Когда он общался с Кирой, он был такой очаровательный, — такое слово вообще применимо к сорокалетнему тощему мужчине в два метра ростом? До этого мужчина не мог предположить, что Есенин так чудесно умеет управляться с детьми. И это открытие так приятно грело душу. Что же с отчуждённым и нелюдимым домовладельцем делает этот мужчина...       Серёга принёс Киру с мокрыми ногами и усадил на стул. Домовладелец поставил перед девочкой тарелку жареной картошки. Кира с жадностью начала есть, на что Есенин потрепал её по голове и сказал:       — Жуй тщательнее, а то будет живот болеть.       Серёга открыл пиво, сделал несколько крупных глотков и предложил домовладельцу выпить. Мужчина принял из рук Есенина холодную банку и сделал глоток. Так, они провели остаток вечера. Серёга болтал с Кирой, а домовладелец расслабленно улыбался.